Наваждение

Король лесного царства Трандуил прибыл в Ривенделл, к владыке этого дивного края - Элронду. Он приехал по случаю рождения первенца у дочери Элронда - Арвен. Давно не было у них случая свидеться, поэтому не один час провели они в дивных садах Ривенделла, делясь новостями и обсуждая назревавшие проблемы. Трандуил всегда любил этот удивительный край. Невообразимым спокойствием веяло здесь от каждого деревца, ароматы цветов сладко дурманили разум, а тихий плеск воды помогал забыть обо всех горестях и печалях. Во всем своем великолепии стояла теплая весна. Хоть день уже и начинал медленно клониться к вечеру, это лишь усиливало красоту здешней природы. Горизонт окрасился золотисто-красными красками, а небо было чистым и синим. Два великих эльфа расположились на террасе, с которой открывался восхитительный вид на реку. Элронд отозвал всех слуг и музыкантов и сам разлил по кубкам свое лучшее вино. Трандуил не садился, он не мог налюбоваться всеми красотами этого места. У себя в Лихолесье он чувствовал себя более чем хорошо, но сдержанный облик родного леса не шел ни в какое сравнение с этим местом. Он упивался благодатью, которая даровалась каждому, кому посчастливилось оказаться во владениях Элронда. Вдыхая теплый весенний воздух, Трандуил не заметил, как к нему обратился лорд. - Ты каждый раз будто бы заново открываешь это место. Из-за этого нам никогда не удается толком поговорить. Твои глаза обращены на сады и деревья, а не на меня. Трандуил решил промолчать, он лишь чуть мотнул головой, но и он сам не знал, что сей жест означает. А знал он одно – Элронд говорит не обо всем, что у него на сердце. Он видел в его серых глазах немой вопрос, который он ни разу так и не задал Трандуилу. - И слава Эру! - уже вслух произнес он, и тут же осекся. Элронд поднял голову - О чем ты? - Я думал о том, как хорошо, что столь милое сердцу место под твоей защитой. Твоими стараниями здесь все пропитано счастьем. Владыка Ривенделла кивнул в знак благодарности и жестом пригласил сесть лихолесского короля, наливая ему вина. После первого глотка Элронд взглянул на собеседника. Тот был воплощением самой гордости и величия: высоко поднятая голова, прямая спина, взгляд, от которого холодело сердце и... ирония. В его улыбке было что-то такое, что не давало вам понять наверняка – серьезен король, или в душе он смеется над вами. Именно такой улыбкой он сейчас и одаривал Элронда. Чуть склоненная вбок голова, загадочный взор, который туманил разум даже такому могущественному эльфу, как владыка Элронд. Невообразимо мучительно было смотреть, как лесной эльф берет кубок своими длинными, мужественными пальцами, как прикасается к нему губами, как сжимает их после каждого глотка, как едва заметно двигается его кадык. Самым мучительным было то, что Трандуил замечал каждое нервное движение Элронда и лишь изощреннее издевался над ним. Капельку вина, скатившуюся по его губе, он поймал пальцем, а палец этот надолго прижал к губам. Правитель Ривенделла не мог больше выносить эту пытку, и хотел уже было заговорить, но и теперь его опередил Трандуил. - Тебе нужно выйти к гостям, зачем ты спрятался здесь? - Я хотел поговорить с тобой о... - Брось, вся жизнь впереди, успеем мы еще наговориться! – Прервав Элронда, выпалил Трандуил и встал из-за стола. - Я хочу послушать песни. Говорят, твой Линдир настоящий искусник. Хочу, и точка. Пойдем! Спустя несколько минут эльфы вышли к гостям. Прелестная Арвен светилась счастьем, гости умилялись малышу. Элронд хранил молчание, и лишь наблюдал, как его гость кружил среди других приглашенных, иногда подпевал певцам и особенно много внимания уделял Линдиру. Молодой и прекрасный эльф был польщен, он то и дело опускал глаза и лишь часто кивал, будто в знак благодарности. Когда в очередной раз Трандуил склонился к нему и что-то зашептал, едва ли не касаясь губами эльфийского уха, Элронд почувствовал, как на него обрушиваются своды его замка. Лесной король издевается над ним! Он все понимает, но упорно не желает слушать ненужных ему слов. Вместо этого он показывает, насколько ему безразличен Элронд. После окончания очередной песни владыка Ривенделла удалился в свои покои. *** *** *** Утро не принесло успокоения душе Элронда. Он искал Линдира, чтобы отправить его с поручением, но нигде не мог найти. Встреченный им гость с заговорщической улыбкой сообщил, что видел, как эльф заходил в покои, отведенные для Трандуила. Было это ранним утром, и с тех пор он уже, конечно, покинул комнату лесного короля. Сердце владыки запылало яростной ревностью. Как смеет он, будучи в гостях, вести себя столь вызывающе. Пусть он король, но он не у себя дома, это неслыханно! Остановившись у комнаты Трандуила, он несколько минут размышлял. Выставить себя глупцом? Дать Трандуилу еще один повод для насмешек? Нет... но он должен отомстить за свою попранную гордость. Велев страже отойти, он рванул дверь и оказался в царстве Трандуила. Даже будучи здесь одну ночь он превратил эту комнату в свой маленький дворец. Чудный аромат весенней свежести разливался повсюду. Из смежной комнаты, где была обустроена маленькая баня, вышел сам лихолесский владыка, на ходу застегивая камзол. Он бросил на Элронда удивленный взгляд, хотя и этот взгляд показался Элронду насмешкой. Правитель Ривенделла был столь ошарашен, что не сразу заметил Линдира, сидящего в углу и перебирающего струны арфы. Голова его была опущена, а пальцы, казалось, чуть подрагивали. - Выйди, Линдир, - властно приказал Элронд, даже не взглянув на него. Юноша, по-прежнему не поднимая головы, отставил арфу и молча вышел. Трандуил наблюдал всю эту картину с нескрываемой ухмылкой, красивым гребнем расчесывая волосы. - Как смеешь ты! Он тебе не мальчик для утех! Только не в моем доме, - Элронд не пытался сдержать рвущуюся наружу ярость. Лицо его исказила злоба, и он готов был уже броситься с кулаками на Трандуила, как тот поднял ладонь. - Не понимаю о чем ты, - начал он, - я попросил его сыграть и спеть мне, пока я принимаю ванну. Не знаю, что нашептало тебе твое воспаленное воображение, но даже не смей высказывать свои гадкие мысли вслух. С этим словами он встал и, пройдя мимо Элронда, вышел на балкон. Лорд пошел за ним, терзаемый противоречивыми чувствами. Он не мог молчать, но он знал, что если хоть слово слетит с его губ, обратного пути не будет. И, вполне вероятно, между ними разверзнется пропасть. - Я знаю, что в конце этого разговора буду жалеть, что открыл рот, но больше так не могу, Трандуил. Все это становится для меня невыносимым. Лесной эльф резко повернулся, будто не понимая, о чем ведет речь Элронд. Он прислонился к балконному парапету и, скрестив руки на груди, кивнул, будто позволяя говорить. - Ты помнишь наш первый совместный военный поход? Трандуил медленно кивнул, еще не понимая, к чему ведет владыка. -Победа оказалась на нашей стороне, но ты был ранен. Я грел тебя у костра, пытался облегчить боль, вылечить. Ты лежал у меня на коленях, свет постепенно гас в твоих глазах, и я поклялся, что сделаю все, чтобы ты встал на ноги. Все обошлось, и ты, в знак благодарности подарил мне брошь своего отца. Элронд отогнул край плаща, и на внутренней стороне, там, где было его сердце, Трандуил увидел брошь, уже давно забытую им. Он плотнее сжал руки на груди. -Потом мы долгое время не виделись, - продолжил рассказ Элронд.- Ты, вероятно, и думать забыл, а я помнил. Помнил твой смех, раньше он был не такой редкостью, как сейчас. Помнил твои песни, твой голос, даже каждое выражение твоего лица отпечаталось у меня в сознании. Я бы мог придумать тысячи эпитетов только к одним твоим глазам. Но твои глаза обращены куда угодно, но только не на меня… Я знаю, я не имею права ничего требовать, да даже надеяться не имею права, и все же, я не могу выкинуть из памяти того юношу, которого видел у реки, при рассветном сиянии, стоящего по пояс в воде и задорно улыбающегося мне, стоящему на берегу. Меня считают мудрым, разумным, но как бы все были разочарованы, узнав, что я потерял волю, когда увидел твои бедра. Ты ввергаешь меня в такое отчаяние, что я с каждым днем все чаще думаю о речном потоке, уносящем мое измученное тело. Я позволяю тебе издеваться над своей душой, позволяю резать сердце, я просто безволен, когда на меня обращен твой ледяной взор. Трандуил едва заметно опустил голову, и плотнее прижал к себе руки, и Элронд не заметил, до какого напряжения он сжал кулаки. -И ведь ты, - отвернувшийся было Элронд, снова посмотрел в лицо лесному правителю, - Ты никогда не покоришься. Будешь терзать мою душу, но никогда не подаришь ни одной искренней улыбки, ни теплого слова. Боюсь подумать, как сейчас ты упиваешься внутри своим успехом. Я – раздавлен и унижен, хоть и сам к этому стремился, а ты переполнен своими эгоистическими чувствами. О небеса, Трандуил, часть моего сердца, которая еще сопротивляется, переполнена ядовитой ненавистью к тебе! В три быстрых шага Трандуил преодолел расстояние между ними и пригвоздил Элронда к стене дворца. -Чего ты хочешь добиться своими речами? – его голос дрожал, а в глазах играл недобрый огонек.- Что мне нужно сказать тебе? Неужто ты думаешь, что я не помню всего этого, неужто думаешь, что я не замечал твоих взглядов!? Зачем сейчас мне говорить все это! Я не хочу слышать ни слова! -Я.. -Молчи! -Люблю.., - взгляд Элронда блуждал по лицу Трандуила в поисках ответа. -Не смей мне говорить этого! -Люблю тебя! И пусть после этого мы никогда больше не увидимся, но мой голос будет неотступно следовать за тобой. Я никогда тебя не смогу забыть. -Ты помнишь призрака! Это прошлое, в этом нет никакого смысла. Вместо ответа Элронд приложил ладонь эльфа к своей груди. Сердце выбивало дробь, и наверняка, причиняло Элронду боль. Трандуил опустил голову, словно что-то обдумывая. Он видел и слышал крик Элронда, который звал на помощь к раненому Трандуилу. Видел, тот яркий и теплый костер, над которым ему грели руки. Видел то озеро, в которое Элронд так и не зашел, зато ждал его на берегу, а потом согревал. Видел все его взгляды и муки, которые ему причиняло поведение лихолесского правителя. Когда он вновь поднял голову, Элронд стоял, прикрыв глаза. Лицо его разгладилось, будто ему стало легче, после того, как он выговорился. Сиюминутный порыв решил за Трандуила. Коснувшись ладонью щеки друга, он неспешно потянулся к губам, и, накрыв их своими, застыл на несколько секунд. От неожиданности, у Элронда перехватило дыхание, но, справившись с собой, он притянул Трандуила к себе за талию, и тоже замер, впитывая вкус губ, которые вряд ли еще когда-нибудь ощутит. Оба чувствовали, что разговор помог им, и мучительная неясность больше не будет для них преградой. Когда Элронд откинул голову, отстранившись от губ Трандуила, и прижался затылком к холодной стене дворца, лесной эльф уже по своей инициативе потянулся обратно, короткими резкими поцелуями покрывая губы владыки. Он не знал, что это – какая-то благодарность, или желание самого Трандуила, он просто давал себе быть счастливым хоть несколько минут. Ощутив язык короля у себя во рту у него подкосились ноги, но и сейчас он справился. Его душу наконец переполняло тепло. Стоял теплый весенний день, на балконе своего замка владыка Ривенделла обнимал того, кто мог заменить ему всю благодать этого мира.