Сучка

Джесси дрожит всем телом, вжимаясь в стену особняка. Как будто это его спасёт. Лукас с видом дикой кошки, настигнувшей свою добычу, подходит к нему. Джесси всхлипывает, пытается отодвинуться, из шоколадных глаз льются слёзы. У него такой милый вид, что Лукас умиляется. Кончиком языка проводит по щеке, слизывая капельки воды. Джесси что-то сдавленно мычит. Он выглядит восхитительно беззащитно, да он и вправду беззащитен. У него нет сил чтобы сопротивляться, у него нет оружия чтобы сражаться, у него нет ничего. Лукаса это ужасно возбуждает, он испытывает желание разложить омегу прямо на столе. Оцелот усаживает дрожащего как осиновый лист парня к себе на колени, расстегивая ворот рубашки. Он целует шелковистую кожу, вылизывая её языком. Джесси трясет. Лукас водит языком по его шее, трётся носом о его плечо, а затем резко кусает его до крови. Джесси кричит, выгибаясь от боли в плече, но кляп удерживает звук. - Ну, не плачь, хороший мой... Ты ведь догадывался о том, что всё так и кончится. - Шепчет Лукас ему на ухо. - Я больше не намерен терпеть присутствие Петры рядом с тобой. Никто из них даже смотреть на тебя не имеет права. - Он расстёгивает пуговички на белой рубашке. - Я съем тебя, мой милый, чтобы ты больше никому не достался. Джесси всхлипывает, когда горячие ладони ложатся на озябшие плечи, скользят вниз. Он ёрзает. Запах сильного альфы сводит с ума. Лукас требует его полного подчинения, контроля над ним. Омега внутри кричит, царапает стены разума, бьётся в отчаянном желании отдаться ему. Пальцы резко сжимаются на его сосках, выкручивая их. Джесси выгибается дугой, ощущая влагу между ягодиц. Лукас замирает на мгновение, принюхиваясь и усмехается. - Ты пахнешь уютом, Джесси. Можешь себе представить? Ты, гоняющийся за оружием против иссушающей бури, ты, уже взорвавший её супертротилом. Ты, ветренная омежка, спасающая мир, пахнешь домом. - Джесси замирает на его коленях. - Самый притягательный запах во вселенной. - Декламирует Лукас, и валит его на пол, подминая его под себя. Джесси приглушенно всхлипывает, прижимая ладони к его груди. Лукас мурлычет как самый настоящий кот, ощущая дрожь омеги под ним. Голос полон похоти, сладкого разврата и какой-то совершенно дикой страсти. - Моя маленькая сучка... - Тянет Лукас, разрезая перочинным ножом веревку, обвивающую руки омеги. Джесси колотит, сердце стучит как бешеное. Жар внизу живота обжигает. Он скулит, скулит, как, действительно, течная сука, руки цепляются в небезызвестную кожаную куртку. Пелена застилает глаза. - Тише, милый. Можешь представить, что с нами сделает Айвор, если узнает, что мы использовали его лабораторию не по назначению? - Голос у Лукаса возбужденный и хриплый, тон повелительный. Он жадно впивается в его губы, а Джесси не сопротивляется. Он ослеплен желанием и связан инстинктом. Смазка хлюпает каждый раз, стоит Джесси чуть пошевелить бедрами. Лукас ножом срезает с него оставшиеся лоскутки рубашки. С его губ то и дело срывается рык. Будь происходящее не сейчас, а скажем, сотни три лет назад, Лукас бы не задумываясь, и при первой же встрече схватил бы за вьющиеся волосы, откидывая голову того назад, впился бы в его шею, и оттрахал бы до полусмерти, не задумываясь о том, чего хочет омега. Не то, чтобы он и сейчас был галантен, но тут виноват и сам Джесси. Будто бы он и не замечал голодного и собственнического взгляда, и продолжал флиртовать со всеми подряд. Он берёт сосок в рот, чуть покусывая его, отправляя по всем точкам удовольствия горячую волну, а со вторым играют пальцы. Джесси скребет ноготками по его спине, задыхаясь от ярких ощущений. Штаны и нижнее белье с него стянул Лукас, отправляя в полет до ближайшей книжной полки. Отчего-то, Джесси заливается краской, лишившись всей одежды. Он попытался отвернуться, чтобы хоть как-то закрыться, но Лукас схватил его за руку и вернул в прежнее положение. - Не смей ничего от меня скрывать, Джесси. Мысли, знакомых, инвентарь, себя. Особенно себя. Ты понимаешь? Чёрта с два он что-то понимал. Джесси только желал наконец перестать чувствовать пустоту, жжение в заднице и отсутствие метки на шее. - Лу... Лукас! - Слабо стонет он с мольбой в голосе. - Ты будешь моим, Джесси. Только моим, моей покорной сучкой, как и требует природа. - Торопливо рычит Лукас, стягивая с себя штаны. Джесси стонет, вжимаясь в стояк Лукаса с очевидным желанием. Лукас подхватил его под ягодицы, чуть преподняв, и стал медленно входить. Джесси задрожал, вцепляясь в его плечи. Чувство наполненности на мгновение принесло результат, но вскоре жжение вернулось. Он поёрзал, показывая, что готов продолжать. - Умничка... Принял всего. - С какой-то ненормальной нежностью прошептал ему на ухо Лукас. А затем резко толкнулся в него, вызывая громкий вскрик. Лукас сам был готов закричать: его омега был узким и горячим, и делать резкие движения внутри него было немного больно. Джесси чувствует бешеные толчки, и он стонет, кричит в голос, чтобы хоть как-то выразить свои эмоции, когда Лукас задевает чувствительную точку внутри. - Ааах! - Джесси пытается насадиться ещё больше, а Лукас всё ещё вбивается в него. Мир медленно, но верно начинает сужаться до их тел. Кажется это длится вечность, но этого всё ещё ужасно мало. Лукас хочет чувствовать своего омегу каждое мгновение, а Джесси уже пренадлежит ему - телом, душой и разумом. Оргазм у обоих выходит восхитительный. Джесси кончает себе на живот, и сжавшееся колечко мышц резко сокращается. Лукас стонет, и изливается прямо в него. Он запускает пальцы в шелковистые волосы, оттягивая шею назад, и вгрызаясь в неё как хищник. Омега вскрикивает и скулит, пока Альфа зализывает укус. Джесси слышит торжествующий рык, и падает в объятия Лукаса. Узел приносит некоторый дискомфорт, но это не значительно. - Л...Лук...Лукас? - Тише, милый. Тише. Лукас целует его вновь, прижимая к себе (теперь уж точно) своего омегу.