All Fun and Games

– А знаешь что, вот и пошла бы она, – пробормотал Стэн, смирившись с тем, что его свидание ни на йоту не приблизилось спустя три часа их стояния на солнцепеке, – Зато мы уже здесь, и я не хочу вот так просто сливать день.Ты и я, мы пойдем на свидание вдвоем. Форд поперхнулся, тут же залившись краской: – Пардон, что ты сказал? – Ты слышал, – Стэн одарил его медленно расцветающей поистине дьявольской улыбкой, и боже, будь проклят он и его, Форда, собственная неспособность говорить «нет» близнецу. Его сердце подпрыгнуло в груди и заколотилось с околопулеметной скоростью, когда Стэн взял его за руку, уверенно потянув за собой в гущу карнавала: – Погнали! *** Им уже по восемнадцать, но сейчас, наверно, нельзя было дать и восьми. Должно быть, они странно выглядели, приглядываясь к детским не страшным аттракционам, смеясь и разгуливая с комками сладкой ваты размером с их головы. Стэн даже выиграл огромную плюшевую игрушку – господи, конечно он считерил – похожую на плод внебрачной любви между фиолетовым утконосом и пандой – просто потому, что мог. *** Это был теплый погожий день, а это в свою очередь означало время мороженого. Они пробрались в заполненное народом кафе – семьи с орущими детьми, чирикающими между собой матерями, явно обсуждающими последние слухи, и мужчинами, судя по виду которых те явно предпочли бы сегодня остаться дома. Форд вздрогнул, когда что-то прошлось вдоль ширинки его джинс. Нога Стэна. Форд молча но вполне красноречиво смерил близнеца взглядом – тот вместо ответа только выразительно и очень медленно облизал испачканным в мороженном языком его ложку, пройдясь чуть ли не по всей ее длине и явно нарочно дав белой сладкой сливочной массе покрыть его губы и уголки рта. Стэн терпеть не мог ваниль. Но, видимо, не сегодня. Форд неодобрительно фыркнул, чувствуя, как по щекам разливается румянец, и продолжая игнорировать носок кроссовка, упрямо дразнящий его и упирающийся ему в пах. *** – Так значит ты уверен, – снова с нажимом произнес Форд, когда они стояли следующими в очереди к колесу обозрения. Это последний шанс Стэна сдать назад, – Ты непременно, совершенно точно, хочешь туда? – Конечно! – Стэн растаял в широкой и на двести процентов притворной улыбке. Они поднялись в кабинку, которая тут же чуть накренилась под их весом, и Стэн мгновенно сел, тут же вцепившись в пластик с такой силой, что его пальцы побелели. – Сядь напротив, – выдавил он, когда Форд уже собирался занять место рядом,– Не хочу, чтобы эта штука была наклонена, особенно когда она п-поднимется н-на вершину— – У тебя был шанс, – кивнул Форд, усмехнувшись, но сев напротив. *** Дыхание Стэна стало частым и поверхностным; вместе с головокружением – все признаки гипервентиляции. И за все это время прошла едва ли четверть всего пути. Оставалось еще три этих четверти, и боже, как это было убийственно-медленно. Форд закатил глаза и подвинулся на своем месте, явно собираясь подняться. – Что ты собрался — Стэн осекся, потому что в этот момент его страх высоты ощутимо отошел на второй план при виде столь редкой картины: Форд, опустившийся на пол между его собственных разведенных колен, – Какого хрена ты собрался делать, ебаный свет, ты же не— – Ебаный свет, да, – мягко подтвердил Форд, понизив голос и с чрезвычайно демонстративным видом потянув за молнию на джинсах брата. Разумеется, тот не был возбужден, но Форд знал, что это ненадолго. Стэн мгновенно перестал помнить, где они. По крайней мере до тех пор, пока они не достигли вершины. *** Невероятно. Чертовски. Медленно. Форд с совершенно невозмутимым видом откинулся на свое место, будто это не он только что был занят тем, что первоклассно отсасывал собственному близнецу. Стэн со своей стороны был уверен в том, что выглядит сейчас как человек, борющийся с тяжелой лихорадкой или нехваткой воздуха – ему было пиздецки страшно, потому что они ВСЕ ЕЩЕ В ВОЗДУХЕ, и ЛЮДИ МОГУТ УВИДЕТЬ, и ему ВСЕ ЕЩЕ НУЖНО КОНЧИТЬ, но ко всему прочему в этот момент он был еще и невероятно возбужден. Словно его мозг махнул на все рукой и ушел в отставку, а член, весело насвистывая, занял его место у руля. Они наконец-то, наконец-то вернулись к ограждению на посадочной площадке. – Второй круг, – смешавшись, тут же невнятно пробормотал Форд. *** Стэн все еще ощущал свой железобетонный стояк, когда они под руку спускались вниз, и черта с два если он собирался это терпеть. Он практически поволок за собой Форда – туда, к полоске берега, в спасительную непроницаемую тень аллеи. Стэн швырнул брата к стене и обрушился на него, на ходу прижимаясь к его губам своими: – Ты мне нужен, – прозвучало вслед за шумным выдохом, когда они наконец разорвали поцелуй. Его пальцы прошлись по заметно вступающей складке на джинсах Форда, – Я хочу тебя. Форд просто кивнул – поспешно и нервно. – Возьми меня, – прошептал он, и Стэн тяжело отрывисто выдохнул в ответ, – Давай. Прямо здесь… прямо сейчас. *** У Стэна уже были под рукой презервативы и смазка, и Форд решил, что задастся вопросом о том, как так вышло когда-нибудь позже – например когда Стэн НЕ будет работать в нем пальцами, играя и разводя их как бранши ножниц словно блядь он на днях посеял где-то внутри него дорогущее кольцо. Они оба издали отчаянный стон – от наслаждения, когда Стэн наконец протолкнулся внутрь. Пальцы Форда скребли по стене позади него, ноги крепко обхватывали Стэна за талию, когда он тяжело надрывно застонал, выдохнув от потрясающего сладкого растяжения внутри, и ощутил, как его брат только жестче вцепился пальцами в его бедра. Стэн едва дал близнецу каких-то полминуты, чтобы привыкнуть, перед тем как принялся бешено неумолимо вбиваться в него. Он держал Форда на весу и почему-то отчетливо подумал, что не позволит Форду упасть. *** – Громче. – СТЭН! – Вот так, – умелый рот Стэна уже засасывал чувствительную точку на шее Форда, и тот тихо заныл под ним, продолжая опираться на стену, пока его член вздрогнул между ними, – Я хочу, чтобы все видели. Чтобы все видели тебя, видели нас – как я трахаю тебя, оставляя совсем без чувств и остатков мозгов и знали, что никогда не дотронутся до тебя. Потому что это можно только мне. Ты мой, Шестипал. – Блядь, да, – вырвалось у Форда, и Стэн глухо застонал от желания. – Люблю, когда удается довести тебя до стадии ругательств. – БЛЯДЬ! – заныл Форд, совсем взведенный, высвобождая одну руку и вцепившись ею в волосы брата, с силой потянув, – Еще, еще, трахни меня, трахни меня, Стэнли, твою мать! Блядь! *** Их бешено громкое, тяжелое дыхание отражалось от бетонных стен вокруг, словно дополнительно умножаясь. Стэн уткнулся взмокшим лбом в ключицу Форда, все еще пытаясь выровнять дыхание: –Иисусе. Твою мать. Не могу поверить… Они оба взорвались приступом почти сумасшедшего смеха – это было неожиданно, достаточно тупо, и они ощущали себя невьебенно и до странного счастливыми. – Эндорфины и адреналин, – наконец вырвалось у Форда, и он чуть осекся, потому что Стэн чуть подвинулся там, внутри, где они все еще оставались соединенными. Он снова попытался подавить в себе тихий непривычно высокий и какой-то глуповатый экстатический смешок, уткнувшись в волосы Стэна – уже явно не такие блестяще уложенные: – Ох, боже. Давай просто сделаем это еще раз. – Да, – согласился Стэн. Он поцеловал Форда, на этот раз куда нежнее и внимательней. Они молча закрыли глаза, замирая и тая друг в друге. *** –У тебя ведь на самом деле вовсе не было запланировано свидания сегодня, разве нет? Они прогуливались по набережной, совсем недалеко от места их недавней активности, и Стэн напрягся, остановившись: – Что? Да конечно было! Глупость какая-то. Форд закатил глаза и сжал его руку чуть сильнее, пока Стэн не издал неопределенной природы возмущенный звук. – Смазка, придурок. Я нисколько не сомневался, что ты прихватишь презервативы, но… –Да будет тебе известно, – с жаром провозгласил Стэн, уже явно пойманный с поличным, – что смазка предназначается не только для людей, неспособных производить свою собственную. Форд очаровательно по-акульи улыбнулся, сопроводив это ухмылкой: — Карла сказала, что ты никогда не звал ее на свидание. Как и Беатрис. И Мэрилин, и Голди, и— – Блядь, сука, еб твою мать!