Пускай твои бывшие горят в аду

Он мог бы попытаться её остановить, не дать убить лихую барменшу, грузно осевшую в кольце вампирских рук, но Кэролайн так полюбовно сжала её и так стремительно отпустила, что ни одна из этих попыток не увенчалась бы успехом. За звонким хрустом шеи послышался глухой стук, когда тело Камиллы достигло пола. Форбс проследила взглядом за этим падением, пожала плечами, как бы извиняясь за состояние ещё недавно бодрого бармена, сейчас лежащего плашмя у её ног. Блондинка улыбнулась, вытерев рот ладонью и обратив внимание на золотой блеск часов, мелькнувших на ее запястье: — Не ожидала, что управлюсь так скоро. — Заключила девушка, тряхнув копной белесых волос, и перевела свой взгляд на немного шокированного Клауса: — Успеем заскочить ещё в одно место. — Успеем? — ехидно заметил гибрид, бессмысленно покрутив на столешнице пустой шот, точно зная, что теперь некому его наполнить и что ни одно предложение Форбс не смогло бы его заинтересовать и заставить поднять свой зад. Особенно после того цирка, что она устроила здесь. — Успеем, — утвердительно кивнула девушка, пропуская мимо ушей его злорадное ворчание о нравах современной молодёжи, и перекинула через барную стойку ключи от автомобиля, которые Майклсон, к своему великому сожалению, поймал даже не машинально. — Так получится быстрее. Кэролайн была странной и новой и совершенно такой же, какой была в это время, лишь чуть более дерганной, загнанной, словно в эту секунду она должна была спасти все человечество от надвигающейся катастрофы. Возможно, там в будущем эта катастрофа действительно имела место быть. Клаус не успел об этом как следует подумать, когда возвышающиеся кованные ворота кладбища Лафайет уже встречали их. Это место хранило в себе множество тайн, запечатлев уход тысяч и встретив сотни смертей. — Держи, — скомандовала Форбс и всучила в его руки лопату, захлопывая багажник арендованного авто. — Ты же не серьезно? — Прости, но это не мои бывшие убьют тебя, — Кэролайн как-то странно ухмыльнулась, пытаясь скрыть в раздражении мелькнувшие искры скорби, и подошла ближе, почти вплотную, так, что волчье зрение различило все блики её негодования. Возможно, в чем-то она действительно была права, и раз уж когда-то Клаусу пришлось копать для её жертв могилы, то в этот раз ему придётся эти самые могилы раскопать. Кладбищенские улицы были перенаселены, они петляли между полуразрушенных склепов, имена владельцев которых уже нельзя было различить в истертом камне. Месяц над головой Клауса блеснул улыбкой и полностью показался из-за пушистых облаков, с интересом наблюдая за странной парочкой, крадущейся между могил. Надгробный камень был вымазан чем-то; Майклсон ощутил все еще чёткий травянистый запах снадобий и немного приторный пчелиного воска, он даже мог бы представить, как ведьмы все еще читают здесь свои непонятные заклятия, совершая какой-то ритуал над этой могилой. — Так, это здесь, — Кэролайн резко остановилась, вперившись глазами в ту же плиту, что только что различил в ночном мраке гибрид. — Копай. Пара метров земли, влажной, разбухшей от вчерашнего дождя, груда комьев таких же чёрных и жирных, и Форбс возвышающаяся над этой ямой. Майклсон хотел спросить, кто же стал её очередной целью, но решил, что так или иначе девушка сама всё расскажет. Ну или он выяснит это, спустя ещё несколько сантиметров, когда его лопата издаст глухой стук, соприкоснувшись с крышкой гроба. — Открывай! — Кажется, вампирша даже подпрыгнула от нетерпения, прихлопнув в ладоши, словно только что она не раскопала чью-то могилу, а выиграла несколько миллионов в дурацкой смертной лотерее. — И кто же это? — улыбнулся Майклсон, тут же морщась от гнилостного запаха, наполнившего небольшое пространство разрытой могилы. Труп внутри гроба выглядел не очень, еще не полностью разложившись, в нем сложно было различить, кем же был этот человек до момента своей смерти. Длинные волосы женщины налипли на скулы и плечи, шевелясь то ли от ветра, скользнувшего внутрь, то ли от копошащихся в плоти червей. — Ты же знал её, — Кэролайн проследила за тем, как он выбрался из ямы, и дождалась, пока Клаус не встал рядом с ней. — Женевьев. Её звали Женевьев. — Ну конечно… — протянул с иронией мужчина. — И что мы с ней сделаем? — Мы можем скормить её аллигаторам, ну или сжечь, — девушка пожала плечами, — но я бы предпочла, вытащить её за пределы этого кладбища, только боюсь тебе предстоит все это проделать одному. — Она сверила время и кивнула самой себе. — Твои бывшие имеют поразительную способность бесить меня, даже будучи трупами. — Значит Миссисипи, — цокнул языком гибрид, понимая, что это не самое весёлое времяпрепровождение в столь дивный вечер: таскать по городу подгнившие тела подружек. И словно уловив всё его смятение и негодование, Кэролайн вдруг обернулась к нему, застав своей импульсивностью врасплох тысячелетнее существо с совершенными рефлексами, и резко приблизилась, притянув и поцеловав его со жгучим неистовством и той тоской, что Майклсон ощутил, когда она только ещё переступила порог бара Руссо. Но прежде чем Клаус смог бы предпринять что-то более решительное, девушка так же стремительно отшатнулась от него, не забыв оставить на мужской щеке алый след пощечины: — Никогда больше не смей заставлять меня проделывать это снова, sweetheart! И прежде чем он смог бы ей ответить, белокурая львица испарилась в ночи, оставив горькое послевкусие на губах и решимость в сердце, найти вампиршу в этом времени, где бы она ни была.