Мама для Темного Лорда

Планы на жизнь начинали потихонечку походить на что-то четкое, нужно было наведаться в больницу Св. Мунго. Обменять еще денег, хотя скорее продать еще немного из найденного клада. Бизнесвумен, я себя не ощущала, однако найти работу по душе была не прочь, дома долго не просидишь, да и не хотелось совершать ошибку всех родителей, которые полностью отдают жизнь детям. А после очень удивляются, что дитятко хочет и своей жизнью пожить. Думалось узнать, как к детским психологам относятся маги, в конце концов можно и к обычным людям уйти, в свое время нас, учителей, по психологии ребенка не плохо натаскивали, хоть и не профессиональный психолог, однако учитывая разрыв во времени, очень неплохая база. До школы ребенку еще семь лет, позже столько же в школе. Четырнадцать лет жизни, как минимум я точно буду ему необходима. После выпуска он будет искать свой путь в жизни, а мне нужно будет не остаться у разбитого корыта. Вопрос самозанятости висит остро. Еще острее тот факт, что маленького ребенка одного дома не оставишь, разнесет все в щепки. Тут и обычный ребенок вычудит, а уж с магией. Четыре года, при всем его гении возраст не о чем, поэтому нужно найти занятие для ребенка и срочно. Главным на сегодня стало совсем другое. Ранним утром я разбудила Тома, всунула ему завтрак и ходила с таинственным видом. Милые часики с кукушкой, недавнее приобретение, отрапортовали, что только семь утра. Подождав пока съеденное хоть немного уляжется, велела хватать Нагайну у нас запланирована необычайно богатая неделя. Был тут и свой расчет, отвлечь ребенка от стресса. Занять маленькую, однако гениальную головку совершенно другими вещами. Когда мы вышли из дома, Том уже готов был хватать меня за руку для перемещения. Однако я решилась испытать поистине дьявольское создание. Вскинула палочку в верх, мелькнувшее недоумение у ребенка развеялась с громким «БАХ», Ночной рыцарь, во всей его красе. — Доброе утро, я Говард Билиц, кондуктор Ночного Рыцаря, транспорт для ведьм и волшебников попавших в беду. Куда путь держите? — Молодой и юркий паренек ловко выпрыгнул из железного нагромождения по ошибке отдаленно похожего на автобус. Ребенок оглядывал сие действо с интересом еще не подозревая, какую увлекательную поездку я нам уготовила. Сказать честно, было интересно все ли так плохо как описывали и смогу ли я и мальчик это выдержать. — Стоунхендж, мистер Билиц. — Кондуктор кивнул, прикидывая что-то в голове. — Три галеона за двоих, и ещё 3 сикля, если хотите получить кружку горячего шоколада. И ещё один, если вам понадобится грелка и зубная щётка. — Я ловко выудила три галеона, надо сказать для примерно ста пятидесяти — ста восьмидесяти километров, все же я точно не знаю где именно находится деревня, с точной географией тут проблемы, цена очень даже приемлемая. От дополнительных услуг мы отказались, кондуктор ловко впихнул нас, иначе и не скажешь на два свободных места и велел пристегнуться. Что собственно мы и сделали. Надо сказать не так страшен черт, как его малюют. Удовольствие конечно, сомнительно, однако жить можно, если на постоянной основе пользоваться портключом, то вообще терпимо, любые магические передвижения это нагрузка на вестибулярный аппарат, после такого хоть в космос. Тошнило конечно, но не так чтобы очень. Том, конечно позеленел, отдам ему должное, отошел быстро и без последствий, мы были недалеко от знаменитого Стоунхендж, я потянула мальчика на буксире, тот с маниакальностью губки впитывал все происходящее вокруг, людей было не так уж и много, все же широкую известность и популярность это место получит уже после войны. Что не мешает нам съездить сюда после 40-х или даже 50-х. Однако реставрация исторического наследия уже шла полным ходом, хоть её и пытались максимально скрыть. Ну старайтесь, кто-то вас все равно спалит. Кто и когда это сделает я не знаю, как-то прошло мимо меня, да и не интересно было. Мы нашли группу туристов, оплатили полную экскурсию с экскурсоводом и обедом, погружаясь в мир истории на многие века назад. Это было чудесно, иногда стоит только открыть свое сердце и душу впустить в себя древнюю тайну Стоунхендж. Был ли он сотворен Мерлином? Это он, великий маг, собственноручно перенес громоздкие каменные глыбы из Ирландии и крайнего юга Англии в местечке Стоунхендж, что находится к северу от городка Солсбери, в графстве Уилтшир, и возвел там святилище, которому суждено было пережить столетия — самый известный на Британских островах, да и во всем мире, мегалит. Было ли это торжество магии? Или же первые астрономы возвели его для наблюдений за звездным небом, а возможно правы и те кто считает что тут давались концерты, испытывая чудную акустику. Совершенно невозможно теперь узнать, кто же был прав в своих теориях. Множество загадок хранит в себе древний Стоунхендж. Ни на одном из камней нет надписи, рисунка или какой-либо пометки. Ученым трудно за что-то уцепиться. Остается только строить версии и выдвигать гипотезы и предположения. Следует заметить, что такого рода сооружения из каменных глыб можно встретить по всей Европе и на отдельных островах, хотя по своим масштабам они конечно уступают Стоунхенджу. Одно я знала точно, удивительно легко было рядом с ним. Хотелось петь душой, ощущалось единство со всем миром. А сколько было вокруг него разлито магии? Может и правда тут бывал сам Мерлин? Или же это великий алтарь друидов? Я не знаю, сомневаюсь, что когда-то прикоснусь к этой тайне, но тут легче было даже дышать. — Мисс Керк, а вы тоже чувствовали, что-то странное? — Реддлу понравилось, это было невозможно скрыть, а еще я чувствовала в нем тот же подъем сил, что и в себе. С трепетом и искренностью ребенка он осматривал округу, любовался полями и каменным сооружением. Пусть он еще не видит всей красоты и величия этого места, пусть только примерно представляет насколько древний мы видим мегалит. Все это совершенно не важно. Именно так в наши души закрадывается любовь к искусству, сначала мы разглядываем то о чем нам говорят родители, учителя, знакомые, позже открываем этот мир сами. В самом подходящем нам виде, мы находим отголоски прекрасного, музыка, картины, скульптуры, архитектура, что угодно. — Легкость, словно можешь все, что только угодно? — Он качнул головой в согласии и впился в меня своими невероятными глазами. Глаза красивы, они еще отображают гамму чувств, однако вид его кажется безучастным, от того, что нет у него доходящих под это чувство эмоций, жестов. Именно из-за проблем с эмпатией у детей сирот, я стремлюсь открыть этому мальчику прекрасное. Искусство помогает нам «включить» эмпатию. Когда мы смотрим на творение художника или писателя, то видим реальность того человека. Познаем, пропускаем через себя чувства и порывы творца. — Эта была магия и величие созидания, Том. Очень много магии разлито вокруг, она насыщенна восхищением людей и величием этого места. Вдумайся, как много столетий прошло с того момента, когда в эту почву был погружен первый камень, сколько утекло лет, с того дня, когда тут совершались таинства науки или магии. И вот сейчас, в этот самый день мы стоим тут и любуемся отголосками прошлого, того времени, что нам недоступно. Однако именно там, когда-то давно творилась история, по крупицам собирались знания доступные нам сейчас. Шаг за шагом, так медленно и верно мы идем к пониманию. Уходить от мегалита было легко, он оставлял некое насыщение собой. Поэтому в неспешной прогулке, было приятно молча смаковать это чувство. Еще малознакомое Тому, однако словно когда-то позабытое мной. До поселения мы прибыли восторженной и чуть притихшей толпой. Тут нас стали кормить и делали это довольно успешно. Люди кто громко, а кто и совсем тихо делились впечатлениями. Ребенок был тих и задумчив, мне же оставалось только наслаждаться едой и покоем. После мы гуляли по окрестностям небольшой, но видимо популярной и зажиточной, благодаря все тем же туристам, деревеньке. Прикупили немного сувениров, вроде маленьких копий, все того же Стоунхенджа, копии были совершенно не магическими, однако как-то роднее мне были эти маленькие сувениры, чем чудеса магии. Прожив жизнь без волшебства трудно и тяжело вливаться в новую колею, однако все приходит со временем, возможно конец уже этой жизни я встречу с крепко зажатой в руке палочкой, кто знает. Ближе к трем часам мы были уже возле полюбившегося мне паба. — Мисс Керк, рад снова вас видеть. Кто этот юный джентльмен, рядом с вами? — Владелец встречал меня все так же радушно, все же есть своя привлекательность в том, что тебя хоть кто-то знает в новом городе. Вспомнилась даже миссис Беккер, которая была по своему очаровательна, появилась тяга написать ей все же письмо. — Добрый день, Том, это ваш тезка, Том Реддл, мой сын. — Я не считала нужным уточнять приемный он мне или нет. Прослыть не самой добропорядочной женщиной не боялась. У магов с детьми все было и проще и сложнее, однако тот факт, что у Тома другая фамилия в этом случае играет нам на руку. Если кто и решит распускать сплетни, то про мальчика ничего сказать не смогут по всем признакам он был признан отцом. Этот маленький нюанс мне пояснили еще в отделе опеки, за что я была крайне признательна. — Какая честь, носить одно имя с таким благоприятным человеком, рад знакомству. — Мальчик пожал, широкую мужскую руку, в которой его ладошка просто терялась. Очень ярко на этом фоне вспоминалось, что это еще только крохотный ребенок, которому нужны взрослые, о котором нужно заботиться изо всех сил. — Рад знакомству сэр. — Реддл вел себя очень важно, словно на приеме у Королевы, однако держался очень благовоспитанно. — У Вас замечательная мама, мистер Реддл, уж поверьте я знаю в этом толк. — Мужчина подмигнул мальчику, я деланно нахмурилась, словно оскорбленная тем, что меня обсуждают. Однако бармен ярко улыбнулся и приоткрыл перед нами дверь на задний двор. Прямой ход к знаменитой стене. Благо теперь я знала по каким камням стоит стучать и как, дабы камни изобразили арку, краем глаза я вновь отметила мальчишеский восторг. То ли еще будет. Путь мы держали в офис «Ежедневного пророка», мелочи жизни которые делают её уютной и удобной накапливаются постепенно, в газете печатали объявления, что мне было нужно срочно, главные новости, что не помешает вообще, разные мелочи, что пригодится. Подписку я оформила быстро, внесла первый платеж, последующие стоит отправлять с совой в последний день месяца, так как счета в банке, с которого можно было бы списать это дело, у меня не было. Сказать честно, без большой нужды он у меня и не появится, слишком сильно я начинаю понимать магов, которые терпеть не могут гоблинов. Совершенно невозможные создания. Был совершен и очередной набег на книжный, там я разжилась большим сводом законов, который состоял из шести сотен страниц, что относительно немного, учитывая, что он затрагивает все отрасли жизни магов. Пара книг о популярных и не очень профессиях, а так же небольшая детская «Маленький маг», что-то вроде детской энциклопедии о магии. К возвращению домой, мы оба были вымотаны до предела. Том едва перекусил немного, выпустил Нагайну, о которой я опять умудрилась благополучно забыть и уснул прямо на диване, в попытке полистать новую книгу. Ребенок был успешно уложен в кровать, под бдительным оком змейки, между прочим. Однако, когда питон был уверен, что вреда я наносить не собираюсь, ползучий обитатель этого дома отправился греться в свое жилище. Замерзла наверное, февраль все-таки, а Шотландия это вам не сказка, холодно. Мне доставили выпуск газеты, на который я не рассчитывала, думая, что раз газеты разносят только по утрам и я сегодня её проморгала, подписка была оформлена довольно поздно. Однако свой выпуск я получила. Больше всего меня интересовали последние страницы, где давали объявления, в том числе там предлагали свои услуги маги, которые не работают на какие-либо организации. Удача мне не улыбалась и подходящей была только одна заметка, женщина в возрасте искала работу на неполный рабочий день, предлагая услуги репетитора для малолетних магов. Катерина Долохова, стоит ли тут сомневаться, что дорога Тома и Антонина Долохова может пересечься куда быстрее? За свои услуги она просила всего двадцать пять галеонов в месяц, что довольно неплохо. Тот факт, что женщина русская тоже мне импонировал. Долохов был одним из самых верных и сильных сторонников Лорда, ужасно судить возможно еще не родившегося ребенка по книге, история из которых точно не станет действительной в этом мире. Однако успокаивать себя хоть как-то надо? Впрочем, стоит встретиться с Катериной Долоховой лично, а после уже делать какие-то выводы. Конечно, я могла бы учить Тома и сама, однако это сомнительно. Что я могу ему дать, язык и письменность мне чужая, пусть и хорошо известная, однако учить ребенка не будучи прямым носителем языка или хотя бы не имея соответствующего образования глупость. К тому же будет полезно если, она будет объяснять ему какие-нибудь базовые знания дисциплин или общих понятий волшебников, в которых я бы и сама подучилась. Еще одним интересным для меня объявлением стала заметка одного мужчины, Квинсуса Стег, тот был готов обучать детей музыке, а именно игре на фортепиано. Это было бы полезно как для мелкой моторики, так и для сглаживания восприятия, развития той же эмпатии, однако подобное стоило обсудить с ребенком. Тут важно, чтобы самому ребенку стало интересно. Силой его заставлять бессмысленно, сам ничего не выучит, нервы себе и окружающим испортит.