Легкое дежавю

- Ну же, Чара, - мурлыкал девичий голосок. – Ты пытаешься убежать от того, чем ты являешься. Чара бежала так быстро, как могла, но черная жижа под ногами была вязкой и липкой. Сердце колотилось от страха, дыхание сбивалось, и ни к чему ее старания не приводили. Перед глазами вновь и вновь возникала девочка с алыми яркими глазами, куда ярче и злее чем у нее. По щекам текла черная жидкость, словно кровь чудовища была смолистой, грязной, как и душа. Но нет. Душа была яркой красной, полной решимости. - Ча-ара-а, - девушка споткнулась и упала на пол, пачкаясь в черной жиже. От нее исходил противный запах с примесью запаха какой-то золы или праха. Дрожа от страха, Чара подняла глаза. Девочка улыбалась, склонившись над ней. На секунду кровавые глаза пропали, оставляя две черные пропасти. – Мы ведь с тобой так похожи. Ты и я. Разве ты не понимаешь, что это имя – наше? - Нет... – бормотала Чара, пытаясь отползти назад. Но ее словно парализовало. – Отпусти, прошу... - Скоро я буду играть с тобой и с ними! Нам будет так весело! - Нет... не надо! - Чара... Чара... Чара! Очнись! Девушку тормошили так сильно, что едва не вывихнули плечо. Чара распахнула глаза, вдохнув воздух, словно бы до этого не дышала целую вечность. Перед глазами она увидела встревоженных Альфис и Андайн. - М-мы проспали? – хрипло спросила девушка, поднимаясь. Она заметила, что монстрихи в домашней одежде. - Нет, вообще-то еще рано, - Андайн показала на часы в телефоне. Действительно, было еще полседьмого. – Просто ты стала бормотать во сне и покрываться потом. Альфис говорит, это плохо. - Т-тебе снился кошмар, Чара? – кажется, ящерка была сильно встревожена. «Наверно, Санс ей уже все рассказал», - решила Чара. - Вроде того... Все остальные спят? Или собираются? Рыба хмыкнула. - Санс, разумеется, спит. А вот Папирус на ногах с шести утра. Фриск, она... - Еще спит, - закончила за свою возлюбленную Альфис. – Ближе к ночи к-кое что произошло, н-но об этом лучше спрашивать у Папируса. - Но лучше дождаться, пока все проснутся, включая ленивого Санса... Я пока в душ схожу, а вы дожидайтесь завтрака. Андайн ушла из гостиной, оставляя Альфис с Чарой наедине. Стоило двери в ванную захлопнуться, как ящерица тут же сказала: - Эт-то тот кошмар, о к-котором я д-думаю? Чара хотела сперва отмахнуться, сказать, что это дурацкий сон и не более, но не смогла. - Да, - тихо сказала девушка. – Я видела... ее... Теперь я видела ее так отчетливо, словно бы во мне живет... кто-то еще. Чара закрыла лицо руками. До последнего она надеялась, что это слуховые и зрительные галлюцинации, но почему-то это видение заставило ее признаться. В ее разуме кто-то есть. И он очень хочет добраться до пульта управления. Альфис села рядом, нервно потирая руки. Санс еще вчера во всех подробностях рассказал ей о том, что творится с бедной девочкой. Да, она была знакома с мыслями друга по поводу перезапусков, и теперь не сомневалась в их существовании. Какой-то пережиток прошлого живет в Чаре и мучает ее. - Я попробую т-тебе помочь, Чара, - монстриха неуверенно положила лапку на плечо Чары. Девушка подняла взгляд. Альфис улыбнулась. – В науке я шарю не хуже Санса. Прост-то доверься мне. Как только приедем домой, мы посмотрим, сколько в тебе душ и... личностей. - Я чувствую себя каким-то шизиком, - пробормотала Чара, вздыхая. Однако слова монстрихи приободрили ее. - Это никак не связано с психической болезнью, - возразила Альфис. – Если все, что говорите вы с Сансом - правда, то это что-то гораздо хуже.

***

- Почему вы меня не разбудили? - ПОТОМУ ЧТО НЕ ХОТЕЛИ ТРЕВОЖИТЬ. ДА И ВСЕ ХОРОШО ВЕДЬ. - Мою сестру чуть не похитили, а ты говоришь «хорошо», - возмутилась Чара, доставая из рюкзака черную худи с капюшоном. Друзья пришли к выводу, что не стоит привлекать к себе внимание. Особенно Фриск. Сама Фриск помогала Папирусу натянуть чересчур тугой свитер. Долго же ей пришлось уговаривать монстра не надевать объемные и вызывающие доспехи. - Но со мной и правда ничего не случилось, - Фриск улыбнулась подруге. Улыбка была грустной и немного натянутой. – В конце концов, у меня есть личный рыцарь. - НЬЕХ, - гордо сказал рыцарь, пытающийся протиснуть голову через воротник. Пока у него получалось плохо. В дверь постучали. - Я ОТКРОЮ! - Папирус стой! – Фриск попыталась его задержать, но Папс уже направился к двери. Конечно же через секунду послышался грохот. Запутавшийся в свитере скелет ударился о дверь. Чара зажала рот кулаком, стараясь не засмеяться. Все-таки нехорошо смеяться над чужими бедами. Даже если это умора. - Паппи! – а его подруга уже побежала к протирающему лоб монстру. - Буду считать, что это означало «Можешь войти», - с этими словами за порог переступил Санс, в капюшоне и с... - Это что, очки с усами и носом? – фыркнула Чара. - А что, не нравится? – Санс поправил очки. Папирус, наконец натянувший треклятый свитер, ахнул. - НУ НЕТ, ТЫ ТАК НИКУДА НЕ ПОЙДЕШЬ! – воскликнул рыцарь. - Более того, я и тебе принес очки! Для достоверности, старший брат достал из кармана еще одну пару и улыбнулся. - ЭТО ВОЗМУТИТЕЛЬНО! Я НЕ НАДЕНУ! Фриск же задумалась. - А что, это укроет тот факт, что ты скелет, - заметила девушка. - Если вы прячетесь от лиц людей, то зачем мы вообще туда идем? – спросила Чара, скрестив руки. После того, как она узнала о нападении, она вообще хотела удержать сестру здесь в номере, а лучше свалить обратно в свой городок и забыть о чертовом митинге. - Дело не в том, увидят нас или нет, - возразила ее сестра. – Нам нужно следить за порядком. - Но ты-то каким боком там?! Ладно, Папирус сильный, Санс смертоносный, Андайн, как-никак, воин со стажем. А мы? Даже Альфис... зачем? Кажется, Фриск это даже немного задело. - Думаешь, я бесполезна? – тихо спросила она. Чара раздраженно вздохнула. - Я не это имела в виду... - Слушай, просто если что-то случиться, я смогу сказать свое слово. - Какое?! «Ребят, я посол монстров, мост между вашими мирами, давайте жить дружно»? Это так не работает, и ты знаешь... Фриск вздохнула. - Может, вам правда остаться? – предложил Санс. – малявка права. - Эй! - Нет, - сказала, как отрезала, посол монстров. – Если что-то произойдет, я должна быть там! Чара, оставайся здесь. - Вот уж дудки, - ее сестра фыркнула. – Без меня ты никуда не пойдешь. Влипнешь опять в передрягу еще... - Тогда меньше болтовни, собирайтесь, - вздохнул Санс. Не хотелось ему пускать девочек туда, ой как не хотелось. Да и брата. Папирус не сможет выдержать столько ненависти.

***

Фриск поглядывала на скелетов, еле держась, чтобы не засмеяться. Все же маскировка у них что надо. Андайн с Альфис же решили обойтись шарфами и капюшонами. - Я СГОРАЮ СО СТЫДА, - тихо сказал Папс. Девушка ободряюще сжала его руку. Монстр вздохнул. Главная площадь Стрэндж Велли была окружена со всех сторон высокими домами. По сравнению с площадью родного города девочек, здесь ощущалась какая-то теснота и нехватка воздуха. Особенно когда тут собралось так много народу. Действительно, площадь была переполнена людьми, смотрящими на трибуну. У большинства из них были плакаты, которые кричали о том, что монстрам здесь не место. Ребята стояли в стороне от этой толпы, как и некоторые из людей. Монстров здесь пока не было. - Надеюсь, - тихо сказал Санс, - что из монстров только нам хватило ума придти. - Ну, по крайней мере здесь есть хранители порядка. Смотрите, - Чара указала пальцем на людей в черном обмундировании, которые стояли тут и там, готовые ловить нарушителей. Фриск даже облегченно улыбнулась. - Мэр города с нами, - сказала она. - Надеюсь... – пробормотал Санс. - Тшш! – Андайн пихнула скелета. – Какой-то мужик собирается говорить! Действительно, на трибуну взошел какой-то человек, чтобы высказаться. Это был какой-то древний старикан в зеленом балахоне и с клюшкой в руках. Даже издалека можно было разглядеть его недовольную мину. Казалось, он так регулярно хмурился, что морщины уже не могли сложиться в доброе старческое лицо. Ребята молча ждали его слов, как и притихшая толпа. Старик неторопливо поправил микрофон под свой рост, громко и протяжно откашлялся и лишь потом заговорил: - Жители Стрэндж Велли! – прозвучал скрипучий голос. Он замолчал и обвел всех строгим взглядом. – Жители маленькой, но прекрасной страны – Сайланд! Я уже девяносто с лишним лет живу в этой стране, ступаю по этой земле, тружусь ради нее! И не зря! Наша страна процветает, наука движется вперед, нашим тяжелым трудом дети живут на прекрасной земле, едят хорошую еду и учатся новому... - Пфф, ага, - Чара скрестила руки. Фриск кивнула ей. - ...Я горд называть себя человеком! Человеком с сильной душой и большим прошлым за спиной! - Боже, сколько пафоса и воды, - Андайн уже откровенно скучала от таких красноречивых фраз. А вот Папирус, наоборот, с интересом слушал старика, думая, что возьмет себе на заметку несколько предложений. - И каждый из нас либо может похвастаться тем же, либо похвастается им, когда старость даст о себе знать. Это все ради нашего будущего. Но монстры... Тут толпа загудела от возмущений в адрес монстров, тряся своими плакатами. Некоторые люди со стороны, где стояли монстры, тоже поддержали толпу. - Они приходят на все готовенькое! – пытался перекричать толпу старикан. – Забирают нашу работу, едят нашу еду... Я даже слышал, что они... – он замолчал, привлекая внимание людей, которым было интересно, что старик скажет дальше. – Что они убивают нас! - Что?! – воскликнула Фриск. Как и многие, она была поражена новостью. - Что за хрень он несет? – Санс начинал выходить из себя. Зря они пришли, ох, зря. - Верьте мне! – восклицал старикан, подняв руку. – Монстры хотят занять наше место! Разве мы дадим им такой шанс?! - Нет! – воскликнула толпа. - Позволим им своровать наш заработок и наши дома?! – закричал старик громче. - НЕТ!!! – вновь взревели в ответ. - Тогда подпишем петицию об изгнании монстров обратно в подземелье! - Точно! – кричали ему. - Правильно! - Где подписывать?! Ребята бессильно смотрели на эту ликующую толпу, а раздаваемые листочки, на злобного ухмыляющегося старикана. У Фриск опустились руки. Неужели и вправду так много людей хотели их выселения? Почему? Мысленно девушка уже представила, как Асгор с разочарованием говорит монстрам, что пора домой. Как они собирают вещи и возвращаются в холодный подземный Сноудин, как вновь привыкают к вечной темноте. Им просто не победить. Чара же давно понимала, что так и будет. Но сейчас, когда она видела это вживую, она еще больше разочаровалась в людях. «Мило, правда? - прозвучал голос в голове. Чара вздрогнула. – Даже не знаю, чью сторону занять. По правде, мне противны обе стороны. Люди, с их гадкой природой, и тупые наивные монстры». Девушка сделала шаг назад. «Давай убьем их всех! Сперва Фриск. Она мне не нравится. Потом ее дружка. О, конечно же, возвращаясь к прошлому, убьем ту старуху в приюте и всех тупых отбросов». - Что ты несешь... – пробормотала Чара. Вдруг ее рука потяжелела. «Я несу геноцид, Чара», - девушка опустила взгляд, и внутри все похолодело. В руке был нож, покрытый прахом. Выронив оружие, девушка ринулась прочь. Никто и не заметил ее исчезновения из-за крика толпы. Даже Санс потерял бдительность, чувствуя, как вскипает. - Это просто бред, - повторял он. – Они не могут заставить нас вернуться. - ЕСЛИ ДОСТАТОЧНО ЛЮДЕЙ ПОДПИШУТ ПЕТИЦИЮ, СМОГУТ, - сказал Папирус. Столько разочарования в голосе его брат еще не слышал. Чертовы люди... - Ч-что мы с-скажем королю? – пробормотала напугано Альфис. - Правду. Пошли, тут никто не собирается драться, - Санс потянул Фриск за рукав, но она не сдвинулась с места. Внезапный крик прервал процесс: - Подождите! – все оглянулись на кого-то, кто юрко пробирался сквозь толпу, к сцене. Разглядев силуэт, Андайн ахнула. - Это же Клара! – воскликнула она. – Что она творит? Действительно, на сцену буквально взлетела кошка, заставив старика отодвинуться от микрофона подальше от монстрихи. - Да что же вы делаете?! – крикнула она толпе, злобно сверкая глазами. Она резким шагом подошла микрофоном и повторила уже тише: - За что вы так с нами? Что мы вам плохого сделали? Мы же по сути сейчас на ВАС работаем, чтобы не умереть с голоду! - Работайте у себя под горой! – послышался недовольный крик. Старикан, улыбнувшись, крикнул: - Милочка, нам не нужна лишняя рабочая сила со стороны таких отбросов, как вы... - Ну все, с меня хватит, - Андайн уже хотела выйти к сцене, но Папирус с Альфис вцепились в нее мертвой хваткой. – Пустите! - Да вы просто злобный старикан, вот вы кто! – огрызнулась Клара тем временем, тыкая когтем в грудь человека. – Знаете, плевать я хотела на ваши речи, беситесь, сколько вашей душе угодно! Но как вы смеете обвинять монстров в преднамеренном убийстве и как вы смеете указывать нам после того, что вы сделали с нами?! Послышался возмущенный гомон со стороны толпы. Люди были крайне возмущены тем, что эта девушка посмела вспомнить о прошлом. - Что вы сделали с нами? – переспросил старик, прищурившись. Он отодвинул кошку своей палкой, взяв микрофон. – Что мы с ними сделали, а? – в ответ прозвучали новые крики. – Мы заперли первобытное зло, вот, что мы сделали! Заточили Люцифера в холодный вечный лед! Но вы снова хотите войны, да? Санс уже думал, что пора ему высказать людям все, что он думает об их мнении. Андайн все еще вырывалась из рук друзей, но и те думали, что не выдержат такого. И лишь Фриск, чувствуя свой долг перед людьми и монстрами, пошла вперед. - Фриск, вернись! – Санс, заметив, как девушка удаляется, испуганно охнул. – Чара, останови ее! Он обернулся, но там, где должна была быть Чара, никого не было. - ФРИСК! – Папирус отпустил монстриху и побежал следом. Андайн догоняла. Взгляд старшего скелета опустился и замер. Прямо у его ног лежала алый сгусток магии, отдаленно напоминающий очертания ножа. Еще через мгновение жижа начала расползаться и исчезать. Все внутри похолодело. Скелет бросил взгляд на ребят, на испуганную Альфис и понял, какой выбор он должен сейчас сделать. - Надеюсь, их не побьют, - всерьез прошептал Санс и направился сквозь толпу в переулок. Если Чара сошла с ума – не сдобровать тем, кто попадется ей. Лучше, если это будет Санс... Тем временем на сцену выбежал какой-то парень, пытаясь увести Клару подальше. - Клара, успокойся, прошу, - злая кошка пыталась высказаться еще, но парень настойчиво уводил ее подальше от микрофона. - Это несправедливо, Джон! – почти что хныкала Клара. – Я не хочу опять туда! - Ты не вернешься в подземелье, я не допущу. Когда они спустились вниз, под улюлюканье толпы, парочка столкнулась с Фриск. Клара тут же перестала вырываться и испуганно покосилась на девушку. - Мне так жаль, - пробормотала она. – Я просто... испугалась. - Не вините себя, Клара, - успокоила ее Андайн, снимая капюшон. Папирус с довольным видом снял очки и осторожно положил их в карман. – Мы здесь для того, чтобы восстановить справедливость. Да, Фриск? Девушка кивнула. Ей надоело это слушать. Если люди высказываются, то почему не могут монстры? - Я просто хочу напомнить кое-что, - сказала Фриск и стала подниматься по сцене. - Та самая Андайн? – тихо спросил парень, провожая их взглядом. Клара молча кивнула. – Смотрю, связи у тебя хорошие. - Перестань, - вздохнула кошка. – Они едва ли смогут перекричать толпу. - Но покажут монстрам, что они под защитой. Это главное.

***

Чара сама не понимала, куда бежала. Дома смешались в глазах, ноги едва не цепляли мусор и бордюры. Этот город был куда запутанней ее родного, но какая разница, если она не знала, где укрыться? «Укрываться негде, Чара, - мурлыкал голос. – Ты все еще бежишь от самой себя». - Отвали! – крикнула девушка, в очередной раз свернув. «Ну, Чара, не будь дурашкой». - ОТВАЛИ, я сказала! Ну вот и конец. Тупик, высокая стена. Дежавю. Казалось, совсем недавно она попалась в такую же ловушку, когда бежала от Санса. И вот опять она сама загнала себя в угол. Только от кого бежала – неизвестно. - Ты так и будешь бегать, как ненормальная? – теперь голос стал куда реальней, и Чара вжалась в стенку, оглядываясь по сторонам. Рядом никого не было. - Посмотри направо, - попросил голос уже мягче. Дрожа от страха, девушка медленно повернула голову и ужаснулась. Из отражения разбитого стекла на нее смотрела та самая девочка из кошмара. Она была куда ниже нее, но ее глаза были такими же алыми. Как из такого горячего цвета может исходить могильный холод? Девочка улыбалась, но едва ли это можно было назвать доброй улыбкой. На щеках был детский румянец, да и вообще он выглядела живой и здоровой. Исключая глаза, от которых веяло смертью. Чара невольно сделала шаг подальше от зеркала. - Ну чего ты? – обиженно поджала губки девочка. – Разве ты не помнишь, как нам было хорошо? Как мы сносили голову этому самодовольному клоуну, сколько перезапусков потратили на то, чтобы убить его поганого братца? Чара! Новая игра ждет нас! Я хочу играть! - Уйди, прошу... – девушка схватилась за голову, качая ей. – Я хочу просто жить с семьей! - Твоя семья мертва, Чара. Твои мамочка и папочка мертвы. И поделом им, правда? - Замолчи... - Они были наркоманами, алкоголиками, избивали тебя... но теперь ты свободна, Чара. Зачем же отказываться от новой игры? Чара хотела сказать что-то против, но вдруг почувствовала легкий укол в шею. Она резко схватилась за что-то, торчащее у нее из шеи, и вытащила, отбрасывая в сторону. Внезапная сильная слабость опутала ее паутиной и повалила на землю. Девушка провалилась в сон.

***

Толпа оживленно рассматривала Фриск, снявшую капюшон. Мало кто видел вживую посла монстров. Как и ее друзей. Люди перешептывались, и даже старик отошел на второй план, наблюдая за ребятами. А Фриск, она просто не знала, что сказать. Она вроде бы и думала о речи, но сейчас все выветрилось из головы. Девушка искренне растерялась, смотря на большую толпу. Что она действительно может сказать, чтобы успокоить толпу? - Монстры... – начала она и облизала пересохшие губы. Весь прилив смелости и решимости ускользнул от нее. Вернулась примитивная боязнь толпы. – Монстры заслуживают шанса на что-то лучшее. Я... Я человек, и я вернулась из подземелья вместе с ними, чтобы доказать это. На удивление люди молчали. Лишь парочка человек крикнули что-то грубое, но быстро замолчали, поняв, что другие лишь наблюдают. - Я имею четкое представление о людях, ведь я одна из вас! – сказала Фриск уже уверенней. Она посмотрела на Папируса и улыбнулась. Тот подмигнул ей. Девушка вновь повернулась к людям. – И я так же обрела семью среди монстров. Да, люди и монстры отличаются друг от друга. Но и там и там есть те, кто умеет любить, прощать, дарить радость... Но посмотрите на себя! Разве так должны вести себя люди? Разве они должны ненавидеть народ за их отличия друг от друга? - Милочка, - громко сказала одна из старушек впереди, - людям труднее найти работу, когда монстры готовы работать чуть ли не вдвое дешевле! Толпа согласно закричала. - Но разве они виноваты, что люди сами дают им меньше, чем самим людям?! – воскликнула возмущенно Андайн. – Мы не рабы! - Так зачем вы вообще работаете на нас?! – крикнул кто-то. - Монстры пытаются выжить! Фриск вздохнула. Едва ли это к чему-то привело. Краем глаза она заметила приближающегося Санса. Он грубо отпихивал некоторых людей. Взгляд у него был встревоженный. - Кончайте речи толкать, Чара пропала! Да заткнитесь вы! – рявкнул он на кого-то в толпе. - Грубиян! - Монстры все такие! - Да?! – Санс повернулся к людям, едва запрыгнув на сцену. – Вы, люди, со своей злобой не можете разобраться, и смеете что-то про нас говорить?! Нашу подругу похитил самый настоящий человек! Так что закройте пасти и возвращайтесь к своей ненавистной работе, разочарованной жизни и так далее! Возмущение толпы перерастало в непонятный гомон, но Санс не был намерен слушать их. Фриск уже тоже позабыла о людях, не веря своим ушам. - Ч-что? – переспросила она. - САНС, ОБЪЯСНИ! Ребята уходили со сцены, игнорируя вопли. - Чара... – старший скелет посмотрел на Фриск с болью. – Это моя вина. Я не уследил... Она пропала. У девушки все похолодело внутри. Не может быть. Только не Чара. Она ведь только нашла ее! - Где ты ее видел в последний раз? – дрожащим голосом спросила Фриск. Ей казалось, что она сейчас расплачется. Санс покачал головой. - Ты сказал, что ее похитил человек, - вдруг сказала Андайн. – Где ты их видел? - Я... я предполагаю, что это человек. Я не нашел Чару, но увидел свежие следы магии. Цвет был фиолетовый, - скелет посмотрел на брата. Папирус ахнул. - ЭТО ТОТ ПАРЕНЬ! – воскликнул он. - Подожди-подожди... – остановила их Фриск. Она серьезно посмотрела на Санса. – А с чего ты взял, что это связано с Чарой? Вместо ответа Санс достал из кармана что-то металлическое. Это был дротик.