Контроль

I can’t help this awful energy God damn right, you should be scared of me Who is in control? ©

Погожий весенний денек перед долгожданными каникулами, до которых осталось не больше двух дней. Вся школа взволнованно жужжит, словно пчелиный улей, весело переговариваясь даже на уроках, строя планы на лето. Только одна ученица не участвует в общем радостном возбуждении. Ее до колик в животе, до тошноты, до невозможности дышать пугают чужие голоса в голове. Сначала они приходили редко и словно эхо вдалеке, едва различимый шепот, но с каждым днем этот гул усиливался и вот сейчас превратился в гомон толпы. Джин вздрагивает, сжимая кулаки. Старается дышать глубоко и сосредоточиться на биении собственного сердца. Она не знала как, но это иногда помогало вернуть контроль, прийти в себя. Но не сегодня… — Мисс Грей? — голос учителя, звучащий в реальности, доходит до нее сквозь шум в голове не сразу, и мужчина, видящий, что ученица не реагирует на его слова, подходит и трогает ее за плечо. — Джин, с тобой все в порядке? Она быстро кивает, хотя побелевшие суставы пальцев, да и вся напряженная фигура девочки, просто кричат об обратном. Учитель поджимает губы. Раньше Джин была одной из лучших в классе. Всегда тянула руку, вызывалась к доске. Теперь же… Он с тревогой понимает, что что-то происходит. В его голове мелькают мысли о наркотиках, домашнем насилии, алкоголе. О том, что нужно поговорить с ее родителями, со школьным психологом, а может и вызвать кого-то из социальной службы. Мужчина вспоминает случай, произошедший в другой школе несколько лет назад: ученицу избивал и насиловал отчим, а бедная девочка боялась признаться кому-либо, пока, совсем отчаявшись, чуть было не наложила на себя руки. Так она тоже бледнела, худела на глазах. И как этого не замечали учителя или не придавали этому значения, мистер Вуд понять не мог до сих пор. Он считает себя чутким учителем и хорошим человеком, поэтому если в семье Джин Грей что-то происходит, то он должен об этом знать. Все его мысли кадрами проносятся в голове Джин, порождая ужасные картины чужой боли и страданий, покрывая кожу мурашками, а сердце заставляя биться со всей отчаянной быстротой. И откуда ей знать, что именно так начинается приступ паники. Паники, что ее маленький секрет раскроют. И что тогда? Мутанты не новость. Они больше не городская легенда и не сюжет из фантастических фильмов, но многие говорят, что мутантов увозят далеко от родителей, из дома в ужасное место, навсегда. Девочка не хочет лишаться семьи, друзей, привычной жизни. Ей страшно, и страх вырывается наружу силой. Джин первая замечает, как карандаш медленно отрывается от поверхности парты. Быстрым движением она ловит его, пока никто не заметил этих фокусов, но тут же осознает, что висит не только карандаш. Парта, оторвавшись от пола на добрый фут, раскачивается в воздухе. Испуганно-восхищенный «Ах!» прокатывается по всему классу, а за ним шепот: — Она — мутант! Смотрите! Она из этих! Этот шепот превращается в неразборчивый хор в голове Джин. В симфонию удивления, страха и любопытства. Это все причиняет почти физическую боль, и девочка зажимает уши ладонями и зажмуривается: — Прекратите, пожалуйста, прекратите, — ее тихий шепот между всхлипами практически не слышен. Боль, пульс, страх - все усиливается, заставляя задыхаться и искать выхода. Искать избавления. — Хватит! Замолчите! Мебель в классе взмывает к потолку, сбрасывая со стульев своих обладателей. Стекла в окнах с жалобным звоном рассыпаются мелкой крошкой. Испуганные крики одноклассников и встревоженный голос учителя долетают до девочки словно через вату. Все существо Джин сосредоточено на ином. Что-то неизвестное, темное, клубящееся словно черный дым, в котором, яркими вспышками танцуют языки пламени. Оно наступает неотвратимо, как волна, катящаяся к берегу. Затуманивает сознание, не извне - изнутри. Девочка пытается вдохнуть, но не может. Сила уже захватила ее, контроль потерян. Огонь вырывается в реальный мир, и парты с грохотом рухнувшие на пол, в тот же миг загораются как спички. Пожарная сигнализация бьет по ушам. Гомон учеников, встревоженные окрики учителей - все это тонет в топоте ног, спешащих к выходу. Джин так и остается стоять посреди опустевшего класса. Теперь, когда она ни как они, когда она стала чудовищем, никому нет до нее дела. Ей самой, кажется, уже безразлична собственная судьба. Девочка медленно погружается во тьму, в боль, в страх. Сгорает в огненном пламени. И тут чувствует прикосновения к своим плечам. Кто-то держит ее уверенно и в то же время осторожно, вытаскивая из темной глубины отчаяния. — Тише, Джин, все будет хорошо, — голос спокойный, от его тембра сразу хочется облегченно выдохнуть, но девочка слишком испугана, чтобы поддаться первому чувству безопасности. Противопожарные датчики давно сработали и холодные капли воды касаются кожи, уже насквозь промочив школьную форму, волосы, обувь. — Кто вы? — Я — друг. Меня зовут Чарльз Ксавье. Я пришел помочь тебе. — Я не хотела всего этого, — девочка испуганно осматривает опустевший класс. Огонь потушен, но все стулья и парты валяются в беспорядке - обгоревшие, либо вообще превратившиеся в головешки. Стены класса тоже кое-где обуглились, краска потрескалась и показала выжженные черные пятна. На полу лежит ковер из мелких осколков стекла, что хрустят под ногами, словно снег. — Знаю, — тихо говорит он. И в его голосе слышно сочувствие и понимание. Никакого страха перед тем, что она натворила. Как у него это получается? Ведь сейчас даже она себя боится. Себя и ту тьму, что продолжает клубиться где-то в глубине. И тут Джин не выдерживает, прислоняясь к человеку, стоящему у нее за спиной, чувствуя его опору и поддержку, и как руки медленно обнимают ее, словно отгораживая от всего произошедшего ужаса. Она выдыхает. Хочется расплакаться, но дальнейшие слова Чарльза Ксавье заставляют собраться с духом. — Джин, послушай меня очень внимательно, — голос по-прежнему звучит мягко, но в нем появилось что-то назидательное, заставляющее подчиняться. — Сейчас ты выйдешь из школы и за территорией тебя будет ждать автомобиль, там мой друг — Хэнк МакКой, он отвезет тебя в безопасное место. — Но мои родители? — Не волнуйся, они будут знать где ты. Иди, не бойся, тебе никто не помешает. Глубокий вдох и Джин открывает глаза, только сейчас осознавая, что весь разговор происходил у нее в голове, но реальность произошедшего и обстановка вокруг от этого ничуть не изменилась. Незримо чувствуя, что ее новый друг не плод воображения. Ощущая его взгляд за спиной, от которого по коже бежит множество мурашек, девочка на автомате подхватывает рюкзак, промокший, но все же каким-то образом уцелевший в всеобщем хаосе, и идет к двери из класса. У ворот школы толпа испуганных учеников, учителя, завуч, директор. Машины скорой, полиции и пожарных стоят, мигая спецсигналами, возле них застыли их хозяева. Но никто из них не делает и шагу по направлению к Джин, когда она выходит на крыльцо. Они словно и не видят ее, не замечают. Ни окрика, ни косого взгляда. Невидимкой для всех она доходит до ворот. За ними действительно стоит автомобиль и, прислонившись к его дверце, молодой человек, высокий и худой. Растрепанный, в мятой рубашке и со стандартными очками ботаника на пол лица. При взгляде на него почему-то хочется улыбаться, но Джин предельно серьезна. В отличие от людей на улице, он сразу замечает ее и приветственно открывает заднюю дверцу. — Привет, я — Хэнк МакКой. А ты, наверное, Джин Грей? Она молча кивает. — Чарльз просил отвести тебя в школу. — В школу? — Джин хмурится, но садится в машину. — Да, — улыбается он. — Школа для таких особенных людей как мы. Там тебя научат управлять твоей силой. Учеников правда еще немного, но мы каждый день находим новых.  — Школа, — повторяет девочка слова мистера МакКоя. — А как же мой дом? Родители? Друзья? От страха начинает снова сосать под ложечкой. Неужели все ее кошмары сбываются, и ее увезут в ужасное место? — Мой особняк еще никто не называл ужасным, — тихий смешок раздается у нее в голове. — Как ты поняла, я такой же как ты, мутант-телепат. И нас довольно много. Мальчики и девочки так же, как и ты не умеют управлять своими способностями. И так же, как и тебе, им страшно и больно. Я предлагаю им единственное, что у меня есть: свой дом, свои знания, свою помощь. Теперь я предлагаю их тебе, но выбор, только твой: остаться в школе или уехать с родителями, которые тоже уже на пути туда. Джин, заставлять и удерживать силой тебя никто не будет, но помни: «У тебя уникальные способности. Вопрос в том, сможешь ли ты подчинить их или они подчинят тебя». Девочка продолжала молчать. Она слишком устала и измотана, чтобы анализировать говорит ли он правду или это всего лишь ловушка. Джин решает, что узнает обо всем там, на месте. Казалось, ее незримый собеседник, вполне довольный таким решением, замолкает. Прошло еще около часа, когда автомобиль затормозил перед громадными коваными воротами. Джин, успевшая задремать, встрепенулась и прижалась к стеклу. Ворота величественно разъезжаются в сторону, открывая путь к большому особняку, чем-то напоминающему средневековый дворец, окруженный ярко-зелеными газонами, различными кустами и деревьями. Гравий шуршит под шинами. Девочка успевает заметить нескольких детей, примерно ее возраста, играющих в мяч на одной из лужаек. Автомобиль останавливается, но не успевает Джин вылезти, прихватив рюкзак, как к ней подбегают родители. — Джин, девочка моя, — со слезами обнимает ее мама. — С тобой все хорошо? — Дочка, как ты нас напугала, — чувствует она ладонь отца на своей голове. — Да, да, со мной все хорошо, — спешит она успокоить родителей, но слезы сами наворачиваются на глаза. — Что происходит, дорогая? Мы не понимаем! — с тревогой смотрит на дочь Эйлин Грей. — Нам звонят и просят приехать по этому адресу срочно, — вторит ей мистер Грей. Джин и сама не может ответить на эти вопросы. Рассказать правду, объяснить. Она отчаянно боится увидеть в глазах самых родных людей огоньки страха и презрения. Зажимая губы и ссутулившись, стоит перед родителями, словно провинившийся шалопай. — Джин. Девочка оборачивается на зов. На крыльце человек в инвалидном кресле, и пусть она сейчас видит его впервые, но его голос стал уже чем-то привычным, даже немного родным. Он искренне улыбается ей и в его кристально-голубых глазах светится понимание. Смотря в эти глаза, юная мутантка чувствует спокойствие и силу, чувствует себя, словно оказалось дома. Ощущая, как невидимая нить протягивается от нее к нему,к такому незнакомому, но уже близкому Чарльзу Ксавье. Ей немного страшно, потому что эта нить прочней стального троса и проникает в самое сердце. Она знает, что останется и что именно тут найдет свою точку опоры и способность держать контроль. Научится не бояться тьмы внутри. Она находит в себе силы на ответную улыбку. — Мистер, Миссис Грей, — подъезжает к ним Чарльз. — Я — Чарльз Френсис Ксавье - директор этой школы, где будет теперь учиться ваша дочь. — Что?! — удивленно восклицают они. — Джин очень одаренная девочка, — улыбается им Ксавье. — Прошу, давайте пройдем в мой кабинет, чтобы поговорить подробно. Чета Грей послушно идет вслед за мужчиной. Джин чуть задерживается, осматриваясь вокруг. Дети на лужайке приветливо машут, и она робко поднимает ладонь в ответ. — Не бойся Джин, теперь все будет хорошо, — раздается голос Чарльза в ее голове. — Ты мне веришь? — Верю, — отвечает она. — Хорошо, а теперь иди переоденься, ты вся вымокла. Будет плохо, если ты заболеешь, — продолжает мужчина. — Хэнк покажет тебе твою комнату. К ней действительно подходит мистер МакКой, держа в руках сумку с ее вещами, которую привезли родители. — Пошли, — кивает он ей. Джин поднимается на крыльцо, рассматривая через открытую дверь, убранство холла. На миг закрывая глаза, она переступает порог, задерживая дыхание, словно Алиса, прыгнувшая в кроличью нору, понимая, что теперь все станет иным. Теперь она официально Джин Грей — девочка с уникальными силами, мутантка. Ученица Чарльза Ксавье.