Где же мне найти этот ключик от сердца?

На улице царила любимая пора всех школьников — весна. Улицы в это время всегда просто кипят людьми, — то ли дети бегут в школу, то ли люди спешат на работу, даже обычные бабушки-сплетницы не сидят дома перед телевизором, а обсуждают любого голубя пролетавшего мимо. В такие будни, я - Василиса Огнева, обычно не спеша иду по разноцветным улицам в школу, постоянно позвякивая брелками на моем портфеле. Но не тут то было! Сейчас мне приходится на всех парах бежать в школу, я опаздываю! Так опаздывать я стала совсем не давно. Дело в том, что в наш класс перевелся парень-извращенец по имени Фэш Драгоций, на него вешается пол школы девчонок, а он как придурок бегает за мной. Мне кажется, что это всего лишь из-за моей идеальной фигуры. Гимнастка, что уж поделать. Но дело даже не в этом. Дело в том, что я сама на него запала, но строю из себя неприступную гордыню — пусть уж добивается, раз любит. Ну, а я пытаюсь по-максимуму прихорошиться, но не выглядеть вульгарно, как Маришка Резникова. Мамочки, что за женщина (не побоюсь этого слова, скорее всего это так и есть) эта Маришка! У нее белые (по ее мнению) как снег волосы, красивые красные губки, (по ее мнению), самая красивая, самая дорогая одежда, (по ее мнению), а на самом деле волосы у нее желтые как солома, губы огромные (накачанные всякими пиратскими операциями) и красные как у городских стриптизерш, а одежда еле достает до ребер, книги она носит только для того, чтобы их «нечаянно» ронять, и все мальчики видели что у нее под юбкой. И она вечно носится за Драгоцием! У Фэша есть сестра — Захарра. Такая приставучка! Но очень веселая, и просто обожает печенье (От Захи: это вам на заметку. От автора: Захарра, что ты здесь делаешь?!). И что мне в ней нравится, так это то, что она везде с собой таскает сковородку Педагога Марию Сергеевну, и всех бьет кто обидет меня или ее. Вернемся к тому времени, пока я бегу в школу. Мимо меня со скоростью света проносятся уборная, туалеты, вахтерши какие-то. Но мне на них плевать. Я уже потеряла счет кабинетов, и чисто технически нашла нужный мне кабинет. — Здравствуйте, можно войти? — запыхавшись сказала я, уже ловя на себе взгляды одноклассников. — Дневник на стол, и вперед, — ответила злая ведьма Елена Мортинова. как же бесит! Не хотя я достала свой миленький дневник с единорожками, и аккуратно положила его на учительский стол, но у меня было еще одно дельце. После того как она написала мне замечание, я взяла дневник, и начала его тщательно отряхивать прямо перед всем классом. Держать за краешек, дуть, как-будто я только что его уронила в грязь. Я не поленилась даже достать влажные салфетки и протереть его. Пока я это делала класс просто дико ржал. По-другому это не назовешь. Я уже своим победным взглядом видела как разозлилась Мортинова. О-о-о какое же это удовольствие! Видеть ее перекошенную от злобы рожу, но тут же с гордой походкой, я поспешила усесться на свое «королевское» место. Краем глаза я заметила что Мортинова еле сдержалась, но продолжила урок. Прошла уже добрая половина урока, я конечно же, ничего не делала, и решила сыграть злую шутку. — Елена Мортинова, я знаю где вы прячете выпивку! — поднялась я и прокричала это на весь класс. Красная от злости Мортинова что-то пропыхтела себе под нос, и прошипела: — Вон из класса. Я, не особо раздумывая, схватила портфель и ринулась за дверь. Стою. Скучно. С такими мыслями я решила побродить по школе. И тут знаете кого я вижу? Фэша Драгоция! Собственной персоной! Он стоял возле стены со скрещенными руками, и улыбался всеми своими ямочками. — Ну здравствуй, принцесса, — усмехнулся он. — И в этот раз мне откажешь? Я надула губки и стала похожа на хомячка. — Не называй меня так, и никуда я с тобой не пойду. Поиграешься, поиграешься, и бросишь. — Где же мне найти этот ключик от сердца? — спрашивает он, и подходя ко мне начинает делать вид что у него в руках ключ. — Тык. — Говорит он, и тыкает своей рукой в районе правой груди, а после, поворачивает на одном месте. — Теперь замок открыт. Обычно гордая я размякла и позволила ему притянуть меня к себе и поцеловать. Сколько бы ни было гордости, сколько бы ни было слез, сколько бы ни было соперниц, остается любовь. Остается любовь...