Дикая принцесса

      Комната, похожа на подсобное помещение, деревянная тумба, электрический чайник, пару кружек, один стул и небольшой кожаный и до жути неудобный диван, на котором очнулась Ева. Свет был тусклым и постоянно моргал, из-за чего ей было сложно сфокусироваться. Рука ныла от боли, а живот, кажется, прилип к позвоночнику. Во рту было сухо, язык разбух, а голова, казалось, весит тонну.       — Жива? — Женский голос эхом раздается в голове, из-за чего Ева жмурится.       Когда открывает глаза, видит девушку, одетую в, откровенно говоря, очень вызывающее, короткое платье. Не дожидаясь ответа, она проходит в помещение, цокая высокими каблуками. Этот звук еще сильнее бьет по вискам, поэтому Ева, здоровой рукой, хватается на голову, сильно сжимает ее, рассчитывая, что это боль куда-то уйдет. Еве все-таки удается принять сидячее положение. Моргает, пытаясь избавиться от черных пятен в глазах, Ева наконец приходит в сознание, если это можно назвать таковым.       — Поешь, — устроившись на деревянном стуле, незнакомка кинула на диван пачку быстрорастворимой лапши. Она была спокойной, будто все, что здесь и сейчас происходило, было абсолютной нормой.       — Ты кто? — Голос Евы еле слышен, но незнакомке не составило труда разобрать слова.       Еве было плохо. Тело отказывалось слушать ее, боль пронизывала каждую клетку. А мозг отказывался составлять четкую картину происходящего. Ева лишь взглянула на свою руку, обрывками вспоминая вчерашний (или позавчерашний?) день. Сколько она провела в отключке было непонятно. Какой день недели, месяц, год — она тоже не понимала. Ей казалось, что это все сон или наркотический бред. А может, она умерла?       — Вадик попросил присмотреть за тобой, — спустя пару минут говорит незнакомая девушка. Имя режет слух. «Вадим» — в голову Евы врывается воспоминание. Кто этот человек? Без рассудка, без души, без принципов. Лишь образ демона встает перед глазами, от чего по телу пробегают мурашки. Приходит осознание того, что Ева абсолютно не знает где она и сколько времени провела в этом месте. Ева молчит, пытаясь достать из своей головы нужную информацию.       «Скажи, я красивая?» — фраза. Одна за другой, огромным потоком.       «Посмотри». «В тебе ничего не осталось». «…использованная». «Ты никому не нужна».       Зеркало, в которое она смотрит, но не видит. Старая железная дверь. Порог той самой квартиры. Человек, чья рука вцепилась в нее, трясет, пытается привести в чувства, достучаться.       «Тебе лечиться надо, дура конченная». «Ты мне не нужна».       Фразы болью отдаются на сердце, которое с каждым воспоминанием начинает биться быстрее. Теперь, когда она пришла в сознание, эти слова причиняли так много боли. Каждое — словно порез по вене. Словно рану, которая долго затягивалась, снова распороли ножом. Стало холодно. Ева задрожала, обхватывая себя руками.       Потом холодный переулок. Вадим. Собаки. Мясо. Выстрел. Кровь. И огромный страх.       Ева сильно жмурится и сжимает кулаки, на долю секунды забывая про боль в руке. Но именно она возвращает её в реальность. Именно она напоминает о том, что это не сон. Рассудок кричит о том, что ей нужно уходить. Нет, бежать отсюда и побыстрее.       — Где я? — Ева не хочет терять больше не секунды. Страх снова охватывает каждую клеточку ее тела и сознания. Она осматривается быстро насколько, насколько это возможно. Ищет глазами наличие своей одежды, но тщетно. Она в старых джинсах, и своей, теперь уже с рваным рукавом и заляпанной красными пятнами крови, кофте.       — Что, совсем плохо? — Словно пропустив мимо ушей, задает вопрос незнакомка и протягивает пачку сигарет с зажигалкой. Ева смотрит на нее и на сигареты в руке, которые сейчас очень не помещали бы, после переводит взгляд на дверь, все еще размышляя о том, как выбраться отсюда. — Хочешь свалить? — Ева снова переводит свой взгляд на молодую девушку, которая на вид была старше ее самой всего лишь на пару лет. — Что ты на меня смотришь? Бери. Покури и успокойся. Ты все равно не найдешь отсюда выход.       Ева нерешительно берет сигареты. Вытаскивает одну и чиркает зажигалкой. Она даже не ищет пепельницу. Ей плевать. Незнакомка забирает пачку и проделывает те же действия, что и Ева. Пепел летит прямо на пол.       — Кто такой Вадим?       Незнакомка остается равнодушной, делая глубокую затяжку. Затем выдыхает дым в потолок.       — Это его клуб, — наконец отвечает девушка, делая паузу между затяжками. В это время сигарета в руках Евы просто тлеет. — Мое дело лишь накормить тебя и проследить, чтобы ты коньки не отбросила. Не знаю, кто ты и зачем ему нужна, но он тебя так просто не отпустит.       Она говорила это спокойно, но в то же время в голосе были слышны нотки жалости. Будто она знала или предполагала, что Ева больше не владеет своей жизнью. Она знала, что все, кто попадают в лапы к Вадику, больше никогда не смогут выбраться из них. Это как продать душу Дьяволу, только на невыгодных для тебя условиях. Ева же, в свою очередь, начинала успокаиваться. Сигареты делали свое дело. Давление упало, страх отошел на задний план, а голова начала кружиться. Перед глазами снова все поплыло. Ева зажмурилась, чтобы это остановить. Бросила недокуренную сигарету прямо на пол и наступила на нее кроссовком, прожигая дешевый линолеум.       Ева не слышала, как открылась дверь, но отчетливо услышала, как она захлопнулась, от чего неосознанно дернулась и посмотрела на вошедшего. Снова он. Теперь план ее побега и вовсе рассеялся. Он стоял на входе, засунув руки в карманы каких-то брендовых, но очень старых спортивных штанов. У него был свой запах, который из-за сквозняка почувствовала Ева. От него несло сигаретами, алкоголем и жестокостью с примесью какой-то туалетной воды. От этого запаха её затошнило.       — Можешь идти, — голос Вадима. С хрипотцой. Ева старалась не вздрагивать каждый раз, когда тот делал шаг. Незнакомка же молча потушила окурок о ножку стула и покинула комнату, оставляя Еву наедине с Вадимом. Еве хотелось соскочить и выйти вслед за девушкой, но делать резкие телодвижения она не решалась.       «Не показывай свой страх», — пронеслось в голове у Евы, после чего она с жадностью втянула в легкие воздух.       Вадим сел на тот же стул, облокотившись на спинку и положив одну ногу на другую. На какой-то момент Еве показалось, что даже стул треснул под его напором. Но он всего лишь заскрипел. Наконец Ева подняла свои глаза и встретилась с парой светло-голубых бешенных глаз и дьявольской ухмылкой.       — Ну, что, принцесса, пора поделиться информацией, — произносит Вадим, складывая руки в замок, и готовится слушать. А сердце Евы пропускает удар.       Конец близко?