От ненависти до любви одно назначение

В каждой истории наступает то самый момент, когда нужно разобраться с собой, своими чувствами и тем, что творится вокруг. Ночь. Прекрасное время для подобных мыслей, однако. Тишина помогала собраться с мыслями, которые занимали голову Гермионы уже пару дней. Нет, сейчас не будет сопливых рассуждений, как несправедлива к Гермионе судьба. На пороге Вторая Магическая война, а ей всего семнадцать. Сейчас лёжа под одеялом и смотря в темный потолок, гриффиндорка размышляла как выйти из ситуации, в которую попала. И нет, естественно, сейчас речь не о войне. Гарри, Рон, все не близкие люди, а главное убеждения, которым она следовала с детства, на одной стороне. Малфой и все, что с ним связано — на другой. Выбирать, откровенно говоря, совершенно не хотелось. Спросите «почему?» Почему Гермиона выбирает между друзьями, близкими и…врагом? Враг ли он ей до сих пор? Конечно, нет. Она давно уже не смогла бы его так назвать и это пугало, ведь рушились её устои, которых она придерживалась долгие годы. Но не все так просто. Гарри и Рон, два самых близких человека для неё в стенах Хогвартса, которые с ней самого начала обучения. Всегда вместе, чтобы не случилось. Всегда друг за друга горой. Родители, которых Гермиона безмерно любила. Сейчас они далеко и мало, что понимают в том, что творится , на данный момент, в магическом мире. Это хорошо, они в безопасности. Семья Уизли. Мистер и миссис Уизли, Джинни, Джордж с Фредом. Они стали второй семьей для Гермионы. Сколько раз она находила у них укрытия, в те времена, когда было небезопасно оставаться в собственном доме. Сколько раз они сражались плечом к плечу со злом, спасая друг другу жизни. Сколько раз братья Уизли поднимали Гермионе настроение, подбодряли ее, когда у девушки, что—то не получалось. Кстати говоря, благодаря им Грейнджер уверенно сидела на метле. Теперь… Малфой. Враг с самого начала. Малфой. Мерзкий слизеринец и высокомерный аристократ, прячущийся за других. Малфой, изменившийся уже давно, но скрывавший это за маской безразличия. Так ведь ему проще. За последний год он сделал много хорошего, хоть и рьяно мог отрицать это. Её мнение о нем менялось с каждым днём. Поступками, действиями. Драко стал близким и наверное…дорогим человеком для неё. Дорожить бывшим врагом. Так разве возможно? Люди не меняются…так быстро. Уж точно не Малфой. И все же, почему ты выбираешь, Гермиона, почему? — Если бы я знала... От бессилия, ударила рукой по по матрасу и поднявшись, села на кровати. Признайся уже хотя бы себе, сейчас, Малфой тебе не безразличен. Запустила пятерню в волосы и подогнув одну из ног, поставила локоть на колено. Не безразличен? Да. С ним все было по—другому. Разговоры, ссоры, объятия. Все это она проходила уже с Роном, но те отношения были в корне другими. Разговоры. С Роном, приятные, уютные. С Драко, практически всегда на повышенных тонах, и всегда они оставляли осадок на душе, как и ссоры. Объятия. С Роном, тёплые, комфортные, родные. С Драко, защищённые, надёжные, нужные. Нужные. Такими они были вчера. Немаловажным фактом являлась ревность. Гермиона, конечно же, ревновала Рона, в своё время. В первую очередь к Лаванде, но, что—то внутри говорило уже тогда, что не стоит волноваться. Теперь же все эти чувства испарились, с ними же и ушла ревность. Ревность с Драко другая. Сколько раз она заставала его с другими, с Пэнси, и это всегда отдавалось неприятными ощущениями в грудной клетке. Мерлин, как банально, но с правдой не поспоришь. Так, стоп. Тебя понесло. Хватит сентиментальности. Ты же обещала. …Паркинсон. Хм, этой сучке хотелось хорошо врезать. Она заслуживала хорошей взбучки, слизеринская принцесса. Как бы ни так. И опять же, стоп. Почему от выбора двух сторон, ты пришла к выбору между двумя людьми? Выбор между двумя сторонами… Нет, Гермиона твёрдо не хотела этого делать. И не придётся. Малфой не Пожиратель Смерти, к черту метку. Он никогда не хотел им быть. Значит шанс есть. Она не собиралась сдаваться или просто задушить на корню все чувства к нему. Она будет бороться. Шанс. Новый план. Мерлин, пусть он удастся. Ведь еще вечером Гермиона чуть ли не силой выбила из Драко, информацию о том, что Пожиратели после больших потерь во вчерашней битве, «залегли на дно» и больше атаковать не будут. Легче от такой информации не стало, но у неё были хоть какие—то сведения о них. Близился конец марта, а значит, что Пожиратели, возможно, просто набираются сил перед главной битвой. Медлить было некогда и Малфой выслушает ее сегодня опять, хочет он этого или нет.

***

На завтраке, Гермиона все же решила рассказать друзьям хорошую новость, чтобы приободрить их после вчерашнего. Преподнесла она, конечно же, немного под другим углом. Удобным для неё самой. — Доброе утро, удалось поспать? — опуская на скамью. — А, Гермиона, привет, — поприветствовал Гарри, зевнув. — Немного удалось. — А вот тебе похоже не очень, прав? — заботливо спросил Рон. — Да, не спалось, что—то, — ответила Гермиона, тоже зевнув. — Внутри такое чувство, что Пожиратели пока больше не проявят себя. Они понесли довольно существенные потери вчера, потребуется время для восстановления их сил. Ага, Гермиона, чувство. В принципе гриффиндорка отчасти говорила правду, ведь и Рон, и Гарри собственными глазами видели количество тел мертвых Пожирателей. — Хм...это, конечно, хорошо, но Герм, это ведь только предчувствие. Нам нужно быть готовыми всегда, — поджав губы, проговорил Уизли. — Ты и сама нам это говорила. — Я и не призываю расслабляться, Рон. Просто почти всегда сбывается то, что я предчувствую, — лукаво улыбнулась Грейнджер. — Главное, чтобы твое предчувствие не попало в «почти», — усмехнулся Гарри.

***

— Привет, — привалилась боком к колонне. На подоконнике напротив сидел с ногами Малфой и курил. Взгляд ненароком скользнул по его телу. Белоснежная рубашка под форменным жилетом, застегнутая до последней пуговицы. Идеально отглаженные брюки, без малейшего намёка на лишнюю складку. Образ лучшего ученика Слизерина, старосты и гордости школы, портила лишь зажатая в пальцах маггловская сигарета. Такая несвойственная для аристократов магического мира привычка, Малфой. — Привет, Грейнджер, — выдохнул едкий дым, взглянув на гриффиндорку. — В твоих руках нет никаких бумаг, графиков, прочей хрени. Что тебе нужно? — отворачиваясь обратно к окну. — Поговорить. — О чем? — Причин, в последнее время, стало много. Попробуй догадаться. — Хм, — новая затяжка. — Мне кажется, знаю, — выдохнул дым. — Только вот тебе не надоело? Я вроде бы уже сказал, свою точку зрения, по этому поводу. — Почему тебе на все наплевать? — Мне не наплевать, Грейнджер. Просто у меня нет выбора. Хотя...ты права, мне плевать. — Ты ведь понимаешь, что я не дам тебе убить Дамблдора, Малфой, — прошипела, сверля взглядом его лицо, которое он не соизволил повернуть к ней. — Побежишь ему рассказывать? Вряд ли. Уже бы сделала это, несмотря на все мои угрозы. Ты же пытаешься уже во второй раз помочь мне, не понимая того, что она мне не нужна. Почему же ты все—таки стараешься, Грейнджер? — выбрасывая окурок на улицу. — Мне правда интересно. — Не хочу быть в долгу, — пожала плечами. Сощурив глаза Драко пристально смотрел на Гермиону, понимая, что она врет. Демон внутри него улыбался. — Ты будешь слушать мою идею, или нет? — не выдержав взгляда. — Буду, — доставая очередную сигарету, проговорил слизеринец, снова отворачиваясь к окну. — Ты настолько зависим от маггловской привычки, что это даже смешно, — усмехнулась девушка. — Так легче, Грейнджер. — От чего? — От всего. — Ты поможешь мне помешать Пожирателям проникнуть в Хогвартс, — прерывая секундное молчание. — Зачем мне это, Грейнджер? — Да затем, что кишка тонка выполнить задание. — Ори громче, ведь не все ещё услышали. — Заглушающее, Малфой, — подняла палочку и повертела ей. — Да и к тому же, хочешь в Азкабан? Тебе могут это быстро устроить. Ах, да, тебе же плевать, — раздраженно выплюнула слова. — Прости, я забыла. — У меня нет выбора, — тихо проговорил, выдохнув едкий дым, но Гермиона услышала. — Драко, ты же не Пожиратель, и ты сам это знаешь. Почему ты так противишься, когда тебе хотят помочь? — Потому, что мне уже поздно помогать, Грейнджер! Продолжай. — …Мы будем в тот день в Хогвартсе, на виду у всех. Ты ведь в курсе, когда они собираются нападать? — Допустим. — Хорошо. Значит за несколько минут до предполагаемого вторжения, мы с помощью маховика—времени, переместимся назад на пару часов. — Эта та вещица, с помощью которой ты успевала посещать оба урока в одно время, на третьем курсе? — Откуда ты…? — У всех есть свои секреты, — усмехнулся. — …Так вот, — закатив глаза она продолжила, — после этого, мы с помощью камина в гостиной переместимся в магазин «Горбин и Бэркс». В этом же магазине находится второй Исчезающий шкаф? — Да. — Значит, выведем его из строя, любыми способами и вернёмся обратно. Главное — успеть вовремя. Алиби у тебя на это время есть. Будь специально на людях, в тот момент. Ты ничего не теряешь, но сможешь выиграть нам время для подготовки. Видя своё поражение, они пойдут войной, но мы будем готовы. — Как легко ты рассуждаешь. Пожиратели непредсказуемы, Грейнджер, пойми. Не получится у них со шкафом, они придумают сразу же другой выход. Долохов прекрасный стратег. Придумать для него новую тактику — расплюнуть. Так, что вы даже не успеете подготовиться. — Попытаться стоит в любом случае, — твёрдо сказала Гермиона, отойдя от колонны. — Гриффиндорская решительность, — Драко выкинул уже вторую сигарету в окно. — Не смей, никому рассказывать об этом разговоре. Даже нашему святому Поттеру. — Ты не поверишь, но и не собиралась, — отворачиваясь и направляясь к кабинету, саркастично произнесла гриффиндорка. — На Зельеварение идёшь или как? — Или как. — Ясно.

***

 — На сегодняшнем уроке, мы изучим, а так же попробуем приготовить Амортенцию, — не слишком весело начал Слизнорт, но по классу тут же стал слышен радостный девичий шёпот. Как предсказуемо. — Профессор... Шёпот тут же стих и все повернулись к вошедшему. О, да, ты всегда вовремя. — Да? — обернулся зельевар. — А, мистер Малфой! — Извините, я могу войти. — Да, конечно. Проходите, мой мальчик. Мы только начали. — Спасибо. — И так, Амортенция является самым популярным любовным зельем, — возвращаясь к рассказу. —Разумеется, на самом деле, Амортенция не создаёт любовь, лишь её иллюзию. Этот напиток может вызывать только сильное влечение. Амортенция — мощное притворное зелье, — продолжил Гораций. — По—моему мнению, это одно из самых страшных зелий в мире. Под действием этого зелья, можно совершить ужасные поступки. Ухмыльнувшись Малфой переглянулся с Блейзом, который тоже не особо верил рассказам Слизнорта. — Поживёте с мое, наберетесь жизненного опыта, тогда уже не станете недооценивать силу любовного наваждения… — серьезно проговорил зельевар, видя недоверчивые лица учеников. — Теперь же, пора приступать к работе. Вся необходимая информация представлена в учебнике. Приступайте. — Мерлин, он издевается, любовное зелье, серьезно? — тихо возмутился Рон. — Ещё и такое сложное в приготовление. — Не беспокойся, я тебя помогу, Рон, — улыбнулась Гермиона. — Я читала о нем. — Есть хоть, что—нибудь в этом мире, о чем ты не читала, Гермиона? Ты же знаешь буквально о всем. — Ох, Рон, если бы это было так, нам бы всем было намного легче сейчас, — улыбнулась. Процесс приготовления зелья затянулся. На удивление лидировал Гарри, а не Гермиона. Она делала все по инструкции, но по сравнению со скоростью Поттера, продвигалась слишком медленно, по её мнению. Спустя время некоторые успехи все же наблюдались у большой половины класса. — Итак, я вижу, что многие из вас уже почти готовы, — пробежав глазами по классу начал Слизнорт. — Тогда, кто мне назовёт, как должно выглядеть правильно приготовленное зелье и какой характерный признак у него присутствует? Рука Гермионы тут же взметнулась вверх, несмотря на усталость. — Мисс Грейнджер? Не удивлён. — улыбнулся профессор. — Ну, что ж, мы вас слушаем? — Правильно приготовленное зелье должно иметь перламутровый блеск, по которому его легко узнать. Так же пар должен завиваться определенными спиралями, — ответила Гермиона, заправив выбившийся во время варки, локон. — Характерный признак зелья — запах. Для каждого оно пахнет по— своему, в зависимости от того, какие запахи нравятся, профессор. — Прекрасно! Десять баллов Гриффиндору… — Это же легко. Она просто прочитала из учебника! — раздраженно прошептала Пэнси. — И чего ж ты не подняла тогда руку, Паркинсон? — обернувшись, ухмыльнулся Рон, услышав слизеринку. — Не успела, Уизли. Представляешь! — Твои проблемы. — … Мисс Грейнджер, если вам не трудно, опишите, как пахнет ваше зелье. Она тут же ощутила на себе чей—то пристальный взгляд со стороны, где стояли слизеринцы. Малфой. Принюхавшись, Гермиона почувствовала запах пергамента, темного шоколада и совсем немного... табака. Шоколад и табак. Лишь единственный человек в её окружении так пах. Кинув быстрый взгляд в толпу слизеринцев, она быстро нашла его серые глаза, все так же прикованные вниманием к ней. Мерлин… — Мисс Грейнджер? — Оно пахнет для меня пергаментом, мандаринами и молочным шоколадом, — быстро собравшись проговорила гриффиндорка. Она почти не соврала. Ведь запах пергамента и шоколада, и правда почувствовала. Мандаринами же и молочным шоколадом пах Рон. Услышав слова Грейнджер, Уизли немного смутился. Гриффиндорец и не знал, что ей пришлось соврать.

***

Сдвоенных уроков со Слизерином, к счастью для Гермионы больше на сегодня не намечалось. Во время обеденного перерыва, выглянуло яркое солнце и стало тепло. Не желая упускать такой возможности, Рон, Гарри и Гермиона после обеда, устроились на заднем дворе, последовав примеру многих учеников. — Написал Сириусу, у них все хорошо. Кингсли полностью восстановился, а рука Билла уже почти в норме. Он рвётся снова в бой. — радостно сообщил Гарри, облокачиваясь спиной о шершавый ствол дерева. — Он никогда не унывает. Вечный оптимист, как и Джордж с Фредом, — весело ухмыльнулся Рон. — Отличная новость, Гарри, — оторвавшись от книжки, которую читала пока Гарри с Роном были заняты разговорами о квиддиче, проговорила Гермиона. — Рон, сейчас это качество очень вáжно для нас. — Да, знаю, я, Гермиона, знаю, — выдохнул Уизли и обвёл глазами двор, остановившись на слизеринцах. — Чего это Забини с Малфоем на нас пялятся? — Рон, не обращай внимание, — с улыбкой проговорила гриффиндорка и снова уткнулась в книгу. — Запретить мы им этого все равно не можем, так, что лучше сядь по красивее. Может они вовсе не нас с Гарри смотрят, а тобой любуются, — подняла руку и поправила рыжие волосы. — Очень смешно, — с сарказмом сказал, но от улыбки не смог удержаться. — О, а они оценили, — улыбаясь проговорил Гарри, переводя взгляд на «змеек». — Смешно наблюдать за человеком, который с трудом умеет врать, — закинув ногу на ногу, проговорил улыбаясь Блейз. — О чем ты? — крутя в руках прутик, спросил Малфой, даже не посмотрев на друга. — Я о Грейнджер. На Зельях она сегодня соврала. Запах ее зелья был другим, я уверен, — ухмыльнулся. — Она задумалась на несколько секунд, отводя взгляд. — И что? — И то. Это психология, Малфой. Она обдумывала, что ответить. Тем более, ты же знаешь, что я прекрасно могу «читать» людей. — О, да, — усмехнулся Драко, посмотрев на друга. — Ты то можешь. — Просто ты, очень хорошо блокируешь любые эмоции, а с Грейнджер не так уж сложно. — Приму за комплимент, — перевёл взгляд на трио, как раз в тот момент, когда Гермиона поправляла Рону волосы. Скрежетнул зубами. Картина явно ему не понравилась, но вряд ли это волновало её. — Уизли, что приосанился? — удивленно произнёс Забини. — Грейнджер сказала — он сделал, — с усмешкой сказал Малфой, одновременно переламывая ветку. Мулат повернувшись вполоборота, скептически посмотрел на друга. — Ладно, пошли, Снейп не любит, когда опаздываем.

***

— Грейнджер, тебя не учили, что врать не хорошо?