Dawn

Диппер сидел на кровати с книгой в руках. Он уже давно не вникал в смысл текста, но продолжал перелистывать страницы. Вскоре это бесполезное занятие ему наскучило, он откинул книгу, встал и начал ходить по комнате. Сегодня был долгожданный день - это был день, когда Мэйбл должна была приехать домой. Какое-то непонятное волнение засело внутри занозой, и он никак не мог от этого избавиться. Он думал, что будет дальше. Конечно, потом он начнёт как следует прислушиваться к эмоциям своей сестры, и, если понадобиться, улавливать маленькие скрытные "сигналы тревоги". Все-таки он считал, что в произошедшем была его вина. От переполняемых эмоций и мучительного ожидания вкупе хотелось лезть на стену. Напряжение возрастало. Диппер заметил, что уже несколько минут ходит по комнате кругами. И всё таки, что тогда произошло? Как Мэйбл могла сломать ребра человеку, который был на две головы выше неё? Это был адреналин, который делал способности человека поистине безграничными, или состояние аффекта? Но в это что-то особо не верилось. Ему казалось, что если копнуть глубже, то можно найти другую причину. Врачи говорили, что Мэйбл ничего не помнит с того момента, как тот изверг повалил её на кровать. Почему он копается в деталях и мелочах? Самое главное, что его сестра жива и, пусть и частично, здорова. Но, все таки, он просто хотел знать. Из раздумий его вырвал звук шин приближающегося автомобиля. Затаив дыхание, он подбежал к окну. "Машина родителей!" Он спустился в гостиную и уже ждал их у входной двери. Услышав шорохи и голоса за дверью, он в радостном возбуждении сам открыл дверь и увидел перед собой удивленных родителей и Мэйбл. Первая мысль - она изменилась. Она явно изменилась с того самого момента, как они виделись. Обзавелась парой синяков от недосыпа, похудела и осунулась. Создавалось ясное и непреодолимое ощущение того, будто её там пытали и морили голодом, а не лечили. Хотя, может быть, дело было в ней. Девушка кинулась в объятия брата без лишних слов. Все это напоминало ей сон. Будто сейчас все вокруг исчезнет, она опять окажется в своей одинокой палате и проснётся посреди ночи, все остальное время думая о доме. Если это был сон, то сейчас она готова была заплатить любую цену за ложную реальность, лишь бы остаться. -Я так скучала, Диппер. -Я тоже. -Эй, дети, вы нам проход загородили! - без злости в голосе сказал мистер Пайнс. -Извини, пап. Теперь они обнялись все вместе. Семья Пайнсов вновь воссоединилась, родители были рады не меньше, чем дети. Наверное, благодаря таким редким, но безусловно ценным и трогательным моментам их семья остаётся дружной, где каждый готов помочь и понять. По крайней мере, так думал Диппер. -Дети, поднимайтесь к себе в комнаты, пока мы с папой будем готовить праздничный ужин. Диппер, помоги сестре донести сумку. Близнецы кивнули и ринулись к лестнице. Диппер взял сумку с вещами и поволок наверх. Вокруг витала уютная и теплая атмосфера, несмотря на воющий ветер и холод за окном. На душе Мэйбл было легко и радостно. Казалось, что в доме все осталось неизменным с её последнего пребывания здесь. Предметы будто замерли в её ожидании, даже тот самый особый запах дома не изменился и все также висел в воздухе. Она коснулась старых перил - они были все в тех-же мелких царапинках, которые можно ощутить рукой. Все было до невозможности знакомым и таким родным, что она бы простояла здесь ещё целую вечность. -Ты здесь ещё долго будешь стоять? - с улыбкой сказал ей брат, который был уже где-то на пять-шесть ступенек по лестнице выше неё. -Я уже иду. - растерянно ответила Мэйбл. В её комнате не изменилось равным счётом ничего. Все лежало на своих местах. Книги на полках стояли всё в том же порядке. На кровати сидел старый розовый игрушечный заяц. Когда она была маленькая, ей казалось, что этот заяц не игрушка. Она была уверена, что этот розовый комок плюша оживал по ночам и в зловещей тишине бродил по её комнате с большим кухонным ножом в лапах, выжидая момента, чтобы напасть. Детское воображение играло с Мэйбл в злую шутку. Она истерически плакала, когда просыпалась ночью от этих самых якобы "звуков". Сейчас же, вспоминая всё-это, она только хихикнула. -Как ты себя чувствуешь? - спросил Диппер, кладя сумку с вещами на кровать девушки. -Прекрасно. -Выглядишь немного неважно. -Ты бы выглядел лучше? - с улыбкой сказала Мэйбл. -Прости. Я просто очень волнуюсь. -Вот и зря, глупый братец! - с веселым смехом ответила Мэйбл, потрепав брата по волосам. -А теперь, мсье, не сочтите за грубость, но вам придётся выйти, так как вашей драгоценной сестре необходимо разложить вещи и освоиться! - и с этими словами Пайнс младшая вытолкала Диппера за дверь своей комнаты. -Ну ладно, если что-нибудь понадобиться, зови. -Непременно! И она закрыла дверь. Ей действительно нужно побыть одной и все обдумать. Она открыла сумку и из потайного внутреннего кармана вытащила книгу. Мэйбл положила её в ящик стола. Что, если Сайфер снова к ней заявится? Что, если её опять примут за психа? Она опять разочарует всех и станет позором семьи. Да, пожалуй, это волновало её больше всего. -С возвращением, Звёздочка. Нравится книга? Этот бархатный голос, который не вызывал у неё ни капли симпатии ударил ножом в спину. Девушка вздрогнула, и страх снова засел в её горле. Вспомни солнце, вот и луч... -Пожалуйста, уходи. Это единственные слова, которые она смогла выговорить. А потом что-то в ней щелкнуло. Она сразу же вспомнила, как обещала себе быть сильной. А сильные люди никогда не прячутся от своих страхов, а, наоборот, смотрят им в глаза. И Мэйбл оборачивается, чтобы посмотреть своему собственному страху в глаза. Сайфер в человеческом обличии сидел на подоконнике и с улыбкой смотрел на неё. И весь страх куда-то испарился. Пайнс поняла, что больше не боится его. -Я сказала, уходи. -Какие мы смелые и самоуверенные, надо же. Неужели, я растерял всю свою мощь? -Я не знаю, что ты там растерял, но если ты отсюда не уберёшься, Сайфер... -Я уйду, Звёздочка. Уйду добровольно, чтобы ты не думала, что угрозы маленькой 16-летней девочки могут напугать демона разума. Я убивал. Убивал целые галактики и миры. И мне без сомнения не составит труда убить ваш. Но, ты должна знать, Мэйбл Пайнс, что даже если везде будет разруха, ваш мир будет жить. Просто потому что он особенный. От услышанных слов у девушки задрожали коленки, и она не знала, что ответить. Чего он хочет добиться этими словами? Хочет самоутвердиться за счёт людской слабости? Зачем он вообще ей это говорит? И почему именно ей? И главное - что особенного в их мире? Что особенного в их мире, в котором нет летающих каменных дворцов и многоглазых чудищ? Слишком много вопросов, ни на один из которых нет ответа. И внезапно Мэйбл поняла, что в комнате теперь никого нет. Может быть, Сайфера здесь и не было, а это была её галлюцинация? Что, если она и вправду сошла с ума? -Мэйбл, дорогая, скоро будет ужин! Приводи себя в порядок и спускайся к половине шестого. - услышала она голос мамы за дверью. -Хорошо, мам! - с пересохшим горлом ответила девушка. В Калифорнии начинало садится солнце, покрывая декабрьское небо тёмно-синим бархатом.