Раздевайся, Роджерс

Наташа.       Прошло больше двух лет с Гражданской войны. После всего этого, я не выдержала, поддалась панике и пустилась в бега. Сначала посещала маленькие города Соединенных Штатов, не живя нигде больше двух недель. Могу сказать одно, что я и паранойя стали лучшими подругами, если можно так сказать. Мне всюду казалось, что меня преследуют и что за мной ведётся слежка. Я не могла спать без своего Глока под подушкой. В конце концов по поддельным документам, что для меня уже стало привычным за последние десять лет, я покинула Америку. Спустя полтора месяца скитаний по Европе, я наконец купила билет до Объединенных Арабских Эмиратов и оказалась в знойной стране.       В Дубайях я более или менее расслабилась. Моё скитание по всей Америке на протяжении года, а затем ещё полгода по Европе запутало все следы, которые вели ко мне. По крайней мере я так думала и верила в это. На протяжении семи месяцев я жила в городе имея достаточно денег, чтобы иногда посещать какие-то светские мероприятия. Предварительно, я прощупывала почву, чтобы там не было журналистов и тем более телевизионщиков. Я была частым гостем в Бурдж-Халифе, что даже некоторые люди из персонала знали меня там.       Но всему приходит конец. В один прекрасный день, когда я находилась на самом последнем этаже Бурдж-Халифа, где проходило частное благотворительное мероприятие, произошло то, чего я не ожидала. Стоя около огромного панорамного окна, я смотрела на огни города, который распростёрся у моих ног. Небольшая щель между двумя стеклами, которая специально сделана для проветривания помещения, служила мне небольшим кондиционером. Жара спала после длинного дня с солнцепеком, и прохладный воздух приятного ласкал мою кожу. Моё платье было длинным в пол. От середины бедра с одной стороны шел разрез, что давало большинству мужчин повод для грешных фантазий, как и глубокое декольте, которое заканчивалось фактически на середине живота и полностью открытая спина, не считая двух тоненьких цепочек, которые держали в целом на мне платье.       Я стояла и, в целом, не замечала, что происходит вокруг, пока мой взгляд случайно не сфокусировался на отражении в стекле. У меня перехватило дыхание, отчего я сглотнула и развернулась на каблуках к тем людям, которых я увидела. Потом с моих губ сорвался смешок от взглядов, которыми меня пожирали. Передо мной стояли Старк, Роджерс, Бартон, Уилсон и Т’Чалла. Допив своё мартини, я отдала мимо проходящему официанту пустой бокал. — Полтора года, Романофф, полтора. Тебе не надоело тогда? — Старк усмехнулся, все ещё скользя глазами по моему телу, облачённому в темно-алое платье. — Мальчики, — я почтительно кивнула и прошла к кожаному креслу, которое стояло около панорамной стены, как и парочка диванов. Сев на него и положив ногу на ногу, я облизнула губы и посмотрела на людей, которые смогли найти меня. Все, не отводя взгляд, прошли следом за мной и уселись на диван напротив. Я была очень удивлена, что Роджерс буквально раздевал меня глазами. Ох, Капитан, Капитан. Что же стало с тобой? — Нет, не надоело, — коротко ответила я на заданный ранее вопрос и обвела взглядом мужчин, а затем сфокусировала свой взгляд на барной стойке, за которой сидел Барнс и поглядывал на нас, — А Джеймс видимо боится подойти ко мне? — Знаешь, мы сюда все с неохотой пришли, — Клинт пытался пошутить, и я перевела угрюмый и неодобрительный взгляд на него. — Я никого сюда не звала, — резко и холодным тоном произнесла я и поднялась с кресла. Быстрой походкой направилась в лобби, к лифтам, но чья-то сильная рука перехватила мою и развернула к себе. Повернувшись, я увидела не по-детски искренние и чистые глаза Капитана Америки. — Нат, возвращайся домой, — тихо произнес Стив, и я перевела свой взгляд на наши руки, которые до сих пор имели контакт. 18 ноября, 2018 год. Портленд, штата Мэн, США.       За последние пару месяцев после моего прибытия в Америку из Арабских Эмиратов, мы с Роджерсом сдружились. Но не все так было просто.       После того, как я вернусь, я избегала всячески команду, брала на себя фактически все одиночные миссии, что выводило из себя Старка и Роджерса. Но зачастую последний просто на просто, без всяких предупреждений врывался на миссии, спасая иногда мою задницу от несуществующих опасностей. Это уже в свою очередь выводило меня, да так, что когда мы возвращались, я неистово орала на Капитана Америку, держа в руках моего верного друга — Глок. Остальная часть команды все это наблюдала с приличного расстояния, но думаю, не достаточно безопасного, как мне кажется, если я вздумаю учудить.       Барнс же, сукин сын, научил остальных одной поговорке, и после каждой нашей перепалки, чуть ли не каждый второй вставлял свои пять копеек ею. Две недели назад это стало последней каплей. — Милые бранятся — только тешатся, — пролепетал Старк со второго этажа, на котором они отсиживались во время наших разборок со Стивом. Это было сразу же после окончания очередной ссоры с Кэпом. Я сняла с предохранителя свой Глок и выстрелила в дорогущую приставку Тони, в которую любили очень рубиться все парни. — Следующим будет твой эксклюзивный Rolls-Royce Phantom, — прошипела я тогда и ушла подальше от всего этого, чтобы наконец принять горячую расслабляющую ванну.       Сейчас мы с Роджерсом находились на совместной миссии, хотя она была запланирована как одиночная, для меня. Но Старк решил все иначе. Как только он узнал об этом, он прицепил меня к Стиву моими же наручниками и запихнул обоих в самолет, который был должен доставить нас на место. Пилоту же он приказал ни при каких обстоятельствах не расстёгивать наши «обручальные кольца», как назвал наручники Сэм, пока мы не сядем в нужном месте и не выйдем из самолёта.       Мы находились в местном порту Портленда. Была найдена информация, что в портовских складах хранится оружие, которое было готово к транспортировке в Сирию и Иран, где до сих пор шли боевые действия. И это оружие никоем случаем не служило для защиты от террористов, а наоборот, предназначалось для них. Поэтому, нам было велено разузнать, подлинная ли информация о складах, и если да, то немедленно доложить об этом.       Тихо ступая по территории складов, мы остановились. Недалеко отсюда находился пост чоповцев. Конечно они не были простыми охранниками, бывшими полицейскими или военными в отставке. Это были молодые наемники, которые сделают все, чтобы сохранить то, что им велено охранять.       Мы как раз подошли к одному из складов. Я не знаю, почему он не был заперт, но я дотронулась до двери и она открылась с протяжный противным скрипом. На этот скрип отреагировали собаки, которые видимо располагались неподалеку. Были слышны голоса охранников, которые пытались усмирить псов, но те не слушались и пыталась рвать цепи. Было слышно лязганье цепей, а потом они затихли. Стив впихнул меня в склад, закрывая за нами дверь. Мы оба пробежали слегка вглубь, прячась за гору выложенных деревянных поддонов. На одном из них лежало пару мешков, которые были плотно набиты чем-то. Дотронувшись до них, я поняла, что это что-то похожее на пух. Я посмотрела на Стива, который переводил от меня взгляд на дверь склада. Слышался лай собак и голос охранников, которые видимо двигались в сторону нашего склада. Я резко развернулась к Стиву и толкнула его на эти мешки. Он приземлился на них спиной и недоуменно посмотрел на меня. — Что ты… — он не успел договорить, как я нагнулась и запихнула свой пистолет в щели между парочкой поддонов. Слава богу мы были по гражданке. Выхватив щит, я так же его запихнула между двумя поддонами. — От публичных выражений любви люди испытывают дискомфорт, — произнесла я фразу, которую говорила ему около четырёх лет назад. — Да, мы это уже проходили, — сказал Стив и его щеки слегка порозовели. Я расстегнула свою кожанку и сняв её, кинула рядом со Стивом. Оставшись в одной майке, я потянула её концы вверх. — Да, поцелуй на эскалаторе, — сказала я и кожа покрылась мурашками от прохладного воздуха склада, когда я сняла майку и кинула её на свою кожанку. — Наташа, что ты делаешь? — дыхание Стива заметно сбилось. Подняв на него взгляд, я заметила, что он смотрит на меня не отрывая глаз. Тут же мой взгляд метнулся нечаянно, ох как нечаянно, на бедра Роджерса, которые были обтянуты черными джинсами. Капитан Америка был возбуждён. Явно возбуждён! Да и ещё как. И это только от того, что я сняла майку, демонстрируя себя в лифчике! Чёрт. Что же будет если я оголюсь целиком. — Ну, с поцелуем уже трюк не прокатит, — будничным тоном сказала я и прикусила губу. — Нет, — сорвалось с губ Стива, но это «нет» звучало чертовски не уверенно, да и не ясно, к чему было оно. То ли к тому, что трюк с поцелуем не сработает, то ли Роджерс сказал это себе на какой-то свой не высказанный вопрос. Это «нет» было черт побери таким сексуальным! Мои соски и так были напряжены, а теперь вообще были как пики, готовые порвать ткань кружевного лифчика. Стив видимо это заметил и облизнулся, но быстро перевел свой взгляд на моё лицо. — Стив, нас окружили. Раздевайся, — мой тон не терпел отказов и требовал точного и неотложного выполнения. — Что… зачем? — взгляд Стива снова вернулся к моей груди и больше он оттуда не возвращался. — Ты как ребенок, Роджерс. Не будь 90-летним девственником и раздевайся уже, — я забралась на колени Стива и расстегнув его куртку, положила на свою одежду, — Ты же знаешь, что такие места люди обходят стороной.       Дыхание Стива заметно участилось, когда я прошептала это в его губы. И, святые небеса, он сократил расстояние между нашими лицами и коснулся своими губами моих.       Удивительно, но руки Капитана потянулись ко мне за спину. Сильные пальцы нащупали застёжку и очень ловко, для мужчины, который никогда тесно так не общался с женщинами, расстегнули её. Кружевная ткань съехала с моих плеч и упала на живот Стива. Я же быстро отшвырнула её к курткам и углубила поцелуй.       Стив не отставал. Он быстро учился, даже очень. Его язык настойчиво ворвался в мой рот, исследуя мой язык, лаская его. Мои руки коснулись рубашки Роджерса. Резко дёрнув полы хлопковой ткани, я оторвала пуговицы к чертям. Стив быстро стянул с себя материал и положил к себе под бок.       Дальше все произошло быстрее, чем я могла себе представить. Джинсы с нас обоих слетели слишком быстро. Время на прелюдия не было. Но и без ласк и ублажения друг друга, мы были готовы.       Стив не стал мелочиться. Он не стал снимать с меня кружевные трусики, а просто их порвал, а затем резко насадил на свой член. Когда это произошло, у меня из глаз посыпались звёздочки. Его достоинство было огромным. И я совру, если скажу, что у меня были и лучше, чем его.       Я начала двигаться, насаживаясь полностью на возбужденную плоть. Стив издал стон, что служил доказательством, что ему нравиться, причем чертовски нравится. — Черт, — послышалось ругательство от Стива, которое он произнес мне в губы хриплым голосом. — Ты выругался, черт побери, — я усмехнулась, прикусывая нижнюю губу Капитана и оттягивая её на себя. — Заткнись, Нат, — одна из его рук коснулась моей шеи и слегка сжала горло. Я судорожно выдохнула. Мне чертовски нравилось, как Стив ругается, а особенно, как он сейчас сжал моё горло.       И только сейчас я услышала шаги у самых дверей ангара. Они открылись и на нас попал луч от фонаря. Стив успел схватить свою рубашку, прикрыв мою наготу сбоку. Я же теснее прижалась к его груди своими затвердевшими сосками. — Эй, вы, — один из чоповцев сделал пару шагов к нам. — Эндрю, они просто трахаются, — крикнул второй охранник, и послышался приглушённый гортанный смех. — У вас есть пятнадцать минут, а потом чтобы вас не было тут, — раздался оглушительный бас по всему ангару, а затем дверь в этот склад закрылась.       Я выдохнула и повернула голову обратно к Стиву. Он пару раз моргнул, а затем слегка отодвинул меня от себя. — Даже не думай, Стив. Я знаю, как ты на меня смотришь. И в один прекрасный день, это все равно бы произошло. Возможно, Старк бы запер нас в очередную ссору, вот и все.       Теперь я нежно коснулась губами его губ. Они были влажными и прохладными. Сначала он никак не реагировал, а потом его губы приоткрылись и язык коснулся моей нижней губы. Рука на моей шее ослабла и коснулась скулы, поглаживая её. Я двинула бедрами, отчего с губ Стива сорвался протяжный хриплый стон.       Медленно, мы начали двигаться. Движения его были нежными и плавными. Не те, что пару минут назад. Тогда они были требовательны и полны страсти. Сейчас же Капитан как будто боялся, что я могу разбиться как фарфоровая кукла. Его правая рука гладила мою спину. Кончиком указательного пальца Стив водил по выступающим позвонкам и рёбрам, отчего по коже бежали толпы мурашек. Его рука сильнее надавила на поясницу, на ямочки Венеры, что заставило меня вжаться в его мускулистую грудь.       Через пару минут, он коснулся внутри меня той самой точки, которую никто и никогда не находил, и я попала в чертог греховного блаженства, шепча его имя как мантру. Стив сделал ещё пару движений и излился в меня, заполняя своим горячим семенем. Его хриплое дыхание щекотало мне шею посылая волны блаженства ко все ещё пульсирующему центру.       Спустя пару минут, он вышел из меня, из-за чего по моим бёдрам тоненькими струйками потекло его семя. На мне все ещё оставались порванные кружевные трусики. Стив проследил за белыми дорожками, а затем подцепил кружевное белье и стянул его. Мне пришлось опереться о его плечо, чтобы он смог их легко снять. Аккуратно стерев своё семя с меня, Капитан отложил лоскуток в сторону. — Прости, — его голос все ещё был с хрипотцой, — Он указал на лоскуток моих некогда трусиков, и потом коснулся моей шеи, где скорее всего уже начал проступать синяк. — Стив, нет. Думаю за это тебе не жаль, — я так же указала на лежащую в стороне ткань, что вызвало у него лёгкую улыбку, — А шея… Мне понравилось. Мне до одури понравилось как ты ругаешься. И как ты сдавил мою шею… Это было потрясно. А ещё ты мне все-таки должен трусики. — Хорошо, но я думаю, я буду должен ещё не один комплект. Ты изрядно потрепала мне нервы на заданиях и в башне. Придется выплачивать долги, — Стив встал, нависая надо мной. И я заметила его самодовольную ухмылку. Затем, его губы коснулись моих, и он так же быстро отстранился.       Мамочки, если бы сейчас не было жгучего желания убраться отсюда, я бы снова оседлала этого мужчину. Но честно, ноги слегка подкашивались и коленки тряслись. Такое было у меня впервые. И мне это нравилось.       Мы быстро оделись. Стиву пришлось застёгивать кожанку, чтобы скрыть разорванную рубашку. Мне же пришлось надевать джинсы на голую задницу, спасибо Капитану Америке. Затем мы по-тихому выбирались со складов и отправились домой. Вечер этого же дня.       Мы вернулись в башню. Пока мы летели до Нью-Йорка, я успела подремать на плече у Стива. Когда мы зашли в здание, я ощущала приятное жжение и дискомфорт между бедер. Из-за этого я шла немного медленнее , чем обычно, и прихрамывала. От расспросов Мстителей я отмахнулась, ссылаясь на ушиб во время побега. Дальше мы со Стивом разошлись по разным комнатам.       Когда уже все легли спать, я решила наведаться к Стиву. Добравшись до его комнаты, я постучала, на что получила хриплое «войдите». Когда я зашла, то для подстраховки закрыла дверь на замок, который можно было отпереть теперь только изнутри.       Стив сидел в кресле, держа в руках книгу. Он бросил мимолётный взгляд на меня, и дальше продолжил читать. Я подошла к нему, слегка прищуриваясь. — Когда мы уходили, я не заметила на поддонах своего нижнего белья. — Ты про то кружевное? — Стив отложил книгу на рядом стоящий столик и указал себе за спину. Бросив туда взгляд, среди рисунков и книг, я заметила черный кружевной материал. Мои глаза расширились. — Ты, черт побери, забрал их. — Да, я, черт побери, забрал их. Не должен же я кому-то их оставлять.       Стив снова выругался. Блядство! Как это горячо.       Я сжала свои бедра, пытаясь унять нарастающую потребность. — Зачем они тебе? Для коллекции? Не думала, что ты коллекционируешь женские трусики, — мой язык прошёлся по нижней губе, отчего это на долю секунд привлекло взгляд Стива, но затем он снова смотрел в глаза. — Да, мое новое хобби. И сейчас я хочу заполучить ещё одни, — после чего, Стив резко притянул меня к себе, жадно целуя в губы.       Я показала мальчику греховное наслаждение, и он пользовался им сполна. Я была чертовски не против и с наслаждением отдавалась ему, как и он мне. И да, он все-таки заполучил ещё один лоскуток кружевной ткани в этот вечер.