Мажор

       — …Папочка, все правда так и было? — очаровательная пара светленьких глаз всматривалась с детским доверием в взрослое лицо. Все только и удивлялись, как так получилось, что малышка Лили была столь похожей на Тимоти, а Тео не упускал возможности пошутить над мужчиной, намекая на его «женственность» и роль мамочки в семье. — Ну, я так запомнил, солнышко. — шатен растянул губы в улыбке, подмигивая ребенку и чуть ли не с преувеличенной нежностью всматриваясь, как его дочь сжимает плюшевого ягненка у своей груди. — А знаешь, что я понял? — Что? — молодое личико тут же оживилось, а в глазах пробежала искорка любопытства. Точь в точь, как у Темплтона старшего, когда он был еще совсем маленьким и родители рассказывали ему интересную сказку. — Любви много и ее хватит на всех. — Тим склонил голову на бок, позволяя паре кудряшек соскользнуть на лоб. Странно было видеть, насколько он изменился за эти годы. Немного округлился в фигуре, похорошел, помолодел на пару лет, хоть и на деле вступал в довольно-таки серьезный возраст. Тот самый, когда уже пора задуматься о семейном счастье. — И на меня? — Особенно на тебя. — мужчина потрепал курносую девчушку за подбородок, сам не сдерживаясь и хихикая под стать ей. Благо, выплывший из-за угла детского дома блондин этого тихого смеха не расслышал, усиленно роясь в своем телефоне и наверняка решая мировые проблемы. Но Тимоти знал, что Теодор делал так, когда сильно волновался. — Спроси хоть у папы Теда. Бизнесмен на минуту оторвал зеленые глаза от экрана, бросая в сторону своего супруга пронзительный взгляд, но ничего не сказав, замечая, как возбужденно розовели скулы шатена и как он сам нервно переминался с ноги на ногу, часто трогая свои волосы и оглядываясь по сторонам.       — Привет, малыш, — блондин опять прилип к мобильнику, геройски сдерживая потыкивания Тима под бок и поправляя одной рукой галстук. В первый раз, когда они приходили сюда пять лет назад за годовалой Лили, Тимоти расплакался, а Тео с трудом сдержался от нервного срыва. Прошло столько времени, а они до сих пор так волновались, словно впервые здесь появились. Парень лишь молил Бога, чтобы Темплтон Старший не начал вновь рыдать, как в прошлый раз. Или как перед священником. Или когда Теодор сделал предложение. — Говорят, у тебя будет сестренка? — Я хотела лошадь… — девочка насупилась, подражая угрюмому тону блондина и чуть склонила голову. Такое выражение лица Теодор терпеть не мог, тем более на маленькой копии Тимоти. Но вот Тима было куда сложнее «подкупить», а ребенку сунуть пару купюр на сладости с одобрительным «Держи, малыш. Купи себе лошадь.» и она уже забудет о своей обиде. Конечно, шатен еще долго после этого смотрел на Младшего, словно пытаясь подсечь его укоризненным взглядом. Пришлось быстро его отвлекать — по свойски обхватывать рукой за талию, увлекая за собой поближе к стеклу, отгорождающему от их нового члена семьи. Там, в комнатке с крохами лежала, нежась в мягком светлом пледе она — Люси. В этот раз проблем с документами не случилось, хоть в первый раз и пришлось биться ногами и руками. (Теодор вложил маленький гонорар для того, чтобы юристы согласились в их пользу, но Тимоти этого знать было необязательно.)       — Все таки… — блондин покрепче прижал к себе Старшего, а тот лишь порадовался, что Тео на немного забыл о телефоне. — Я горжусь тобой, Лютик. — А я тобой, — Тимоти на секунду сделал вид, что хочет закатить глаза, но лишь опустил голову на плечо Младшего и поддерживающе сжал протянутые чужие пальцы. Сколько бы Тео не старался, все равно Старший прекрасно чувствовал его ажиотаж. — Цветик. Теодор тоже притворно закатил глаза, уже было вытягивая губы, не смотря на снующих мимо преподавательниц. Вот только шатен уже успел отвлечься на маленькую каштановую головку, что подлезла под его локоть, прилипая пухлыми пальчиками к стеклу. Лили с некой трепетностью рассматривала светлоголового ребенка в пледике, видимо осмысливая все небылицы, что успела услышать от своего Старшего отца. Девочка за стеклом заворочалась, высовывая нос из своего кокона, но глаз еще не открывая, а Лили уже замахала ладошкой и словно в надежде, что Люси может услышать, проговорила тихим, но не по детски уверенным голоском: — Привет, сестренка! И вот тут-то малютка, будто действительно услышав голос Лили, разлепила глазки, сонным взором всматриваясь в три силуэта за стеклом — улыбнулась, задергала ручками в ответ, заставляя и свою будущую сестру и родителей ахнуть.       — У нее твои глаза… — тихо промолвил Тимоти, завороженно всматриваясь в круглое личико озаренное очаровательной улыбкой. Он помнил, что именно такую-же фразу ему сказал Теодор, когда они пришли за Лили…