The pain in my heart

Остался 1 день. Папирус вернулся, когда было далеко за полночь. Он прошёл на кухню. К его удивлению вся посуда была вымыта. Да Папс просто не успел вымыть её. Он вздохнул. Папирус не узнавал своего брата. Может, это и было очевидно, но ему хотелось хоть как-то помочь. И тут он услышал кашель доносящийся сверху. Он шёл из комнаты Ганза. Папс взбежал по лестнице и открыл дверь. То что он увидел, превзошло все его ожидания. Ганз сам себя проткнул костью и тщетно пытался её убрать. Папирус подошёл к нему. Старший злобно зыркнул на него и хотел подняться, но это заставило его корчиться в агонии. Папирус аккуратно надавил на грудную клетку брата, ровно уложив, и взял кость. Ганз попытался двинуться от страха, но не смог. Папс вытащил кость. Крик Ганза можно было бы услышать в любом уголке Сноудина, если бы тот вовремя не закрыл рот. Было адски больно. Папирус ушёл за аптечкой, а когда вернулся его брат, был уже в отключке. Аккуратно перевязав его кости, он собрался уходить, но что-то держало его за одежду. Даже кто-то. Это был Ганз. Папс посмотрел на него. Он выглядел очень мило когда спит. Младший немного улыбнулся и сел рядом с ним. Ганз придвинулся настолько близко, насколько мог это сделать. Папирусу тоже хотелось спать, поэтому он придумал решение. Сняв броню, скелет лег рядом с братом и обнял его. Ганз улыбнулся. Младший невольно улыбнулся и вскоре тоже заснул. ~~~~~~~~ Ганз проснулся с немного размытыми ощущениями. С одной стороны было очень тепло и как-то странно, а с другой сильно болели рёбра. Он приоткрыл глаза, которые на тот момент казались ему свинцовыми. И то что он увидел перед собой поразило его до глубины души. Рядом с ним лежал его брат и прижимал к себе, и мало того, Ганз обнимал его в ответ. На щеках скелета появился румянец и он начал судорожно вспоминать что произошло вчера. И когда вспомнил, это почему-то принесло ему определённое облегчение. Он выдохнул и снова закрыл глаза. «Почему я чувствую себя так… так… защищено?» - он никак не мог этого понять. Ведь он всё то время его боялся, а сейчас спокойно лежал рядом с ним. И тут он почувствовал движение под боком. Папс просыпался. Ему хотелось горестно вздохнуть, но не хотелось, чтобы Папс спалил его. Младший приоткрыл глаза и увидев перед собой спящего брата улыбнулся. Тот был слишком милым. Ему очень не хотелось уходить, но к сожалению он должен был. Папирус поцеловал своего брата в лоб, оставил золотой цветок и ушёл. Через пару минут послышался хлопок двери. Ганз подскочил на кровати, как ошпареный, он очень сильно покраснел. Скелет закрыл рот руками, чтобы не заоорать на всё Подземелье. Сейчас в его мыслях творился сполшной хаос и неразбериха. Он не мог понять, что только что произошло, как это произошло и почему это произошло. Скелет посидел так минут 10 и только потом заметил цветок. Ганз поднял его. Это был золотой лютик. Он провёл по лепесткам цветка и улыбнулся, ведь такие же они с Папирусом дарили друг другу в детстве. Ганз встал и решил позавтракать для начала, - Мел? Мел ты тут? – ответа не было, - Ну что ж, видимо у него есть дела – скелет пожал плечами и отправился завтракать, заколов цветок на куртке. На столе он обнаружил бутерброды и кофе. Это было, пожалуй, любимой едой скелета. Он довольно улыбнулся и сел завтракать. После достаточно вкусного завтрака и мытья всей посуды, Ганз начал думать чем заняться. Но даже он не успел начать придумывать варианты, как услышал стук в двери. Он посидел минуту смотря на двери и после второго стука догадался, что их нужно открыть. Поднявшись с насиженного места Ганз открыл дверь. За ней были Андайн и Фриск. - Привет, Ганз – сказала Андайн, улыбнувшись. Фриск помахала скелету. - Привет. Не ожидал увидеть вас – Ганз улыбнулся. Сейчас у него было настолько хорошее настроение, какого не было в эти дни. - Слушай, мы тут собрались погулять. Ты с нами? – обе посмотрели на него. Ганз на секунду задумался, обдумывая все «за» и «против». - Хорошо – он кивнул и улыбнулся. Все трое направились в лес Сноудина. ~~~~~~~~ Дошли они очень быстро. Андайн и Фриск сразу же начали катать снежные комы, чтобы слепить снеговика. Ганз сел на снег и начал разглядывать цветок. На его лице была глупая улыбка. Андайн посмотрела на своего друга. - Что это с ним? Он как будто не в себе – рыбка посмотрела на Фриск. Та начала что-то показывать жестами. Через несколько минут Андайн удалось разобрать, что она говорила. «У нас люди ведут себя так, когда влюблены» - это то что поняла Андайн. Рыба просто открыла рот не в силах, что либо сказать. - Фриск, я не думаю, что он действительно влюбился в кого-то. Да и в кого? – она посмотрела на человека, а то в свою очередь пожала плечами, так как сама не знала. Андайн тем временем слепила снежок и прицелившись кинула его в скелета. Снежок попал ему в голову. - Хей! – крикнул Ганз, смотря на этих двоих и потирая череп. Рыбка невинно улыбнулась, а Фриск посмеялась, смотря на них двоих. Ганз слепил снежок и кинул в Андайн. Та увернулась и ухмыльнулась. - Промазал – Ганз спрятал цветок и щёлкнул пальцами. Над ним появился огромный ком снега, - От чёрт – Андайн явно не ожидала такого поворота и попыталась убежать, но не успела, и этот огромный снежок попал прямо в неё. Минута молчания сменилась смехом Фриск и Ганза. Андайн вылезла из-под снега и недовольно посмотрела на этих двоих, а затем сама засмеялась. Через пару минут они перестали смеяться. Ганз и Фриск за 10 минут отрыли Андайн и они продолжили лепить снеговика. Уже через час они слепили снеговика и улеглись отдыхать. Ну, точнее это сделали Фриск и Андайн, а заодно решили и перекусить тем что взяли с собой. А Ганз сел под другим деревом продолжая разглядывать цветок. Он вздохнул. - Да что же опять со мной? Пора умнеть... ведь нет приза за глупость. По прошлому я знаю, что любовь всего лишь тупость. Но почему я ничему не научился? – именно в этот момент его разум разделился надвое. Один говорил продолжать и ни за что не отступать назад, в то время как второй говорил даже не пытаться, ведь шансы один на миллион. Скелет вздохнул и положил голову на колени. Он постарался прислушаться к себе внутреннему, но оставить всю ту боль которую причинили близкие и двигаться вперёд ничего не боясь, было слишком трудно. Ведь даже несмотря на то, что это было больно, он привык никого не любить и доверять только Андайн, Ториэль и Фриск. Но сейчас, когда начался весь этот переполох, он никак не мог понять, кому и во что верить. Ганз закрыл лицо руками, «Что мне делать? Что я должен делать? Как я должен что-то делать?» - у него было слишком уж много вопросов. Одна его часть твердила, что он может доверять Папсу, а другая категорически это отрицала. - Гааанз. Алло! Земля вызывает Ганза! – Андайн щёлкала пальцами перед его лицом. - А? Что? – он посмотрел на Андайн. Кажется, он пропустил что-то и это явно было видно по лицу Андайн, - Упс, прости. Просто ушёл в себя – Ганз пожал плечами. Андайн вздохнула. - Меня вызывают, а Фриск оставить не с кем. Побудешь с ней? – рыбка посмотрела на Фриск и потрепала её по голове. Та улыбнулась. - Конечно побуду – он улыбнулся. Обе улыбнулись, и Андайн поспешила удалиться, - Ну что, малая, пойдём ко мне домой? – Фриск улыбнулась и кивнула. ~~~~~~~~ Скелет и девочка зашли в дом. - Ну, что ж, добро пожаловать в мою обитель! – Ганз немного улыбнулся. В доме было какое-то ощущение уюта. Фриск улыбнулась и показала знаками. «У тебя красивый дом» - сказала она. Он улыбнулся. - Спасибо. Проходи, располагайся – они зашли в дом и сели на диван, - Ну что, малая, чем хочешь заняться? ~~~~~~~~ Всё это время они чем-то занимались, для начала решили посмотреть телевизор и, наткнувшись на комедию, решили оставить её. После того как фильм закончился они были уже никакие от смеха и хотели остаться валяться, но видимо их желудки были против, и они пошли готовить. И пару раз чуть не взорвали кухню. После того как они приготовили поесть, они выдраили всю кухню и вымылись сами, а затем поели. И позже снова начали думать что делать, и выбрав какую-то игру начали в неё играть. И только недавно Ганз отвёл её обратно к Тори. Сейчас он сидел и смотрел телевизор. Дверь открылась, и в дом зашёл Папирус. Они посмотрели друг на друга и оба немного покраснели. - Привет, Ганз – сказал Папс и немного улыбнулся. - Привет – он улыбнулся в ответ, - Как прошёл день? - Скучно. Просто патрулировал и отчитывался – Папирус пожал плечами и сел рядом с братом, - А у тебя? - Ну, сначала пришли Андайн и Фриск, мы погуляли, побесились, потом Андайн свалила и мы с Фриск были у нас. - Вы ничего не сломали? – Папирус, прищурившись, посмотрел на брата. - Чтооо? Да за кого ты меня принимаешь? – Ганз, кажется, был шокирован до глубины души, но на самом деле, если бы они не прибрались, то это был бы кошмар. - Ну что ж, верю, верю – Папирус улыбнулся, - Что ты смотришь? – Ганз пожал плечами, так как сам не знал, что шло, - Ну я побуду с тобой. ~~~~~~~~ До ночи они смотрели разные фильмы. Начиная от страшилок, заканчивая романтикой. На комедиях они смеялись, на страшилках, которых боялся только Ганз, старший обнимал своего брата, а на романтике оба просто краснели, если случайно встречались взглядами. - Ого, уже час ночи – Ганз зевнул и потянулся. Всё же было слишком поздно. - Ну что ж, пора спать – Папирус встал, - Спокойной ночи – он поцеловал Ганза в лоб и ушёл. Скелет покраснел и улыбнулся. - Наконец! Я думал он никогда не уйдёт! – недовольно сказал Мел. Ганз посмотрел на него. Тот стоял, сложив руки на груди. - Мел. Где ты был весь день? Я так здорово его провёл – он улыбнулся и хотел начать рассказывать о своём дне, но Мел прервал его. - Слушай, ты серьёзно такой глупый или только прикидываешься? – Мел исподлобья посмотрел на Ганза. Этот взгляд напугал его и он сделал шаг назад, - После всего того что он сделал ты собираешь простить его?! - Он тоже заслуживает второй шанс – твёрдо сказал Ганз, веря в свои слова. Мел шокировано смотрел на него. - Ну что ж… прости меня. Ты не оставляешь мне другого выбора – перед меланхолией появилась часть души, она была чёрного цвета. Перед Ганзом появилась другая часть души, того же цвета. - Ч-что ты задумал? Мел, не надо. М-мел! – меланхоличный посмотрел на него, а затем на их души. - Это ради твоего блага – он соединил их души, делая одну чёрную душу.