Паутина лжи

«Кажется, я спала тысячу лет Нужно открыть глаза, чтобы увидеть все. У меня нет мыслей, нет голоса, нет души, Не дай мне умереть здесь, Ведь должно быть что-то еще… Верни меня к жизни» Evanescence — Bring me to life.

      Ничего, казалось, не предвещало беды. Ничто, видно, не должно было произойти, но в то же время с начала дня серость неба придавало странное предчувствие..Я спокойно сидела за компьютером, играла в хоррор. На экране мелькнули буквы проигрыша. Да кто вообще придумал эту игру?! Конечно, это Скотт Коутон. Этот человек запутал все до невозможности! Уже который раз я пытаюсь получить вторую звёздочку в главном меню игры. Но для меня адской была пятая ночь, а теперь ещё ЭТА! Для меня это не так уж и легко. Лис-пират наглым образом устраивает забеги в сторону офиса, влетая туда и пугая до смерти! Да ещё и Фредди постоянно пробирается или тратит драгоценную для меня энергию. Теперь эти скримеры вызывали у меня лишь желание убить этих маскотов. Я уже не отскакивала от монитора и не вздрагивала. Я просто сидела, умирая со скуки. Почему из всех частей игры я выбрала именно ЭТУ? Именно первую часть!       Судя по опустевшей за окном улице, уже давно пора ложиться спать, но я же нарушила это правило! Играть в хоррор-игру в темной комнате — гениальное решение, ничего не скажешь. Единственным источником света в помещении был горящий экран компьютера и больше ничего. И как только экран чуть темнел или на секунды погасал, все погружалось во тьму.       Немного подумав, я решила дать самой себе второй шанс на прохождение ЭТОГО…. Хотя нет, уже не второй, будто бы тысячный – этакий челлендж от друзей и весомый спор. Я нажала на кнопку «Continue», и вся комната погрузилась во тьму. На экране появились большие белые буквы, а после возник офис охранника. Первое время всё было как обычно: я вовремя закрывала двери, просматривала камеры и берегла энергию всеми способами. Но потом со своей сцены пропал Фокси, уже несясь со скоростью света в сторону офиса, но, к сожалению для него, я вовремя закрыла дверь. Итак, шестая ночь, пять часов и…       — что ж тебе на месте не сидится?!!!! — не выдержала я, уронив голову на руки и не переставая смотреть в экран огромными глазами. Конечно, все случилось из-за фиолетового зайца по имени Бонни, самым наглым образом обманувшего меня и проникшего в офис. Когда внезапно послышался его «писк», я отскочила от монитора, с дергающимся глазом поднимая белый флаг.       «Оу, да просто захотела на рекорд пойти, ничего серьезного. Почему? Ага, предложили челлендж, разве я не могла не согласиться».       По времени уже поздно, пора отправляться спать, а завтра, наверно, попробую снова пройти. Кнопка «Пуск» оставляет без какого-либо света, и, прежде чем откинуться на подушку, я тщательно рыскала взглядом по окружающей комнате, чтобы случайно не упасть по пути к своей кровати. Глаза сами по себе закрывались, однако через неопределенное количество времени мозг соизволил отключиться, отправляя меня в долгожданную дрему.       Спать необходимо.       Сон восстанавливает силы.       Впрочем, повторения подобных вещей не давало ничего.

***

      Подтверждаю, что просыпаться от лучей утреннего солнца, тепло и приятно светящего в глаза, с хорошим самочувствием и без нагрузки на мозг от возобновившихся в нем мыслительных процессов, принесло много хороших эмоций, как бы это не было очевидно. Я со счастливыми мыслями с уверенностью хотела бы проспать несколько десятков часов и наконец-то полностью выспаться, не открывать глаза, не ощущать терпкий вкус пробуждения и ничего постороннего из вне — просто плавать в тихой темной бездне или видеть волшебные сны с отсутствием логики и всех законов физики, которые бы завораживали своей красотой. Потому что все это было бы сейчас как нельзя кстати. Если хочешь выспаться, пей снотворное, желательно сильное.       Веки настолько сильно слиплись, что я даже не могла открыть из на один несчастный миллиметр, руки и лицо холодит ледяной воздух. Картинка черная, даже когда я заставила себя открыть глаза, черная и пробивающая белыми и красными-фиолетовыми пятнами, настолько быстро прыгающими, что сначала даже не понятно, что это огоньки. Мутное изображение заставляет жмуриться и чувствовать легкую обеспокоенность. .       Но окончательно проснулась я от испуга или, скорее, ошеломления, когда чья-то рука бесцеремонно легла мне на плечо, сотрясая тело. Самое удивительное было то, что ни сегодня, ни завтра и даже ни послезавтра никто никуда настолько рано идти не собирался, и сперва мне даже подумалось спросонья, что родители решили разбудить меня таким образом и сообщить что-то важное перед уходом на работу, так что я, проглотив возмущения и подскочившее раздражение, что вырывались наружу, сонно открыла глаза и поспешила немного приподняться.       А затем перепугалась до смерти.       — Твою мать! — тут же ошарашенно вырвалось у меня, в упор смотрящей на стоящего напротив самозванца.       Огоньки за его спиной сверкают, как новогодняя ёлка, а дальше, в углу, растянулась надпись: «Заплати два доллара, и Бонни помашет тебе»       Незнакомый парень с растрепанными темными волосами слегка дергается.       — Извините, мисс, — сказал будивший, на котором почему-то была форма охранника, судя по нашивке. Откуда? — Прошу прощения за то, что разбудил, но наше заведение уже закрыто. Покиньте, пожалуйста, помещение       — Кто Вы? Что? — недовольно и зло проговариваю я, непонимающе прищуриваясь и собираясь спрашивать, каким образом он оказался у меня в комнате. — Э-э-э, я Лина.       Я шокировано смотрю в отражение на металлической столешнице перед собой, вскидывая подбородок и также шокировано проходясь взглядом по месту с однообразными столами и надписям, пылающим позитизмом. Забегаловка, что ли, снится? Это шутка такая? Единственное желание берет верх, но сил пошевелиться никак не находилось, и я открываю было рот, чтобы раздражительно и саркастично заявить, что я понятия не имею, где нахожусь и почему. Что происходящее — перебор и вовсе не смешно.       — Эм, мне, конечно, интересно, но сейчас уже двенадцать, — молодой человек устало закатывает глаза. — Ночной охранник. Меня зовут Майк…       — Майк Шмидт, — перебила его я, непроизвольно вспомнив игру, в которую играла перед сном. — Я… новый ночной охранник! Да, все так.       Якобы Майк скептически вскидывает брови, но мне не верится, что в бормотание он поверил окончательно. Он слышит от меня свое имя, хотя спустя недолгую паузу, которая, похоже, напрягает только меня, я таки удосуживаюсь увидеть бейджик с маленькими неразборчивыми буквами — мистическое знание имени оправдано. Что ж, теперь неловко.       — Откуда Вы взялись? — парень кажется удивленным и делает шаг назад и в сторону, позволяя выйти из-за столика. — Я могу вызвать полицию, если у Вас что-то случилось? Прошу, не суйтесь в это! Я охранял заведение ночью, но я там чуть с ума не сошёл. Р-роботы… Они… Двигаются. Они попытаются убить Вас.       Мне остается в неком замешательстве переглянуться и лишь проникнуться всей атмосферой, паническими нотками, распространившимися по просторному залу воздушно-капельным путем. Это место похоже на столовую. Точнее, это была именно она: некоторых предметов было слишком много, а других слишком мало, на столах с белыми накрахмаленными скатертями стояли цветные праздничные колпаки, красноватые стулья задвинуты, пол в сине-алую клетку и декоративные звездочки серебристых и золотистых цветов, подвешенные под потолком для красоты. Это же та самая столовая из игры, идентичная копия! Точно, вроде, сон? Если я сплю, то почему все слишком реальное? Кому-то пришло в голову устроить хорошо проработанный розыгрыш?       Подумать только, первый раз в жизни снится про какую-то там компьютерную игру, которая не несет в себе никакой смысловой нагрузки, как и множество других. Сознание, кажется, воспринимает все как маленький отрывок из сна и считает, что в таком состоянии можно делать что угодно.       …пусть холодок все равно шустро пробегается по коже. <tab»– Знаю, наверное, все посчитают меня сумасшедшим, но они правда двигаются. Я еле продержался там неделю! Прошу, лучше бегите подальше, – его глаза заметно расширятся от страха, когда он хватает меня за запястье и без церемоний тащит к выходу. Не зная больше, подумала бы, что он не в себе.       Я затормозила и как-то нервно передёрнула плечами, пытаясь придать голосу уверенности.       — Простите, я знаю, что они двигаются, и за этим я здесь, - я сглатываю, надеясь, что случайно не скажу лишнего. – И если Вы сумасшедший, тогда зачем здесь такие крепкие двери и много камер, чтобы защищаться? Тот неизвестный парень, звонящий каждую ночь в одно время и рассказывающий о особенностях поведении аниматроников? Фредди двигается только на третью, а за Фокси надо наблюдать со второй, и с каждой ночью все сложнее и сложнее.       Дневной охранник в ответ смотрит с подозрительным прищуром, и он явно не сможет оправдать услышанное. <tab»— Откуда Вы это знаете? Вы работали здесь раньше?       — Это еще далеко не все. Это неважно, — быстро отмахиваюсь, махнув рукой.       — Поверьте мне, Вам не нужна эта работа, — пробормотал Майк, склонив голову набок. — Директория ничего не говорила о новом ночном стороже.       Да… Я бы с радостью ушла, но куда идти? И как вообще попала в это место?! Заснула и проснулась во сне, но почему здесь все такое… настоящее? И что делаю в пиццерии Фредди Фазбера?! Задумавшись над экстренным составлением объяснения, я ухожу глубоко и надолго в себя, явно замерев со стеклянными глазами, что, вероятно, нервирует Майка, так как очень скоро он щелкает пальцами у меня перед лицом, получая глупейший ответ.       — Наверное, он решил оставить это в тайне, — на одном дыхании проговорила я. — Подскажите дорогу в сторону моего рабочего места, пожалуйста. Не бойтесь, Вы меня еще увидите.       «Если, конечно же, не решу помереть со страха».       — Ваша воля.       Жестом указав дорогу в один из множества коридоров, дневной охранник как-то боязливо пожелал мне удачи и ушел. А я остановилась, смотря на темный коридор, ведущий в сторону моего предполагаемого рабочего места. Серые стены покрыты детскими рисунками с изображениями трех роботов-животных, на весь коридор была одна слабо светящая лампочка.       Офис оказался даже больше, чем я думала. Моё рабочее место представляло собой комнату с двумя дверными проёмами, двумя окнами, что выходили в тёмный коридор, двумя кнопками у каждого проёма. На длинном столе стоял вентилятор, хотя он и должен там быть! Там было несколько мониторов, паутина под столом и плакат с изображением трёх аниматроников: Бонни, Чики и Фредди.       Звонок Телефонного Парня звучал более реально, чем в самой игре. И даже когда он закончил свой надоедливый разговор, ни один маскот не пропал. Здесь-то я буду тусоваться, наверно, целых шесть реальных часов, а не восемь минут.       Разместившись в кресле, я некоторое непродолжительное время оглядывала первое место «работ», пока потом вдруг не послышалось шарканье металлических лап по полу где-то в коридоре, разносимое эхом едва ли не по всему заведению, а через мгновение за дверью показалась ужасная морда зайца. Увидев его, я в невероятном ужасе ударила по красной кнопке, и дверь с шумом захлопнулась прямо перед фиолетовым кроликом.       Тяжело дыша, я запрыгнула на кресло и дрожащими руками начала проверять камеры. А в реальности они еще более страшные, чем в игре! Если я сейчас сплю, то почему тогда не могу просто взять и проснуться? Я даже удивилась тому, насколько спокойно я восприняла появление Бонни, но только после того, как дверь захлопнулась. А может всё-таки сон? Я ведь играла в эту игру прямо перед тем как лечь спать, а сейчас это попросту мой сон? Множество вопросов начинали мучить меня. А когда Бонни пропал из-за двери, я на свой страх и риск открыла её.       — Почему так долго, — пробормотала я, проверяя камеры. Чика? ТОЧНО. ЧИКА!       Подскочив к дверному проему, я захлопнула железную дверь, заметив в темноте высокую желтоватую фигуру с белым слюнявчиком и какой-то надписью на фоне конфетти.       — Иди давай! Не мешай мне! Вернись на сцену!       К сожалению для меня, наплевав на мои слова, курица стояла возле двери на протяжении пяти минут, но после я услышала отдаляющиеся шаги и спокойно открыла железную дверь. Облегчение накрывает целиком и полностью.       — Фух, — обрадовалась я. — Еще немного.       Но затем произошло то, от чего я перепугалась чуть ли не до смерти и с криком резко вскочила с кресла, едва не отбросив планшет в стену с перепугу. Переключившись на камеру с мастерской, я увидела, что эндоскелет и все маски этих аниматроников смотрели прямо в камеру! Но снова взглянув туда, я, к своей радости, обнаружила, что всё было нормально.       Однако как только я осторожно села, то в левом коридоре сразу же послышались стремительные шаги. Подсветив его, я увидела знакомую морду зайца и резко захлопнула дверь, ударив кулаком по красной кнопке.       — Опять ты! Вернись на сцену!       М-да… Они меня послушают? Нет, разумеется! Время неспешно близится к шести — пятнадцать процентов. Сердце глухо колотилось в груди, испуганно с болью сжималось, словно пыталось спрятаться или уменьшиться до размера желудя, глаза нарочно прекращали моргать при виде смотрящего в левое окно Бонни, освещенного бледно-голубым столбом мирцающего света. От этого ненормального и дикого безумия выплясывал чечетку пульс, пока Чика расхаживала возле правого входа туда-сюда, затихало едва слышное дыхание, красное и зеленое свечение контактировало между собой, образовывая цвета светофора.       Оглушающая мелодия будильника, звуком схожая со звоном колоколов, подоспела неожиданно, из-за резко резануло по ушам, и я испуганно дернулась, на автомате вставая на ноги и закрывая глаза руками — тем не менее обошлось без скримеров. Звон как будто добирается кисло-сладкой примесью до головного мозга и на самом деле сопровождает появление шестерки на циферблате часов в каморке, приносит слишком счастливую дрожащую улыбку.       Я прошла. Я жива.

***

      Как только звон колоколов утих, я облегчённо вздохнула, медленно сползая по стене. Посидев в офисе ещё несколько минут, я вышла и направилась по длинному коридору в сторону столовой. К моему удивлению, заведение «Freddy Fazbear’s Pizza» оказалось не очень большим, и ровно половину от его площади занимал обеденный зал со сценой. Ресторан как ресторан! Я пожала плечами и развернулась в сторону сцены, где должны были находиться три робота.       А они днем не такие уж и страшные! Надеюсь, сейчас они не включатся.       Я замерла на одном месте, а далее сделала несколько неуверенных шагов в сторону сцены. В столовой было слишком темно, поэтому я не сразу заметила этих железяк. Первое время я видела только большие безжизненные глаза трёх маскотов, а после только смогла несколько хорошо их разглядеть. Слева от меня стоял синеватый, почти фиолетовый заяц Бонни — есть подозрения, что мое цветовосприятие несколько искривилось. На его морде была постоянная улыбка, даже в игре, а широкие розовые глаза имели толстые веки. Уши торчали прямо, только их кончики были согнуты. Бонни держал красную гитару в своих лапах, а на шею была прикреплена красная бабочка.       Следующая была Чика. Над ее большими фиолетовыми глазами были большие дугообразные брови, а оранжевый клюв слегка приоткрыт. Чика носила слюнявчик со словами: «Давайте есть», написанными желтыми буквами с фиолетовой обводкой на фоне конфетти. Сверху на голове такой же желтый хохолок. Чика держала блюдце, на котором стоял… Нет, не стоял! А где кекс? Ладно, забыли!       В центре сцены стоял сам Фредди Фазбер. Обычный бурый медведь улыбался, удерживая микрофон в своей лапе и имея чёрную бабочку с черным цилиндром. Его глаза были голубоватого оттенка, такого не имел ни один медведь в природе.       И теперь в моей голове вертелось слишком много вопросов от слова «совсем». Это точно сон? Реальность? А может это всё плод моего воображения? Что я вообще делаю здесь? Однако услышать скрежет ключа в замочной скважине это никаким образом не помешало, отчего я тут же обернулась на звук.       — Лина, здравствуйте! Вы в порядке?       Входная дверь резко распахнулась, позволяя солнечному свету проникнуть в помещение, в котором практически не было окон вот вообще. Резко обернувшись, я замечаю вошедшего в пиццерию дневного охранника.       — Да, — отвечаю и пожимаю плечами.       Следом за дневным охранником появился незнакомый мужчина лет сорока, одетый в голубоватую рубашку, брюки да ботинки. Он улыбнулся и сделал несколько шагов навстречу мне, но не остановился и… прошел через меня? Нет, прошел буквально сквозь меня, будто бы я какой-то призрак! Сказать, что я была полнейшем шоке — значит не сказать ничего.       Майк окинул меня oшарашенным, более чем удивленным взглядом, явно не понимая, что произошло буквально пару минут назад, а мне правда хочется ударить себя по лбу. Идеально! Появилась фиг-знает-откуда, да еще и этот человек просто взял и прошел мимо меня, словно вовсе не заметил!!! На все происходящее шокировано смотрит Майкл Шмидт.       — Вы не видите здесь… эм… Нашу новую работницу? — спрашивает дневной, указывая на меня. ИМЕННО НА МЕНЯ!       На это директор лишь мгновенно развернулся и непонимающе посмотрел на Майка, а только потом все же повернул голову в мою сторону. Заметил?       — А я и не углядел! Извините, — сказал, начиная смотреть на меня. — Как Вы оказались здесь в такую рань? Я даже не заметил Вас, мисс.       Вот теперь Шмидт был, вероятно, точно шокирован словами и поведением директора пиццерии, а я едва не потеряла челюсть от полнейшего удивления. Подобное никаким образом не входило в мои планы, вот серьезно… А директор, кажется, окончательно пришел в себя, после чего извинился, а я, конечно же, не хотела упустить своего шанса официально устроиться на должность ночного охранника в на первый взгляд безобидное заведение из хоррор-игры. Хотя… Одну ночь, скажем так, я уже успела проработать, но ему об этом знать, наверно, не обязательно. Однако после непродолжительного копания во всяких ящичках, директор заведения практически мгновенно протянул мне контракт, радуясь моему «приходу». Конечно, когда я вернулась в столовую, голову не покидала мысль о том, почему же он не спросил мой возраст или даже, почему нет, паспорт? Что происходит, черт возьми!       А теперь мне оставалось задержаться в пиццерии, так как идти мне все равно больше некуда. Мне оставалось с нескрываемым удивлением оглядывать очень даже реальную пиццерию из компьютерной игры и предательски понимать, что происходящие действительно невероятно странно. Хотя от одной лишь мысли о том, что, если вспоминать весь сюжет, сейчас я спокойно могла существовать в другом времени, за несколько лет до своего собственного дня рождения, становилось несколько не по себе, будто бы оказалась в каком-то фантастическом фильме про путешествия во времени и подобных вещах. Главное запомнить, что это хоррор-игра, что ничего радужного в подобном попаданчестве уж точно нет. Главное запомнить, что мне в любой момент может угрожать опасность. Нет, не так! Не «в любой момент». А в момент «рабочих смен», когда двигающиеся роботы-аниматроники пытаются добраться до офиса ночного работника, чтобы без какого-либо труда запихнуть в убийственный костюм, где на выживание не будет никаких шансов.       Возможно, перед этим даже шею свернут. Чего уж там.       А пока я могу, легко оперевшись на угол стены плечом, задумчиво наблюдать через полупрозрачные стеклянные двери ресторана уже заметно посветлевшее небо, за тем, как солнце постепенно показывается из-за горизонта, и медленно приходить к мысли, что я правда совершенно не смыслю, каким образом и главное как вернуться обратно домой, если это, как ни странно, выполнимо… Может, я вообще почему-то в кому впала?       В конце концов, сон, а это значит, что я обязательно должна буду проснуться.       Наверное.       Отчего-то от мыслей пробивает на смех.