Сборник драбблов по Комкозавра/ЯнГо

Наконец-то выходной и теперь они могут со спокойной душой просидеть весь вечер у телека и ничего не делать. Ну, может разве что кушать иногда. Первые минут двадцать они не могут определиться с фильмом, а потом еще столько же удобно уместиться на одном диване. Агенты А.Н.К.Л. очень клевые, но сушечки на кухне сами себя не съедят. Они спорят на «камень-ножницы-бумага» и Ян опять проигрывает. Лошара. Ему приходиться идти на кухню и ставить чайник. На экране Курякин одевает кольцо с маячком на тонкие пальчики Габи и вот тут уже сложно не пошутить. Даня касается чуть теплой руки Яна и просовывает его мизинец в бублик (даже на него налазит с трудом, а уж на безымянный — точно бы лишь до половины фаланги). — Теперь мы женаты. Офигевшее лицо Гордиенко — лучшее что видел Даня за всю свою жизнь. Боже, это такой угар. — Подороже колечко выбрать не мог, жмот? — Не остается в долгу Ян и все классно, мило, взаимно, можно продолжать, невеста согласна. Шуточная свадьба заставляет чувствовать не шуточные эмоции. Гордиенко подносит руку ближе к лицу, рассматривает. Выставляет вперед и еще раз рассматривает, любуется. — А для меня? Неужели ты не хочешь обручиться со мной, дорогой? — дразнит Даня. — Так уж и быть, выйду за тебя. Давай сюда свою руку. — Поаккуратнее, блять, можно? — кольцо не подходит по размеру и что-то подсказывает что оно то самое, Сауроновское. Иначе как объяснить назревающий скандал? — Сейчас, вообще, блять, как разведусь! — Ах, так?! Тогда — развод! И запомни, это Я с тобой развожусь, вот! Эх, жалко, не успели насладиться медовым месяцем… А уже развод, конец отношений, дележка имущества… Шуточный брак можно разрушить лишь шуточным разводом, поэтому Комков не придумывает ничего умнее, чем разгрызть хлебобулочное украшение. Лицо у него такое кровожадное, что Ян пугается, как бы чего важного не отгрыз, а то этот может. Но все выходит немного не так. Вернее лучше и быть не могло, но так… так трогательно еще никто не разводился. Комков вроде бы злой, как черт, но так нежно и осторожно дышит на чужие пальцы своей будущей не настоящей не жены. Потом аккуратно прикусывает его костяшку и все еще смотрит в глаза. Ох, бедное Янулино сердечко. Гордиенко забывает как дышать, чтобы воздухом не давиться. Так не честно, он так не играет. А Даня полон решимости сегодня развестись и потому все-таки кусает импровизированное кольцо, крошит сушку на любимый плед и все-таки прикрывает веки, убирая этот блядский взгляд. Ой. Бедное Яново то, что пониже. Рука начинает дрожать. Ян нервно прикусывает нижнюю губу и слишком громко вздыхает. Ему уже все равно что происходит: развод, свадьба, похороны его гетеросексуальности. — Наверно, ты был влюблен в меня потому, что я красивый и знаменитый? — Идиот, мы все еще женаты, — Даня отрывается от его руки, но все еще не выпускает чуть подрагивающих пальцев, — теперь, твоя очередь, — и поднимает вверху ладонь тыльной стороной, шевелит пальцами и намекает на расторжение брачных уз. И Ян понимает, что ни черта к такой жизни не готов.