Дети подросли

Мива совсем не помнит, как она поднималась по лестнице. Она летела со всех ног, а глаза, в которых потемнело от адреналина, отказывались видеть ступеньки под ногами. «Он стрелял в него… Он попал в него!» — крутилось в голове у девушки, которая не могла сдерживать отдышку. Когда она, наконец, преодолела преграду, разлучавшую ее с братом, Мива увидела, что темперамент лежит на кровати, глядя в потолок. — Раф… — младший перевел взгляд на девушку, которая подошла к нему поближе, присев на краюшек кровати, — прости Диллона… — куноити опустила голову, тяжело вздохнув, — он просто защищал меня… Но я даже не представляла, что он нападет на вас… Я-я… Господи он как с катушек сорвался… — Мива «упала» лицом в собственные ладони, понимая, что тому, что сделал ее муж прощенья нет. Все извинения звучат глупо, когда речь идёт о жизни и смерти. Рафаэль долго смотрел на сестру, сохраняя молчание, а затем вздохнул. Он медленно поднёс ладонь к животу девушки и, прикоснувшись к нему, почувствовал лёгкое шевеление. Уголок его губ еле заметно дёрнулся и он, сделав глубокий вдох, посмотрел на свою сестру. — Мива, ну сколько можно реветь? Успокойся уже, — парень убрал ее руки с лица, заставляя старшую посмотреть на него, — Ты не должна лить слезы из-за пустяка! — Н-но… — девушке хотелось кричать, что его жизнь — вовсе не пустяк, да и как он может так говорить, вообще, но гормоны, плещущие из ее организма, позволяли ей только плакать, не в силах ничего сказать. — Никаких «но»! — она опустила взгляд. — Я в-виновата… Надо было раньше его остановить… — Мива, возьми себя в руки! Это просто царапина, он еле задел меня. Мы и не к такому привыкли, — успокаивал девушку брат. — Но ты ведь мог умереть, — голос старшей все ещё дрожал, хоть она и пыталась остановить истерику. — Да не мог! Просто царапина. Вон, Майки вчера с крыши упал, когда мы от кренгов убегали, и ничего. А в Лео из бластеры попали — тоже жив. У Донни пожар в лаборатории случился, но смог же выбраться, а это шрам у меня… — Раф! Ты не помогаешь! — перевала его сестра, вызвав громкий смех у парня своим криком. Глядя на заливающегося эмоциями брата, Мива и сама улыбнулась, — Ладно, горе ты мое черепашье… Давай сюда свою ногу, — темперамент, усмехнувшись, все-таки дал сестре обработать рану. Мива, наклонившись, взяла из аптечки бинты и мазь и принялась за дело. Через несколько минут она уже все закончила. — Вот и все. Теперь просто отдохни, — поцеловав его в лоб, она вышла из комнаты младшего, отправившись к Лео. Тот, как обычно, сидел на своем любимом коврике для медитации в позе лотоса, не двигаясь. Девушка, покачав головой, подошла к нему. Мечник не открывая глаз спросил: — Ты, что-то хотела? Старшая чуть вздрогнула, но затем вздохнув кивнула в ответ. — Да. Открывай свои глаза и подними их на меня… — Мива, дай мне хоть немного помедитировать. Наслушавшись твоего мужа внизу, мне нужно переварить то, что он сказал. — Лео! — Ладно, ладно… — парень нехотя открыл глаза и взглянул на сестру — чего ты хотела? — девушка, наклонившись, взяла сначала салфетку, а затем начала вытирать кровь с его разбитой губы. Мечник поморщился, отойдя назад и помотал головой, убирая салфетку в сторону:  — Больно…и неприятно… — парень закрыл губы руками.   Мива посмотрела на него, притянув к себе: — Потерпи немного, — девушка убрала его руки от губ. Лео помотал головой снова: — Не нужно… Они сами пройдут…сами заживут, — он зажмурился в ожидании боли. Кажется, у мастера катан вместе с губой пострадала десна, но он не хотел показывать это своей беременной сестре, которая и так вся была на нервах. Заметив, то что он серьезно напрягся, Мива нахмурилась. — Так, а ну живо открыл рот! — меченосец вздрогнул, открыв один глаз. — А, может, не надо? Со мной все хорошо… Честно, — пытался оправдаться мечник. Старшая еще сильнее нахмурилась и придвинула кулак к его носу, младший сразу все понял, приподняв руки в примирительном жесте, — Ладно, ладно… — Лео все-таки неохотно открыл рот. Сестра сразу заметила, что у братца более глубокая травма, чем он хотел показать. — Черт! — выругалась девушка. — Ничего, — владелец катан отскочил от нее, — это пройдёт. Все в порядке. — Лео, ты издеваешься? Как ребёнок, честное слово! Ну-ка марш сюда! — женщина ткнула рукой на кровать, требуя, чтобы брат сел в указанное место. Склонив голову, мечник опустился на кровать, открыв рот. Она подняла его голову так, чтобы видеть рану, оставленную горе-мужем. — Когда-то я тебя убью, Лео, честное слово! Почему ты мне ничего об этом не сказал? Неужели ты боишься? — Леонардо лишь отвел глаза, посмотрев вниз. — Нет… Просто ты итак вся на нервах, а тут я со своими проблемами полезу… И я подумал, что если скажу, то тебе станет хуже и… — но договорить ему не дала сестра. — Глупый! Вот точно — глупый! — Мива смотрела на него, — Вот, что ты несёшь? Ты всегда должен говорить мне, если тебе нужна помощь. Неважно, занята я или нет. Ты мой младший брат, я всегда помогу тебе. Даже если я и ругаюсь, ты же знаешь, что я люблю вас, — открыв аптечку, она стала искать все что нужно. «Она никогда не глядела в будущее, живя сегодняшним днём. Подумаешь, кровь. Зажило бы сто раз, а вот сама будто не понимает… Немного перенервничала, а ребёнку потом здоровьем расплачивайся. Тебе самой вот-вот малыша растить, а ты с нами нянчишься… » — думал мастер катан, пока старшая обрабатывала его рот. — Ау-ау, — мечник зажмурился и немного зашипел, когда антисептик попал прямо на открытую рану, но это была вынужденная мера. — Потерпи чуть-чуть, — куноити старалась довести дело до конца. — Холосо, — лидеру не дали закрыть рот, поэтому он не смог нормально ответить. Провозившись с раной, но все-таки обработав ее, она вздохнула с облегчением. — Вот и все, — Лео закрыл рот, чуть нахмурившись, — так кушать и пить пока нельзя… Через час я зайду к тебе, чтобы проверить твою рану, — ее братец кивнул. Потрепав его по голове, Мива встала и вышла из комнаты мечника. Девушка зашла к самому младшему братику, который сидел за столом спиной к ней и смотрел в стену. После того момента, случившегося внизу, ему стало как-то не по себе, ведь на него еще ни разу не направляли пистолет, особенно в его собственной семье. Весельчак пытался себя чем-то отвлечь, но мысли о Диллоне его совсем не хотели покидать. Мива, заметив это, глубоко вздохнула и подошла к младшему. - Ма-а-айки... - ласково протянула его имя старшая. Рыжик тут же поднял на нее голову, посмотрев огромными голубыми глазами. - А, это ты... А я и не заметил тебя, - владелец нунчак слабо улыбнулся, - ты так тихо зашла... Девушка улыбнулась словам брата. - Ну, как ты тут? - Мива осторожно обняла его, начиная поглаживать по панцирю. - Нормально... Если не считать того, что твой муж чуть было не убил нас... - парень прикусил губу, но все-таки обнял сестру в ответ, - Я тогда так испугался... Я думал, что...что это... Конец, - тут он начал трястись, и девушка почувствовала, что что-то мокрое стекает с ее плеча. Отодвинув лицо брата, она заглянула ему в глаза и увидела слезы, которые мокрой дорожкой бежали по щекам Майки, - Он стрелял... Стрелял в Рафа! Как он мог? Мы же семья! - владельца нунчак разрывало от мыслей, что кто-то из его братьев может погибнуть, не покидая собственного дома. Куноити отвела слегка глаза в сторону, но затем снова взглянула в глаза брата. - Я поговорю с ним, малыш... И объясню, что никто не смеет даже пальцем вас тронуть, - куноити чмокнула младшего в лоб, понимая, что никогда не даст своих братьев в обиду. - А если такое снова повторится? - почти шёпотом произнёс владелец нунчак. Ему не хотелось говорить сестре, что ее беззащитные малыши уже давно повзрослели, и Диллону может очень "фортануть" столкнуться с одним из братьев в тёмном переулке. - Я приму меры... - девушка прижала рыжика к себе, поглаживая его по панцирю, - Он у меня еще получит... Я его накажу за вас... А тебя я сейчас накажу за слезы и грусть... - рыжик вздрогнув взглянул на нее жалобно. - Не надо. Я требую амнистии! - Вот и я думаю, что не надо. Ты мне, что обещал? М? - старшая посмотрела на владельца оранжевой повязки. Майки сразу все понял и улыбнулся широко. - Всегда улыбаться и радоваться жизни! - девушка кивнула. - Правильно! Но еще ты обещал не вешать нос и никаких слез! - А как же лук резать? Или зевать? А когда много чихаешь, как тут не плакать? - возмутился рыжик, вызывая улыбку на лице сестры. - На каждое правило есть исключения, - рассмеялась она, глядя на кривляние весельчака. - Кстати, а ты уже знаешь, кто родится? - улыбка шалуна стала еще шире, ведь он скоро станет дядей. - Завтра я пойду в больницу, чтобы узнать об этом... Кстати, сегодня вечером спустись в гостиную - есть разговор... - Майк посмотрел на нее, кивнув. Чмокнув его в макушку, Мива вышла из его комнаты и пошла к гениальному брату, чтобы поговорить. Дон, как и всегда, сидел в своей любимой лаборатории.