Скука

— Енри, ты идиот? — привычно шипел Габриэль, правда, безрезультатно, так как этот «идиот» был без сознания.  — Как будто что-то изменилось за последнее время, — протянул Нурру, выполняя желание Ружж, которой он проиграл в карты — таскать ягоды из кухни для неё.  — В том то и дело, что ничего. С самого момента нашего знакомства я сомневаюсь в присутствии разума у него, — привычно обрабатывал раны Енри Габриэль. В чём, собственно говоря, дело? А в том Енрике придурок идиот безмозглый Нурру, хватит подсказывать, иди Габри помоги решил в очередной раз обнять Габриэля, якобы для того, чтобы отблагодарить, но, на самом деле, для того, чтобы его побесить. Но, вот беда, Габри сидел в читальном уголке, а перед ним лежал ковёр. О который Енри споткнулся. И из-за которого Енри приземлился на стеклянный столик. Тот, в свою очередь, не выдержал веса Енри и сломался, портя костюм и оставляя на теле Енри множество мелких ранений.  — Дальше справитесь без меня? Мне еще один костюм делать, — сделав основную работу, поинтересовался Габриэль.  — Для тебя костюм важ-жнее друга? — протирая очередную ранку перекисью водорода, спросила Биззи.  — Спасибо, Габриэль, дальше мы и сами справимся, — вмешался Нурру, — Биззи, это не просто друг, это Енри. Ему костюм бежевого цвета важнее его здоровья. Идиот, — пнул Хозяина фиолетовый квами, пусть не принося ощутимого вреда, но зато нервы успокаивая. В доме царило спокойствие. Да, Енри по-прежнему был без сознания. Ой, нет, он только что очухался. Увидев, что стало с костюмом, он впал в истерику, из которой его вывел Габри, сунув в руки второй, такой же самый костюм.  — Хозяин, вы когда будете предусматривать последствия ваших поступков? — Нурру навис над Енрике.  — Кто бы говорил, Нурру. Вайзз, Дуусу, как там Плагг поживает?  — Кто такой Плагг? — поинтересовался Габриэль. Квами переглянулись и Ружж с хитрой мордочкой небрежно сказала:  — Квами твоего сына. Лицо Агреста показало глубокий мыслительный процесс. По мере осознание этих трёх слов, его глаза были всё ближе и ближе к форме идеального круга, а челюсть всё сильнее и сильнее стремилась познакомиться с полом.  — То есть, мой воспитанный и послушный мальчик превращается в безмозглого оболтуса в черном спандексе с шестом? Да какого *цензура*! — обезсиленно сел обратно на диван.  — Это еще не всё-о-о, — многообещающе протянул Нурру.  — Что еще? — едва не прорыдал Габриэль и заинтересовано спросили остальные.  — Итак, девочки, кто такая Маринетт? — хитро спросил Мотылек.  — ЛедиБаг, дизайнер, неуклюжая девушка… — начала перечислять Ружж.  — Нет-нет, первого варианта достаточно. А кого она любит?  — Адриана Агреста.  — Браво, а теперь, кто у нас Адриан Агрест, Вайзз?  — Ну, Кот Нуар, напарник ЛедиБаг.  — Верно, а в кого он влюблён?  — В ЛедиБаг, — пожал плечами Дуусу.  — Да, которая его постоянно динамит, а всё из-за того, что она, как Маринетт, безответно любит Адриана, который не замечает её как девушку, потому что он безума от ЛедиБаг, — подытожил Нурру.  — Твою ж акуму, мой сын — идиот, кого я вырастил? — застонал Габри, под дикий ржач смех остальных.  — Что делать-то будет с этими кретинами? — спросил Енри. И получил хоровое: «Сводить!»  — Пять лет, — вдруг сообщил Габри.  — Ты нам ставишь временные рамки? Да брось, за неделю справимся, — уверенно ответил Вайзз.  — Нет, через пять лет я хочу стать дедушкой, — усмехаясь, ответил Габри.  — Солидные планы, а уверен, что выйдет? — усмехнулся в ответ Енри.  — Еще час назад я был уверен, что мой сын — воплощение вежливости и послушания. Теперь я не в чем не уверен, — признался Агрест. Енрике похлопал его по плечу, даря молчаливую поддержку.