Загадка ночнушки

Штольман любовался Анной, мирно спящей в его объятиях, вдыхал ее нежный аромат, стараясь запечатлеть каждую черточку ее лица. «Барышня на колесиках» покорила его сердце с первых минут их знакомства. Штольман невольно улыбнулся. Какой он был дурак, что изо всех сил отгонял от себя свое счастье, и как хорошо, что Анна оказалась стойким оловянным солдатиком, мужественно выносящим его непростой характер. В своей жизни Яков повидал разных женщин, большинство из них были весьма поверхностны, расчетливы, мечтали о деньгах и связях. Конечно, встречались и добрые, заботливые, кроткие, но, вместе с тем, пресные и неинтересные. А вот Анна… Анна — это настоящий фейерверк, в одну минуту идущая напролом к своей цели, а в другую — становящаяся такой мягкой, обволакивающей, что он просто тонул без остатка в ее глазах. …Сон никак не шел, и Штольман тихонько вышел из комнаты. Постоял у окна, по привычке вглядываясь в пустынную ночную улицу. Как будто и не было мгновений блаженства — водоворот мыслей опять охватил его ненадолго отвлекшийся ум. Слишком многое изменилось, как прежде, не будет уже никогда. Но одно он знал точно: самое главное для него теперь — она, его драгоценная Анна … Скрип половицы заставил Якова Платоныча вздрогнуть. Он обернулся. Анна стояла на пороге босиком, в одной ночной сорочке, тяжело дыша. — Я…я думал, Вы спите, — сказал он, подходя к ней. По обыкновению, он взял ее руки в свои и заглянул в широко раскрытые бездонно-голубые глаза. — Снова духи? — едва заметная улыбка коснулась уголков его губ. — Мне… мне приснилось… Штольман мягко привлек к своим губам ее ладони и нежно поцеловал их. — Это был очень страшный сон. Как будто вы… — от волнения Анна запнулась, казалось, на мгновение перестала дышать. — Как будто вас… как будто вас убили… это было так ужасно, и я… Она больше не смогла вымолвить ни слова и, заплакав, уткнулась ему в плечо. Штольман гладил ее волосы, обнимая за вздрагивающие плечи. Такая трогательная забота о нем и переживания всегда были неопровержимым доказательством ее любви. Он, испытавший в жизни немало, порой чувствовал себя незаслуженно обласканным судьбой. Никто не любил его так сильно и самоотверженно, как Анна. Яков чувствовал, что она готова пойти за ним на край света, как и знал то, что сам готов пойти ради нее даже на преступление. Однако, как показывал опыт, утешения мало действовали на Анну в таких ситуациях, и он попытался разрядить столь драматический момент: — А, может, оно и к лучшему. — Что к лучшему? — отстранилась Анна, пытливо заглядывая в его глаза. — Ну, я смогу приходить к Вам в любое время дня и ночи, — иронично приподнял он одну бровь. — Яков Платоныч, — девушка возмущенно ткнула его кулачком в грудь. — Вы…вы…у меня нет слов. — Анна Викторовна, Вы совсем замерзли, не хватало еще, чтобы Вы простудились, — сказал Штольман и, подхватив на руки, отнес обратно в кровать. — Яков, пообещайте мне… — Да. — Пообещайте мне… а впрочем нет, не стоит. Просто… не уходите больше. — Я буду рядом, Аня. За окном бушевала метель… …Наконец Анна уснула. Штольман на цыпочках вышел из спальни, плотно прикрыв за собой дверь.