Педонуна в школе для мальчиков

Возвращаясь в учительскую после звонка с последнего урока, я с опаской приоткрыла дверь и выжидательно замерла, ожидая чего угодно — опрокинувшегося ведра с водой, невесть откуда упавшей лягушки или ещё какой пакости, но секунды шли одна за другой и ничего не происходило. Коротко выдохнув, я переступила порог и с досадой покосилась на пустующее место Криса — он смотался куда-то ещё утром и до сих пор не появился в стенах школы. Мало того, в учительской, кроме меня, сидела лишь пара старых грымз, которых изрядно перекосило при моём появлении. Сложив тетрадки и осторожно выдвинув ящик стола, я в очередной раз убедилась, что моей безопасности ничто не угрожает, и решила задать коллегам мучающий меня вопрос. — А где завуч? — как можно более равнодушно поинтересовалась я, демонстративно указав пальцем на пустующий стул. — Уехал по делам, — скривилась математичка, поспешно собирая вещи. Наконец обе грымзы благополучно слиняли домой, и я облегчённо выдохнула. Жаль, конечно, что я не смогу настучать Крису на его любимого племянничка, но тот факт, что учителям, вроде как, ничего ещё неизвестно о нашем прошлом романе, безмерно радовал. Погрузившись в проверку контрольных работ, я совершенно забыла о времени. Попивая чай из большой керамической кружки, я удобно сидела на стуле, поджав одну ногу под себя, в то время как сброшенные туфли валялись где-то под столом. Обводя красной пастой неверные ответы, я на автомате проставляла оценки, хотя мыслями была далеко. Насколько — сама толком не знала. — Учительница! — раздался капризный вопль, и я, поперхнувшись чаем, испуганно осмотрелась. В дверях кабинета стоял надувший губы Чанёль, а его лицо выражало крайнюю степень негодования. Мне показалось, или даже рыжие кудри слегка намагнитились, пытаясь как можно красочнее передать бурю эмоций, плещущихся в мозгу хозяина. — Что случилось? Ты почему не дома? — растерялась я, поспешно нащупывая туфли. — Дома? Вы шутите?! — Чанёль закатил глаза, после чего выразительно постучал по часам. — Вы сами сказали, чтобы мы после уроков пришли переписывать историю. Мы вас уже полчаса ждём — голодные и уставшие, а вы тут прохлаждаетесь! Несколько секунд я глупо хлопала ресницами, после чего, преисполнившись теплотой и нежностью по отношению к своим мальчикам, соскочила со стула и подбежала к насторожившемуся Чанёлю. — Прости, — выдохнула я, взяв его за руку и крепко сжав тёплые пальцы. — Пойдём скорее в класс! Ничего не взяв с собой, я послушно засеменила следом за длинноногим учеником, предусмотрительно спрятавшем руки в карманы толстовки. Ну да, у меня иногда бывают приступы нежности, так что моим ученикам нужно привыкать к роли плюшевых медвежат, которых мне в самый неожиданный момент приспичит потискать. — Чанёль, ты пришёл ко мне как самый ответственный? — с улыбкой спросила я, не сводя глаз с шелковистых рыжих волос. — Пф! — фыркнул парень, даже не повернув головы. — Просто Лухан отказался идти, вот я и вызвался, а то бы мы так до ночи вас прождали! — То есть как отказался идти? — опешила я, остановившись посреди коридора. — А что вы хотели? Накричали на него при всех, а у него тоже, между прочим, гордость есть! — важно заявил Чанёль, а я почувствовала себя ещё поганее, чем прежде. До кабинета мы дошли молча, думая каждый о своём. Зайдя в класс первой, я тут же услышала вздохи облегчения и виновато опустила голову. Прошествовав к столу, я осмотрела учеников, уже давно приготовивших листки и ручки. Пришли все до единого — наверное, испугались или меня, или моей угрозы вызвать в школу родителей. Печально… — Простите, я задержалась! — неуверенно произнесла я, сцепив руки за спиной. — Может, я уже заслужил хорошую оценку? — подал голос Чанёль, болезненно потирая коленку. — У меня знаете как нога болит, а я всё равно пошёл вас искать! Я не стала озвучивать свою мысль о том, что по дороге сюда он вообще не хромал, чувствуя себя слишком уставшей для того, чтобы спорить. — Вы можете идти домой! — громко объявила я, ловя на себе недоумённые взгляды. — Как? — разочарованно протянул Чанёль, всё ещё крутясь возле дверей. — Извините, что заставила вас ждать. А оценки я исправлю, — еле слышно добавила я, с тоской посмотрев на Лухана. За всё это время он даже ни разу не поднял головы — машинально листал учебник, словно мог на его страницах увидеть что-то новое. Всё ещё удивлённые парни поспешно собрали вещи и потянулись к выходу под монотонный бубнёж Чанёля. Я правда чувствовала себя неприятно из-за того, что заставила их ждать. Вот глупая, даже из головы вылетело, что назначила пересдачу на сегодняшний вечер. Лухан выходил из класса последним, вместе с дожидающимся его Сехуном. Неуверенно подойдя к его парте, я робко подняла глаза, но староста продолжал аккуратно укладывать учебник, даже не посмотрев в мою сторону. Наивная надежда, что Сехун тактично выйдет, оставив нас наедине, растаяла практически моментально. Одарив меня полным ревности взглядом, парнишка даже с места не сдвинулся, безмолвно наблюдая за действиями друга. — Пошли, — кивнул ему Лухан, закинув рюкзак на плечо. — Подожди! — встрепенулась я, сделав шаг вперёд. Парень поднял на меня недоумённый взгляд, а Сехун лишь раздражённо зашипел, явно сердясь из-за того, что я отсрочиваю его возвращение домой. — Я не должна была кричать на тебя, прости, — извинилась я, внезапно ощутив, как сильно дрожат мои руки. — Если вы волнуетесь из-за Олимпиады, то напрасно. Я и без ваших извинений буду участвовать, — холодно ответил Лухан, выйдя из класса вслед за Сехуном. Я ещё несколько минут стояла в тишине, после чего вернулась в учительскую. Настроения проверять оставшиеся работы не было никакого. За окном уже темнело, пора возвращаться домой; Чжин, наверняка, волнуется. Натянув пальто и повесив на плечо сумочку, я уже хотела уйти, как мой взгляд задержался на подвешенной в углу камере. Ну конечно! Торопливо сбежав по ступенькам в школьный холл, я подскочила к стойке и с облегчением вздохнула — охранник сидел там и, лениво зевая, разгадывал кроссворд. Пустив в ход все свои женские чары и обаяние, благо и стараться особо не пришлось, я всё-таки уломала мужчину показать мне видео, снятое камерой за последние несколько дней. Уступив мне кресло и показав, как пользоваться программой, охранник куда-то ушёл, оставив меня наедине с компьютером. — Ты попался, Кай! — злорадно хихикнула я, запустив быструю перемотку. Несколько минут ожидания и бесцельного просмотра мелькающих на экране кадров, как пальцы самостоятельно нажимают на «Стоп» и прокручивают немного обратно. Запустив видео, я уткнулась носом в монитор и затаила дыхание, не веря своим глазам. За своим столом важно восседал Крис — по одну сторону от него высилась стопка тетрадок, по другую открытый классный журнал. В руках он сжимал чашку с кофе и мечтательно смотрел в окно. Не знаю, что стрельнуло завучу в голову, но в следующую секунду он потянулся за клеем, стоящим аккурат за горкой тетрадей. С открыванием тюбика возникли проблемы, Крис даже отставил чашку, чтобы открутить злосчастную крышку. Наконец та поддалась, но неловкий завуч умудрился задеть локтём кружку, выплеснул на себя часть кофе, а выпущенный наружу клей благополучно вылился на журнал. Охнув, Крис поспешно спрятал улики и, поправив на носу очки, выскочил из учительской. — Кретин! — прошипела я, кусая губы и нервно стуча пальцами по мышке. Не оставив попыток уличить Кая, я принялась перематывать дальше. Следующий эпизод заставил мои глаза ещё больше вылезти за пределы орбит, ведь они лицезрели Лэя, на цыпочках подкравшегося к моему столу. Воровато озираясь, он выудил брошенные под стулом туфли и щедро вылил в них упаковку кетчупа, после чего исчез из поля зрения камеры. — Стоп! — задумалась я, напрягая память. Утром, когда я зашла в учительскую, Лэй постоянно крутился рядом, донимая бессмысленными расспросами. А когда я обнаружила испорченную обувь, то первым вызвался мне помочь и убежал в магазин за колготками, а потом сторожил у туалета и, если бы я его не остановила, помог бы их надеть! Устало обхватив голову руками, я продолжила перематывать видео, убеждая саму себя в том, что таракана-то мне точно подкинул Кай. Но и тут меня ждал полный провал — оказалось, что страшное усатое насекомое подбросил в мой стол никто иной, как Чанёль. И пока он переселял несчастного таракана из коробки в ящик, на стрёме стоял довольный Сехун, до кучи ещё что-то комментирующий, из-за слов которого рыжеволосый постоянно смеялся, не реагируя на жесты друга вести себя потише. — Придурки, — обиженно пробубнила я, откинувшись на спинку кресла. Не знаю, что точно я испытала — облегчение или разочарование, когда выяснила, что Кай не причастен ни к одному из событий, произошедших в моей жизни за последние дни. А вот вопросов стало ещё больше, чем было до этого. — До свидания! — услышала я знакомый голос, с опаской выглянув из-за стойки. Мимо меня, не оборачиваясь, прошёл Лухан, на ходу застёгивая куртку. Хоть разум и вопил, что нужно сидеть на месте, но ноги сами понесли меня вслед за парнем. Перекинув длинный ремешок сумки через плечо, я выбежала на школьное крыльцо и огляделась. В свете фонарей я увидела удаляющуюся фигуру Лухана и торопливо бросилась по влажному снегу. Странно, но через мгновение он и сам остановился, наклонив голову. Замерев в паре шагов позади него, я нервно сглотнула и прикрыла ресницы, не решаясь заговорить, а парень тем временем продолжил путь, выходя за пределы школьного двора. — Лухан! — крикнула я, привлекая его внимание. Растерянно обернувшись, он посмотрел на меня, а я, почувствовав запах никотина, направила взгляд на зажатую в его пальцах сигарету. — Это что такое? — прошипела я, тараном бросившись к парню. Ловко увернувшись, он спрятал сигарету за спину и лукаво усмехнулся, наблюдая за моей реакцией. — Ты куришь? — удивлённо поинтересовалась я. — Иногда, — пожал плечами Лухан, поднеся сигарету к губам. Словно завороженная, я следила за тем, как нежные розовые губы обхватывают фильтр, втягивая в себя табачный дым, и тут же выдыхают его. — Выброси! — приказала я, раздражённо сжав кулаки. — Почему? — фыркнул Лухан, изящно стряхивая пепел. — Потому что ты несовершеннолетний! — процедила я, сделав очередную попытку выхватить сигарету. — Всего лишь? — протянул он, вновь уворачиваясь от меня. — Нет! — рявкнула я, но тут же смягчила тон. — Это же вредно! Я не хочу, чтобы ты заболел чем-то из-за этой гадости. — Я же просто ученик, — взмахнул ресницами Лухан, а мне захотелось отвесить ему затрещину. — Ты мой любимый ученик, — еле слышно вздохнула я, опустив глаза. Тут же пожалев о сказанном, я понадеялась, что Лухан ничего не услышал, но как бы не так. Улыбнувшись кончиками губ, парень без сожаления выкинул сигарету в снег, а я, внезапно смутившись, продолжила стоять истуканом. Внезапно сделав шаг вперёд, Лухан приблизился ко мне, и я вздрогнула, почувствовав аромат одеколона, смешанного с еле ощутимым запахом табака. Подняв голову, я нервно сглотнула, когда лицо парня приблизилось к моему, но не отпрянула, продолжая доверчиво смотреть в его блестящие глаза. Протянув руки, Лухан осторожно надел на мою голову капюшон и заботливо поправил шарф. — Холодно же! — шепнул он, а я смущённо поджала губы, готовая провалиться сквозь снег в саму Преисподнюю, лишь бы не стоять в шаге от него. Рядом с нами раздался чей-то смех, и мы поспешно отскочили в разные стороны, пропуская незнакомых девушек, спешащих к остановке. Напряжение немного спало, и я, спрятав озябшие руки в карманы, неуверенно покосилась на Лухана. — Ну, я пойду, — выдохнула я. — Я провожу, — твёрдо заявил парень. — Нет! — Да! И опасаясь, как бы я не сбежала, он взял меня за локоть и потянул к станции метро. Всю дорогу я испуганно оглядывалась, опасаясь, как бы нас кто-то не увидел — не думаю, что все учителя ходят домой под ручку с учениками и краснеют от каждого их слова или взгляда. К счастью, Лухан молчал, а я напряжённо размышляла над неожиданной реакцией организма на все его действия. Что случилось с моим сердцем, пульсом и давлением? Почему кружится голова, и в горле пересохло? Наверное, я заболела. Да, так и есть! Приду домой, смеряю температуру и уйду на больничный, а они пусть сами со своей Олимпиадой разбираются! — До завтра, — отвлёк меня мягкий голос Лухана. Растерянно осмотревшись, я поняла, что мы уже дошли до входа на станцию. Здесь было гораздо оживлённее, чем у школьной ограды, и странное наваждение медленно спадало, понемногу отрезвляя меня. Лухан уже не казался волшебным и очаровательным, сейчас он был обычным семнадцатилетним парнем, ничем не отличающимся от своих сверстников — по-крайней мере, я пыталась себя в этом убедить. — До завтра! — кивнула я, смешиваясь с толпой. Если бы только можно было раствориться в ней.