второй
7 августа 2017 г., 19:39
1. Это непонятно что. То ли дружеская вылазка в парк, то ли свиданка. Ян говорит, что пикник и фототайм для инсты. Ладно, поверим. Клетчатое покрывало смотрится красиво на фоне с зеленой травой. Солнце греет, но не обжигает. Холодный чай очень вкусный. Небо голубое. Дане нравится валяться пока Гордиенко лазит туда-сюда и фоткает всех и вся. Господи, даже жуков, серьезно?
— Ты только посмотри, какое небо голубое. Ни облачка, — Ян стоит к нему спиной и своей головой закрывает слепящее глаза солнце. Пытается выбрать фильтр получше, чтобы вся цветовая гамма неба сохранилась, но все никак.
— Для голубых оно всегда такое.
Шутки про его ориентацию будут вечны.
2. Что может быть хуже, чем оказаться прижатым к парню, который тебе нравится, в адскую жару в переполненном троллейбусе? Все, что угодно, только заберите Яна отсюда, пожалуйста. Кем таким ужасным он был в прошлой жизни, за что его так наказали в этой? Это карма, не иначе. Жарко. Стыдно. Неудобно. Все его мысли в этот момент сводятся к «Никакой стойки смирно перед ним!». Еще и эта данина ухмылочка. Лучше б Ян глаз на него не поднимал.
— Неужели у тебя встал на меня?
И лучше бы ему не ерзать, потому что так он задевает все: и его стояк, и его воспаленные возбуждением мысли, и в особенности гордость.
— Пожалуйста, не двигайся больше, — Гордиенко сглатывает и решительно пытается считать до ста. Но упорно сбивается на тройке.
3. Это лето сначала выебывалось и лило сплошным дождем. Топило в хмурости и тепла давать не хотело. А под конец, видимо, разогрелось и сейчас жарит еще и с процентами. Не спасает даже кондиционер. Поэтому, когда Даня приходит с огромной упаковкой мороженого, Ян готов благодарить его и его правнуков до конца жизни. Он так рад, что чуть ли в ноги не кланяется. Но Даня, как и лето, тоже выебывается и потому:
— Дам, только, если скажешь, что будешь встречаться со мной.
А Ян не раздумывает вообще:
— Нет, и пошел в жопу.
— Ну, тогда, помирай, — благодушно соглашается, уверенный, что шантаж сработает.
