Fate/The bonds of magic

       С тех пор как Илия попала в другой мир прошло около месяца. Время летело незаметно. Почти всё это время волшебница узнавала что-то новое об этом мире, во многом благодаря Драко: он мог целыми днями рассказывать о магическом мире. У него были и излюбленные темы, например, чистота крови. Мальчик очень много говорил о том, что магглорожденные — позор для общества магов (но кто такие магглы, Илия из этих рассказов так и не поняла). Полукровки — уже лучше, но от этого достойными общения с чистокровными они не становятся. За исключением одного — Гарри Поттера.       Мальчик-Который-Выжил. По мнению волшебницы это очень странное прозвище. Разве можно таким образом давать прозвища? Оно же не звучит! Ну совсем не звучит. Не могли придумать что-нибудь пафосное? Например, что-то вроде Мальчик-Победивший-Сильнейшего-Тёмного-Мага или Мальчик-Который-Спас-Мир, а то прозвище «Мальчик-Который-Выжил», по мнению девочки, не передавало всей важности подвига героя.       Тем временем Малфой познакомился с Руби и Сафир. Всё началось во время обычного разговора о Поттере.  — Он, должно быть, очень сильный волшебник, раз до сих пор у него получается скрыться ото всех, — Драко продолжал свою шарманку.  — А может такое быть, что он не знает о магии и живёт обычный человек?  — Исключено. Та…  — Да он точно влюбился! — перебила его Руби.  — ЧТО ТЫ СКАЗАЛА? — оскорблённый Малфой бросил гневный взгляд на Илию.  — Ну, это не я сказала, — промямлила девочка, отведя взгляд.  — Кроме тебя здесь никого нет.  — Илия не настолько хорошо разбирается в чувствах людей. К тому же она очень стеснительная, когда разговор доходит до таких тем.  — Руби, это не прилично, — заметила Сапфир.  — Ч-что это? Почему я слышу голоса?!  — А, это… Ну…       Серёжки Илии вылетели из ушей и увеличились в размерах, а после и вовсе изменили форму. Перед Драко парили два кольца. У одного, красного, были белые ангельские крылья и золотая пятиконечная звезда, а у второго, синего, — крылья бабочки и золотая шестиконечная звезда. — Это Калейдожезлы Магический Рубин и Магический Сапфир. Все зовут их просто Руби и Сапфир.  — Очень приятно, — хором сказали магические артефакты.  — А зачем они нужны? - Мы выполняем похожие функции, что и ваши волшебные палочки, но…  — Мы намного сильнее. Да и способны на большее!  — Руби, тебе следует извиниться за то, что сказала Драко.  — Да ладно тебе, Илия-сан.~  — РУБИИИ!       После разговора Малфой сразу же решил показать этих двоих отцу, сидевшему в кабинете и полностью погруженному в свои дела. Немного поругавшись, что его отвлекают, он с интересом начал разглядывать Руби и Сапфир. Позже попросил этих двоих сильно не показываться в толпе, из-за чего Руби долго ныла, что притворяться серёжкой в Хогвартсе ей будет слишком скучно, но через некоторое время на неё просто перестали обращать внимание.       Порой, у девочки-волшебницы начиналось что-то вроде своеобразной паники. Она начинала ныть о том, что больше не увидит ни родителей, ни Куро, ни Рин, ни других её друзей. А с Мию она толком попрощаться не успела, перед тем как уехать в Германию. Из-за этого Илия чувствовала себя ещё более паршиво. Что сейчас чувствуют мама и Куро? Она ведь просто взяла и исчезла на их глазах… Если они встретятся, то сестра обязательно будет её ругать. За то, что исчезла без предупреждения, за то, что не сказала ничего о своём предчувствии. А ещё она обязательно догадается, что волшебница вот так вот сидела и жаловалась на происходящее.       В такие моменты девочке сразу вспоминалась их ссора на крыше школы, когда Куро разозлилась на слова сестры. Одиночество, через которое она прошла, будучи в чужом мире, и страх, который она испытала при виде сильного врага. Они не сошли с губ Мию… Они никому не говорила о своих чувствах. И если мы хотим зваться её друзьями, то не имеем право жаловаться! Да, в этом мире не было сильных врагов, в этом мире её сразу же поддержали, ей сразу же помогли, но… Но… От этого становилось ничуть не легче. Каждый раз, вспоминая слова Куро, Илия старалась взять себя в руки. Именно так, она точно не имела право жаловаться! Хоть и попала она в это мир за счёт призыва Драко, она понимала, что тот знает об этом не больше, чем она сама. Волшебница не могла обвинять младшего Малфоя в том, что произошло. Нужно стараться жить дальше, при это пытаясь найти способ вернуться в свой мир!

***

      Наконец письма из Хогвартса достигли своих получателей. Да, да, именно письма, а не письмо. Неизвестно откуда, но Дамблдору стало известно о гостье из другого мира, так что Илия тоже получила письмо из Хогвартса. Возможно, это Люциус Малфой постарался (именно так Драко и Илия объяснили себе этот момент).       На следующий же день состоялся визит магазинов на Косом переулке. Сказать, что девочке-волшебнице было интересно — это ещё ничего не сказать. Она впервые увидела мир вне Малфой мэнора. Правда, только магический мир. Но это же ещё интересней! Раньше она никогда не видела мест, где маги собирались, совершали покупки, не видела банков для магов. Да что там, кроме своего замка, поместий Лувии и Айнсвордсов и Малфой мэнора она не знала ещё мест, где маги обычно проводят своё время.       Первым делом решили купить волшебные палочки. Для Драко выбирала волшебную палочку мама, а вот для Илии она выбрать таковую уже не могла, поэтому пришлось идти в магазин всей вместе. И вот она впервые возмет в руки волшебную палочку! Мистер Олливандер внимательно посмотрел на девочку и, немного призадумавшись, вручил ей подобный инструмент. Чуть ли не сияя от радости девочка-волшебница взмахнула ей и… ничего не произошло. Совсем ничего. Не разбились стекла, не полетели со стола и из шкафа другие волшебные палочки, не произошло чего-то вроде выстрела, как это было у Малфоя. И с другой палочкой дела обстояли точно так же. И с третьей.        На попытку тридцатую все уже отчаялись.  — Такое я вижу впервые. Волшебные палочки не видят в ней волшебницу. Они реагируют так же, как на обычного человека, — с интересом заметил Олливандер. — У неё уже были магические выбросы?  — А что такое магические выбросы? — даже по голосу было понятно, как Илия была расстроена.  — Это когда дети применяют магию не сознательно, например, когда юному волшебнику угрожает сильная опасность, происходит что-либо, что спасает его жизнь.  — Но я всегда использовала магию осознанно…  — Илия-сама, я, кажется знаю, в чем причина, — внезапно подала голос Сапфир. — Все дело в мане.  — С ней что-то не так?  — Если бы речь шла о мире Мию или о Вашем родном мире, то можно было бы смело утверждать, что с Вашей Одической силой все в порядке, но в этом мире люди пользуются немного другим типом Праны. И палочка требует именно тот тип Праны, а Вы им не обладаете.  — То есть я не смогу использовать магию в этом мире? — ещё больше расстроилась девочка-волшебница.  — Нет, это не так. Тип Праны, которой Вы пользуетесь тоже присутствует в воздухе, поэтому в использовании Вами магии затруднений не будет.  — Короче говоря, Илия сможет пользоваться магией только с трансформацией или частичной трансформацией! — влезла в объяснение Руби. — Кстати, будь на твоём месте какой-нибудь опытный маг нашего мира, он бы уже тут от счастья прыгал!  — И почему это? — к разговору присоединилась Нарцисса Малфой.  — Этот тип Праны является утерянным в нашем мире, из-за этого он полностью не изучен. Однако известно, что магия, созданная с использованием этой Праны, является более универсальной и требует меньше энергетических затрат, поэтому многие хотят вернуть её, — продолжила свои объяснения Сапфир.  — Правда, они не знают как. И, как показал опыт, маги нашего мира вряд ли совместимы с этой Праной, — закончила мысль Руби. — Поэтому, Илия-сан, будешь использовать со мной частичную трансформацию~  — Получается, мне почти все время придётся использовать частичную трансформацию? И я не смогу попробовать полетать на метле?  — Ты же и сама прекрасно летать умеешь! Зачем тебе метла, если есть я? ~       После ухода из лавочки мистера Олливандера настроение Илии постепенно улучшалось. Люциус Малфой, закончивший свои дела по улучшению положения семьи пошёл покупать учебники, а Нарцисса пошла с будущими учениками Хогвартса в магазин одежды. Все это время Драко в предвкушении ждал, когда же он сможет посмотреть на новые гоночные метлы. Он неугомонно рассказывал о различных чемпионатах и о том, какие маневры они могут делать на метлах. Илия все это время слушала его с увлечением, но иногда снова расстраивалась, понимая, что сама на метле покататься не сможет.       За этими разговорами юные волшебник и волшебница не заметили, как пролетело время: на гоночные метлы осталось всего лишь полчаса, потом магазин закрывался. За эти полчаса юные волшебники и трети новинок посмотреть не успели, что уж говорить о популярных метлах прошлого года.  — Ну вот, этот Олливандер слишком долго пытался найти тебе палочку, так что мы не успели посмотреть на метлы… Его давно уволить пора, — Малфой младший, казалось, был вне себя от ярости: он сжал кулаки и даже был готов бежать, но его тут же остановили.  — Зачем же так? Он же не виноват, что так вышло. Можно ещё раз прийти, да и хоть целый день смотреть на метлы, — девочка-волшебница попыталась успокоить разбушевавшегося Драко. — Тогда точно времени хватит. Попроси папу, я уверена, он разрешит.  — А это идея! — воодушевился Малфой.

***

      Вечер. Кабинет Люциуса Малфоя.  — Пап, а можно ещё раз сходить и посмотреть метлы? Мы сегодня новую коллекцию до конца не посмотрели! — воодушевленно начал уговаривать Драко. — Мы даже новый Нимбус не увидели! — мальчик пристально посмотрел на отца, скрестив руки на груди.  — Хорошо, на следующей неделе. А теперь скажи, почему вы так сильно задержались у Олливандера? — Люциус Малфой догадывался, что дело было в той девочке, которую призвал его сын, поэтому ему было интересно, что же там произошло.  — Этот старик никак не мог подобрать Илии подходящую палочку. А потом оказалось, что у него вообще нет таких, поэтому ей палочку не купили. Пустая трата времени, — мальчик, насупившись, коротко описал произошедшее.  — Что значит у него не было подходящей палочки? Обычно можно колдовать даже палочкой, которая не совсем подходит владельцу, так что можно было купить хоть какую-нибудь.  — Я не очень понял из объяснений, но, похоже, Илия не может использовать палочки нашего мира, потому что у неё магия не из этого мира.  — Вот как? Ладно, иди, пора спать.       После того, как Малфой младший вышел, Люциуса ещё долго мучал вопрос: «Кто же она такая?»