Грань

Парень выбежал на лестничную площадку, закрыв за собой дверь. Мчась, что есть мочи, по ступенькам, он звал своего демона. Крик эхом облетал каждый уголок опустевших коридоров и сгустком вырывался на улицу. Сиэль выбежал из дверей колледжа и, не обращая внимания на всполошенных детей, пробежал по газону к главным воротам. Ворота оказались закрыты. — Куда будешь бежать? Тебе все равно не выбраться из школы живым и невредимым! — будто в голове у Сиэля раздался голос Коула, — Сдавайся! Мой демон все равно расправится с тобой. Взглянув на двери школы, парень увидел надвигающегося на него Нокса. Тогда маленький граф действительно испугался. — С-стой! Нокс, остановись! Мы же друзья, помнишь? Ты же сам говорил… Готов убить друга? — Прекрати смеяться надо мной, Фантомхайв…я знаю, что мы не друзья, я давно догадывался, но признавать не хотел…а в то утро, когда Себастьян накричал на меня, он на секунду потерял бдительность и его «внушение» испарилось. Я вспомнил, что хотел сделать с тобой, когда пришел. Я пошел на охоту и нашел его, — Нокс небрежно кивнул в сторону Коула, — Какая ирония! Я не собирался больше видеть никого из вас, чтобы не навредить, и вот, ты сам пришел. Теперь это уже не моя вина, — Нокс фыркнул себе под нос, и внезапно выкрикнул, — Слышишь, Себастьян, его смерть — твоя вина! — произнеся это, демон подскочил к Сиэлю, замахнулся…и вдруг оказался прижатым к земле. Себастьян держал в руке его серебряные волосы и придавливал голову к земле. — Так вот в чем дело…внушение исчезло, а я-то думал, что-то действительно ужасное случилось…ты как? — Себастьян как бы невзначай бросил мимолетную фразу в сторону Сиэля, а тот уже чуть ли не ревел от облегчения. На редкость дивное явление. — Ты задержался, — верно подметил Нокс, — Я мог разорвать твою любимую игрушку. — Нет, я как раз вовремя. Я долго выбирал момент, чтобы мое появление было максимально эффектным. Эй, граф, у меня получилось? — снова бросил Себастьян графу. Сиэль молчал, только смотрел на Себастьяна опустошенными глазами. И в какой-то момент даже можно было сказать, что он смотрел сквозь него, словно демона и не было вовсе, — Ну что ж, поболтаем позже. А сейчас разберемся с данным недоразумением, — демон кинул взгляд на дверь, из-за которой мельком выглядывала трусливая голова Коула. — Я? Нет! Стойте! Нокс! Нападай, чего ты ждешь?! Я сказал, защищай меня! Разве это не твоя обязанность? — Вовсе нет…господин, вы пожелали иметь власть над любым человеком. Вы ни слова не сказали о том, что я тоже должен делать для вас что-то еще…я даю вам столько власти, сколько вы просите, но за все нужно платить. Я предупреждал вас об этом, но вы оказались так глупы и бестолковы, что не удосужились принять мои слова к сведению. Кажется, сегодня вы и впрямь со мной расплатитесь. — ААА! НЕТ! НЕ ПОДХОДИ, НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ, ГРЯЗНАЯ ДЬЯВОЛЬСКАЯ ШАВКА! МЫ ТАК НЕ ДОГОВАРИВАЛИСЬ! МАМА, МАМА, СПАСИ! — истошный крик вырывался из уст наглого мальчишки, жаждавшего власти над всеми, но запутавшегося в этом чертовом нескончаемом лабиринте. Себастьян встал позади него, у двери, преградив ему дорогу, а голодный юный демон подбирался все ближе. — Стойте! Вы в своем уме? Это же школа! — крикнул граф. Демон не слушал его. Тогда парень попытался встать и заставить Нокса отступить. — Сиди! — громкий голос Себастьяна остановил Сиэля, — Сиди и смотри, что он делает! Посмотри, какого это, когда демон поглощает твою душу. Тебе ведь интересно, больно ли это? Смотри! Сиэль смирно сел в то же положение и смотрел на происходящее, как и велел ему Себастьян. Нокс наклонился ближе к Коулу, будто собирался поцеловать его, но остановился всего лишь в паре сантиметров от его губ. Сиэль заметил, как из парня потоком струится прямо в рот демона нечто полупрозрачное, с темными переливающимися пятнами. Это чем-то напоминало поцелуй дементора, но в отличие от них, демон высасывал не только хорошее, но и плохое, не оставляя внутри ничего. Коул стал похож на сморщенный желтый изюм и, выдохнув последнюю каплю своей никчемной души, канул в небытие. Сиэль сидел смирно и смотрел… Глаза его были пусты и не отражали ни единого намека на эмоции. Нокс посмотрел на него, затем на Себастьяна. — Кажется, зря ты заставил его смотреть. Он ведь всего лишь человек… — Нет, он в порядке, ведь это мой господин. Я бы не позволил управлять собой кому-то настолько слабому, — произнес Себастьян, взглянув на сухое тело Коула, — Но это не твоя ошибка. Ты научишься контролю, это даст тебе возможность получать удовольствие от такой жизни. Со временем. — Тебе просто повезло. Больше не осталось таких, как он. На твоем месте, я бы держал его подальше от такой жизни. Ты сломаешь его. — Он уже сломан, но в отличие от других людей, замыкающихся в себе, неспособных справиться с проблемами, тех, кто кончает жизнь самоубийством, он продолжает жить с этой болью, а взамен она делает его лишь желаннее. Ну, разве это не идеальная душа? — Хахаха, ты давно перестал видеть его в качестве ужина, не так ли, Себастьян? — А это уже не твое дело, Нокс. Пойдем, — демон перевел взгляд на Сиэля, который все также сидел с пустыми стеклянными глазами, — лучше отвезти его домой. Будешь с нами, а потом мы поговорим, понял? — Ладушки! — Нокс хлопнул Себастьяна по плечу и, разбежавшись, спрыгнул с крыши колледжа. Себастьян подошел к Сиэлю и взял его на руки. — Эй, Себастьян? — Что? — Ты проверял меня, да? Демон молчал, но все и так было понятно. — Ну ты и дурак… — взгляд Сиэля изменился, он ехидно посмотрел на демона и добавил, — И долго ты будешь стоять на месте? Я хочу чай. И не забудь про сладкое. — Я рад, что не ошибся в тебе, — улыбнулся демон. После чая с шоколадными пирожными Себастьян сел за ноутбук, Сиэль расположился рядом на диване с книгой в руках, а Нокс сел на противоположное кресло. — В общем, — начал было юный демон, — Простите за произошедшее… Себастьян глубоко вздохнул и поднял взгляд на Нокса. — Давай-ка проясним. Дело не в том, что ты напал на Сиэля, я бы ни за что не позволил причинить ему вред, а ты бы и сам не смог этого сделать, поэтому беспокоиться повода не было, я злюсь из-за того, что ты позволил этому жалкому существу взять над тобой верх. Ставлю все деньги, которыми владею в этом мире, на то, что его душа была совсем безвкусной и пресной. И просто спроси себя, стоило? — Я утолил свой голод, разве ты не поступал также, когда его не было? А теперь ты весь такой белый и пушистый, стелешься перед ним, бегаешь на задних лапках, лишь бы он не узнал, что ты творил во время его отсутствия. — Я контролировал свой голод, чтобы не сорваться и не устроить всемирный геноцид, я бы смог остановиться… — Ну конечно, рассказывай свои сказки кому угодно, но не мне…ты вспомни, почему взял меня под свою опеку: я стал твоей цепью, сковавшей демонический голод. Ты все твердил, что важно уметь остановиться. Но мне ли были эти слова? Я расспросил демонов, которых встретил после ухода от вас. Один из них рассказал ужасно интересную легенду о «великом демоне», который влюбился в человека, но не смог заполучить его душу, никого другого демон не желал и, совсем изголодавшись, потерял рассудок и уничтожил весь город, после этого от него не было и следа, поэтому это и стало байкой. Но в наше время, что не байка…не так ли, Себастьян? Притворяешься таким сдержанным, а сам!.. — Нокс! — воскликнул Сиэль, — Замолчи сию же минуту! Отчего демоны такие дети? — задал сам себе вопрос граф, никак не ожидая услышать на него ответ. — Неправда, — возразил Себастьян, — мы те, кого хочет видеть рядом с собой наш хозяин. Ни больше, ни меньше. Нам подвластен любой образ, любая внешность. — Замолчи. Вопрос исчерпан. И, кстати говоря, я слышать больше не хочу о ваших прошлых «подвигах», надеюсь, это ясно? Демоны переглянулись и молча кивнули. Нокс поднял взгляд, будто хотел что-то сказать, но промолчал. — Себастьян, будь добр, оставь нас на пару минут, — сказал Сиэль. — Ты уверен? — спросил демон, взглянув на Нокса. — Я же попросил, почему мне нужно повторять? — Я буду недалеко, так чт… — Нет, уходи подальше, я не хочу, чтобы нас подслушивали. Даже ты. — Но… — хотел было возразить Себастьян, но, остановившись, покорно выполнил просьбу. Спустя несколько долгих минут гробового молчания Сиэль, наконец, спросил Нокса. — Итак, о чем ты хотел поговорить? — Хах, ну знаешь…наверное, я взболтнул лишнего про Себастьяна. Это было нечестно по отношению к нему, да и к тебе тоже. Просто я совсем отчаялся… — И чего же ты хотел? — Я хочу загладить свою вину…то, что я сказал ужасно, но, тем не менее, такова реальность. Правда, я упустил несколько немаловажных деталей. Этот же демон рассказал мне, что после твоей «смерти» Себастьян закрылся в себе. Все пытался выяснить, что случилось, но ни врачи, ни создания нижнего мира не знали, что не так. В итоге, изголодавшийся демон, буквально обезумел и стал сжирать души людей без разбору. Он истребил весь город. Погибли около сотни демонов, которые пришли остановить его. После бойни остался лишь один живой человек, — Нокс понимающе посмотрел на Сиэля, — но только потому, что у него не было души. Себастьян пришел за тобой весь вымазанный в чужой крови и, увидев, что осталась только бездушная оболочка, что в городе больше не было людей, он понял, что наделал. Чудесным образом город был стерт со страниц всех путеводителей, с каждой карты. Он просто сжег его. Сделал так, чтобы все думали, что его не существует, что там нет ничего, кроме почерневшего от пожара холма. Так и случилось. А он отправился дальше. С того дня Себастьян ел дважды в месяц и только отъявленных негодяев. Ни разу не пропустил. Как только он задерживался или пытался удовлетвориться лишь одной душой, начиналась ломка. Все из-за того срыва. И вот просыпаешься ты — маленький «господин»! И вдруг Себастьяну больше не нужен этот «перекус», чтобы оставаться в нормальном состоянии. Он пропустил уже в третий раз. С твоим приходом ломка прекратилась. Я, конечно, всего лишь глупый демон и могу ошибаться, но спросите любого, и он вам скажет, что между вами определенно существует весьма мощная связь… — Ты говоришь правду? Если это и так, твои лестные слова в его адрес не оправдывают того факта, что он истребил целый город…его суть не изменить… — Да, но Себастьян не такой плохой, плохие парни не способны на подобные чувства… — Стой! Слышишь? — Сиэль притаился, вслушиваясь в город, — Так тихо… Хах, я понял, выходи, Себастьян! Я знаю, что ты здесь… — силуэт демона, сидевшего на перилах балкона, появился в призрачно-белом тюле, — Ты снова ослушался, глупый демон… — Что ж, как всегда проницателен. Но я, скорее, ожидал, что меня заметишь ты, Нокс. — Ну, я уже не в первый раз тебя разочаровываю. Но я рад, что ты слышал. — Я лишь убедился, что ты не соврал и не наплел ему про меня еще каких-нибудь гадостей. — Так ты все же собираешься уйти? Ты уверен? Если хочешь, то можешь остаться, ну так что? — спросил Сиэль Нокса. — Вы действительно слишком проницательны для своего возраста. Спасибо, но я ухожу. Это мое окончательное решение. — И куда ты пойдешь? — Навстречу приключениям! — с натянутой улыбкой промолвил демон, подняв руку вверх, как будто позировал для скульптора для исторического памятника. — Это твой выбор, так что останавливать тебя не буду и Себастьян тоже, хоть я и не понимаю твой выбор. Просто знай, что двери этого дома всегда открыты для тебя. — Спасибо тебе, Сиэль. Спасибо вам обоим, — сказал демон, склонив голову и вышел через дверь, как и делают обычные люди, когда прощаются с близкими на очень долгое время. А может быть, и навсегда?… Настала тишина. Сиэль задумчиво сидел на диване, скрестив руки и сдвинув брови. Себастьян стоял подле него, как в старые добрые времена. В жизни бывает много ошибок, которые сами по себе не ошибки, а лишь следствия первого промаха. Промах Себастьяна был в том, что он позволил Сиэлю впасть в глубокий сон, позволил ему покинуть себя. А последствия этого промаха убийства, еще и еще, и каждое откладывается где-то глубоко под корочкой. Сиэль понимал все. А Себастьян лишь хотел огородить его от этого. Не вышло. Было тихо. Только город вновь зашумел за окном. Никто из присутствующих в комнате не проронил за этот вечер ни слова. Вставали, ходили по дому, в конце концов, сели, хотели было поговорить, но ни один из них не мог подобрать нужные слова. Если бы они начали говорить, то обязательно поругались бы, поэтому оба продолжали молчать на протяжении всего вечера. Иногда тишина жестока, и в каждом молчании своя истерика… Но бывают дни…