Sugar Baby

      Иду по ночному городу с очередной работы. Весь вымотанный, больше даже морально, чем физически. Дома, как всегда, меня никто не ждет. Нет, я живу не один, но после смерти матери, отец всегда где-то пропадает, либо пьянствует у себя в комнате и долго не выходит оттуда. Я не виню его за это, прекрасно понимая чувства, которые он испытывает. Потерять дорогого тебе человека — значит, испытать самое худшее, что есть на свете. Я тоже это пережил, пусть даже не знал своей матери; отец говорил, что она умерла после родов, но все равно я люблю её всем сердцем.       Чон Джунг, так звали мою маму. Джунг означает любовь. Когда мне особенно грустно, я прихожу к ней на могилу, приношу её любимые цветы - лилии. Она любила эти цветы так же сильно, как и моего отца, так же сильно бы любила и меня, если бы только не умерла и была со мной рядом. Иногда мне кажется, что душой она всегда здесь, что дает мне какое-то спокойствие, а на душе сразу становится лучше. Как ни странно, возле ее могилы всегда было ухожено и прибрано, я даже пару раз видел букеты дорогих цветов. Вряд ли сюда приходил мой папа, он не смог бы: для него это слишком тяжело. Не знаю почему, но он винит во всем себя. На вопросы о родственниках матери, близких друзьях просто отмалчивается или переводит тему.       Я любил смотреть старые фотографии, на которых мои родители были еще молоды. Мама была очень красивой, по нежной улыбке на снимке можно было понять, что у неё была светлая душа. Чего не скажешь обо мне, я не такой красивый, и совсем не похож, видимо, пошел в отца. Уродом меня тоже назвать нельзя, но помню, что в начальной школе все же имели место издевки со стороны «любимых» одноклассников. Время прошло, всё поменялось. Я начал ходить в тренажерный зал, чтобы привести себя форму. Два года, по желанию отца, ходил на борьбу, но успехом это не закончилось, я понял, что это не моё.       Из-за мыслей в голове, я и не заметил, как подошел к своему дому. Быстро переодевшись, пошёл на кухню, дабы перекусить. К моему удивлению (нет), холодильник был пуст. На столе валялись бутылки, мусор, стояли чашки из-под кофе. Убрав всё в мусорное ведро, и помыв посуду, я заварил себе горячего чая, чтобы хоть как-то утихомирить свой голод.       Минут через пятнадцать, после того как я допил чай, единственным моим желанием на данный момент было завалиться на кровать и уснуть. Но для начала душ, просто хотелось смыть этот день. Включив горячую воду и ополаскивая себя, я принялся намыливать голову, а затем своё тело. Как только пришло время смывать всё с себя, вода тут же прекратила течь. Отлично. А потом почти на всю квартиру «ГОСПОДИ, Я ЧТО ЗАБЫЛ ЗАПЛАТИТЬ ЗА ВОДУ, ЗА ЧТО?!». Я покрутил переключатели, и на меня полилась леденющая вода. А, всё нормально, просто горячую воду отключили, бывает.       Смыв быстро с себя всю пену, я укутался местами дырявым, но все ещё теплым халатом. Как только я оказался в своей комнате, сразу же повалился на кровать, пытаясь уснуть. Для меня этот день подошел к концу.       Так думал я, но не мой телефон, который разрывался раздражающей мелодией уже как минуты две. Нужно не забыть сменить мелодию. А ещё лучше поставить на беззвучный режим. Ах, да, мне звонят. Взяв в руки телефон, я увидел кто мне звонит, «Чимин-и». Пак Чимин — мой лучший и единственный друг. Ну, кто бы сомневался.       — Хёёёёёён, ты здесь? — слишком писклявый и громкий голос прорезался из трубки, почти оглушая меня.       — Нет, я на островах, только давай быстрее говори, потому что мне надо ещё крокодилов покормить, — пытался пошутить, как всегда «удачно».       — ОЙ, смешно, ща умру, — безразлично сказал, и продолжил, — Гуки, ты чего трубку-то не берешь?       — Чимин, ты же знаешь, что я сегодня был на работе, и только недавно пришел с неё. Я отдыхаю.       — Ты устал? — уже более спокойным голосом проговорил Чим.       — А ты как думаешь? Конечно. И я как бы пытаюсь отдохнуть, но …       — Хорошо, — не дал мне даже закончить фразу, что за манеры? В смысле хорошо? И через секунду добавляет веселое, — одевайся!       — ЧТО?! Куда? Я тут отдыхать пытаюсь, Чимин, алло! — начал уже возмущаться такому поведению друга.       — Мы идем в клуб! Там и отдохнем. Новый открылся, ооочень крутой и элитный! — кричал почти что в трубку на эмоциях ПакхорошийдругЧимин.       — А мы там что забыли? — с насмешкой говорю я.       — Ну чего ты, это же теперь самый популярный клуб, «Sugar Baby» называется, там так классно и вовсе не дорого все стоит. Сможем хорошо отдохнуть, вспомни, когда мы в последний раз тусили, а? — на жалость значит давим, ага.       — А ты откуда знаешь? — с неким интересом спрашиваю, все-таки я слышал об этом клубе, и там тусуются далеко не дружелюбные и простые люди.       — Аа… ну… — начал запинаться Чимин. — Мне говорили! Ну, хёёён, ну пожалуйста, — с мольбой снова начал свою балладу.       — Хорошо, Чим, но это в последний раз, когда я соглашаюсь на твою авантюру, — я издал легкий смешок и прикрыл глаза, всё же мне стоит немного развеяться, слишком давят эти стены.       — Ваа! Хён, я тебя обожаю! Через полчаса встретимся на нашем месте! Всё, давай, — скинул вызов.       — Что?! Полчаса, серьёзно? — аааа, куда-то в пустоту прокричав, плюхнулся лицом на диван.       И всё же вечер обещает быть интересным…