Призрачная жизнь Гермионы

«Привидения не дышат, не едят и не пьют. Но это состояние имеет и свои плюсы: бесплотные духи могут просачиваться сквозь стены и свободно разговаривать под водой. Также привидения могут чувствовать запах и вкус тухлой и прочей вонючей еды.»* Этот абзац Гермиона прочитала уже несколько раз, но никак не могла понять его сути. Она сейчас вообще мало, что понимала. Казалось, что только несколько минут назад она рыдала в туалете и, вдруг, уже висит над своим телом, больше похожим на кровавую кашицу. Гермиона отлично помнила тот день. Хеллоуин. У первого курса был урок Заклинания, ей в пару поставили Рона Уизли, у которого никак не выходило заклинание « Вингардиум Левиоса». Она решила ему помочь, однако мальчик не только не отблагодарил за помощь, но и обозвал ее « ходячий кошмар ». Для девочки отличницы, любимицы учителей, что не имеет друзей это стало последней каплей. Сейчас она понимает, что ее тон был слишком назидательный, а мальчишка с детства рос в мире магии и мог учиться лучше нее, но природная лень помешала ему. Для нее это недопустимо! Как можно жить в мире волшебства и не стараться познать его, впитать как можно больше знаний? Был в ее стремлениях больше знать и другой повод. Мир в который она попала, был Гермионе незнаком. В нем свои правила, законы, моральные и этические принципы, поэтому маглорожденная ведьмочка старалась их узнать, чтобы не пропасть в нем. И вот сейчас Гермиона сидела, а точнее парила над стулом и читала о себе, о том кем она стала. Эту книгу ей дал профессор Дамблдор, когда увидел приведение, бывшее некогда студенткой первого курса. Стоит отдать ему должное, он не потерял способность трезво рассуждать, как профессор Макгонагалл, упавшая в обморок или как профессор Снейп, выругавшийся так, что у Дамблдора покраснели уши. Как отреагировали другие она не знала, но наверное по ней никто не будет скучать. От этой мысли становилось совсем тоскливо. Тяжко вздохнув по привычке, Гермиона отложила книгу в сторону. Ей нужно было обдумать, что делать дальше. Как отреагируют родители на новость о том, что она больше никогда не приедет домой, никогда не обнимет маму, не испечет вместе с ней вишневый пирог, ягоды для которого всегда таскал папа с кухни, а мама шутливо ругала его. Мама. Что будет с ней? Она будет страдать по своей дочке. Нет! Она попросит директора, чтобы он стер им память. Так будет легче и им, и ей… Гермиона всегда была оптимистично настроенной девушкой и во всем искала, что-то хорошее. Вот и сейчас она искала плюсы в своем нынешнем положении. Первый —теперь она может читать без перерыва на еду, туалет и сон. Второй — она может прочитать любую книгу, даже из запретной секции. Третий — она бессмертна. Пройдут века, сменятся директора, учителя, студенты, но она останется здесь такой же молодой, и даже возможно она станет преподавателем, когда прочтет всю библиотеку от корки до корки. Гермиона молода и видит в своём бессмертии плюс, пройдут года, пока она поймет, что быть вечной не так уж и здорово. Но сейчас ей и так тяжело, чтобы увидеть такой минус. Гермиона воспряла духом улыбнулась. Плюсов оказалось больше, чем минусов. Именно в таком состоянии ее увидел, вплывший в комнату призрак — Кровавый Барон — факультетское привидение Слизерина. — Чему ты радуешься? — удивленно спросил он. Барон не видел причины ее одухотворенности. Он готов был встретить плачущую над загубленной жизнью девчонку, а не человека рвущегося в бой. Истинная гриффиндорка! — Я пришел пригласить тебя от лица Совета призраков Хогвартса в этот самый совет. — Благодарю вас, Кровавый Барон. А что за Совет призраков? Я никогда не читала о нем и в истории Хогвартса о нем ничего нет. — Этот совет был образован в 31 октября 1492 года. Это дата смерти Почти Безголового Ника и дата, когда последний факультет обзавелся собственным приведением. С тех пор мы следим за призрачной жизнью Хогвартса, помогаем друг другу по мере наших возможностей, усмиряем полтергейста Пивза и организовываем именины смерти друг для друга.- пояснил Кровавый Барон. Ему нравилось, что девочка не глупа и сразу про все разузнала, не как плакса Миртл, которая став приведением, прорыдала в туалете семь месяцев. Барон поморщился. Из-за нее осудили невиновного ученика, потому что она вовремя не дала показания. — На каких правах я буду входить в Совет? — спросила Гермиона. Ее очень волновал этот вопрос, ей не хотелось неопределенности в своей последующей жизни. — У нас у всех одинаковые права. Но младшие призраки стараются прислушиваться к старшим. — А где живут призраки Хогвартса, ну или проводят большую часть времени? — Там, где тебе больше нравится. Для нас не существует ограничений. — Значит мне можно продолжать посещать уроки? — Гермиона понимала, если она хочет все знать, но знать точно и правильно, она должна видеть волшебство, а не только читать про него. К тому же ее прельщала мысль о том, что когда-нибудь она сможет колдовать. Постепенно она вернет себе свою магию, чего бы это не стоило. — Я уважаю твое желание окончить учебу, но ты точно этого хочешь? — удивленно спросил Барон. В ней сочеталась отвага грифов и стремление к знаниям воронят. Удивительная девочка! — Да, я хочу этого.- твердо сказала она. — Тогда, как я уже говорил, ты можешь делать, что пожелаешь, но в пределах разумного. Гермиона улыбнулась. Теперь у нее есть цель и план. Она будет учится и стремится вернуть свою магию. Кровавый Барон, в который раз за день поразился ей. Он выплыл из комнаты, оставив девочку одну, спешил рассказать другим призракам о ней. Еще нужно доложить учителям о ее состоянии и предупредить своих змеяк, чтобы они не обижали юное приведение. Он посмотрел на бегущих учеников по коридорам и тоже поспешил. Дел, как оказалось, у него сегодня много.