Трэтеры. 2

5 глава Прозрачная крышка лечебной капсулы отошла в сторону, позволяя пациенту, то бишь мне, покинуть её. Мне же отчего-то лень выбираться. Когда еще у меня выдастся момент так понежиться в свое удовольствие? Выспался я замечательно. В теле легкость. Никаких посторонних тяжелых мыслей. Лежишь себе и радуешься тому, что проснулся и наступил новый день. Интересно, а сейчас день или ночь? — Ля-по-та. — Лэрд? — склонился надо мной интекс. — Показатели капсулы уверяют меня, что вы в норме. Выводы капсулы ошибочны? Вам требуется медицинская помощь? — Астор, не суетись. Все в норме. Кстати, привет, — улыбнулся я. — Твой капитан решил слегка поваляться и насладиться передышкой. Как в детстве… На сказочной перине! Ммм… здорово! Знаешь, я всегда мечтал приобрести пышную перину и спать на ней, как принцесса на горошине. Был у нас такой капризный сказочный персонаж. При первой возможности, став старше, я её купил. И понял, что не все так радужно, как кажется на первый взгляд. Перья в перине, оказывается, имеют свойство расползаться в разные стороны, а ты остаешься спать на такой тряпочке. Мало того, так они острыми кончиками колют тебя в самых неожиданных местах, представляешь? В итоге, намучавшись и психанув, я её продал. С трудом. Как-то оказалось, что романтичных фантазеров в нашем мире не так уж и много. Эх… — сладко потянулся я всем телом, — пора выбираться. У меня возник один маленький вопрос. Друг мой, а с какого перепуга я оказался в медкапсуле? — Нервный срыв. Пришлось вмешаться. В голове моментально замелькали какие-то обрывочные воспоминания. — Из-за базы? — думать, о том, что мне пришлось сотворить на проклятой базе рептиров, совершенно не хочется. Но без неё точно не обошлось. Это каким же надо быть бездушным уродом, чтобы тебя не зацепила смерть детей?! — У разумных существ с повышенным чувством ответственности нередки ярко выраженные отклонения психического функционирования организма. Травмированная ситуацией последних лет психика и усугубление недавним событием на планете дали подобный эффект. Заторможенность мыслительной деятельности, апатичность, застывание, пространственно-временное дезориентирование, расплывчатое осознание окружающей действительности. Появление слуховых и зрительных галлюцинаций. Бред. И вот результат, Лэрд, вы в лечебной капсуле. — Что, и даже эрситы не справились с поехавшей крышей? — грустно усмехнулся я. — Похоже, и Ушедшие умели не все. Хорошо, что так. Как правило, те, кто выглядят безгрешными, на самом деле являются самыми страшными маньяками. Чувства как будто слегка притухли. Твоя работа? — Ускоренная регенерационная помощь при психокоррекции. — Спасибо, Астор, стало действительно гораздо легче. Словно это было очень и очень много лет назад. Эмоции угасли и не теребят душу. Я сильно всех перепугал? Где все? И сколько я уже здесь отсыпаюсь? — Пять стандартных суток. — Сколько?! Пять?! — опешил я. При уровне возможностей лечебных капсул просто гигантский срок. Не хило мне прилетело по мозгам. — Знаешь, Астор, — сев в капсуле, вздохнул я, — я, вообще, очень удивлен, что не тронулся умом гораздо раньше. Рептиры… Мда… Эти твари меня добили. Эта база… Надеюсь, она не будет сниться мне в кошмарах. Черт! Смерть Вити, Вирцег, перемещение не добили, а проклятые ящеры сумели. Хорошо, что никого из своих с собой не потащил, было бы хуже. Я никогда не пойму и не найду оправдания тому, что увидел. Если вся раса способна творить подобное… Астор, я клянусь, пока дышу, я буду истреблять каждого увиденного мной рептира. Сил хватит! Один из трэтеров создал этих бездушных монстров, так пусть другой положит этому конец. Я, конечно, не супермен, хотя по понятиям моего мира — очень даже. И происхождение мое очень мутное. Трэтером-то я стал не так давно, ты знаешь. Но остаться в стороне у меня не выйдет. Характер не тот. Не умею проходить мимо, когда вижу несправедливость, и делать вид, что ни хрена не заметил. Пусть моя сущность трэтера — это все наносное, но сердце болит по-настоящему… Сейчас болит. До этой проклятой базы трэтеры для меня оставались не родными, понимаешь, Астор? И все те смерти, которые произошли когда-то давно, трогали меня мало. Нет, цепляли, конечно. Но. Было и было. Всякое случается. Геройские поступки и речи — это подходит для шоу, а не к реальной жизни. И вот я, весь такой правильный, но со своими принципами в башке, ткнулся мордой в самую жижу, прочувствовал на своей собственной шкуре, насколько это чудовищно, страшно и больно. Там… на планете… в лаборатории… словно душу раскурочили… Залезли, суки, в самую сердцевину и поковырялись… Мне и раньше говорили, что я странный. Я могу испытывать самый мизер жалости к взрослому человеку, но готов сломя голову кинуться на защиту ребенка. И мне никогда не было важно, мой он или чужой. У нас на планете это называли дуростью. А здесь… в этом мире все мои чувства усилились в разы. Меня самого немного пугает собственное маниакальное желание защитить детей. Посмотри, Астор, я получил великолепный корабль, забитый ништяками, стоящими громадных денег. Продай я их, и мог бы жить в свое удовольствие. Но! «Черныш» похож на группу детского сада, забитую под завязку детьми, — смущенно улыбнулся я. — И мне это нравится. Я рад тому, что дети, самые беззащитные и светлые существа во всем Мироздании, живы! И пока я в состоянии дышать, ни одна сука не причинит им вред. Я позабочусь об этом. Видишь, я почти рычу? Вот об этом я и говорил, все мои чувства обострены, особенно материнский инстинкт, как ни смешно это звучит в отношении меня, — устало вздохнул я. — Ну, хотя бы высказался. Извини, Астор, загрузил я тебя. Хотелось выговориться. Слишком много во мне накопилось, не утрамбовывалось больше, понимаешь? Спасибо, Астор, из тебя вышел замечательный слушатель. — Мне интересно, — кивнула голограмма. — Я понимаю Ваши эмоции, Лэрд. — После базы… Как бы тебе объяснить? Человеческое во мне… Нет, не так. Сострадание и милосердие к посторонним претерпели серьезные изменения. Поверь мне, за те молящие о смерти детские глаза… Черт! — вскочил я из капсулы, прикрывая глаза и пытаясь выровнять участившееся дыхание. Голос сорвался. — Я. Буду. Ррвать тваррей зубами. Вдох. Выдох. И снова вдох. Успокоиться. Новый срыв никому не нужен. Мне необходимо отпустить то, что было. В противном случае я могу загреметь в лечебную капсулу по новой. — Астор, скажи мне, а варт в балетной пачке был реально или это галлюцинация? — Бред, Лэрд, — хихикнул интекс, явно расслабившись. — Фух, ты меня успокоил. Поверь мне, волосатое оранжевое в розовом смотрится на еще один нервный срыв. Главное, не заржать, когда я увижу варта — обижу парня. Представляю, что все надумали, когда я начал из адеквата выходить. — Если вы озабочены состоянием супругов и остальных членов команды, то спешу заверить, все в порядке. Я постоянно держу с ними связь, докладывая о малейшем изменении вашего состояния, Лэрд. — И что на мой финт ушами сказали мои мужья? Очень интересно. — Они очень волновались за вас, Лэрд. Каждый из них проводил рядом с вашей капсулой по несколько часов, сменяя друг друга. Я пытался им объяснить, что все операции идут без инцидентов, но они продолжали настаивать на своем присутствии. — Тебе сложно понять, Астор. На Земле говорят: самое сложное — это ждать и догонять. Именно поэтому они здесь и были. Ждать очень сложно, интекс. Тем более, когда от тебя ничего не зависит, и ты не знаешь, чем все закончится. Хорошо или плохо. — Учту на будущее. — Учти, Астор. А когда я отключился? Что я был в бассейне, помню. Потом рядом оказались Лер и Халк, а дальше… Астор, что было после? — Простите, Лэрд, но ваши сведения неверны. Вашим супругам пришлось доставать Вас со дна бассейна. Я обратился к ним за помощью. Остальные не покидали своих кают, как и было приказано Вами, Лэрд. — Ясно. Спасибо, что снова спас, Астор. — Я рад, что с Вами все в порядке, Лэрд, — смущенно замялся молодой парень. — Астор, давай перейдем на «ты» и зови меня по имени. — Это нарушение субординации, — растерялся интекс, приняв вид молодого мужчины в военной форме. — Плевать. «Черныш» — наш с тобой дом. А у себя дома мы вольны делать, что пожелаем, и никто нам не указ. — Если смотреть с такой позиции… Пожалуй, я соглашусь с Вами… кхм, с тобой… Эльтан. — Отлично! Одной проблемой меньше. — Кстати, о проблемах, — прищурился вновь появившийся молодой парнишка. — Так, — прикрыв глаза, устало вздохнул я. — Астор, у меня к тебе просьба. Будь другом, определись с внешним обликом, а? А то я каждый раз теряюсь, с кем в следующий раз я начну разговор и с кем его продолжу. — Тогда так. Жилистый паренёк ростом немногим ниже меня с фигурой танцора, с распущенными длинными, до самой попы, волосами, украшенными тонким золотым обручем, с крупным граненым белым камнем по центру лба и забавно торчащими сквозь пряди острыми кончиками ушей выжидательно уставился на меня своими глазами-озерами цвета неба в летний солнечный день. Впечатление знакомого персонажа усилил длинный сюртук с разрезами, надетый поверх белоснежной рубашки и легких светлых брюк, заправленных в мягкие полусапожки. — Ну, привет, Асториэль, — не удержался я. — Из какого светло-эльфийского леса Вы прибыли к нам в гости? — Шутишь? — Пытаюсь. Не думал, что высокоинтеллектуальный интекс вдруг решит принять облик эльфа. Стрел с луком не хватает для полноты образа. — Не совсем эльфа, — очаровательно улыбнулся Астор, — скорее, образ собирательный. На руках голограммного эльфа проявились черные когти, и показанный оскал повторил мой точь-в-точь. — Немного от лелиров, немного от трэтеров, капля от водных видов. Если Лэрду не нравится мой новый образ, я сменю на любой устраивающий Вас. — Тпрру. Не гони, Астор. Тебе самому нравится, как сейчас выглядишь? — Да, Лэрд. — Да… — протянул я, знаком показывая продолжить и исправиться. — Да, мне нравится, Эльтан, — живо сообразил интекс. — Вот и отлично. Эльфы очень красивые существа, не поспоришь. А ты у нас еще вдобавок и умный. Убойное сочетание. Оставляй. — Принято. Выйдя из медотсека, направился прямиком в зону отдыха. Тупо хотелось жрать. — О каких проблемах ты там заикнулся, Астор? — Попытка побега и захвата капитанской рубки. Я резко остановился. — Не понял? Это кто же у меня такой наглый? — Братья. Из-за прибывших на корабль спасенных я был вынужден усилить охрану вновь прибывших и, соответственно, ослабить контроль за каютой людей. Испугавшись, дети могли повести себя непредсказуемо и, в попытке спрятаться, зайти в запретные сектора корабля. Я свел подобную возможность к минимуму. На охране каюты заключенных остался один дроид. Перехватить диверсантов удалось во время попытки взлома шлюзовой камеры. Дроид был умело выведен из строя. В двух точках корабля ими были установлены сигнальные маячки. Активировать их они не успели. Диверсанты были захвачены и переправлены в медотсек. Виноват, не доглядел. Признаю свою вину. Приму любое Ваше решение и наказание, Лэрд. — Ну, ни хрена себе, сюрпризы. И, Астор, на «ты» и по имени, помнишь? — Виноват. — То, что не доглядел, плохо. И то, что «Черныш» все больше становится похож на младшую ясельную группу, тоже понимаю. Но как вышло, так вышло. Ладно, это все лирика. Не будем терять времени, потроши мозги этих двух индивидуумов. Особо можешь не церемониться, живыми они не нужны. После утилизируй. Данные отсортируй и мне на доклад. Да, и, Астор, постарайся внимательно прошерстить их на интерес именно к нам. С чего бы вдруг? И «вдруг» — это случайность или же нет? А у меня, кажется, намечается разбор полетов, вон как супруги несутся. Главное, чтобы бить не начали, — хихикнул я, — а то в тапки гадить начну. Знакомый нудящий жужжанием звук ввинтился в уши, снова напоминая — на корабле есть представители моей расы, и они посылают мне Зов. Непонятно, почему они до сих пор это делают? — Эльтан, ты… — возмущенно начал было Орх, но тут же примолк после моего знака рукой и просьбы тишины. — Астор, что с детьми с базы? — Шестнадцать юных трэтеров в разной степени тяжести по состоянию здоровья доставлены с наземной базы противника. Бескрылые. Возраст от пяти до двенадцати лет. Нервное и физическое истощение. Проблемы с психикой. — Не удивлен. В том аду нормальным оставаться невозможно. А это еще и дети. — Медикаментозное лечение, с минимальным вводом эрситов в их организмы, с ограниченными функциями по усилению регенеративных свойств. Угрозы для жизни нет. Пациенты здоровы. Хочу предупредить, капитан, после выхода трэтеров из лечебных капсул селиться в одиночные каюты они отказались и, совершив побег, объединившись группой, заняли часть территории бассейного комплекса. При попытке наладить диалог выражают групповую агрессию. Силовые методы общения мною отвергнуты как недопустимые. Жду дальнейших указаний, капитан. — У них там такой эмоциональный клубок, что я не рискую подходить ближе, чтобы не отхватить, — пояснил Орх в ответ на мой молчаливый вопрос. — Лер пытался, и Ульн также. Бесполезно. Дети очень напуганы и не доверяют нам. Сбились кучей рядом с бассейном и ни на какие увещевания не идут. — После того, через что им пришлось пройти, — с сочувствием прошептал Орх, — бедные. Я думал, мне досталось в рабстве. Оказывается, в сравнении с ними, мои условия были не такими плохими. — Не сравнивай. У каждого своя война. Они сумели выжить, а это уже очень весомо. Альдес, как они реагировали на тебя? С Орхом все понятно, он эмпат, ему и так от наших эмоций укрыться негде, и хапнуть коктейль эмоций перепуганных детей — то еще удовольствие. Почему с Ульном не смогли контактировать или Лером? Халк не предпринимал попытки подлизаться? Дети обычно на нашего пса неплохо реагируют. — Это ты по любопытным шарес судишь? — хмыкнул Орх. — Этим проказникам интересно все, и бояться они еще не умеют. Если бы не присмотр за сорванцами Лера, они давно «Черныша» по винтикам бы разобрали. — Нет, Эльтан, ни меня, ни их к себе не подпускают. И Халк к малышне не полез. — Потому и не полез, что чувствует, насколько они напряжены и взвинчены, — дополнил Орх. — Чуть ближе на шаг, чем они позволяют, в ответ предупреждающее рычание и шипение от самых маленьких. И не подходим, чтобы хуже не сделать. — Ясно, — устало потер я виски, — это жужжание в голове меня скоро доконает. — Жужжание? — в один голос переспросили оба. — Зов. Фух… задолбал. И ведь самостоятельно не отключишь, я и так закрываюсь, как умею, все равно ввинчивается и гудит. Ладно, сейчас разберемся с нашими спасенными. Кстати, про попытку захвата «Черныша» слышали? — Я не ставил Ваших супругов в известность, Лэрд, — сразу же отреагировал интекс. — Вот, — усмехнулся я, перехватив взгляды, обещающие скорую расправу, от обоих мужчин в сторону интекса, — в таком случае, сообщаю я. Двое людей, братьев, что мы вывезли с Парсы, которых я посадил под замок, кокнули дроида и попытались установить маячки. Под суету с базой и мной у них почти все получилось. Астор перехватил их, когда эти умники пытались взломать командную рубку. В общем, церемониться с этими двумя не собираюсь. Сейчас они на ментокопировании, и, после того, как интекс покопается у них в голове и структурирует все знания, они отправятся на утилизацию. Врагов за спиной оставлять я не привык. Никаких комментариев или возражений не последовало. В животе требовательно и громко заурчало. — Дико хочу жрать. Совсем не культурно, хватая руками и вгрызаясь клыками в куски сочного мяса. — После восстановительных процедур — естественная реакция организма, — вставил свои пять копеек Астор. — Странно, если с мелочью все в порядке, почему они не вырубят свой Зов, продолжая мне мозг сотрясать? Чего именно они опасаются? Орх с Альдесом пристроились рядом на подплывшую к нам платформу. — Чем быстрее я избавлюсь от этого треклятого Зова и набью желудок, который пытается сожрать меня изнутри, тем лучше. — Эльтан, предупреждаю, от предстоящего серьезного разговора ты не отвертишься, — взгляд Орха мне совсем не понравился. Бить, может, и не будут, но допросами замучают. — Тс… родной, ну, чего ты расшумелся. Виноват я, знаю. Напугал вас. Но это не от меня зависело, слишком многое на меня навалилось, вот и не справился. — Я чувствовал… — еле слышно прошептал он, заставляя похолодеть все внутри. — Что? — во рту мгновенно пересохло от осознания того, что именно мог ощущать мой бедный Орхи. Эмпатия, что б её! — Я чувствовал… так страшно… больно… столько ярости… и обреченность, — с остекленевшим взглядом зашептал он. — Хватит! — рявкнул я, пытаясь так вернуть утопающего в воспоминаниях супруга. — Эль, — прижался он ко мне, всхлипнув. — Альдес, ты как? — Я не эмпат. Но твое состояние было ужасным. Астор нам вкратце объяснил, что происходит, и успокоил. Но… — Простите, — так, обнявшись, мы и доехали до нужного коридора. Спрыгнув с отбывшей сразу же платформы, слегка напрягся. Зов усилился, подталкивая к немедленным действиям и этим раздражая. — Эль! — на моей шее, хлюпая носом, моментально повисла черноглазая обезьянка по имени Лер. — Эль! Я так волновался. Ты был таким… чужим… Эль, не надо больше… — Поверь, малыш, я не хотел. Ну все, все, — поставив свое кучерявое чудо, присел, чтобы утереть его слезы. — Все хорошо. Видишь, я жив и здоров. К тому же, ты забыл? Во мне столько «слез», что убить меня практически невозможно. — Все равно, — буркнул Лер, обнимая меня и утыкаясь носом в шею. — Я так испугался. Я же никому не нужен, кроме тебя… А я не хочу больше один… Не хочу! — надрывно выкрикнул малыш. — Тихо, тихо, мой хороший, — ласково поглаживая по голове перенервничавшего ребенка, краем глаза отметил заинтересованность и некое нетерпение от группы забившихся в уголке маленьких трэтеров. — Я рядом, слышишь? И никогда тебя не брошу. Никогда, Лер. Я обещаю, черноглазик. — Не бросай, — снова всхлипнул он, успокаиваясь. — А сейчас дай, я пообщаюсь с нашими новыми гостями, а вечером мы с тобой еще поболтаем. Ага? — Вечером тебя твои мужья утащат, — отстранившись от меня, Лер бросил недовольный взгляд на обоих парней. Те только хмыкнули в ответ. — Гаф! — не утерпел Халк, и тут же я был погребен под излучающей вселенскую радость мохнатой тушей. — Ай, тише ты, мамонт, растопчешь! Ой! Мой живот! Рука! Слоняра, слезь! Ай! Халк, не лижи мое лицо! Фу! Я понял, понял! Ты рад меня видеть! Все! Халк! Фу! Спасите! Помогите! Энтузиазм пса удалось приструнить только с помощью супругов и Лера. — Фух… — утерся я рукой, — думал, залижет насмерть. — Во-волосы, — выдавил из себя Лер, каждый раз громко прыская от смеха, только глянув на меня. — Ха-халк ста-рался. Ой, не могу. Обследовав под смешки супругов свою многострадальную прическу, понял: Халк, качественно сдобрив ее слюной, вздыбил мои волосы наподобие хаера. И как в таком виде налаживать контакт с малышней? Клоуну вряд ли поверят. — Придется устраивать заплыв на голодный желудок. Черт, как же я хочу есть! Как все не вовремя. Стекший на пол фрип произвел на трэтеров неизгладимое впечатление, они так и остались стоять с открытыми ртами, когда я с разбега нырнул в бассейн. Проплыв под водой пару раз туда и обратно, решил выбираться. Есть хочется нешуточно, а это уже не игрушки. Организм пытается восстановить истраченные на регенерацию ресурсы, а я ему не помогаю. — Говнюк ты, Эльтан, — огорошил меняя Ульн, стоило мне выбраться из воды и отжать волосы. — Не понял? — честно признался я, наконец, заметив удобно пристроившегося на одном из кресел в дальнем углу Ульна, к моему удивлению — без своих солет. — Не, ну, вы гляньте на него. Ходит, голым задом сверкает, и хоть бы хны. А если перед моими женами красоту свою выставил бы, — с юмором выдал он. — То, что ценно, все равно не увидишь, — демонстративно провел я пальцами по паху, изящно выгибаясь. — Паразит, — рассмеялся Ульн, — но свой. Смотри, супруги в тебе сейчас дыру прожгут. Огребешь, жеребец, ох, огребешь от своих мужей. — Будут бить, буду гадить, куда ни поподя. Пора заканчивать шутковать. Быстро вернув на место фрип, перекинул за спину косу, подошел к Леру, одной рукой обняв сразу же прижавшегося ко мне мальчишку. — Никто варта не видел? — По сути, он, как охранник, должен быть здесь. — Йдоргар у себя, — оттараторил Лер. — Эль, а когда остальных выпускать будешь, или, пока не доберемся до Рури, не выпустишь из кают? — выкрикнул Ульн. И как ему сказать, что братьев я выпускать не собираюсь и, собственно, об этом не жалею. Не стоит всякой мрази по Вселенной бродить. — Ульты обещали вести себя хорошо. Их сын очень хочет поплавать, — добавил Альдес, видимо, приняв мое молчание за сомнение — выпускать или нет. Кстати, а выпускать кого и откуда? — Ага. И Таира с Недесом, её братом, со мной поиграть хотели. В каюте места мало, нам не развернуться, — грустно сообщил Лер. — Стоп, — растерялся я, — не понимаю, о чем вы? Кого я запер? Где? Я только братьев посадил под замок, остальных я не… О! Дошло. Астор?! — Да, мой Лэрд. — Мы же на «ты». — Субординация, мой Лэрд, — непререкаемым тоном выдал интекс. — Хрен с тобой. Ты мне лучше скажи, ты что, все это время, пока я лечился, так никого из кают и не выпустил? — На корабле была объявлена боевая тревога. Так как угроза миновала, экипаж корабля получил разрешение на перемещение по нему. Гостям без подтверждающего приказа капитана в доступе в открытые зоны отказано. — Кхм… — осознав весь масштаб трагедии и понимая, что бы мне выдал Ульн, я ощутил, что у меня заранее заполыхали уши. Ехидно-хитрющие лица четверых разумных и морда одного наглого пса красочно выражали все, что они думают по этому поводу, при этом они так смотрели не на меня, что радует, а на голограмму интекса. — А мы ему говорили, — сдал его Лер. — А он: «Не положено». — И меня не послушал, — кивнул согласно с малышом Орх.  — Умный же, а уперся. — Я действовал согласно установленному порядку, — кажется, Астор действительно обиделся. — Астор, ты все сделал правильно, — подмигнул я опешившему от моих слов экипажу. — В боевых условиях приказ капитана — закон. С этого момента во время моего отсутствия по независящим от меня причинам, будь то лечение, захват в заложники или еще что-то в подобном роде, на «Черныше» за главного остается… оде Альдес. — Принято, капитан. — Пф, — передернул плечами Орхи. — Я справился бы не хуже. — Согласен, — честно признался я, — но ты эмпат. И при принятии каких-то жестких или даже жестоких решений твой дар будет помехой. Эмоции, сам понимаешь, такая вещь, ими особо не поуправляешь, и загнать и спрятать их очень и очень сложно. — Я понял, — смущенно потупился Орх. — Вот и прекрасно! Альдес? — Я согласен. — Астор? — Уже принято, Лэрд. — Выпускай на волю наших страдальцев. Кажется, этот полет до Рури наши гости еще долго не забудут. Все, дорогие мои, пошли сдаваться. Зов мне уже весь мозг высверлил. — Зов? — переспорил Лер. — Угу. Постоянно в ушах жужжит. — Дети боятся, — подошел к нам Ульн. — Я их пытался разговорить, отвлечь как-то, но они совершенно не идут на контакт. Все по каютам сидят, а эти обосновались здесь. Мои выйти тоже не могут, так я себе тут в одиночестве, — и многозначительно посмотрел на меня, — отпуск устроил. Трэтеров решили не дергать, пока ты не очнешься. — Сколько они здесь? — уточнил я. — Процедуры были окончены сутки назад, капитан, — пояснил Астор. — Значит, только сутки? И чем они занимаются? Спят? — Не плавают, — подхватил Лер. — Ходят есть все вместе, и когда никого нет. Мы с Халком подглядывали. Разговаривать совсем не хотят. Мы только шипим друг на друга, как дикари. — Гаф! — и мне тут же прилетела тусклая картинка испуганно озирающейся толпы малышни, крадущейся к пищевым синтезаторам, словно делая вылазку в тыл врага. Набрав в ладошки съедобной массы, они быстро ускакивали обратно. — Мать Вселенная, как зверьки, — проникся я образом. — Астор никому из нас не разрешал близко к ним подходить, пока не удостоверится, что никакой бактериологической угрозы нет, — выпалил Лер, удобно пристраиваясь под боком развалившегося Халка. — Бактериологической, — поправил интекс. — Стоп! Они после лечебных капсул, какая угроза? Астор?! — Капитан, — замялся эльф, — тактическая уловка. Опасаясь за их психологически-эмоциональное состояние, я принял решение оставить юных трэтеров в месте их пребывания до вашего распоряжения. Вакцинация проведена в полном объеме. — Обманщик! — обиделся Лер. — Угроза, нельзя. Врун. — Тактическая уловка, — поправил интекс. — Все равно обманщик. Я тебе больше не буду верить. Ушастый! — Очень даже милый лелир получился, — успокоил насупившегося Астора Ульн. — Ушки — просто прелесть. А некоторым любопытным иногда нос укорачивать, который они везде любят совать, не повредит. — Я и не лез, — буркнул разобидевшийся Лер. — Так, все успокоились. Не забыли, у нас здесь зрители. Они и так, кажется, в шоке от нашего общего выступления. Интересно, они вообще со мной будут разговаривать, или так и будем летать в молчаливом нейтралитете? Астор, пригласи всех остальных в пищевой блок, там заодно поем, наконец, и пообщаемся. Жрать хочу так, что желудок к спине прилипает. Слышите, какие рулады выдает, скоро матом крыть начнет, вот тогда совсем худо будет. Лер и Халк, сидящие прямо на полу, с любопытством энтомолога рассматривали сбившихся кучкой детишек. При каждой новой попытке Халка сделать шаг ближе старшие из малышни громко порыкивали, пряча за спиной угрожающе шипящих мелких. Ульн, судя по тому, что он ушел вообще в другой конец бассейна и тихо о чем-то переговаривался со своими солет, у мелких трэтеров вызывал еще больший негатив, чем пес. Оставив супругов за спиной, сделал шаг к детям только тогда, когда обидевшийся на неудачные попытки подружиться Лер оскалился, зашипев на мелочь не хуже их. Детвора испуганно сдала еще ближе к стене, а кто-то из совсем маленьких заплакал. — Лер, — укоризненно покачал я головой. — Я хотел поговорить, а они, — насуплено пробубнил он, поднявшись и ковырнув носком пол в стиле невинно обиженного. — Я тоже умею шипеть. Я не хотел их пугать. И кусать не думал. — Им очень сильно досталось, малыш. Дай им немного освоиться, и у тебя появятся друзья, поверь мне. А пока иди пообщайся с Ульном, он скоро нас покинет. Мы в двух днях от Рури. — Ладно, — хлопнул он ладонью по ноге, подзывая пса, — Халк, ко мне. Зов усилился, вынуждая поморщиться. Я теперь знаю, что значит стая пьяных дятлов в твоей черепушке. — Тихо, — гаркнул я, заставляя детей вздрогнуть и замереть, как суслики перед змеёй. — Вы своими воплями мне сейчас весь мозг вынесете. Вас здесь никто не обидит, я обещаю. Поэтому прекращайте верещать, пожалейте своего сородича. — Старший… старший… — зашептала на разные голоса детвора, передавая весть друг другу. И вдруг все разом кинулись ко мне, пытаясь прикоснуться. От их слаженного неожиданного единого порыва я чуть трусливо не сиганул в сторону. Зов пропал, словно его и не было, зато детские руки, вцепившись в меня, кто куда, и оккупировав вокруг меня все пространство, начали слегка светиться. И что странно, со все увеличивающимся светом, идущим от детей, я и сам стал сиять все ярче и ярче. Дети довольно жмурились, да и я удивительным образом получал какое-то щемящее душу трогательно-нежное удовольствие. Мать-наседка со своими выводком, не иначе. Купаясь в волнах нашего тепла и умиротворенно им обласкивая каждого малыша, я с удовлетворением наблюдал преображение детишек. Пропало выражение усталости и загнанности в детских лицах, узоры на руках и шее стали четче, и волосы, приобретая былую шелковистость, радовали глаз. Именно в этот момент единения с детьми я вспомнил, что без излучения старшего все они были обречены на медленную и мучительную смерть. Организм, хилея, в конечном счете убил бы себя, так и не дав расправить крылья. Трэтеры очень взаимосвязаны между собой. То, что мы чувствуем друг друга, и мы больше, чем братья, не пустые слова. Мы — это частичка друг друга. Даже не могу представить, насколько жутко было чувствовать смерть тех, с кем ты делился своим теплом во время войны с порождениями тьмы, а после — и с рептирами. Малыши, как обкушавшиеся котята, отваливались от меня, тут же на месте сворачиваясь в уютные клубочки и засыпая. Перестав излучать энергию, когда последний уснул, но продолжая улыбаться, я с нежностью обозрел вновь образовавшийся детсад. — Натерпелись, бедненькие, — втянув носом, помимо разных оттенков запаха каждого из трэтеров, вычленил один — общий. Запах солнечного дня.— Астор, организуй им одну большую каюту на всех. Им еще рано разделяться. Не будем заставлять детей нервничать. Халк, охранять. Пес послушно уселся рядом со спящими. — Эль, а… — Тшш, — шикнул я на Лера. — Астор, следи за ними. Когда проснутся, сообщишь мне, а их отведешь покушать. А нам всем, думаю, лучше поговорить, когда я буду насыщать желудок. Простите, но жрать хочу зверски. Всей гурьбой мы оказались в местной столовой, оставив за закрывшейся дверью в бассейн спящих трэтеров. Набросившись на еду, словно не ел лет десять, как минимум, я потерялся для мира. Начать разговор получилось только после того, как я ополовинил вторую взятую мной порцию. Стало немного неудобно от стольких направленных на меня ожидающих объяснений взглядов. — Добрый день. Доступ в зону отдыха для всех вновь открыт. Прошу пользоваться на свое усмотрение. По-прежнему в остальные части корабля вход запрещен. Для вновь прибывших сообщаю, что через двое стандартных суток… Уже немногим меньше. Наш корабль выйдет к планете Рури. Астор, краткую справку по планете для наших гостей, будь добр. — Система ДН-7558162. Центром является звезда, желтый карлик. Солнце. Состав 93% водорода. В системе 7 планет, класса С — непригодных для жизни. И 1 планета класса А — пригодна для жизни. — А какие еще бывают классы планет? — неожиданно заинтересовался Ульн. — Класс В — при некоторых изменениях на планете, в будущем, возможно, пригодна для жизни. Класс Z — «зет» — опасна для жизни. Класс Y — «игрек» — не исследованы. — Спасибо, буду знать. — Продолжай о Рури, Астор, — напомнил я. — ПН-723212К — Рури. Диаметр планеты составляет 7832 км. Сутки равны 24 часам 32 минутам. Год — 370 суток. Вторая по близости к Солнцу. Минусовые температуры минимальны. Спутников не имеет. Состав атмосферы: 65% азота, 30% кислорода и незначительные примеси. Есть разумное население. Планета имеет ярко выраженный энергетический фон. Растительность имеет свойство энергетического вампиризма. В связи с этим настоятельно рекомендуется сделать прививку для выравнивания энергетического обмена клеток в теле разумных. — Какое красноречивое определение проблемы, — шепнул я себе под нос. — Ага, я помню. Ультам в тех лесах было очень плохо, — во всеуслышание сообщил Лер. — Чуть не умерли, да, Эль? Лучше делать прививки, если Астор говорит, что надо делать. — А прифифки это больно? — насторожилась юная шарес, задумчиво посмотрев на Лера. — Прививка, юная виро. При использовании вакцины проявление болезненных ощущений не выявлено. — К тому же не так давно вы уже проходили курс вакцинации, — Орх всех огорошил, судя по недоумению на лицах большинства. Ох, только бы не начали стихийный митинг против нарушения прав чело… тьфу, ты, разумных. Чем больше народа, тем, смотрю, весомее геморрой. — Когда мы успели?! — ожидаемо возмутилась дама-сухарь. Нет, как же она меня достала. Ни капли совести у бабы нет. Вы посмотрите на фифу, её, бля, не спросили?! А ты кто такая?! Или я совсем дурак, или я чего-то не улавливаю. Как бывший раб может быть настолько привередлив и требователен к своему спасителю?! — Астор? — шепнул я, лишние уши в данный момент мне не нужны. — Лэрд? — образовалась переместившаяся ко мне голограмма интекса. — Тсс, я хочу посекретничать. Давай без визуализации, по-тихому пообщаемся? Продолжай диалог с аборигенами и слушай меня.  «Лэрд, — раздалось у меня в голове, — мыслесвязь удобнее и безопаснее, если необходимо обсудить секретные данные.»  «Превосходно, » — непривычно, конечно, приходится напрягаться, но так, и правда, удобнее. «Вас… не рычите, Лэрд, на нас обращают внимание. Я исправлюсь. Тебя что-то тревожит?»  «На «ты» и по имени, мы договорились.»  «Я помню… Эльтан.»  «Астор, что там с нашими братьями? Работа движется?»  «Процедура закончится через пятьдесят одну минуту. По окончанию, компоновке и отбору интересующих нас сведений я доложу. Эльтан, я обязан предупредить. Законченную формулу вакцины и руководство по её созданию я не могу предоставить представителям данного мира. Некоторые населяющие виды разумных относятся по моему рейтингу к младшим расам. Вмешательство в развитие младших рас строго запрещено.»  «Постой, а как же помощь нам? Эрситы, фрипы, вакцинация? Это разработки, как я понимаю, сильно опережающие имеющиеся сейчас в этом мире? Астор, дружище, у тебя с твоими Создателями проблем не возникнет?!» — как-то я совсем не готов потерять интекса только из-за моей прихоти. Я и так засветил ИН-5 на зачистке Парсы. Теперь вот еще и бывшие рабы, которые, увидев наш кораблик, разнесут весть о нем по всей Вселенной. Черт! Как бы охоты на нас никто открыть не решил. С другой стороны, по другому я бы и не поступил, все равно бы их спасал. А насчет охотников за чужим добром? Так, врагом больше, врагом меньше, я и так в войне по самые уши.  «Нет.» — Я требую немедленно объяснения, на каком основании мне подсунули неизвестный фрукт с неизвестной и, возможно, вредной для моего вида начинкой. Вы же не люди! Откуда вы можете знать, что опасно для людей, а что нет?! — взвивалась головная боль местного масштаба.  «Кажется, я скоро придушу эту бабенцию. Бедный ребенок, чего она постоянно его за руку держит? Боится, что удерет, что ли? Астор, а ты уверен, что она его мать? Ты, когда анализы проводил, их ДНК сверял?» «100% совпадение по генокоду. Виро Натэя — мать вира Мика.»  «Никак не привыкну, к этим вир, виро, оде и остальной ерунде. Как же она орет, достала. Орх совсем бледный стоит. Эмоциями она его неплохо приложила. Придется вмешаться, а так не хотелось скандалить.» — Успокойтесь, виро Натэя, — рявкнул я. — Никто не собирался и не собирается вас мучить или проводить какие-либо эксперименты. К вашему сведению, посещение не только космического пространства опасно для любого разумного, но и нахождение на чужих вам планетах. Вакцина, которая находилась в синих плодах, абсолютно безвредна. Она разработана с особой тщательностью и приспособлена к любому живому разумному виду нашей Вселенной. — Они вкусные, — кивнул на пару с сестрой маленький шарес.— А эта прив-ви-фка, тоже вкусная будет? — Астор, продемонстрируешь? — кто бы мне самому заранее показал и сообщил, что у нас есть в загашнике. В помещение въехала пара дроидов, держа в своих манипуляторах по несколько затемненных квадратных контейнеров, сантиметров по тридцать шириной, и, выставив их рядком передо мной, вновь укатила в медотсек. — Астор, чего раньше молчал, что такое изобретение есть? Ек макарёк, а мы травой давимся. И то, не все её пить могут. Как скрутит, бывало, очередного подопытного, и все, пока не выблюет, аж трясется весь и пОтом исходит. А тут такой подарок! Специально молчал, вражина?! — Ульн, эй, тебя куда понесло, любезный? Ты, прежде чем такое при всех выдавать, думай. Расслабился ты что-то, старик. — Мда… — стушевался он, почесав макушку, — эк меня обрадовало. Не к месту. Прости, Астор, не хотел, а ляпнул. — Оде Ульн, вам повторная вакцинация не потребуется. Капитан, мне продолжать? — Прошу, Астор, не стесняйся, мы тебя внимательно слушаем. В помещение въехал очередной дроид с зажатым в манипуляторе черным пластиком размером с банковскую карту. — На данном носителе находятся описание и некоторые неполные формулы производства данного вещества. Остальные данные засекречены…  «Астор, только не ляпни им про Создателей!» — успел я влезть. — Частная собственность, — моментально выкрутился интекс. — Нехай сами лбы чешут. На то и мозгами мать Вселенная их одарила. И так, упы им в жены, все готовое преподнесу. Надо будет себе какую награду, что ли, выторговать. На память потомкам оставлю. Спасибо, Астор, не забуду. Эльтан… ты знаешь. Я твой должник. Я не удержался, рассмеялся. Уж больно красочно Ульн умеет передавать свои мысли, в лицах, так сказать. — Нельзя, — любопытная шарес, потянувшая руки к контейнеру, тут же получила по ним от бдившего за всеми Лера. — Без спроса брать нехорошо, так Эль говорит. — И опасно, — поддакнул я. Удивительно, но, кроме раздражающей меня дамочки, все остальные присутствующие следили за происходящим в полном молчании. Присев перед одним из контейнеров, я буквально почувствовал, как все находящиеся здесь затаили дыхание, когда я нажал на замок, и с характерным пшиком крышка отъехала в сторону. Вместо мохнатых синих яблок в контейнере лежали черно-рыжие полосатые огурчики с мизинец размером. При этом к каждому чуду гениальной мысли в вакуумной упаковке был добавлен прозрачный желтый леденец с пятирублевую монету. И как этим пользоваться? Кстати, странные какие-то вкусы у Ушедших. Все лекарства переводить в еду. Хотя так, наверное, организму усваивать проще. — Астор, руководи процессом, — отдал я бразды правления интексу. Ну, не показывать же всем, что я понятия не имею, как эту хрень употреблять и в какой последовательности.  «Астор, нам она нужна?»  «Эрситы в ваших организмах не нуждаются в дополнительном вакцинировании. Они способны самостоятельно вырабатывать данное вещество. При необходимости».  «Отлично. А у Ульна? У него же не все гладко прошло.»  «Не волнуйся, Эльтан. Это малозатратное на ресурсы воспроизводство. Эрситы оде Ульна с ней справятся. Данная функция в них активирована.»  «Слушай, а как удобно стало общаться. А главное, быстро. Ладно, не отвлекайся.» — Прошу вас, юные шаресы, раздать каждому по упаковке, — обратился Астор к обрадовавшимся такому важному заданию детям. — Капитану, оде Орху, оде Ульну и тебе, вир Лер, повторная вакцинация не требуется. Дети шустро разнесли каждому нуждающемуся по пакету. Новенькие мальчишки-близнецы с нескрываемым недоверием забрали у помощников по упаковке вакцины и снова забились в уголок, стараясь не отсвечивать. Светловолосые, голубоглазые, тощие.  «Астор, я наблюдаю, у нас пацаны-близняшки появились. Кто такие?»  «Они вместе с корабля работорговца, как раз когда ты на базе был, в капсуле восстанавливались. И три женщины-рабыни. Чудом выжили. Буквально перед тобой покинули лечебную капсулу. Повреждения перечислять?»  «Отставить. Я приблизительно представляю, что могли там делать с женщинами. Очень кратенько начни с мальчишек.»  «Раса: люди. Возраст: двенадцать лет. Сироты. Имя: Эри — старший, Ури — младший. Место продажи не выявлено. Владелец мертв. Рабыни…»  «Постой, давай сделаем немного проще. Та, что сидит справа от меня. Брюнетка.»  «Раса: человек. Возраст: восемнадцать лет. Имя: Риола.»  «Посередине, вторая брюнетка.»  «Раса: человек. Возраст: восемнадцать лет. Имя: Виота.»  «Блондинка?»  «Раса: аспа. Представители этой расы присутствуют на корабле.»  «Знаю. Это те красавчики, из-за которых мы на рынке тогда сорвались. Вот им и поручим шефство над гражданкой. Что там по ней? Давай шустрее, и возвращаемся в реальный мир».  «Возраст: двадцать лет.»  «Хм. выглядит моложе.»  «Имя: Паиса. Владелец: мертв. Планета покупки неизвестна.»  «Спасибо. Позже договорим.» — А этот? — ткнула пальчиком в последний закрытый контейнер Таира, заставляя быстро сориентироваться и вспомнить, зачем я вообще здесь нахожусь. — Он предназначен для последних гостей. После отдыха и восстановления в лечебных капсулах они так же пройдут вакцинирование, — пояснил ей Астор. — Прослушайте инструкцию по применению. Обратите внимание на верхний угол упаковки. Надавите на это темное плотное пятно. Правильно. Постарайтесь свести к минимуму прикосновение руками к черно-желтой капсуле. — И что ш ней шделать? — уморительно прошепелявил маленький шарес с оттопыренной, как у хомяка, щекой. — Жуй и глотай, — улыбнулся ему интекс. — Как только капсула будет проглочена, положите на язык круглую капсулу и рассасывайте. — А её грызть можно? — тут же заинтересовалась Таира. — Можно, — кивнул Астор, — но лучше медленно рассасывать. — Долго, — недовольно поморщилась юная дама, и все тут же услышали характерный хруст, и, как подтверждение, что грызть интереснее, личико приобрело блаженствующее выражение. — Виро Натэя, вы не использовали вакцину. Решили продолжить путешествие с нами? — вот же вредная тетка. Чего ей опять не так?! Сама пакет не вскрыла и сыну не дала. — Я не потребляю в пищу неизвестные препараты, — поджав губу, высокомерно выдала она. О… Как на нее отреагировали все. Такие недоуменные взгляды. Жаль, запечатлеть не на чем. — То есть, вы считаете, что я напоследок решил вас отравить? Или таким образом вы решили высказать мне свое «фи» из-за длительности заточения в каюте? — Мало того, что я вынуждена была находиться в обществе нелюдей, так еще нас заперли, как животных в загоне! И теперь вот это, — тряхнула она рукой с пакетами. — Вы обязаны были спросить, желаем ли мы вообще получать вашу помощь! Лер, ощерившись, зашипел на неё, от чего та в испуге отшатнулась, но, снова чопорно сев, гордо вздернула подбородок. — Постой, малыш, — я по-настоящему опешил и даже не думал скрывать это ото всех. — Мне кажется, я что-то неправильно понимаю. Выходит, что мне не надо было вас брать на борт «Черныша»? Так я спрашивал, и вы соглашались, что на моем корабле будут мои правила, и вы их будете выполнять. А может, мне не надо было вас лечить? Или правильнее было бы заставить вас заплатить за свое лечение, ведь я тратил свои запасы. И ничего, что из-за генетического заболевания именно на вас ушло в три раза больше лекарств, чем на всех остальных. Как думаете? Хм… Или, возможно, мне, вместо комфортных кают, одежды и еды надо было разместить вас всех скопом в грузовом отсеке? Как животных. Вы же так сказали? Хотя нет… Вас же больше возмущает другое. Правда? Присутствие рядом с вами нелюдей, — поднялся я, повышая голос, разведя руками. «Сучка ты неблагодарная. Мало, видимо, тебя жизнь побила. И била ли она тебя вообще?!» — Ка-как Вы смеете?! — подскочила она. — Мне сына твоего жаль. — Не смейте разговаривать со мной в та… — Молчать! — рявкнул так, что мелкие испуганно сжались. Орх и Альдес сразу же встали рядом со мной. — Смею. Это мой корабль. Вскрыла пакет. Быстро. Не хлопай глазами, отдай капсулу ребенку. Я сказал, передала, или я сделаю это принудительно. Не бойся, малыш, кушай. Я не хочу, чтобы тебе стало плохо, когда мы приземлимся на Рури. Вот, умница. А теперь вторую конфетку. Давай, зубками её, как наша Таира. Ага. Вкусно? — мальчик еле заметно кивнул. — А ты можешь и не вскрывать. Астор, препроводи нашу гостью в отдельную каюту и выставь охрану. Мне не хотелось бы до самого прибытия на Рури встречаться с этой… виро. — Принято, капитан. Демонстративно положив пакет с лекарством на свой стул, хватанув вздрогнувшего ребенка за руку, она хотела потянуть его за собой. — А, нет, неуважаемая, мальчик останется пока с нами. Пусть немного отдохнет от такой заботливой мамаши. — Что?! Нет! Я не ожидал, что эта сумасшедшая, зарычав, как дикая кошка, набросится на меня. Орх точным ударом вырубил её, брезгливо оттирая руку об руку. — Нападение на капитана корабля, неподчинение приказам капитана карается смертной казнью, — отрапортовал безэмоциональным механическим голосом интекс. Бузотерка висела тряпочкой на руке Альдеса. Гости заволновались. Лер мрачно смотрел на наглую тетку, явно прикидывая, куда кусать будет. Взъерошенный Орх мрачным взглядом окидывал всех посторонних. — Мама умерла? — раздался тонкий тихий голосок. Все разом повернулись в его сторону. Мальчик с какой-то трогательной простотой подергал меня за штанину. — Если она не умерла, то когда очнется, будет злая-злая. Вы хорошие. Я не хочу, чтобы вы умерли. Мама умеет готовить яды. — Ничего себе, упа мне в жены! — проникся услышанным Ульн. Кто-то пораженно выдохнул. — Вир Мик, а как вы попали в рабство? — спросил Альдес. Все притихли. — Мама отравила папу, хозяина и какую-то тетю за то, что она как-то обидела её. И нас наказали, — очень трогательно вздохнул ребенок. — Возмутительно! Почему она продолжает воспитывать ребенка?! — взъярился вдруг супруг барона ахта Луар. И, выйдя чуть вперед, опустился передо мной на одно колено. — Капитан, я, барон Луар Ирдерра эс Вильтэ, прошу Вас, как старшего, разрешить передать на мое попечение этого ребенка. Обязуюсь воспитать достойного ульта. — Э… — следя за нервным помахиванием хвоста нека, я недоуменно посмотрел на Орха. — Без согласия мальчика я не посмею насильно разделить семью. Пусть и такую. Поднимитесь, дайте мне пару минут на решение. Подхватив супругов под руки, отошел чуть в сторону, чтобы хоть как-то попытаться укрыться от острых ушей наших гостей. — Орх, что скажешь? — еле слышно прошептал я. — Я не эмпат, но что-то не то ёкает у меня внутри. Детей я люблю, но этот мальчик… И вроде жалко его, и чую, что с ним что-то не так. — Согласен, у меня такое же ощущение, — кивнул Альдес. — У него необычные эмоции… Заметил несвойственные для ребенка злорадство и удовлетворение произошедшим… — Хм… Выходит, он рад, что его мать изолировали от него? Очень странно для ребенка. И главное, заметили, он буквально сразу ее потопил? И убила она кого-то, и злая, и ядами пользуется. Предлагаю вернуть его матери и запереть их в комнате обоих. — А Астора попросить вести запись на протяжение всего полета до Рури, — добавил Альдес. — Согласен. — В таком случае, я отказываю ультам. Мне совершенно не хочется на благородный порыв защитить ребенка отплатить им злом. Я своей чуйке давно научился доверять, а про этого ребенка она ничего хорошего мне не подсказывает. А ведь я жалел его с самой первой минуты, когда увидел, как она его дергает. Вернувшись обратно к ожидающим решение ультам, я еще раз взглянул на ребенка. Стоит, глаза в пол, вся поза покорного судьбе послушного ребенка. Невольно зародилось сомнение в моем последующем поступке. — Я вынужден отказать, ахта Луар. Как бы ни была неприятна нам всем та особа, но она сумела уберечь своего сына и до, и во время рабства. — Но… — поддался сомнениям ульт. — Она его мать, прежде всего, — мягко добавил я самый весомый аргумент. И если бы я в этот момент не бросил взгляд на мальчишку, то не поверил бы, но собственными глазами увидел промелькнувшее на детском лице злобное выражение. Орх еле заметно прихватил меня рукой со спины, давая понять, что и он ощутил всплеск эмоций ребенка. — Астор, проводи вир Мика к его маме. Думаю, она очень волнуется за своего ребенка. Мальчишка не удержался, бросил на меня злой взгляд и, сжав кулаки, вновь потупился в пол, всем своим видом показывая, что его ведут чуть ли не на расстрел, выдавая наличие прекрасных актерских способностей. Слыша сочувствующие перешептывания, я мысленно ему поаплодировал. Дай ему чуть больше времени, и он вполне мог бы настроить многих против меня. Всем, не только мне, свойственно не видеть в некоторых детях угрозы.  «Астор, контролируй его передвижения очень пристально. Он меня настораживает. Его поведение не укладывается в возрастные рамки. И не забудь постоянно вести запись в их каюте. Мне интересно, как они общаются».  «Сделаю».  «Быстрее бы добраться до Рури и сплавить лишний балласт, хоть вздохнем свободнее.» — У меня вопрос. Эльтан, я хочу конкретно знать, кто собирается оставаться на моей планете? Мне будет проще понять, кому будет в моих силах помочь или дать какой совет. — Очень своевременный вопрос, Ульн, — действительно, чем раньше разберемся, тем лучше. Кроме того, что делать с тремя неучтенными бывшими рабынями? — Астор называет имена наших гостей по полному составу семей, и мы определяемся, куда и когда. Начинай. — Вир Йдоргар, — отчеканил интекс. Варт отлепился от стены, у которой стоял статУей, и отрицательно мотнул головой. — Он остается на корабле, — подтвердил я. А ведь маленькая крупица надежды была, что уйдет. Фигу. — Вир Киас, виро Виаса, вир Кили, — со своего места поднялась семья аспов. — Мы останемся на планете. Мы согласны, что ребенка лучше воспитывать на твердой почве, — с вежливым поклоном пояснил свое решение парень. — Удачи вам, — так, одним семейством меньше. Ура! — Я… — послышался робкий женский голосок, — я прошу у виро Виасы разрешения вступить в её семью.  «Не понял? Астор, о чем именно она просит жену Киаса? Поясни.»  «Ей одной будет трудно выжить, Эльтан. И она приняла решение влиться в семью младшей женой».  «Э… А почему она не спросила у парня? Как бы ему кормить свое семейство».  «Потому что у аспов подобные вопросы решает жена. И если муж неспособен прокормить их, то и вторую жену она принять не согласится.»  «В общем-то, наверное, так и правильно. Мужику разнообразие нравится. Не мне их судить, у самого рыло в пуху».  «Подобная часть морды у тебя отсутствует», — мысленно хихикнул интекс.  «Шутник». Передав ребенка на руки своему супругу, молоденькая аспа с легкой грустинкой в улыбке кивнула. — Паиса, я принимаю тебя в семью. Бывшая рабыня быстренько сделала перебежку к своей новой семье и, поклонившись Ваисе, целомудренно чмокнула в порозовевшую щеку Киаса.  «Фух, еще одним геморроем стало меньше. Слушай, на фоне черногривых аспов её блондинистая головка очень симпатично смотрится. А глаза… Ммм… какие синие.»  «Скорее всего, из-за редкого для расы аспов цвета волос она и была очень дорого продана.»  «Умеешь ты, Астор, всю романтику на корню загубить. Поехали дальше. Диктуй.» — Барон ахте Нарра, супруг ахта Луар, их сын ахте Дорк. — Здесь сюрпризов не будет, барон говорил ранее, что продолжать с нами полет он не планирует. — Именно так, капитан, — кинул мне ульт. — Прекрасно. Желаю вам удачи. — Я обещал немного пояснить кое-что о жизни на Рури, в остальном моя помощь барону не требуется, — заметил Ульн. — Некоторое ориентирование направления на чужой планете от её коренного жителя лишним не станет, — дополнил ульт, забавно дернув правым ухом. — Помимо этого, раз у моего супруга не вышло помочь одной исстрадавшейся душе, мы предлагаем посильную помощь двум другим. Виро, — обратился он к двум спасенным с корабля работорговца рабыням, — на первый год мы выделим вам комнату в нашем доме. — А кормить будут? — немного развязано спросила черноглазая Риола. — Мы станем питаться за одним столом. — Я согласна пожить у вас, красавчик, — и, подмигнув, эротично поиграв бедрами, втиснулась между бароном и его сыном. Супруг барона даже глазом не повел, вызывая невольно уважение тех, кто видел происходящее.  «Ой, дурааа! Астор, как думаешь, долго она протянет у них в гостях, пока сама же не сбежит? Не отвечай. Нашла с кем тягаться, с ультами! Это не комнатные песики, разорвут на хрен. Еще и омерзительно унизила Луара, я бы ей уже все пакли бы повыдергал, сучке.» — Спасибо за помощь. И желаю вам терпения и удачи в дальнейшем, — искренне пожелал я, на что получил еле заметную улыбку супруга барона.  «Все, мышка встряла. Я ей не завидую. Астор, давай шустрее, а то скоро трэтеры проснутся, а я уже устал, как собака.» — А вы, виро, не примете нашу помощь? — старательно отодвинувшись от брюнетки, все еще с вежливой улыбкой повторил свой вопрос барон. — Я вам благодарна, но я попробую выплыть самостоятельно, — без тени улыбки ответила Виота. — Капитан, я хотела бы попросить вас разрешить мне остаться на корабле. Я могу быть в качестве прислуги. Или няни для детей. — Я услышал вас. Поговорим об этом позже, — идея про няню мне понравилась. — Спасибо, капитан. — Итак, виро Натея вместе со своим сыном так же покинет мой корабль. Ульн, помогать или нет этой взбалмошной женщине — на твое усмотрение. Маленькие трэтеры, естественно, останутся со мной. Я единственный старший на ближайшие световые годы вокруг. А вот что именно решили наши близнецы, меня очень интересует. Ну что, братцы, одинаковы с лица, остаетесь на «Черныше» или отбываете на Рури под опекой нашего уважаемого оде Ульна? — Итишь ты, мыши, — ахнул Ульн. — Как тихо сидели, я и забыл про них совсем. Мальчишки вжались в угол еще сильнее, если бы могли распластаться по стене, то это и сделали бы. — Перестаньте волноваться, никто насильно ничего вас заставлять делать не станет, слово капитана. Поговорим о том, что вы решите, завтра. Хорошо? Мальчишки расслабились. — Ульн, а ты сам, может, прогуляешься по планете и снова с нами рванешь? — Не, дружок, налетался я. Хватит. Буду свои старые косточки греть под лучами светила на твердой поверхности. К тому же девоньки мои давно деток хотели, так ведь, сладкие? — расплылся в плутоватой улыбке Ульн, прижимая к себе обеих красавиц, удобно устроившихся с двух сторон под незлобивые смешки остальных. — Давно, — в духе представителей кошачьих в один голос пропели они. — Сам видишь, — хмыкнул Ульн, — ёк макарёк, такое счастье себе урвал, теперь денно и нощно охранять придется. Видимо, так задумано было Матерью Вселенной, чтобы ты на моем пути встретился, и я осуществил свою мечту, но с одной целью — счастье свое найти. Вишь, оно как. Не ждал, не гадал, а они — вот они. Сидят, жмурятся, хитрюги, планы по завоеванию высшего света Рури строят. Не тереби себя, Эльтан, все идет, как должно. Я и так подарков от Матери Вселенной отхватил с прибытком. И здоровье подправил, и спутниц для души своей обрел. Это очень много, поверь мне, друг. Удачи тебе в твоих поисках. И помни, я всегда помогу, только позови. Ульн Сокольский своих слов на ветер бросать не привык. — Долгих лет тебе, мой друг. — Капитан, дети проснулись. — Извините, дела. Альдес, Орх, вы со мной?