Hatred inside you

       Что для вас значит жизнь? Насколько легко вы можете с ней распрощаться? Думаю, не настолько легко. А если нужно умереть за кого-то? К примеру, за любимого человека. В этом случае вопрос встаёт по-другому. Нет, я не умер за любимого человека. Я просто умер.        В ушах какой-то шум. Так должно быть? Уберите это, пожалуйста.        Кажется, я чувствую биение своего сердца. Оно разве не остановилось?        — Эй! Он дышит!        Кто это кричит? Он про меня? Но я ведь не могу дышать, я умер.        — Он жив!        Да кто же это? Голос незнакомый. Вероятно, я слышу его в первый раз.        Внезапно я понял, что могу открыть глаза. С трудом, конечно, но могу. Я медленно их открываю, яркий свет сразу же ослепляет меня. Я жмурюсь, но пытаюсь осмотреться. Вижу рядом с собой силуэт. Зрение еще не пришло в норму, поэтому изображение расплывчатое. Кто-то резко меня подхватывает на руки и, что-то ворча, несёт куда-то. Через некоторое время меня швыряют, вероятнее всего, на пол, потому что я почувствовал, как каждая клеточка моего тела ударилась об что-то твёрдое. Зрение прояснилось, и я вижу комнату. Ну как комнату, четыре стены, пол, потолок. Всё бетонное. Ни одного окна. Мебели тоже не было. Напротив меня была железная дверь, в которой было маленькое окошко с решёткой. Я что, в тюрьме?        Итак, нужно прояснить ситуацию. Я всё-таки жив. Нахожусь непонятно где. И, точно, меня зовут Стив.        Думаю, продолжать лежать на полу как минимум глупо. Я попытался подняться, но вышло далеко не с первого раза. Когда у меня, наконец, получилось сесть, я прислонился спиной к стене и, откинув назад голову, вздохнул.        — Эй! Есть тут кто? — Крикнул я в надежде на ответ.        За дверью послышалась возня и бряканье ключей, а затем я услышал щелчок, оповещающий о том, что дверь открыта.        — Кто вы? — Снова спросил я. — И что я тут делаю?        В комнату вошёл мужчина. Я бы не сказал, что он выглядел грозно, но что-то заставило меня затаить дыхание. Наверное то, как он смотрел на меня. Его взгляд был настолько холодным, что по моему телу пробежали мурашки, и я невольно вздрогнул.        — Не бойся меня. Я не причиню тебе вред. Только если ты сам не захочешь этого. — Он слабо улыбнулся. И только сейчас я заметил, что сзади него стоит ещё один человек. Что-то мне это не нравится.        — Что я тут делаю? Разве я не должен быть мёртв?        Мужчина усмехнулся и посмотрел на носки своих туфель.        — Я спас тебя. А ещё я спас её. — Он кивнул парню, стоящему позади, и тот ушёл. Но через пару секунд вернулся с девушкой.        — Глория! — Воскликнул я. — Ты жива!        — Надо же, какая тёплая встреча. — Мужчина расплылся в поганой ухмылочке. — А ведь это из-за неё вас всех убили.        — Что? — Не понял я. — Нет… Нет! Этого не может быть! — Я просто не верил своим ушам.        Мужчина в костюме подошёл к девушке и, взяв за подбородок, заставил смотреть ему в глаза. — Расскажи ему, Глория. Давай.        Я смотрел на неё и не мог поверить. Глория, моя сестра, человек, который всегда помогал мне и был рядом, на самом деле оказался предателем. Девушка смотрела на меня, по её щекам текли слёзы, а в глазах было отчаяние. Мне вдруг стало так мерзко на душе. Я был так напряжён, что у меня непроизвольно сжались кулаки. Я закрыл глаза и отвернулся.        — Что ж, я, пожалуй, оставлю вас. — Сказал мужчина в костюме и вышел из комнаты, а следом за ним — второй парень.        Повисла тишина. Она давила на меня. Но я ничего не мог сказать. Я просто не хотел говорить. Я чувствовал, что Глория сверлит меня взглядом. Мне было неприятно, но поделать я ничего не мог. Разговаривать с предателем — последнее, что мне хотелось в данной ситуации. Через некоторое время я всё же услышал тихий голос сестры:        — Мне жаль, Стив, мне так жаль. — Её голос дрожал. Где-то в закоулках своего сознания я понимал, что она действительно жалеет о своём поступке. Но голос в моей голове громко кричал, чтобы я не верил ей.        — Что? — Начал я, не поворачиваясь к ней и не открывая глаз. — Тебе жаль? Ты хоть понимаешь, что ты сделала? — Мой голос был спокойный и уверенный, в отличии от моего внутреннего состояния.        — Я не хотела, Стив, пойми. Я не хотела, чтобы так получилось. — Было ясно — ещё немного, и она расплачется. — Он сказал, что никто не умрёт… Он обещал мне!        — И ты поверила ему? — Я резко повернулся к ней. — Ты поверила Джону? Глория, он всю жизнь охотился на нас! Вся его семья! Ты правда думала, что если ты покажешь ему, где мы прячемся, он придёт к нам чай пить? — Я смотрел на неё, она смотрела на меня. Меня пробирала дрожь. Лучше бы я умер. Лучше бы я не узнал этого.        — Прости меня. — Сказала она шёпотом.        — Как я могу простить это? Ты предала нас! Ты предала меня. — На этих словах я развернулся и ударил кулаком о стену. Девушка прислонилась спиной к стене и сползла по ней на пол. Она начала плакать, обхватив колени руками. Я шумно выдохнул и отошёл к противоположной стене. Сев также, как Глория, я провёл рукой по волосам и ушёл в свои мысли. Что мне теперь делать? Нас осталось двое. Остальные вряд ли выжили. Почему этот мужчина спас именно нас? Что ему нужно? Так много вопросов и ни одного ответа. Я посмотрел на девушку, она уже успокоилась и смотрела в пустоту перед собой, иногда шмыгая носом.        — Есть ещё один выживший. — Внезапно заговорила девушка. — Он из первородных, поэтому его не так просто убить, как остальных.        — Это Ник?        — Да.        — Ты знаешь, где он?        — Я помогу тебе найти его.        — Почему я должен тебе верить? Ты предала меня. Откуда мне знать, что ты не сделаешь это снова? — Я внимательно смотрел на девушку.        — Я совершила ошибку, Стив. И хочу это исправить. — Она с надеждой посмотрела на меня.        — Ладно. Хорошо. — Я вздохнул.        — Эй, звери, обед! — Крикнул кто-то из-за двери и через окно с решёткой в комнату залетели два пакета с кровью. — Жрите, уроды.        Видно, нас тут не особо любят. Ну да, как можно любить вампиров?