Усвоенный урок

Тонкие лучи солнца упрямо просачивались сквозь плотно задернутые шторы, наполняя помещение тусклым светом и подсвечивая танец летающих в воздухе пылинок. Я устало потянулся и, приоткрыв один глаз, врезался взглядом в потолок. Глаза все еще не привыкли к свету и ужасно болели, от чего все вокруг казалось мне водянистым и размытым. На часах уже полдень. Я с трудом отмахнулся от ночных кошмаров и взял в руки свой телефон. На другом конце трубки послышался приятный женский голос. - Да? - Ты уже выбрала платье? - Нет, я же говорила, такие вещи планируются со всей серьезностью. - Значит ты голая? - Боже... - Ладно, прости меня, просто я ужасно скучаю по тебе и... - Я облизнул пересохшие губы. - И у тебя такой сексуальный голос. И еще... - И что еще? - Я знаю, ты сейчас улыбаешься. - Я не знала, что ты можешь быть таким милым. - От голоса этой девушки меня отрывало от земли и кружило в воздухе. Пусть я не до конца разобрался в своих чувствах, одно я знал точно, я хочу слушать этот голос всю мою жизнь. - Ты отпросилась у родителей? Проблем не будет? - Все в порядке, нас прикроет Вик. - Вик - твой брат? - Нет, это - мой тайный любовник. - Я думал, что это я тайный любовник. - Упс. - Заразительно засмеялась она. Все время разговора она не прекращала сборы, так мы и проговорили около часа, прежде чем я с большой неохотой положил трубку и снова заснул. *** К семи вечера солнце уже спряталось за горизонтом, уступая место сумеркам, освещенным слабыми фонарями, тогда я выехал к дому Вари. В небе беззвучно проглядывали некоторые звездочки. Транспортный поток на шоссе оказался чудовищно плотным, и лишь через пятьдесят, густых от выхлопных газов минут, пробка начала рассасываться и я, наконец, смог подъехать к назначенному месту. Варю я заметил только, когда она с играющей на лице улыбкой показалась в свете моих фар. С секунду она недоверчиво вглядывалась в лобовое стекло, пока я не вышел из машины ей навстречу с заготовленным букетом цветов. - Снова цветы? - Пусть это будет настоящим свиданием. - Я наклонился, чтобы поцеловать ее, но остановил себя, сразу после того, как увидел, насколько шикарно она выглядит. Короткое платье бирюзового цвета, обвязанное бархатной зеленой лентой, опоясывающей тонкую талию, прикрывала только короткая кофта такого же, как лента, цвета. Ее длинные волосы были собраны в высокий хвост, а лицо, слегка тронутое косметикой, казалось мне как никогда прекрасным. - Но как? - Неужели ты думал, что я всегда хожу в мешковатых кофтах и мужеподобных костюмах? Оказавшись внутри плотно заполненного кинотеатра на окраине города, я внимательно наблюдал за Варей. Казалось все, любая мелочь, вызывала в ней подлинный восторг. Она с удовольствием обошла каждый автомат в гейм зоне и съела два ведра поп корна до начала фильма. Варя наслаждалась каждой возможностью просто так подержать меня за руку, сидеть в моих объятиях и целоваться на глазах у всех, не думая о последствиях, не думая о том, что мы можем попасться. Она с гордостью шла рядом со мной и ловила на себе завистливые и местами горькие взгляды одиноких девушек. Если меня спросят, о чем был фильм, или даже как он назывался, я не вспомню. На этом сеансе единственное, чем я был занят, это - Варя. В какую - то секунду мне и сидящим рядом людям показалось, что этот псих сейчас просто изнасилует несчастную девушку, украдкой пытающуюся поймать хотя бы один кадр с любимым актером, но нет, я сдержался, потому что знал, она достойна большего. Этот момент должен стать для нее особенным. Наконец, все это закончилось. Влюбленные на экране остались вместе, с детишками, собакой и типичным американским домиком, обнесенным белым забором. Лента уступила место титрам. Едва черные буквы накрыли собой белоснежный фон, все посетители застыли на месте, внимательно вчитываясь в каждое слово. Я повернулся на Варю. Несмотря на то, что в ее глазах блестели слезы, она улыбалась. Два часа назад - Куда ты? - Варя потянула меня за руку, не желая расставаться с ней ни на минуту. - Как думаешь, у меня могут быть дела? - Какие еще дела, Макс? - Она оглядывалась по сторонам, в поисках возможной причины в короткой юбке. - Серьезно? Хорошо, идем со мной. - Я утянул Варю за собой, и только когда мы оказались у входа в мужской туалет, она усмехнулась. - Я дура, да? - Я так не думаю, я ведь видел твои оценки. - Макс... - Так ты идешь со мной или нет? - Я лучше подожду тебя у аэрохоккея. - Сделай всех, ладно? - Я чмокнул ее в макушку, после чего она, не поворачиваясь, ушла. *** - То о чем ты просишь меня, приятель, совершенно невозможно. - Инженер по кинопроекционному оборудованию доедал свой сэндвич и смотрел на меня совершенно пустыми глазами. - Я бы не просил, если бы это не было так важно для меня. - Меня уволят! - Да кто тебя будет проверять? Это смешно, ты никому не нужен здесь. - Это нарушение закона об авторском праве! - Слушай, как там тебя? Сережа? - Ну? - Ты любил когда-нибудь? - Причем здесь это? - Отвечай. Парень секунду помялся, прежде чем убрал заросшую челку со лба, и ответил - Ну, допустим. - Это очень важно для моей девушки, и если ты не сделаешь это для нее... - Слушай, мне не интересны эти сопливые истории. Они на меня не действуют, и деньги твои мне тоже не нужны. Вали-ка ты отсюда, пока я не вызвал охрану. - Мне бы очень этого не хотелось, в любом случае спасибо. - Я повернулся, чтобы уходить, но тут же принял то же самое положение, нанося при этом мощный удар бедолаге в нос. Он схватился за лицо и упал на пол, сдавленно завыв в руку, и засопел. - Ну, и каков будет твой положительный ответ? Ты смотри, я ведь могу и продолжить. Бери ручку и бумагу и пиши, что хотел, сука. Я улыбнулся, ощущая внутри себя приятную радость от победы. По - началу я совсем не знал, что хочу сказать, но как только на бумаге появилось первое слово, за остальными дело не стало. Двадцать три года я жил одними эмоциями и не ведал, какой же может быть любовь. Двадцать три года одиночества и ничем не заполненной пустотой. И вот, ты нашла меня и просто поговорила со мной, и теперь я хочу слышать тебя всегда, хочу чувствовать тебя, потому что ты - мой свет, ты - огонь, что будет вечно гореть в моем сердце, и только с тобой я чувствую себя полным. Ты та сила, что никогда не позволит мне упасть и та надежда, что дарит мне веру. Ты жизнь в моей душе и я люблю тебя, Варя. Видишь? Это прочитали как минимум 60 человек, я не стесняюсь тебя и никогда не буду. *** - Макс. - Она повернулась ко мне, не в силах остановить бегущие по щекам слезы. - Скажи еще раз. - Я люблю тебя, Варя. Я люблю тебя. - Разделял я каждое слово, делая на нужных акцент. - Я не могу поверить. Никогда в жизни еще никто не делал для меня ничего подобного. - Испугавшись нависших над ней эмоций, я обнял ее так сильно, будто мог защитить. - Я не знаю, что делала бы, если не встретила бы тебя. - Сдавленным голосом проговорила она в мою рубашку. - Я не ответил, не в силах разорвать эту улыбку на своих губах. *** - Ты хочешь есть? - Я думала, будет только кино. - И что же теперь оставаться голодными, проходи. - Я толкнул дверь, пропуская Варю вперед. Она переступила порог с самой довольной улыбкой. Вдоль стены тянулся длинный бар, уставленный до краев наполненными бутылками с алкоголем. Окна выходили на приток реки Исети и открывали взору живописный вид прилежащих к ней мостовых. Три официантки с высокими прическами ходили между столами, разнося подносы с едой. Повсюду царил запах жирного жареного мяса и сигаретного дыма, но это казалось уместным и даже романтичным. Многие столы были заняты. Я показал на свободные места рядом с широким окном. Мы прошли туда, лавируя между столиками. Я не выпускал Вариной руки из своей, как будто она могла исчезнуть. Когда она заняла свое место напротив меня, я заметил , как Варя восхищенно осматривается, стараясь запомнить каждую деталь. — Мне здесь нравится. — Похвалила она. — Ты часто сюда ходишь, да? — Это - любимый бар моего лучшего друга, его зовут Женя. — Ты познакомишь нас? — Не думаю, что он тебе понравится, но почему бы и нет? Женя отличный парень, я очень давно знаю его, кроме того, именно на его машине я и привез тебя сюда. — А почему у тебя нет своей? — Ну, знаешь, она мне ни к чему. Я живу один, езжу везде один, своим девушкам я привык оплачивать такси, кроме того, я люблю скорость, а в таком городе на этих баржах особо не разгонишься. — Значит, ты сделал для меня исключение? — Она игриво подняла бровь и, выпустив мою руку, взяла ламинированное меню, втиснутое между металлической салфетницей и бутылками с кетчупом и острым соусом. — Ну, и чем же славится местная кухня? — Курицей. Во всех ее формах, какие только ты можешь себе представить. Жаренная на гриле, жаренная в масле, на вертеле, курица по-пекински, острая курица, всякие салаты с ней же. Примечательно, что кроме нее они больше ничего не готовят. — Ничего себе. Я думала, что была во всех ресторанах этого города, но как оказалось, крупно ошибалась. А ты сам, что предпочитаешь? — Я обычно беру острые крылышки, это блюдо шеф почему - то готовит с особой любовью. — Значит крылышки - она закрыла меню и засунула его обратно. — Все будет так, как скажешь ты. — Ты просто с ума сойдешь. Она наклонилась вперед, налегая на стол, и заговорщически прошептала. — И многих ты таким способом сводил с ума, Макс? — Курицей? — Я задумался. — Обычно мы не доезжали до ресторана и сходили с ума прямо в машине. — Зря я спросила. — Она закрыла лицо руками, стараясь справиться с ревностью и подкатившим смехом. Подошла официантка, и я сделал заказ, после чего мы продолжали болтать, стараясь ответить друг другу на все вопросы, не упуская ни единой детали. Нас не могли отвлечь ни подоспевшие напитки, ни любопытные взгляды окружающих. Она расспрашивала о моем детстве, а я, неожиданно для себя, рассказывал ей даже больше, чем собирался, не упуская подробностей. Варя внимательно слушала меня, иногда задавая уточняющие вопросы. - Что? Секс в женском туалете? В девятом классе?! В девятом? - Хохотала она. - Я был горяч, а завучем была моя тетя, так что... - Так значит, ты учился в моей школе? - Да, я учился, и поверь, математика раньше была гораздо интереснее, а юбки у девушек длиннее. - А почему биология? - Сдавал то, что любил больше всего, хотел стать врачом, но не прошел в медицинский, баллов не хватило. — Твоя очередь. - Сказал я, отпивая от своего стакана. — А что я? — Пока единственное, что я о тебе знаю, так это то, что ты абсолютно не ладишь с классом, что у тебя очень сексуальная фигура, ну и у тебя потрясающие губы. — И все? — Обиженно покосилась она. — Еще ты можешь быть огромной занозой в заднице. Это из личных наблюдений. — Хорошо, — Отозвалась она, сдерживая улыбку. Варя взяла салфетку, протирая запотевший стакан и гипнотизируя его взглядом. — Папа с мамой женаты двадцать лет и до сих пор до неприличия счастливы друг с другом. Мама когда-то работала в школе, а после рождения брата стала домохозяйкой. Папа, как ты уже сам понял, крупный предприниматель. Он - брат нашего мэра, в общем очень крут и не устает всем об этом напоминать. Ее перебила официантка, подошедшая к нашему столу с корзиной, доверху наполненной курицей. Вежливо улыбаясь, она убедилась, что нам всего хватает и ушла. — Пожалуйста, продолжай. —Я родилась, когда Вику было три года. — Варя в излюбленной манере кусала губу, заметно нервничая, затем она подцепила долгожданное угощение. — Вик пару лет назад бросил школу и решил заниматься музыкой, тогда все неоправданные надежды родителей легли на меня. - Разломав крыло, она макнула его в соус и попробовала. — Господи, как же это вкусно! — Немного подумав, она наложила себе в тарелку целую горку угощения. - На чем я остановилась? Ах, да. Так я и стала одной из тех заточенных в золотую клетку девочек. В итоге, мне шестнадцать лет, а вокруг меня только книги и устоявшиеся семейные традиции. Ни друзей, ни подруг, куча знакомых, но никого по-настоящему близкого. Каждый раз, когда я кого - то теряла, родители пожимали плечами и твердили мне: " Ты девушка из благородной семьи", или " Он тебе не пара", или " Найдешь в сто раз лучше". Дошло до того, что я сама свято в это поверила и перестала пытаться. Я смирилась. Я заметил тихо блеснувшие в ее глазах слезы. — Иди ко мне. Вдоволь наевшись, мы только через несколько часов выбрались из бара. Вся обратная дорога прошла в молчании. Варя дремала, облокотившись на стекло. Я выключил музыку, чтобы не разбудить ее, и специально выбрал более тихий маршрут. Остановив машину около дома, я робко потрепал ее по плечу. Проснувшись, она виновато улыбнулась, после чего задержалась еще на какое-то время, награждая меня ласками за прекрасный вечер. - Я отлично провела время. - Я тоже. - Поцеловав ее руку, я забрал свою куртку, согревающую Варю всю поездку. - Я смогу увидеть тебя завтра? - Завтра не получится. Родители везут меня за город. Но ты можешь мне позвонить. - Она лукаво изогнула брови. - Ты намекаешь на секс по телефону? Детка, я еще не готов, это так серьезно. Варя пихнула меня в плечо, и я отреагировал, мгновенно прижав ее тело к стене дома. Жаркими поцелуями она расплачивалась за свою выходку, пока нас не подсветили фары проезжающей мимо машины. - Тебе пора. - Как же не хочется расставаться с тобой. - Напоследок жадно засосав мои губы, она убежала к подъезду, и только когда металлическая дверь с характерным скрежетом захлопнулась, я оторвал взгляд и вернулся к машине. *** - Максимка, принеси отцу соус и скажи, чтобы поторапливался. - Мама потрепала меня по щекам. - Как я рада тебя видеть, сынок. Единственной вещью, которую, как бы я не хотел, я не мог избежать, было традиционное семейное барбекю в конце октября, куда съезжались все мои многочисленные родственники со всего Урала. Пожелтевшая листва уже начала опадать, а холодный ветер заставлял дрожать и сильнее кутаться в заготовленный мамой плед. Вечеринка была в самом разгаре, когда изрядно подвыпившая Лариса, подхватив меня под локоть, утащила в сторону, подальше от громкой музыки и посторонних взглядов. - Знай, Макс, мне, как директору гимназии, очень неприятно говорить об этом. - Так, понятно. Что я еще успел натворить? - Это ты мне скажи. Я поднял брови в немом вопросе, слегка помотав головой. - Ходят нехорошие слухи, дорогой. - Какие еще слухи? - Я заметно напрягся. - Будто ты встречаешься с одной из учениц. Говорят, вы переспали. Я же просила тебя никакого секса с ученицами, зачем ты подвел меня. Я поморщился, почувствовав исходивший от нее запах алкоголя и глупости. - Посмотрите на нее, вроде уважаемая женщина, а собирает всякую грязь у сплетниц. - Максим, поклянись мне. - Она схватила меня за руку, даже через свитер прокалывая мою кожу ногтями. - А зачем это? Давай я сдам сперму на анализ, а ты лично устроишь гинекологический осмотр всем ученицам и посмотрим, что ты там найдешь. - Я наклонился ближе к тете, чтобы она смогла четко расслышать зловещий сарказм в моем голосе. - И не забудь про первоклассниц. Уж очень я люблю их несформировавшиеся тела. - Швырнув на землю недопитую бутылку пива, я стал уходить, напоследок крикнув всем собравшимся: «Чао, родственники, приятно было всех повидать!» *** Завалившись в бар, находившийся в самом центре города, я безжизненно рухнул на высокий стул, в надежде надраться сегодня. Варе я так и не позвонил. Ко мне подошел молодой парень в черной жилетке. - Я буду текилу. И поставь мне сразу бутылку. Немного оторопев, он спрятал свою идиотскую улыбку и выполнил мои требования. Сразу после второго стакана в голове снова всплыли все те страхи и сомнения, что не давали мне покоя весь месяц. Сначала я думал, что совершаю огромную ошибку. Я убеждал себя закончить все, порвать все связи с ней, пока не стало слишком поздно, но в голове снова яркой вспышкой загоралось ее лицо, и я слал все к черту. Я люблю ее и буду с ней. Меня рвали сомнения. Бросало то в одну сторону, то в другую. Я знал, что могу потерять ее, но угроза разоблачения отдавалась в сознании картинами с решетками на окнах, татуированными здоровяками и мылом, выскользнувшем из моих рук в душе. После второй бутылки я перестал соображать совсем, как будто кто - то безжалостно взял и отключил мой мозг. Последующие события происходили с туманной поволокой. Мне нечем было платить по счетам. Милая девушка, пришедшая мне на помощь, затем еще пара стопок с ней, и вот уже чужая квартира. Я падаю на кровать, чувствую, как лишаюсь одежды. Неожиданный приток крови к голове, волшебные ласки ее рук, первоклассный минет и совершенно необузданный секс. Я помню ее стонущие подо мной лицо, помню бархатистость ее кожи, помню, как мялась под моими руками ее грудь, и как твердели соски. Я дохожу до предела и сваливаюсь с нее на кровать рядом. Все. Дальше лишь тьма.