Смертные грехи

— Врой! Долго он ещё копаться там будет?! — с перекошенной от злости рожей воскликнул капитан, с чувством пнув заднее колесо машины, в которой уже давно устроился босс, распивая вторую за это время бутылку виски. — Заткнись, мусор, — из салона раздался привычно-безразличный голос босса и затем оттуда вылетел стакан с остатками виски, попав точно в голову патлатому, разбиваясь вдребезги. Стекло на дверце машины поднялось, скрывая за тонированной поверхностью эту пофигистичную рожу, что не горела желанием слушать очередные вопли. Впрочем, как и я, только с тем отличием, что у меня возможности отгородиться не было. Но я привыкла. Ко всему привыкаешь со временем. А у меня для этого было почти десять лет. — Думаю, не меньше часа, — флегматично бросила я, глянув на единственное окно на третьем этаже, где горел свет. Пробегая туда-сюда, там суетилась мужская фигура. Присев на край капота, я сложила руки на груди, ленивым взглядом обводя двор замка и перекатывая леденец во рту. На подъездной дорожке, перед машиной, покоилось шесть огромных чемоданов. Каждые полчаса эта куча пополнялась ещё на пару штук. Если так пойдёт дальше, то для шмоток гомика нам понадобится отдельный грузовик. Именно поэтому чемоданы запихивать в машину никто не собирался – всё равно не влезут, и голубку, предварительно поныв и закатив небольшую истерику, придётся выбирать наиболее необходимое. И так каждый раз. — Ставлю на полчаса, — добавил с широкой улыбкой мелкий маньяк, усаживаясь на корточки недалеко от машины. От меня понабрался? Мрачный малыш левитировал, как обычно, где-то подальше от нас, а усатый, встав сбоку от дверцы машины, охранял босса. Типа охранял, ибо боссу его охрана нахрен не сдалась. Сначала он и нас внутрь не собирался пускать, загораживая проход своей огромной тушей, объясняя это комфортом босса, но последний, кажется, был не согласен, выстрелив из окна усатой громадине в спину. Именно поэтому он сейчас стоит сбоку, а не перед дверцей. Быстро понял, что был неправ, но любовь к боссу не отпускает слишком далеко. Преданная собачка. Не хватает только команды «к ноге». Любовь. Сколько смысла вкладывают в это слово. Сколько книг и фильмов посвящают этому мифическому чувству. Гомик обожает все эти сопливые мелодраммы и сказки про любовь. Он каждый раз затапливает замок своими слезами во время просмотра очередной серии какого-то мексиканского дерьма. А уж если он подсел на новую дораму, — пиши пропало — в пору покупать лодку. Кто-то кого-то любит, кто-то в коме, кто-то оказался чьим-то братом, похищенным из семьи двадцать лет назад… Мои мозги, думаю, не выдержали бы такого напора информации. А педику нормально: ходит себе счастливый, радуется жизни и пытается затащить меня смотреть на эти тянущиеся по двести эпизодов сопли, которые кончаются всегда одинаково: хэппи энд с уходящей в закат влюблённой парочкой. Глупо. Я не верю в любовь. Человек может чувствовать страсть, привязанность, преданность, он может просто привыкнуть, в конце концов. И всё. Они называют это «высоким чувством», которое на самом деле является банальной привычкой. Бессмысленно. Любовь. Этим словом пытаются оправдать секс. Люди стесняются своих низких желаний перед обществом, оправдываясь: «Мы занимаемся любовью, а не просто сексом». Говорят, что любят друг друга. А потом один из них изменяет другому. Сплошное лицемерие. Я трахаюсь с кем-то, потому что этого хочу. И у этих влюблённых обстоят дела точно также. Люди врут сами себе. Я не сплю ни с кем больше одного раза. Удовлетворяю своё безграничное любопытство и всё. Если, конечно, не понравилось настолько, что интерес не угас после первого раза. Тогда, уверена, захочу вернуться к этому мужчине вновь. Но такое бывает крайне редко. С патлатым было дважды, но он скорее исключение, нежели правило, ибо запомнила только один раз. С ним было жёстко. Даже дико. Грубо и местами больно. В целом, очень неплохо. Правда, он всё же умудрился немного испортить впечатление своим «Врой! Женщина, а ты не залетишь?» посреди процесса. Пришлось объяснять, что я бесплодна. Наши отношения после этого вроде не изменились. Я продолжаю общаться с ним, как и раньше. Он тоже ведёт себя, как и всегда, постоянно поднимая ор. Единственное, что изменилось, – периодически бросаемые на меня взгляды и мимолётные улыбки. Он думает, что я не замечаю. Я бы сказала, что патлатый хочет меня снова. Педик бы сказал, что капитан влюбился. Тупо. Именно поэтому никогда не буду смотреть эти тупые мелодраммы. Гомику нравится рассказывать всем подряд о своих сопливых сериалах. Даже если его никто не слушает. Благодаря его бесконечной болтовне я узнала такое слово, как «яой». Зачем так называть? Есть же хорошее слово «педик». Японцы. Мне не нравится Япония. Кажется, я уже говорила. Не суть. Мне не нравится почти всё, что делают в этой стране. И в первую очередь это касается аниме. Писклявые девочки с огромными глазищами, парни-красавцы, которых отличить можно лишь по цвету волос, глупые сюжеты… Не понимаю, что в этом может быть интересного. Тем не менее, японцы делают отличные игры. Да, в моей комнате лежит игровая приставка с кучей установленных на ней рпг и файтингов. Шутеры мне не нравятся. Пистолеты и остальной огнестрел – явно не моё. Зато босс от них без ума. Пару недель назад мне захотелось поиграть в кооперативе и выбор пал именно на его высокомерный зад. Я знала, что он тоже играет. Когда он не мог встать с постели, игры стали одним из двух его любимых развлечений. Вторым было обращение нашего замка в руины, а подчинённых – в калек. В общем, он согласился, но мы, конечно, хотели разные игры. Он начал со мной спорить на эту тему и доказывать, что шутеры лучше. Как доказывать? «Шутеры круче, мусор». И всё. Но мне, в принципе, было плевать, ибо я осталась при своём мнении. Босса это не устроило. Несколько взрывов вновь всколыхнуло наш замок. Гомик, придя на шум, только охал и ахал, усатый в тот момент снова был в больнице, а малышу попросту плевать на нас. А прибежавший тогда патлатый мало того, что опять поднял ор, так ещё и присоединился к спору. Ему, видите ли, нравятся слэшеры. До того, как припёрся мелкий и, как ни странно, нашёл для нас компромисс, об голову капитана разбилось с десяток стаканов и одна пустая бутылка. Наш выбор упал на шутер с элементами рпг. Идеальный вариант для всех. Вечером мы сыграли в кооперативе по сети: я создала брутального мускулистого мага, периодически разминая об врагов кулаки, а босс, создав сисястую бабу, стрелял с двух рук. Мелкий играл за какого-то пацана и кидался ножами, а патлатый махался мечом за типичного самурая. Было даже интересно. Конечно, не так, как в жизни. Но повторить обязательно стоит. Жарко. Сняв с плеч форменный плащ, я кинула его на капот. Хотелось раздеться догола и принять холодный душ. В Италии тепло. В Японии, наверняка, до сих пор холод. Ещё бы – прошло меньше недели. Кольца, которые я притащила боссу, оказались фальшивкой. Тот сопляк-путешественник провёл нас. Вообще-то это наверняка сделал советник, но не суть важно. Важно то, что нас обставили, как малых детей. Конечно, и они сделали просчёт, позволив мне узнать о кандидате на пост Десятого, но мальчишка был лишь приманкой. Настоящие кольца, уверена, были у самого советника либо у кого-то доверенного. Настоящие кольца должны были попасть к кандидату на пост Десятого. А попали бы к нам и босс уже стал бы Десятым. Но это слишком просто. И неимоверно скучно. У босса есть такой же набор колец. Он взял их у Девятого. Как оказалось, всего лишь половинки, соединяющиеся в целые кольца. Кажется, босс даже доволен такому стечению обстоятельств. Любопытно. У босса план. И по нему я не должна никого убивать. До финального аккорда. Босс сказал, что я смогу убить, кого захочу, когда его планы будут осуществлены. Когда я выполню свою часть. Для этого мы тащим с собой грёбаного робота. До сих пор не знаю всего плана босса, но мне, в принципе, плевать. Приказы я выполняю беспрекословно. Парень в форме Варии вынес ещё два чемодана на подъездную дорожку, посмотрев на нас всех виноватым взглядом, а затем опустил глаза в землю и быстро удалился обратно, в замок. Кажется, это ещё не всё. Будут ещё. Долго. Скучно. Гомик собирается медленно. Очень медленно. Мы предупредили его за два часа до выезда. Я, кинув пару шмоток в сумку на смену надетым и запас леденцов, за это время успела потренироваться, помедитировать, поесть, спросить босса не косплеит ли он индейца со своими перьями в волосах, уклониться от череды выстрелов, ещё раз поесть и закинуть в машину свою сумку. Педику не хватило этого времени. Проходя мимо его комнаты, я заметила его мельтешения и панику, горы одежды на полу, пять открытых чемоданов и громкие восклики из шкафа: «Всего лишь два часа!». Мне не понять. Обычно мы предупреждаем его о каких-либо поездках минимум за сутки, ибо знаем, сколько ему нужно времени на сборы. Но сейчас ситуация немного иная. Сейчас мы и так уже потеряли кучу времени. Мы должны быть в Японии сегодня. Как говорят? Семеро одного не ждут? Я лениво слезла с капота, подхватив в руку плащ, медленно подошла к дверце машины и открыла её. Усатый, как ни странно, среагировать не успел. Не сразу заметил. Я, тем временем, залезла в салон, закрыла за собой дверцу и, кинув плащ рядом, села напротив безразличной рожи босса. Он допивал вторую бутылку виски, не обратив на меня никакого внимания. — Босс, может, без гомика поедем? — спросила я, привычным движением разворачивая очередной леденец и закидывая его в рот. — Детишки нас уже заждались. Он перевёл на меня равнодушный взгляд, сделал очередной глоток и похлопал рукой на сиденье рядом с собой. Кажется, он не слушал меня. — Сядь рядом, мусор. Боссу я подчиняюсь беспрекословно, я уже говорила. Именно поэтому я спокойно встала, развернулась и устроилась на сиденье рядом с боссом, откидываясь на мягкую спинку. Наши плечи соприкасались. Босс ловко просунул руку между мной и кожаной поверхностью сиденья, обхватывая меня за талию и прижимая к себе. Меня окутал ощутимый запах перегара. — Босс, детский алкоголизм не лечится. — Заткнись, женщина, — прошептал он мне на ухо. Его горячее дыхание обжигало шею. Женщина, а не мусор. Когда он так называл меня в последний раз? Хм, вероятно, никогда. Интересно. Он перепил? — Босс, ты в стельку, — флегматично заметила я, перекатывая во рту леденец. От его дыхания по спине пробежали мурашки. — Я говорила, что подростковое тело не справится с таким количеством виски. Босс меня не слушал. Стакан с громким звоном стукнулся об пол. Вторая рука босса оказалась на моей ноге, медленно двигаясь вверх. Его язык оставил влажную дорожку от моей ключицы до уха. Без слов было ясно, чего он хочет. — Нет, босс. — Я остановила движение его руки. — Педофилия меня не прельщает. — Срать я хотел на желания отбросов! — прорычал он, сжав руку в кулак. Ещё чуть-чуть и босс будет в ярости. Но прямого приказа не было. Значит, я могу отказаться. Снаружи послышался приглушённый ор капитана, – даже звукоизоляция от его голоса не спасает. Я быстро выбралась из крепкой хватки босса, открыла дверцу и вылезла наружу, сразу же уклоняясь от просвистевшего над головой выстрела. Возможно, как-нибудь в будущем. Не сейчас. Гомик, наконец, собрался, и выбрался во двор. Как я и думала, он ныл о том, что все десять чемоданов ему крайне необходимы и выбирать из них он не может. Патлатый, конечно, орал из-за этого. — Принц выиграл, ши-ши-ши, — мелкий, кажется, был рад. Оказавшись рядом со мной, он привычно улыбался. Да, гомик копался ещё ровно полчаса. Маньяк победил. — И чего хочет твой королевский зад? — равнодушно поинтересовалась я, наблюдая за горячим спором педика с капитаном. Раньше мы с мелким всегда спорили на деньги. Но стало скучно. Теперь мы спорим на желания. Маньяк растянул губы в широченной улыбке, обнажая ряд белых зубов. Видимо, он придумал что-то действительно интересное.