Ритуальный брак

Экл-Эл, вождь славного лесного племени, вошел в шатер и витиевато выругался. Теперь можно было дать волю гневу, ведь перед племенем Экл-Эл должен был сохранять невозмутимость, а произошедшее его возмутило! И еще как! Его муж протиснулся следом куда быстрее, плотно задернул полог и приготовился выдержать гнев мужа. Экл-Джер был альфой вождя и носил гордое родовое имя Эклов не с рождения, а только с замужества, потому мог не скрывать своих эмоций, он с гордостью смотрел на сына, пока ему не пришлось последовать за супругом. От альф сдержанности особо не ждали. Джей-Ар вот тоже был альфой. Их прекрасный, зеленоглазый средненький, в отличие от старшего и младшего братьев, уродился писанным красавцем и альфой. Мелким, конопатым, наглым нахалом, который повязал долговязого Джея-Ти прямо во время Праздника урожая на священном камне Благословения. И судя по тому, как Джей-Ти закатывал глаза и выгибался под конопатым засранцем, боги должны были благословить их союз зачатием прямо сегодня. — Придушу поганца! — прошипел Экл не хуже гадюки. — Нет, ты! — его гневный взгляд обратился на мужа: — Твое отродье! Твоя кровь! Альфа миролюбиво улыбнулся и, подкравшись ближе, погладил омегу по плечам. — Не волнуйся так, Элли. Ну что уж теперь… — А теперь уже ничего, — ядовито отозвался вождь, всегда смягчавшийся от ласкового домашнего имени. — Ни союза с Кривозубами, ни выхода к Великой реке. — Дело молодое… — снова попробовал вступиться альфа за своего любимца. — Да я столько лет ждал! Ты знаешь, когда на него положил глаз Рис-Ээг? — Экл-Джер поморщился. — Знаешь, — припечатал омега, — ему едва тринадцать исполнилось. Только-только узнал, для чего альфам узел нужен. Я столько трудов положил, чтобы Джея выдать не за Ээга, а за его младшего сына! Столько подарков Кривозубам отправил! Альфа почти незаметно усмехнулся, но спохватившись состроил покаянную мину — гроза еще не прошла, и следовало быть осторожным. Подарки для Кривозубов были многочисленны, но не так чтобы уж очень ценны, и, уж точно, не обременительны для лесного племени Эклов. Хозяйственный Элли одаривал будущих родственников чаще по принципу: «На тебе, боже, что нам не гоже». Это обязательные дары Богам никто не отменял, и вот на них действительно приходилось тратиться. — Ну, что уж теперь, Элли, — альфа снова принялся разминать напряженные от гнева плечи своего мужа и вождя. — Камень Благословления священен. Если Боги благословят их союз… — Благословят-благословят, — уже менее злобно откликнулся омега. Массаж, все же, чудесное средство от жизненных невзгод. — Ты же видел, как наш веснушчатый охламон расстарался. Ни стыда, ни совести! — по новой начал заводиться Экл. — Перед всем племенем повязал! Да еще как! А этот тоже хорош, растекся под ним, целую лужу на живот накончал. — Зря ты так, — руки альфы ласково разминали шею мужа, — Джей-Ти хороший омега. Рассудительный. — Да знаю я, — почти побежденно выдохнул Экл. — И рассудительный, и серьезный, даром, что улыбался нашему обалдую часто. Но ведь даже родового имени нет! — Ну, будет его первое имя родовым. Он себя еще покажет, я уверен, — ладони альфы спускались по спине омеги все ниже. — И такой красавец хоть полдюжины внуков нам родит. Высокие рослые омеги и правда вынашивали и рожали детей без особых хлопот, не то что мелкие и тощие. Они со многими делами справлялись легко и очень ценились в племени. А Джей-Ти даже на общем фоне выделялся, превосходя ростом и статью не только всех омег, но даже и некоторых альф. И хорош — глаза веселые, от улыбки ямочки на щеках, копна густых каштановых волос. Лучший омега племени выбрал их сына. Такой породы не испортит. — Внуков-внуков, — проворчал Элли, тая под руками мужа. — Теперь не о внуках надо думать, а о войне. Если Кривозубы не хотят давать нам выход к реке миром, придется брать его самим. А вот об этом Экл-Джер мог бы много интересного рассказать своему омеге — план коварного набега давно был разработан вместе со строптивым Джеем-Эр. Но вместо этого альфа продолжал гладить мужа все ниже и ниже, пока тот не раскинулся на лежанке приглашающе, совсем как Джей-Ти под их сыном на теплом от лучей ласкового осеннего солнца ритуальном булыжнике недавно. Вот только не было у вождя не стыдливого румянца, ни робости — одно желание. Военные планы нужно было обсуждать со спокойной головой, а не в пылу недавнего гнева. Напоминать, как две дюжины лет назад сам Элли намекнул безнадежно влюбленному, но катастрофически бедному Джеру, что его родители не посмеют спорить только с волей Богов, Экл-Джер тоже не стал. А то еще догадается, кто надоумил пылкого средненького. Боги никогда не ошибались — на камне Благословения начинались счастливые браки.