В его глазах горит огонь и бушует океан.

Без тебя жизни нет — я не могу найти. Сколько не жмись к стене, сквозь неё не пройти. Ни одного пути грешной души в зиме. Без тебя смысла нет; без тебя жизни нет.

Тоня и её подруги, кажется, наблюдали за моей игрой где-то с середины, когда я полностью погрузился в процесс с головой. Другого объяснения почему я не услышал звука открывающейся двери не было, ведь над ней даже колокольчик висел. —И снова я просто в восторге от твоей игры, Влад! Это было здорово! — прощебетала Тоня, растягивая на лице довольную улыбку, будто кот попавший на молочную реку с кисельными берегами. —Что ж, спасибо. Я рад, что моим не запланированным слушателям понравилось. — ответил я, откладывая гитару в сторону и вставая с места. — Вы же сюда с обходными листами пришли, верно? — получив в ответ нерешительные кивки, я выудил из подставки, стоявшей на крышке пианино, шариковую ручку. — Тогда давайте свои бумажки, сейчас я вам автографы поставлю. Девочки посмотрели на меня со смесью удивления и недоверия. Вполне понятно что, они не ожидали, увидеть меня в роли заведующего кружком. Наверняка представляли какого-нибудь старичка в очках и костюме аля «восьмидесятые». И по итогу просто решили, что я их разыгрываю, но они меня плохо знали. В первый полноценный день ни за что! Только на второй! Первой ожила Тоня и догадалась задать самый очевидный вопрос. —А ты что, заведующий клуба? — никогда не ощущал такую дозу детского удивления в словах, казалось, не маленькой девушки. —Как видишь — да. Меня Ирина завербовала, так сказать и я не смел отказаться. — с улыбкой на лице ответил я и прокрутил ручку меж пальцев. — А что, вы ожидали чего-то большего? Уж извините, но придётся довольствоваться моей персоной. — с наигранной грустью заявил я, состроив щенячью глазки. —Нет-нет, мы ожидали увидеть какого-нибудь пионера, но никак не тебя! — в оправдание пролепетала Тоня, выставляя руки перед собой, но потом заметила, что я ехидно улыбаюсь. — Да ты, блин, зараза! Я тут подумала, что обидела его, а он злорадствует! —Ну дай мне развлечься, ну Тонь. Прости, не обижайся только. Лучше давай уже обходной. — продолжая давить лыбу, я быстро выхватил листок, который девушка сжимала в руке. И в тот момент, когда мои пальцы коснулись холодной девичьей кожи, через всё тело будто пропустили лечебные 220 вольт, отчего я даже немного замялся. Тоня это заметила, но вида не подала, продолжая слегка улыбаться. Но уже с лёгким румянцем на щеках. Встрепенувшись, я зажмурился и резко раскрыл глаза. Секундное наваждение пропало, будто бы его и вовсе не было. Что же это такое было я так и не понял, да и времени разобраться у меня не было. Решив подумать над этим позже, я развернулся на 180° и использовал крышку «гробика на колёсиках» как стол, чтобы расписаться в бегунке. Поставив закорючку, я протянул листок обратно Тоне. —Прошу вас, милая леди. Надеюсь, что ещё увижу ваши прекрасные глазки в моей обители. Тонины ушки покраснели и она, спешно выхватив бегунок, отвела взгляд чуть в сторону и еле слышно выдавила «Спасибо». Усмехнувшись, я глянул на оставшуюся делегацию из трёх девушек, хищно лыбящихся и посматривающих то на меня, то на Тоню. Видимо эти змеюки не отпустят мою новую подругу без тотального допроса. А жаль, я не хотел доставлять ей неудобств, вот честное пионерское. Потом обязательно надо будет извиниться. —Ну что, девицы, давайте и вам свои закорючки оставлю. Только не все сразу, меня на всех хватит, так что в порядке живой очереди. *** Вскоре с обходными листами было покончено и девочки быстро ретировались из клуба. Все, кроме Тони. Девушка всё так же стояла рядом с дверным проёмом и сверлила взглядом стену, переминаясь с ноги на ногу. Вернувшись на место, я взял в руки гитару и взглянул на пионерку. Меня, конечно, её компания ни капли не напрягала, но она же явно чего-то хотела. —Тонь, ты чего? — задав вопрос, я выжидающе посмотрел той в глаза, которые она то и дело отвадила в стороны. —Ну, я это… Влад, а можешь меня в клуб записать? Нам Ирина сказала, что нужно обязательно куда-нибудь записаться, а состоять в кружке музыки мне симпатизирует больше всего. — девушка прекратила «гулять» глазами по помещению и посмотрела на меня. На её личике оставался лёгкий румянец и это меня позабавило. Она просто попросила о вступлении, но со стороны ситуация смахивала на неумелое признание в чувствах, отчего я невольно прыснул. —Ты очень мило выглядишь когда смущаешься. И да, я могу записать тебя в клуб. Сейчас, найду журнал. Встав с места, я отложил гитару и отошёл в дальний угол, где расположился стол с множеством макулатуры. Тут были и ноты, и тексты песен и непонятные документы 10-ти летней давности. Вообщем, полный винегрет, который некому было разгрести и видимо, предстоит мне. Спустя нескольких минут возни, пары матов и прижатого ящиком пальца, я таки нашёл треклятый журнал. Облегчено выдохнув, я собрался вернуться к Тоне, но вдруг услышал гитарный перебор которому вчера учил девушку. Чистый звук, который издавали металлические струны, колебание которым в свою очередь задавали аккуратные пальчики, заставил меня встать как вкопанному и медленно обернуться слушая Тонину игру. Девушка сидела на моём месте с закрытыми глазами, уместив гитару аккурат на одно колено и играла. И, чёрт возьми, как волшебна она была! Не уверен за чем я больше в тот момент наблюдал: за тем, как тонкие пальчики перебирают толстые струны или за тем, как выглядит девушка во время игры? Тоня буквально выпала из реальности и полностью отдалась музыке. Она мне напомнила самого себя, вот так же сидящего в гостях у Алисы во время репетиций и играющего перед своим «сенсеем». Теми вечерами я часто играл с рыжей тётушкой, правда чаще получал нагоняи за то, что фальшивил и вообще несерьёзно относился к гитаре. Но всё-таки мне нравилось. И гитара, и музыка и даже слишком уж наигранно злая Алиса, которая всё так же продолжала меня учить. Приятные воспоминания, которые всегда поселились в голове и не покинули бы её даже под страхом смерти. Но как? Как Тоня вызвала у меня такие эмоции и заставила вспомнить? Почему именно она? Из размышлений меня всё так же вывела Тоня. Как известно, всё приятное имеет свойство заканчиваться и как бы меня это не раздражало приходилось мириться с реальностью. Выйдя из прострации, девушка открыла глаза и обернувшись посмотрела на меня, заливаясь новой порцией краски. «Нравится ей, что-ли, краснеть?» Я в свою очередь улыбнулся и подойдя ближе протянул ей открытый журнал с ручкой. Слова похвалы всё же решил придержать, чтобы Тоня и вовсе не сгорела из-за своего смущения, но не отметить её умений было бы кощунством. —Знаешь, для новичка ты слишком хороша. Ты раньше вообще не играла или всё же были случаи? Чувствуется начальный уровень, вроде бы. —Нет, совсем-совсем не играла. Я всегда мечтала играть на гитаре, но все время времени не хватало научиться. Знаешь, то одно хобби, то другое, да и помогала по дому папе. — скромно ответила Тоня, расписываясь в графах журнала. — У меня подруга играет, она мне показала как и где надо зажимать, а я запомнила, да и на слух ещё… Короче не играла я. — улыбчиво закончила она Закончив, девушка отдала мне ручку и встав с места пошла на выход. Смотря ей в спину я вновь почувствовал, будто по телу стал разливаться электрический ток. Появилось сильное желание остановить девушку, побыть с ней наедине подольше. —Тонь, приходи после ужина сюда. — фраза сама-собой вырвалась из моих уст. Девушка замерла в дверном проёме и обернулась. Ей-богу, этот румянец на щеках меня когда-нибудь сведёт с ума. Это ж сколько крови к её щекам постоянно приливает, представить страшно. —Зачем? — и снова я уловил нотки детского удивления и непонимания, которые были свойственны каким-нибудь козявкам из младших отрядов, а не взрослой девушке. —Я хочу ещё раз послушать, как ты играешь. Разумеется, я тебе скучать не дам и сам сыграю всё, что попросишь, только приходи, пожалуйста. Идёт? Тоня пару секунд сверлила меня глазами, после чего улыбнулась и кивнув, выпорхнула из клуба, оставляя меня в гордом одиночестве, в окружении музыкальных инструментов и со странным чувством, которое никак не поддавалось объяснению и пониманию. *** «А может… Нет, я не мог влюбиться так быстро. Но… Да нет… Чушь какая-то! Хотя… Ааа, чёрт бы его побрал! Да что ж со мной такое?! Я же не герой сопливого романа или фильма, которые мама любит! Любовь с первого взгляда… Да не может быть! Хотя… Папа с мамой сразу друг в друга втрескались, сами рассказывали… Но я же не они! Или это гены?! Да, точно гены! Вот блин, обязательно родителей поблагодарить надо!» *** Весь день прошёл в бешеном, но скучном режиме. Гитара, пионеры, обходной, роспись. Гитара, пионеры, обходной, роспись. Правда в какой-то момент в клуб заявились Денис с Никитой, а уж с ними и какое-никакое веселье. Как стало понятно позже, братья захотели поржать с меня в роли заведующего и исполнили задуманное. Пока не получили заслуженные поджопники, ребята чуть ли не по полу катались в порыве глупого смеха на ровном месте. Эх, послали же Артуру детишек, как он их ещё в колыбели не придушил. Но всё же они разбавили мой монотонный день, за это я их мог бы поблагодарить. Не издевайся они надо мной! К счастью надолго их не хватило и вскоре, получив росписи и записавшись в клуб, братья охламоны покинули обитель музыки. А я снова остался наедине с собой, в ожидании оставшихся пионеров. К концу дня, в клубе уже состояло несколько человек: Я, Тоня, Никита, Денис и пара ребят помладше, которым «просто нужно куда-то записаться». И на том спасибо, правда. Если придётся проводить здесь много времени, то смогу хоть ребят созывать. Мои же терзания по поводу любви больше не являлись без спросу в мою голову. Но, как я и говорил, всегда есть это противное «но». И вот, когда я скучающе пялился в окно и слушал музыку из моего многотысячного плейлиста, раздался горн, созывающий голодных пионеров на ужин. Да, ужин, не обед. Дело в том, что обед я бессовестно проспал и если бы не Тоня, которая пришла в клуб с несколькими бутербродами, я бы остался голодным и скорее всего, совершил налёт на столовую с целью опустошить тамошние запасы съестного. На мой вопрос, зачем же девушка пришла ко мне, да ещё и накормила, она ответила просто. —Тебя не было в столовой, вот я и запереживала, что ты голодный в клубе сидишь. Попросила у поваров для тебя покушать взять, они и дали пакет с бутербродами. Мне в тот момент было так приятно, что я готов был просто-напросто задушить это милое создание в объятиях. Впрочем, я так и сделал, правда без летального исхода. И я вновь лицезрел красную как рак Тоню, которая то и дело отвадила взгляд в сторону. Сейчас же, я лениво встал с дивана, который, кажется, являлся спортивными матами и так же лениво вышел на улицу. В лицо тут же ударил лёгкий и свежий ветерок. Улыбнувшись, я прикрыл глаза и глубоко вздохнув, потянулся. Такой атмосферы как здесь никогда не ощутить в городе. Там, в каменных джунглях, в туманах едкого дыма фабрик, выхлопных газов миллионов машин и столетней пыли, никогда не дует освежающий и такой приятный ветер. Там нет таких завораживающих закатов, когда каждое здание, каждое дерево, каждая травинка утопает в рыжем свете закатного солнца. Да, что греха таить, в городах уже нет таких добрых и весёлых людей. Да, я знаю, что не могу говорить так уверенно, ведь если подумать, где-нибудь да есть ещё люди, которых надо заносить в красную книгу, как вымирающий вид. Но всегда есть «но». И это «но» растёт с каждым годом. Например, что сейчас нужно людям? Правильно, деньги. И ради этого ресурса, многие готовы практически на все. Сейчас, в обществе не смотрят на твою личность, смотрят на твоё финансовое положение. Чем больше у тебя денег, тем выше ты по статусу. А здесь что? Здесь всё наоборот! Может сравнивать людей городских и лагерных не очень-то правильно, ибо тут разные случаи, но… Не могу этого объяснить, но мне кажется, что здесь даже вожатые не ради денег руководят отрядами. Им это просто в кайф. «И чего это ты из себя философа строить начал а, Владислав Семёнович? Вам это не присуще, так что не позорьтесь, мама по головке не погладит… А хотелось бы, вообще-то!» Улыбнувшись самому себе, я запер дверь клуба и поспешил в столовую. *** Надо было бежать быстрее. Оказавшись в столовой, я увидел сотню, а то и больше, пионеров, которые растеклись по всей столовой занимая, кажется, все места. Вспоминая карту лагеря я отчаянно пытался прикинуть, где ж эту могучую сотню разместили-то, домиков то на всех не хватило бы. И столовой, кстати, тоже не хватило, как видно! «Ладно, где наша не пропадала? Сейчас найду где приземлиться, всё ж не трёхтонная фура.» Взяв поднос с приятно пахнущим пюре и котлетой, вишнёвым компотом и парой кусков хлеба, я принялся сканировать столовую в надежде найти чёртов свободный стул. И на удивление нашёл я его рядом с Ксюшей, занявшей тот же столик в углу, что и мы с Никитой в прошлый раз. Не мешкая я уверенно подлетел к подруге и поставил поднос на стол. —Привет, красотка. Не против моей компашки? Подняв глаза, девушка улыбнулась и отрицательно покачала головой. Что-что, а уж если бы она меня прогнала, я бы сбросился со скалы. Голодный и уставший, между прочим. —Конечно не против, мог и не спрашивать. Садись, Персик. — хихикнула девушка и подперла голову рукой. Персик… Именно так меня звали почти все в семье, да и ребята нет-нет да использовали это обращение. Родоначальником этой клички был никто иной как мой папа. А всё потому что я просто обожаю дурацкие персики и могу съесть килограмм не задумываясь. Ещё лет с четырёх я уплетал их как проклятый, пихая за обе щеки. Поэтому, вообщем, папа и прозвал меня так. А потом меня так стала называть и мама. А дальше сработало стадное чувство и вот я не «Дедулино сокровище», а «Персик»! Улыбнувшись, я сел за стол и стал медленно уплетать ужин, тщательно всё пережёвывая и наблюдая за Ксюшей. Уж очень она мне показалась задумчивой. Даже к еде почти не притронулась. —Как день прошёл, Черныш? — задал я вопрос, проглотив первый кусок котлеты. —М? А! Да весело, вроде. Я с этим Андреем, который в нашем отряде, почти весь день провела. Так уж вышло, что мы в один с ним домик попали, так что вот так, положение обязывает, как говорится. — весело ответила Ксюша. Хорошо, что я успел проглотить еду, ибо услышь я сова подруги секундой ранее, то точно бы поперхнулся. «Что я только что услышал? Наша Ксюша и весь день с парнем провела? Да не может быть!» —Черныш, ты сейчас серьёзно? Ты же у нас вроде не горела желанием с кем-то кроме нас общаться. Да ты и в городе только с нами общаешься! —Я помню. Просто Андрей он такой… такой… такой… — мечтательно залепетала девушка, пытаясь подобрать нужное слово. — Просто я с ним живу, вот, всё. — буркнула она, заметив мой ядовитый взгляд. —Да ты влюбилась, роднуль, не знала? — ехидно сказал я, найдя глазами Андрея. Парень сидел почти у самого выхода и разговаривал с неизвестными мне пионерами. «А что, с виду нормальный парень, чем-то даже на меня похож. Но надо с ним познакомиться, не хочется Ксюшу отдавать в руки кому-то левому… Врубаем режим свахи!» Вновь посмотрев на Ксюшу, я тихонечко усмехнулся. На щеках подруги появился рубиновый румянец и она внимательно принялась рассматривать котлету в тарелке. Сегодня я явно довожу всех до красноты, то Тоня, то парни от смеха раскраснелись, теперь это чудо. —Да ладно тебе, не стесняйся, это же я. Я никому ничего не скажу, даже нашим, поверь. Ты мне лучше скажи, как ты так быстро умудрилась втрескаться? Ксюша немного успокоилась и нашла в себе силы посмотреть мне в глаза, растягивая на лице мечтательную улыбку. А вот и она, романтическая натура нашей маленькой тихушницы. —Сама не знаю. Просто он такой… Интересный и славный. С ним так приятно общаться, причем он много чего может рассказать, а я, как ты знаешь, люблю слушать. Да и живопись он любит как и я. Сказал вот, что портреты рисует часто, обещал при случае меня нарисовать если я не против буду. Знаешь, внутри такие чувства, этого просто… —Нельзя объяснить словами. — закончил я фразу. — Я тебя понимаю. Даже рад за тебя, Черныш. Надеюсь твои чувства будут взаимны. Если что, ты знаешь к кому идти за помощью. За тебя и в снег, и в зной, только бы всё сложилось как надо. —Спасибо, правда, мне надо было кому-то об этом рассказать, а тут ты и сам догадался. Хорошо, что ты — это ты. — вновь улыбнувшись ответила Ксюша, приступая к остывшему пюре и котлете. — Да и ты, Персик, тоже приходи поговорить. Я же видела как ты смотрел на Тоню. Если будет нужна помощь в каком-то вопросе, то я всегда готова тебе помочь. — Ксюша состроила довольную мордочку заметив мои розовые щёки. Но всё же в душе я поблагодарил её, понимая, что не раз загляну к ней на огонёк по поводу такой сложной штуки, как девушки. Вскоре тарелки полностью опустели и мы, сдав грязную посуду на мойку, быстро распрощались, разбредавшись по домикам. *** Но в домике я долго не задержался. Быстро переодевшись в чёрные джинсы и серую толстовку, дабы не замерзнуть под ночной прохладой, я в темпе марша заспешил в клуб. Негоже заставлять девушку ждать. Если она, конечно, вообще явится. Вскоре я оказался у своей, на несколько недель, обители и отперев дверь прошёл внутрь. Включив свет, я услышал недовольный треск вперемешку с жужжанием, сменившееся молчанием. Пара ламп над диваном не зажглось, отчего в помещении было несколько тускло. Подумав поговорить об этом с Ириной завтра, я прикрыл дверь и занавесил окна, дабы не мелькать перед проходящими мимо пионерами. После нехитрых манипуляций я присел на диван и взял в руки гитару, которая так и осталась лежать здесь с момента ухода. Недолго думая я сам принял лежачее положение, уместив инструмент на груди. Захотелось немного размяться и поиграть, дабы скоротать время до прихода Тони. Недолго думая, в голове всплыло название любимой песни, которую я и решил исполнить. Для полного погружения не хватало маракасов, клавиш, ударных и еще одной гитары, но меня это не волновало. Вздохнув, я прикрыл глаза и представил себя стоящим на сцене перед многомиллионной публикой. On a dark desert highway, cool wind in my hair Warm smell of colitis, rising up through the air Up ahead in the distance, I saw a shimmering light My head grew heavy and my sight grew dim I had to stop for the night. There she stood in the doorway; I heard the mission bell And I was thinking to myself 'This could be heaven or this could be Hell' Then she lit up a candle and she showed me the way There were voices down the corridor, I thought I heard them say Welcome to the Hotel California Such a lovely place (such a lovely place) Such a lovely face. Plenty of room at the Hotel California Any time of year (any time of year) you can find it here Her mind is Tiffany-twisted, she got the Mercedes bends She got a lot of pretty, pretty boys, that she calls friends How they dance in the courtyard, sweet summer sweat Some dance to remember, some dance to forget So I called up the Captain, 'Please bring me my wine' He said, 'we haven’t had that spirit here since nineteen sixty-nine' And still those voices are calling from far away, Wake you up in the middle of the night Just to hear them say» Welcome to the Hotel California Such a lovely place (such a lovely place) Such a lovely face. They livin' it up at the Hotel California What a nice surprise (what a nice surprise), bring your alibis Mirrors on the ceiling, The pink champagne on ice And she said, 'we are all just prisoners here, of our own device' And in the master’s chambers, They gathered for the feast They stab it with their steely knives, But they just can’t kill the beast Last thing I remember, I was Running for the door I had to find the passage back to the place I was before 'Relax' said the night man, 'We are programmed to receive. You can check out any time you like, But you can never leave! ' На лице сама-собой появилась мягкая и довольная улыбка. Если я хотел расслабиться, то всегда играл и пел. А если ко всему этому присоединялось желание отчистить мозг и предаться воспоминаниям, то играл и пел я только «Hotel California». А воспоминаний хватало. Походы с ребятами и родителями в леса высоко в горах, рыбалка с дедушкой на даче, долгие вечера с Алисой и Ульяной в их квартире. Получение первой татуировки в салоне Саши, папиной подруги. Ох нас тогда мама и отчитала за то, что её не предупредили. Правда папа больше получил, мама в гневе страшна. Набитый под лопаткой карп Кои начал приятно припекать, давая о себе знать. А ещё… Любил петь под аккомпанемент Аико. Мы дополняли друг друга, особенно в этой песне. Даже Никита с Денисом моментально затихали и внимательно наблюдали за нашим дуэтом. Хорошее было время. Жаль лишь, что оно прошло. Не будет больше тех частых походов, рыбалки с дедушкой, хотя, надеюсь, там где он сейчас рыбы в озёрах полно. Больше мне не посидеть с рыжими тётушками, ведь они давно разъехались. У них своя жизнь и в ней больше нет такого большого места для меня, уже почти совершеннолетнего Влада. Они всё так же с любовью в голосе общаются со мной по видеосвязи, но в такие моменты мне так хочется вернуться на пять лет обратно, когда всё было по-другому, по-настоящему. Ах, если бы, хотя бы на минуту. Я даже готов получить нагоняй от мамы, только бы снова с ним, с папой. Сквозь трансовое состояние я почувствовал, как на меня кто-то смотрит. Размышления тут же пропали, вновь скрываясь в тени разума и ожидая своего выхода. Тем временем этот «кто-то» был очень близко ко мне, я буквально чувствовал дыхание неизвестного. Или правильнее сказать неизвестной? Осознание пришло быстро, ведь запах сирени и мёда я запомнил ещё с прошлой ночи. Такое сочетание принадлежало лишь одной девушке сего лагеря, я уверен. —Понравилось, да? — не открывая глаз коротко сказал я, ощущая как девушка неспешно отходит назад. Открыв глаза, я рывком сел на диван и посмотрел на свою гостью. И ей оказалась Тоня, как я изначально и подумал. Странно, но я не увидел ожидаемого смущения на её лице, даже щёчки не горели ярким пламенем. Читалось лишь смиренное спокойствие и некое удовольствие. —Очень понравилось. Даже больше чем все твои предыдущие песни вместе взятые… Ой, то есть, нет! Прости, я не хотела тебя обидеть! —А я и не обижаюсь. — с улыбкой на лице сказал я, вставая с места. — Все говорят, что я исполняю эту песню лучше всех остальных. Она у меня любимая, так что ничего удивительного. И не стоит извиняться, всё в норме. Закончив, я оглядел Тоню беглым взглядом. Её пионерская форма сменилась на голубую футболку и синие джинсы в обтяжку. А волосы… Чёрт, никогда я ещё не любовался девичьими волосами, как сейчас. Чёрные, словно обсидианового цвета волосы отливали синим сиянием в тусклом свете ламп, плавными волнами спадая на плечи и скрываясь за спиной девушки. А эти глаза сапфирового цвета. Не хотелось бы мне быть банальным, но вот утонуть в них только дурак не захотел бы. Разве можно быть настолько привлекательной девушкой? Где же ты была всю жизнь, моя богиня красоты? «Ах, точно, на Голованова 42 жила, в паре жилых кварталов от моей спортивной школы. Как я только её не заметил? Либо я дурак, либо слепой, либо и первое, и второе, и компотик сверху!» —Влад, а ты чего так на меня смотришь? — немного взволнованно спросила Тоня, махнув ладонью перед моим лицом. Засмотрелся я на неё, видимо, на довольно приличный срок времени. —Прости. Я это… Ничего, вообщем. Показалось кое-что, не бери в голову. — отведя взгляд в сторону, я нервно сглотнул и попытался самым глупым образом уйти от ответа. Тоня не ответила. Девушка молча понаблюдала за мной еще несколько секунд, после чего аккуратно, я бы даже сказал мягко, отобрала мою гитару, усаживаясь на то же место, где минутой ранее я «возлежал». —Ну раз ничего, тогда вот, я кое-чему научилась. Мне девочка одна помогла, ты её, кажется, знаешь, вы вместе на стоянке стояли. Вообщем слушай. «Девочка которую я знаю? На остановке? Не Аико же, а значит… Вот оно что, а она быстро, только же недавно узнала про Тоню. Хотя, так ли ей было тяжело меня прочитать ещё утром на линейке? Ещё и помочь успела, значит где-то гитару взяла. А у кого она с собой была из наших? Хмм… Никита! Тоже догадался, что-ли? Этот вот, серьёзно? Не может быть. Ну Ксюша, ну лиса!» Мои внутренние размышления прервала тихая мелодия. Такая знакомая и родная, родом из детства. Из воспоминаний о тихих вечерах, квартире рыжей тётушки и игре на гитаре. Помнится эту мелодию даже в её с Мику музыкальной школе играли, вроде даже тётушка Мику её и сочинила. Сколько же разом воспоминаний, неужели такую долгую жизнь прожил, всего лишь семнадцать в паспорте? А тем временем мелодия стала громче и звонче. А самое главное энергичнее. Тоня ловко перебирала пальцами зажимая аккорды в нужных моментах и, почти не фальшивя, продолжала играть. А я? Я там же где стоял, там и сел. Благо попал на стул, стоящий у рояля. Тоня продолжала. А я не смел останавливать. Только не сейчас. Пусть погаснет свет, поднимется ураган, сорвёт крышу клуба, только продолжай, молю, продолжай. Так я думал и так я продолжал думать, пока музыка не начала стихать. И с последним ударом о струны, моя ночная сирена не ознаменовала конец. —Я старалась, но, кажется, фальшивила на каждой минуте. — оправдывающиеся начала девушка, глядя куда-то в сторону. — Запорола такую красивую мелодию, растяпа. —Запорола? Запорола?! — тут же не выдержал я, вскакивая с места. — Да это самое идеальное, что я слышал со времён моих уроков по гитаре! Никто до тебя не играл эту мелодию так проникновенно и живо, а тем более впервые! Ты просто умничка! От моей пламенной речи в помещении, кажется, стало светлее. Но как оказалось, всё дело в нагретых до красна щечках Тони, которая те старательно прятала под волосами. Но выходило плохо. Совладав со смущением, девушка молча протянула мне гитару и нерешительно посмотрела в глаза. —Спасибо. — робко выдавила она. — Теперь ты. Обещал сыграть для меня и чтобы я не заскучала. Играй. А-то уйду. — неуверенно сказала та, ради которой я сейчас готов был играть часами напролёт. Молча приняв инструмент, я подтянул стул поближе к Тоне, чтобы сидеть точно напротив после чего залез в смартфон. Спасибо Денису, скинувшему на кануне нашей поездки отдельный документ с текстом всех песен, которые мы часто исполняли вместе. Не то чтобы я не помнил текста этих композиций, но сейчас я очень сильно не хотел облажаться. Я хотел играть и петь используя не только руки и голос, но и чувства. Я хотел донести то, чего ещё и сам не понимал и понять это наконец. Хотел, чтобы Тоня увидела, что я начинаю чувствовать. И почувствовала то же. Без тебя жизни нет — я не могу найти. Сколько не жмись к стене, сквозь неё не пройти. Ни одного пути грешной души в зиме. Без тебя смысла нет; без тебя жизни нет. Сколько не жмись к стене, сквозь неё не пройти. Без тебя жизни нет. Я не могу найти Ни одного пути грешной души в зиме. Без тебя смысла нет; без тебя жизни нет; Жизни нет. Сдаётся мне, теперь это надолго. Переживаю словно переплываю Волгу. Она на шёлке, я на иголках. Вдребезги мост, осколки Сколково. Она такая, что не хватит слов. Теперь я знаю, как мне повезло холодам назло. Будто бы кто-то отодвинул заслон, И как же далеко меня унесло! Танцуют листья на ветру. Я без неё не тру — я без неё умру! Бываю груб, но я не вижу никого вокруг. И тем теплее, чем ближе к костру! Гори, гори, моя Звезда — да, да! Всё неспроста и мне не перестать. Стали листать вместе страницы — лица, места. Вереницы стран, вместе в Астрал! Без тебя жизни нет — я не могу найти. Сколько не жмись к стене, сквозь неё не пройти. Ни одного пути грешной души в зиме. Без тебя смысла нет; без тебя жизни нет. Сколько не жмись к стене, сквозь неё не пройти. Без тебя жизни нет. Я не могу найти Ни одного пути грешной души в зиме. Без тебя смысла нет; без тебя жизни нет; Жизни нет. Я не всегда милый, такой как в песне. Про знаменитый переход на Пресне. Главное — честно плаваем в бездне. Было бы пресно без, с тобой интересней! В тебе тепло, как в пластинках Боба, I wanna love ya. Нам повезло, мы это знаем оба! Сдаётся мне, что это — любовь до гроба! — Согласны ли вы? — Ааа, ещё бы! Вот эта рука твоя! Вот тебе сердце, не теряй! Дотянем до Января, а там — свалим на моря! Ты и я… «Два сапога — пара!», — так говорят. Вроде не врут. Вот это замут! Я ближе быть хочу к костру! В свете фонаря блестит асфальт. Я люблю тебя — ты просто знай! Сдаётся мне, теперь это надолго. Гори! Гори, не догорай. Без тебя жизни нет — я не могу найти. Сколько не жмись к стене, сквозь неё не пройти. Ни одного пути грешной души в зиме. Без тебя смысла нет; без тебя жизни нет. Сколько не жмись к стене, сквозь неё не пройти. Без тебя жизни нет. Я не могу найти Ни одного пути грешной души в зиме. Без тебя смысла нет; без тебя жизни нет. Жизни нет. Всю песню я наблюдал за Тоней. С каждой секундой её лицо менялось, но она не пыталась его спрятать. И она не краснела, совсем. В какой-то момент я даже подумал, что меня жёстко осадят и начнут извечное «Ты хороший парень, но дело не в тебе, дело во мне.» и дальше по списку. Но игра продолжалась, а реакции не было. И лишь к концу песни я увидел, как в сапфировых глазах набираются слёзы и одна даже преодолевает путь вниз, спадая с подбородка куда-то ниже. И мне стало одновременно и стыдно, и легко на душе. Захотелось даже заплакать чуть-чуть, поддержать Тоню, но всё же я сдержался —Тонь, ты чего? Язык проглотила? — спросил я, сдерживая желание обнять девушку напротив. —У… У меня такое… Странное чувство… Будто… — её голос дрожал, поэтому говорила она с запинками и паузами. — Будто эта песня… Была для… Меня? Дурацкое чувство… Да? — в нерешительности спросила девушка. И на этот раз моя дамба всё же не выдержала такого напора эмоций. Надоело сдерживаться, итак целый день только об этом и думал. Но теперь я точно был уверен в своих чувствах. Любовь с первого взгляда? Чушь! Только со второго и после прогулки в лесу! Отложив гитару в сторону, я смахнул очередные слёзы со щёк девушки, после чего несколько раз провел по мокрой коже большим пальцем и улыбнулся. Ноги дрожали, а тело резко задубело, но на остатках сил, я всё же продолжил. —Я люблю тебя — ты просто знай! Сдаётся мне, теперь это надолго. — пропел я слова песни и всё с той же глупой улыбкой поцеловал девушку. Без разрешения, нагло, но поцеловал. Нежно и передавая ей все чувства и эмоции, которые она вызвала у меня сама, лично. Первые секунды Тоня сидела как замороженная, видимо не до конца осознавая, что вообще происходит. А моё сознание снова принялось представлять, что же будет дальше и нарисовало десятки вариантов событий… И все как один плохие. Оттолкнет? Залепить пощёчину? Накричит? А может всё и сразу? Но чёрт возьми, в те секунды, крохи времени, которые были нам даны, я не желал останавливаться. Я хотел поцелуя длинною в жизнь. Ведь на сей раз поцелуй был с девушкой, которую я по-настоящему люблю! И то, что произошло дальше меня обнадёжило, заставив вложить в поцелуй ещё больше любви. Тоня неуверенно обняла меня за шею и так же неуверенно ответила на поцелуй. Я наконец-то почувствовал бабочек в животе. Этих треклятых бабочек, о которых все говорят. Вот они, порхают и щекочут меня изнутри. А вот та, из-за которых они и появились, сидит напротив и обнимает меня. И, кажется, впервые в жизни дарит кому-то свой первый поцелуй. Так мы и просидели с минуту. Но вскоре кислород стал кончаться, отчего в лёгких нещадно закололо, заставляя нас прекратить. Отпрянув от Тониных губ, я глубоко вздохнул и посмотрел в глаза девушке. Не бросайте мне спасательный круг, когда я начну в них тонуть, не портите мне такой момент. Я захотел видеть эти глаза утром, днём, вечером и ночью. Видеть их перед учёбой, после тренировок, во время общих посиделок и перед тем как заснуть. Каждое мгновение своей только-только начавшейся жизни. И ни секундой меньше. —Тоня, я… — на мои губы лёг холодный пальчик, заставив проглотить остаток фразы и замолчать. —Тсс, ты своё слово уже сказал. Теперь я… — девушка ловко подтянулась и привстав с дивана, наклонилась к моему уху. -…Я люблю тебя — ты просто знай! Сдаётся мне, теперь это надолго.