Стороны луны. Когда закончилась война.

Резкий взмах палочкой, и вот противник уже отлетает к соседней стене. Луна Лавгуд быстрым движением отирает пот со лба. К лицу липнут грязные спутанные волосы, но времени их заколоть или как-то иначе убрать нет. Если кто-то наивно полагал, что со смертью Волдеморта все будет хорошо, пусть он сейчас посмотрит на Луну Лавгуд. Героиня войны, подруга самого Гарри Поттера, а главное, такая беспечная — чем не жертва? Ее придурок-отец точно не сможет помешать — так, по крайней мере, думали эти недобитые егеря. Чего они хотели от девушки? Взять в заложники? Просто развлечься, раз уж все равно их дни подходили к концу? Луна с шумом выдохнула воздух, сдувая прядь волос, и обеспокоенно посмотрела на отца. Нарглы подсказывали, что тот уже устал, но — и это тоже подсказали нарглы — противники вообще не ожидали от него такого отпора. Луна перехватила взгляд отца и большими глазами указала на стайку мозгошмыгов, кружащихся прямо над пятеркой егерей. Ксено Лавгуд посмотрел туда, округлив глаза, и взмахнул ладонью левой руки. Дочь в точности повторила его движение и мягко пропела: - У вас слишком много мозгошмыгов, они вызывают разжижение мозгов…. Егеря недоуменно воззрились на нее, на секунду замерев. Отец и дочь не глядели на них. Опустив палочки, они мечтательно смотрели, как вьющиеся мозгошмыги залетают к врагам в уши. Те непонимающе переглянулись и вскинули палочки, желая наконец оглушить этих ничтожных Лавгудов… Все произошло очень быстро. Полумна и Ксенофилиус сжали странные подвески, выглядящие, как руна Перт, замкнутая в круг. Ближайший к ним егерь вдруг завопил дурным голосом и схватился за голову: - Что это?? Почему их так много?? Их слишком много! У них слишком яркие глаза! Аааа! - он зажмурился и упал на колени, а потом и на спину. Остальные егеря в ужасе смотрели, как их товарищ катается по земле. Они зло оскалились и шагнули к отрешенно глядящим на происходящее Лавгудам. Ксенофилиус низким, тихим голосом проговорил: - Знаете, что это? - он раскрыл ладонь, показывая подвеску. Егеря не ответили, один из них начал произносить: - Авада… - и вдруг выпучил глаза и судорожно заозирался. Остальные отшатнулись от него, но было поздно. - Чему они только учились в Хогвартсе… - пробормотал мистер Лавгуд, направляя на катающихся по земле егерей палочку и связывая их друг с другом. Луна грустно улыбнулась. - Папа, их надо отправить в аврорат… Хотя есть ли смысл? Мистер Лавгуд в глубокой задумчивости смотрел на бессознательных врагов. - Малышка, смысл есть... Должны же авроры знать, чего ждать. Ты со мной? - Да, папа, они же тяжелые… - Луна задумчиво обвела комнату глазами, потом взмахнула палочкой, наводя порядок. Протянула тонкую руку отцу и направила палочку на егерей: - Локомотор Хьумани! Те поднялись в воздух, и Ксенофилиус Лавгуд взмахнул палочкой, аппарируя их в приемную аврората.

***

Драко Малфой проснулся от собственного крика. Его била мелкая дрожь, а пижама была мокрая от холодного пота. Он резко встал и быстрым шагом подошел к окну, открывая его нараспашку. Холодный ночной воздух ворвался в комнату, ероша его длинные, спутанные со сна волосы. Драко вгляделся в небеса, выискивая там знакомые созвездия. Луна ярко сияла, прогоняя из души липкие остатки сна. Юноша поежился, когда легкий ветерок задел его, холодя мокрую пижаму. Поморщившись, он быстро скинул ее и встал, чуть дрожа, в поток лунного света. На груди у него болталась подвеска — та самая, подарок странной лунной девушки. Девушки, которую спас он и которая спасла его. Драко судорожно сжал подвеску и закрыл глаза. Внезапно прямо под веками он увидел вспышки проклятий, а в ушах прозвучали слова: «Драко, все хорошо, все кончилось»… Он помотал головой и вдруг, на что-то решившись, подхватил с тумбочки волшебную палочку и взмахнул ей: - Экспекто Патронум! - серебристый заяц выскочил из волшебной палочки и обежал его. Драко изумленно глядел на это чудо, пытаясь понять, куда делся его хорек. Потом пожал плечами и сказал: - Передай мисс Лавгуд: «Я очень благодарен тебе, лунная дева, и хотел бы увидеться» - юноша сильнее сжал подвеску. Наверное, он бы не решился на такой поступок, если бы не эта ночь, не эта луна и не эти странные круги силы, прогоняющие кошмары. Он перевел взгляд на патронус: - Если она спит, не буди. Патронус растворился в темноте за окном, а Драко быстро переоделся в легкую рубашку и хлопковые штаны. Потом он сел в кресло у окна, задумчиво глядя вдаль. Вдруг из темноты вынырнул серебристый заяц и вспрыгнул на подоконник. Юноша разочарованно подумал, что Луна, видимо, спит, раз патронус вернулся ни с чем, как вдруг заяц проговорил мечтательным голосом мисс Лавгуд: - Спасибо, Драко, так мило, что твой патронус в точности как мой… Вы в порядке? Драко смотрел, не веря, на то место, где только что растаял патронус. В голове судорожно метались мысли, а в сердце теплилась надежда. На что? Он хотел взмахнуть палочкой и ответить, как вдруг замок тряхнуло. Он вскочил, вглядываясь в окно. Вдалеке мелькали вспышки. Драко судорожно сглотнул, когда одно из заклятий задело ту линию защиты, которую ставил он. Совсем недавно. Каких-то пять часов назад. В голове отдались болью попытки взломать его чары, и он опрометью бросился к отцу. Люциус и Нарцисса стояли, взявшись за руки, в комнате с родовым гобеленом. Все стены стали прозрачными и показывали происходящее у ограды поместья. Драко подбежал к ним и сжал плечо отца, передавая ему часть своих сил. Лорд Малфой серьезно посмотрел на сына, а потом перевел взгляд на жену. Та кивнула, будто отвечая на безмолвный вопрос, отпустила его руку и сжала плечо. Тогда Лорд Малфой воздел руки, закрыл глаза и запел высоким, гортанным голосом. Леди и наследник также закрыли и глаза и воздели свободные руки, подпевая главе семьи такими же голосами — голосами стихий. Завыл ветер, взревел огонь, зашумела вода и зашуршала земля. Те, кто попытался ворваться в Малфой-мэнор, закричали, но их не было слышно в сердце менора. Семья Малфоев творила родовую магию, взывая к защите, и весь замок пел вместе с ними. Ни один портрет не молчал. Пламя взметнулось у стен и, подхваченное порывом ветра, понеслось прямо на банду захватчиков. Когда те попытались прикрыться водяными щитами от пламени, вода вдруг взревела и обратилась против своих создателей. Те, кто не успел аппарировать, захлебнулись в потоках. Земля расступилась и поглотила врагов рода Малфой. А в сердце менора лорд Малфой опустил руки и осел на колени. Леди и наследник Малфоев также без сил сели рядом. Занимался новый рассвет. «Быть может, теперь все будет хорошо?» - вяло подумал Драко, глядя на краешек солнца из под прикрытых век. Ответом ему стал появившийся серебристый голубь, который хриплым голосом Ксенофилиуса Лавгуда произнес: - Шорьки нашептали нам, что вы успешно отбили атаку мародеров. Полумна мечтает познакомить нас. Патронус растаял, и на месте его появилась серебряная рысь Кингсли., которая серьезно проговорила: - Мистер Лавгуд сказал нечто невразумительное про то, что вас атаковали. Если позволите, я перемещусь к вам вместе с ним и его дочерью. Малфои устало переглянулись. Люциус встал, отряхнул светлые льняные штаны и помог жене подняться. Драко встал рядом с ним. Лорд Малфой щелкнул пальцами и проговорил: - Динки, кофе в каминный зал, а нам домашние мантии.