Traumst Du

      Парень на пару секунд замолчал, думая о том, ехать ли обратно. Как может обернуться очередной разговор? Будет ли ему ещё больнее от тем, которые будут затронуты сегодня? Вдруг эта встреча окажется бессмысленной, да ещё и будет гложить Пауля долгое время? «Будь, что будет. Мне терять нечего», — подумал Пауль. — Можем. Где и когда? — с гудящей головой мальчишка постарался сесть, не упав, обратно на узкую старую кровать.       Кристоф осознал, что никуда не торопится, а завтра у него выходной день — пары его предмета заменили на другую дисциплину, поэтому выделился один нерабочий день. — Я бы мог подъехать, если вы недалеко живёте. Мы могли бы обсудить это в каком-нибудь безлюдном или малолюдном месте. — Не думаю, что вы поедете на другой конец города. По крайней мере, сейчас я именно там, — Пауль не думал, что преподаватель поедет прямиком к парню через весь город. Он решил, что мужчине не нужна вся эта езда в метро, поэтому уже был готов приехать обратно и отбыть эту неделю в общаге. — Так что я лучше сам приеду, если вы действительно хотите об этом всём поговорить. — Это очень нужно для вас, Пауль. Если вам совсем неудобно, то я могу добраться прямиком к вам, — Кристоф уже начал угадывать, какая это именно станция метро, прокладывая в голове примерный маршрут. — Всё нормально. Не нужно за меня сейчас переживать, — Пауль, кое-как встав и поборов головокружение в купе с тошнотой, пошёл на улицу, прокручивая в голове, всё ли он взял, и запер дверь в квартиру.       Кристоф понял, что эти глупые детские переживания на самом деле не к месту, но ничего не мог с собой поделать. Поэтому, сухо «угукнув», мужчина спросил: — Где нам будет удобнее встретиться? Или мне встретить вас у станции? — Решайте сами. Мне без разницы, где разговаривать… — Пауль уже подходил к метро, которое находилось практически рядом с его домом. Он умудрился успеть точно к приходу поезда.       Кристоф кивнул сам себе и отключился. «Какое там ближайшее метро к общежитию от вуза?» — пронеслось в его голове. Мужчина мигом собрался, чтобы не опоздать на поезд. Благополучно сев в вагон, Кристоф поехал к студенту.

***

      Парень провёл очередные сорок с лишним минут в вагоне, пытаясь побороть головную боль и слабость. Приехав на нужную станцию, он на автомате дошёл до старого здания общежития, которое ещё больше угнетало Ландерса.       Парнишка уже подходил к парадной двери в общагу, как краем глаза заметил Кристофа, который довольно-таки быстро шёл к нему. Пауль повернулся в его сторону, в очередной раз готовясь к разговору с неожиданной концовкой, от которой зависело абсолютно всё. — Здравствуйте еще раз, Пауль, — проговорил Кристоф, поравнявшись с парнем.       Ландерс кивнул в ответ, не в силах особо разговаривать, хоть и пришел сюда именно для этого. За эти сутки он успел побледнеть и приобрести синяки и мешки под глазами из-за недосыпания. Выглядел он, мягко говоря, не очень. Будто бы месяц был заточён в квартире, хотя прошло всего лишь несколько часов. — Вы голодны, Пауль? — Кристоф решил, что будет правильным всё же где-нибудь посидеть, в тепле и уюте за чашкой чая, чем слоняться по улицам. — Не знаю… Пить хочется, — проговорил он. — Может, чаю? Здесь есть рядом какое-нибудь кафе? — Кристоф особо местности не знал, поэтому решил положиться на выбор парня.       Ландерс повернулся к дороге, по которой только что шёл, и указал пальцем на одну из неприметных пристроек к жилому дому, над которым висела металлическая резная вывеска с практически нечитаемым названием кафе. — Одна из местных забегаловок. — Хорошо. Идём? — Идём, — парень на ватных ногах побрёл к кафешке.       Кристоф заметил общее состояние парня. Это было не трудно. Посему решил, что стоит быть с ним помягче. Он был действительно слишком категоричен. С каждым мигом Крис стал осознавать, что верит в то, что парень действительно питает к нему какие-то чувства. Нельзя так играть. По крайней мере, Шнайдер не знал, как подделать такое измученное и безразличное состояние.       Зайдя внутрь, Пауля немного разморило в тепле, и он пошёл к самому дальнему столику, чтобы рядом было как можно меньше людей. — Чай? — Без разницы. Что будете вы, то буду и я, — Ландерс сел за лакированный столик из тёмного дерева, на котором стояла салфетница и солонка с перечницей, и стал ждать, пока мужчина сделает заказ.       Кристоф кивнул и сразу пошёл к небольшому бару, чтобы заказать у бармена две чашки обычного зелёного чая.       Парень даже представить себе не мог, как будет проходить их диалог. Его до сих пор пугало то, что Кристоф будет просить уйти из его жизни, не заострять на нём внимание и забыть обо всём, что было между ними, уверяя Ландерса в том, что отношения между преподавателем и студентом просто-напросто невозможны. Будет утверждать, что чувства, которые испытывает Пауль — ненормально.       Ландерс боялся быть кинутым. Его бросало много людей, к которым он успевал входить в доверие, но парень не хотел, чтобы его кинул и отверг мужчина, который въелся в душу, как ржавчина въедается в металл — почти не отдерёшь и не избавишься. Пауль имел очень поганую привычку: привязываться к человеку. Ему тысячу раз говорили, что время лечит. Но когда от него отворачивался очередной человек, который засел парню в душу, время не лечило. Эти ранки от потери заживали долго, как заживает рана после сложной операции. С Кристофом всё было куда тяжелее. Его не хотелось терять вообще, даже несмотря на всю боль внутри, которая заполняла студента всё больше и больше, когда он представлял свою жизнь без этого человека. Да, сейчас он был похож на девочку-фанатку, которая плачет вечерами в подушку из-за своей влюблённости, но в этом случае парень не мог с собой ничего поделать.       Сделав заказ, Кристоф вернулся к столику, снял пальто и повесил на спинку большого стула, который, видимо, был сделан из того же материала, что и стол — тёмное дерево неизвестной породы. Затем, он присел, проговаривая: — Я знаю, что это не мое дело, Пауль… Но почему вы пропустили сегодня мое занятие? Я понимаю, что всякое случается, но вы всегда исправно посещали мои пары. Или предупреждали, что вас не будет. — Хотел отдохнуть от всего. Много чего навалилось за один раз, — парень отвечал на вопрос, потупив взгляд в столешницу, не решаясь сказать правду, чтобы не усугублять и без того хреновую ситуацию с этими выяснениями отношений.       Кристоф сухо кивнул, хотя, вероятнее всего, это не было замечено собеседником. — Знаете, Пауль, я готов поверить во всё то, что вы мне говорите. Готов, потому что за всё время нашего общения я всё-таки смог немного вас узнать. Вы не похожи на других. В вас есть что-то особенное, как я считаю, — негромко проговорил мужчина, теребя в руках белоснежную салфетку. — И что же это? — Пауль всё-таки поднял голову и посмотрел собеседнику в глаза, надеясь найти ответ в них.       Кристоф чуть нахмурил брови. Знал бы он сам, почему его взгляд постоянно цепляется за этого приставучего парня. Было такое чувство, что не будь его — пропал бы какой-то более позитивный настрой, что ли… Что-то такое непонятное творилось в душе Шнайдера, и он не мог понять, что же это. — Я не знаю, Пауль. Правда, не знаю. Но вы особенный — это я могу сказать, не задумываясь. — Это странно… Вы говорите, что во мне что-то эдакое есть, но сами не знаете, что же это такое.       Кристоф устало потер переносицу, кивая. — Я просто вижу, как вы тянетесь. Вот и понять не могу, то ли ко мне, то ли к предмету, что я преподаю. — Тяга к предмету у меня есть априори, иначе бы не пошёл учиться именно на эту специальность, — парень не хотел говорить прямо, что тянется все-таки еще и к мужчине. Точнее, пытается подавить свои чувства, заглушить их, не показывать никому. — Да, верно, — Кристоф вдруг понял, что все это действительно касается его. И очень сильно. — Я так понимаю, вы сделали для себя определённые выводы… — Главное, чтобы их сделали вы, Пауль. Попытайтесь не делать глупостей, прошу вас. — Что в вашем понимании «глупости»?       Кристоф не успел ответить, ненадолго задумавшись, как официант принес долгожданный чай, от которого исходил вкусный аромат и над кружками струился белёсый пар.       Пауль отвлёкся от мужчины, подвигая горячую кружку к себе и отпил, ощущая чуть горьковатый вкус чая. — Что бы это не было, Пауль, в моем понимании оно может несколько отличаться, и это я понимаю. Но надеюсь, что вы все же видите черту, за которую не стоит переступать, чтобы не навредить и себе, и мне, как вашему преподавателю.       Пауль, хоть и кивнул головой в ответ, всё же не мог просто так отступить. Он хотел показать Кристофу, что-то, что он чувствует — совершенно нормально.       Кристоф принялся не спеша пить чай, понимая, что разговор подошёл к завершению. — Надеюсь, за эту неделю, что меня не будет, вы успеете отдохнуть от этого внимания, — парень, несмотря на высокую температуру напитка, выпил его довольно быстро.       Кристоф только снова нахмурился. Этот мальчишка слишком зациклен на том, чтобы как можно сильнее сделать себя в его глазах бедным. Чтобы Крис понял, что он такой. Но мужчина понимал, что парень очень целеустремленный. И это главная его особенность, о которой он, естественно, промолчал.       Парень, поняв, что темы для разговора исчерпаны, решил уходить. — Спасибо за чай, герр Шнайдер, — он встал из-за стола и спешно направился к выходу.       Кристоф даже не успел попрощаться. Ну почему он всегда уходит раньше времени?!       Пауль решил не ехать обратно в свой родной дом, а отбыть неделю в общаге, так как он чувствовал, что легко от переутомления и недосыпания может упасть в обморок.

***

      Целую неделю Кристоф не понимал, что с ним происходит. Приходя на пары к первому курсу экономистов, он не знал, почему его взгляд цепляется за пустующее место, где обычно сидит Пауль, зияя своей белобрысой макушкой, которая выделялась среди темноволосых студентов, и пробирал до глубины души своими серыми глазами.       Странное чувство внутри взыграло, когда Кристоф понял, что в этот понедельник Пауль должен был появиться на занятиях. И с чего бы это?

***

      Пауль, собираясь в понедельник на пары, решил для себя уже давно, что добьётся этого мужчину любым путём. Как говорится: «вижу цель — иду к ней». Он, за то время, что был в общежитии, отбросил все девичьи страдания и решил действовать.       Парень решил заморочиться над одеждой и попасть на пары в необычном для себя образе. Он надел черные узкие брюки, которые только подчёркивали достоинства Ландерса, белую шёлковую рубашку и галстук, который был затянут не до конца, но смотрелось это более, чем хорошо.       Зайдя в аудиторию раньше звонка, парень поймал на себе взгляды одногруппников, которые выражали удивление, ведь парень никогда ещё не появлялся в таком виде, предпочитая джинсы и растянутые толстовки. С полной уверенностью Пауль сел на своё место и стал ждать преподавателя, выслушивая очередной трёп Рихарда по поводу прошедшей недели без Ландерса.       Кристоф зашел в аудиторию со звонком, как обычно. Взгляд по отточенной, но такой пугающей привычке скользнул на верхние ряды. Сердце забилось громко и часто. Пауль был на месте.       Парень, заметив на себе взгляд преподавателя, улыбнулся и игриво дёрнул бровью, скрестив руки на груди. Он ждал этого взгляда на себе. Он хотел ощущать этот взгляд на себе. Это придавало парню уверенности в том, что ещё не всё потеряно и всё-таки есть шанс сблизиться с Кристофом.       Преподаватель немного опешил от такой выходки и отвёл от него взгляд, входя к себе в кабинет, чтобы по отточенной привычке снять одежду и подготовить лекцию.       Пауль улыбался широко, чем привлёк внимание любопытного Рихарда. — Ты чего весёлый такой, Ландерс? — Ничего, Рих, ничего, — парень решил улыбаться не так широко, ожидая, пока Шнайдер начнёт лекцию.       Пока преподаватель был в своем кабинете, Пауль пролистал пройденные темы, схватив всё на лету. Он решил, что вызовется отвечать материал, который он, правда, пропустил. Нужно ведь покрасоваться перед мужчиной и чуток поиграть на его нервишках. «Черт… Что этот мальчишка себе позволяет? Зачем тот так открыто мне улыбался, да еще и бровь приподнял, будто я не преподаватель, а друг какой-то по переписке… Причём интимного характера».       Взяв лекцию и сняв пальто, Кристоф вышел в аудиторию. Он старался не смотреть на верхние ряды, да и на студентов вообще, пока не начал перекличку. — Пауль Ландерс? — спросил Кристоф, хоть и знал, что студент сидит на своём месте. — Тут, — бодро ответил парень, внимательно глядя на Кристофа.       На долю секунды задержав на парне взгляд, Шнайдер продолжил перекличку. «Чертов малец, почему все это происходит именно со мной?»       Закончив перекличку, Кристоф удовлетворенно поставил подпись на листке с фамилиями студентов. Один шаг.       Пауль всё не мог дождаться, когда уже начнут спрашивать. Он даже и не помнил, когда в последний раз так рвался к доске.       Поправив галстук, парень уже был готов поднять руку, если Крис заговорит о проверке заданного. Казалось, у парня всё свербило внутри, будто у работающей батарейки. — Итак, — начал Крис негромко, но так, чтобы его слышала вся аудитория, так как пространство было почти пустое, не считая парт. — Давайте проведем небольшой опрос по теме прошлого занятия. Есть желающие? — мужчина вопросительно поднял брови, смотря в сторону студентов.       Настал, как говорится, звёздный час Пауля. Он, не отрывая взгляда от Шнайдера, поднял руку, желая ответить.       Кристоф заметил некое мелькание в стороне и, посмотрев туда, увидел Пауля, что самоуверенно тянул руку, глядя на него в упор. — Пауль, вы хотите? Но насколько я знаю, вас не было последнюю неделю, вы готовы? — Кристоф был довольно понимающим преподавателем. — Всегда готов, герр Шнайдер, — парень ещё раз улыбнулся, приподняв уголок губ. — Тогда выходите, — Крис указал рукой перед собой, улыбаясь в ответ. Уж очень заразительно.       Парень вышел к доске, надеясь своим внешним видом как-то повлиять на Кристофа, прокручивая в голове основные понятия, которые он запомнил.       Кристоф старался не смотреть на Пауля, но тот был слишком притягательным для его глаз, как бы трудно это ни было признавать. Парень выглядел сегодня хорошо. Даже очень хорошо. — Что ж, расскажите нам, что знаете по прошедшей теме.       Пауль стал вполоборота к Кристофу и, готовый записывать всё, начал свой рассказ. — Насколько я знаю, вы тут без меня проходили однородные системы линейных уравнений и теорему Кронекера-Капелли. Верно, герр Шнайдер? — голос Пауля стал чуть пониже и пробирал до мурашек, как предполагал сам студент. — Да, верно, Пауль. — Что ж, начнём. Что такое однородная система линейных уравнений? Ответ напрашивается сам собой. Система линейных уравнений является однородной, если свободный член каждого уравнения системы равен нулю, — сказал Пауль уверенным голосом. — Я, пожалуй, приведу примеры таких систем, — он записывает системы на доске, как и всегда, замечая, что Шнайдер поглядывает не на доску с примерами, а на самого отвечающего.       Кристоф кивнул. — Все верно. — Совершенно ясно, что однородная система всегда совместна, то есть всегда имеет решение. И, прежде всего, в глаза бросается так называемое тривиальное решение. То есть, «Х1=Х2=Х3=0». Собственно, нужно написать пример соответствующий, — Пауль написал пример, который показывает, что решение систем тривиально, расписывая каждое действие. — Отлично, Пауль, садитесь, — улыбнулся Крис, садясь на место, чтобы поставить отметку. — Спасибо, герр Шнайдер, — казалось, промурчал парень и вольной развязной походкой пошёл к своему месту.       Взгляд Кристофа просто зацепился за этот отдаляющийся от него силуэт. «Чертов мальчишка! Почему он так вертит бедрами? Да еще и в таких обтягивающих брюках», — в брюках Шнайдера чуть было не наметилось затвердение, но мужчина тут же отогнал от себя всякие левые мысли, устремляя взгляд в журнал.       До начала занятий Пауль поспорил с Рихардом. Круспе считал, что парень не ответит тот материал, который просто прочитал один раз. Но, видимо, сегодня удача была явно на стороне Ландерса и он получил свои заслуженные деньги, хоть и небольшие, которые Круспе проиграл в споре.       Помассировав виски, Кристоф решил, что на сегодня опросов достаточно и начал читать лекцию.       Лекцию парень не слушал, но не отрывал взгляд от препода, всё ещё улыбаясь уголками губ и, когда взгляд Шная падал ненароком на Пауля, тот дёргал бровью, ликуя в душе от реакции Кристофа.       Преподаватель чувствовал, что еще чуть-чуть и он потеряет терпение. Эти взгляды, улыбки… Зачем?! Спасло от срыва мужчину прозвеневший звонок.       Пауль как всегда выходил последним из аудитории. Подойдя к столу, за которым сидел Крис, он пролепетал: «Спасибо за лекцию, герр Шнайдер. До завтра». А после, всё ещё улыбаясь самому себе, удалился из помещения. Сегодня выдался хороший день. И «отлично» получил, и покрасовался перед Кристофом.       Шнайдер проследил за парнем. «Паршивец…» — этот мальчишка всё чаще выводил его из себя.