Сборник драбблов по Комкозавра/ЯнГо

Даню кусает оса и, кажется, теперь он умирает. Сидит с несчастным лицом, вспухшим пальцем, диктует завещание на диктофон. Хорошо еще, что средний пострадал. Вон пользы сколько. Он уже тринадцать шуток придумал, где можно на полных правах демонстрировать Яну фак, но даже по шее за такое не получить. Пострадавший ведь. Бедный пальчик, бедный мальчик, пожалей. Гордиенко врач от бога и потому: — Отсоси. — ЧЕГО?! НАРЫВАЕШЬСЯ, БЛЯТЬ. ЩА КАК ПЕРЕВАЛЮ, ОТСОСЕШЬ У МЕНЯ ТЫ! — И чего ты сразу орешь?! Яд, говорю, отсоси. — Дебил. Вот сам и соси! Но все-таки оценивающе смотрит на покрасневшую фалангу. Ян говорит: — Дай, посмотрю. — Палец мой, значит, смотреть буду только я! — Не выделывайся уже! — и за руку хватает. Рассматривает повреждение и: — Жить будешь. Это вообще ерунда, — но Комков его плохо слышит, потому что в голове представляется Ян. Берущий его палец в рот Ян. Обхватывающий губами воспаленную кожу. Теплый, влажный рот вокруг вспухшей, чувствительной до безобразия ранки, — Даже за час, не то что до свадьбы, заживет. Даня моргает несколько раз. О с о з н а е т. Его повело, словно треклятая оса-пчела-никогда-отличать-не-умел была галлюциногенной. Резко выдирает руку, прячет за спину и хрипло, заторможено повторяет: — Мгм, заживет. Его трясет и он на негнущихся ногах уходит подальше. От Яна, пчел и собственных пошлых фантазий.