These arms are yours to hold

Весна

– Она ведь смотрит на тебя, ты в курсе? – Я знаю. – Так, ты не собираешься подойти к ней или что-то в этом роде? – И с чего бы это? – спрашивает Лорен у Нормани (но больше похоже, что кричит на нее через звуки музыки, которые вырываются из стерео-системы) с беззаботным подергиванием одного плеча и самодовольной ухмылкой на ее красных губах. – Может быть, потому что— – Я имею в виду, она ничем не отличается от остальных, – перебивает Лорен, смотря на девушку рядом. – Она такая же, как и все люди, с которыми я целовалась, – заканчивает зеленоглазая, блестя своей лучшей подруге хорошо известным наглым оскалом. Нормани — темная кожа, красивые карие глаза и яркая улыбка — только фыркает и закатывает глаза, потому что, да, в каком-то смысле она ожидала, что что-то такое покинет рот Лорен. Потому что лучшая подруга Нормани, Лорен Хурэги , более известна, как та, у кого не появляются чувства. Та же самая Лорен Хурэги, которая не целуется с кем-нибудь более, чем два раза в разное время, потому что третий раз это уже какое-то проклятие, (как утверждает сама Лорен), и та же самая Лорен Хурэги, которая может получить буквально любого, кого хочет с помощью одно простого прикосновения в правильном месте или флиртующей ухмылочки в нужное время. Лучшая подруга Нормани, Лорен Хурэги, - та, кто не знает любви только потому, что сама этого не хочет. – Верно, – признает Нормани, бросая взгляд на девушку, которая все еще смотрит на Лорен своими большими и выжидающими глазами. – Ну, а я подумала, что она другая, знаешь? – безразлично говорит темнокожая. – Я имею в виду, ты же на прошлой неделе совсем не жаловалась о том, как она все еще не позволила тебе потрогать ее за задницу… – Я не жаловалась! – прерывает Лорен, ее глаза в ужасе расширяются, потому что она могла бы сказать что-нибудь такое. Действительно могла. – Ну, и я о том же, – смеется Нормани, хотя ее голос, пропитанный сарказмом, дает Лорен понять, что она и правда говорила об этом, будучи в своем пьяном состоянии, когда они возвращались домой на прошлой неделе. Возможно, Лорен и сказала это, но честно говоря, она думала, что спит, потому что она даже не была настолько пьяна. Между ними следует тишина, и Лорен испускает вздох, пытаясь увидеть того, кто будет ее развлечением на сегодня. С напитком в руке, Лорен ухмыляется, видя высокого парня, наблюдающего за ней в одном из уголков уютной комнаты, в которой проходит эта вечеринка, и она уже знает, что ее выбор пал на него.

•

Оказывается, что тот парень, которого ранее увидела Лорен, не очень-то хорошо целуется, поэтому она оставляет его уже через десять минут. Вообще-то, она возвращается из ванной (таково было ее оправдание, что бы уйти от него), когда снова находит Нормани, прислоняющуюся к той же стене что и до этого. – А знаешь, она милая, – кричит Нормани, когда Лорен, наконец, достигает ее. – Кто милая? – спрашивает Лорен, пока Нормани предлагает зеленоглазой свою выпивку. – Камила. Она действительно милая, – уточняет темнокожая, получив непонимающий взгляд от брюнетки рядом с ней. – Мани, мне действительно плевать, – отвечает Лорен с хрипотой в сухом смешке, взгляд перемещаются посмотреть как парень, с которым она была ранее, подмигивает ей. Она закатывает глаза. – Просто хочу сказать, что я дружу с ее лучшей подругой, Дайной, – вновь начинает Нормани, не заботясь заинтересована ли Лорен или нет. – И если ты когда-нибудь захочешь, ну не знаю, поговорить с ней или еще что-нибудь, я могла бы это устроить, – продолжает кареглазая, наблюдая, как Лорен снова переходит в свое "тусовочное настроение", включает свой флирт и улыбается одной из многочисленных девушек, танцующих на другой стороне комнаты. Нормани раздраженно фыркает. Типичная Лорен. – Как скоро приедет та девчонка, которая тебе нравится? – спрашивает Лорен вместо ответа, забывая то, о чем говорила ей Нормани, потому что она слишком занята, пытаясь удерживать свой взгляд на сексуальной девушке на танцполе. Нормани несколько секунд озадаченно глядит на нее и прокашливается. Лорен определенно не заинтересована в Камиле, думает Нормани, или Лорен просто действительно хорошо притворяется. – Она будет здесь в любую секунду, – отвечает Нормани, отворачиваясь от Лорен и помахивая Дайне, когда они встречаются взглядами. Когда глаза Нормани спускаются на Камилу — которая жалобно сидит на одном из диванов с красным стаканчиком в руке и смотрит на Лорен —, она, в какой-то степени, чувствует жалость к ней. Лорен знает (или, по крайней мере, Нормани думает, что она знает) о том, что Камила запала на нее, и ее блестящая лучшая подруга воспользовалась этим той ночью и решила поцеловать Камилу. И вот, поглядите, почему Нормани (все еще) думает, что Камила другая: Первый раз был для них, как и все другие. Лорен нашла Камилу, блеснула ей флиртующей улыбочкой и девушка была вся ее. Но в их второй раз, выпив пару стаканов алкоголя, Лорен пошла прямо к Камиле (в буквальном смысле), схватила ее за руку, толкнула к стене и начала целовать. Как и ожидалось, Камила не жаловалась. (– Какого, блять, черта ты творила, Лорен? – А что? Она довольно горяча, и я хотела поцеловать ее.) Выходит так, что Лорен и Камила остаются целоваться у стены всю ночь (даже когда вечеринка заканчивается), и если быть предельно честной, Нормани никогда не видела, чтобы Лорен с кем-нибудь делала что-то подобное. Нет, серьезно, никогда. Лорен, большую часть времени, ходит от одной девчонки к другой (иногда и к парням тоже), поэтому Нормани думает, что Камила другая. Судя по всему, она ошибается. – Отлично, потому, что, как только она явится, я ухожу, – говорит Лорен Нормани, не отводя взгляд от девушки, которая привлекла ее внимание. Нормани снова закатывает глаза, когда видит, как Лорен чувственно проводит языком по своей нижней губе. Затем что-то привлекает ее внимание, и Нормани находит пару светло-карих глаз в толпе, которые уже глядят на нее. Всего за пару секунд, ее сердце делает сальто и тарабанит в ее груди, и эй, Нормани неожиданно должна идти. – Она здесь. – Круто, увидимся, – бормочет Лорен, выпивая остатки напитка Нормани и покачивая своими бедрами, уходя к девушке, с флиртующей ухмылкой, приподнимающей ее губы.

•

Лорен не знает, что Камила сделала с ней, но неожиданно кажется, будто по сравнению с ней все остальные целуются просто ужасно. И это чертовски отстойно, потому, что, гляньте, девушка, которую она сейчас целует, очень горяча, но, черт возьми, она не Камила.

•

Еще одна субботняя ночь, и Лорен немного пьяна. Вообще-то, она супер пьяна. Она на танцполе, медленно пристроившись напротив незнакомого тела и изо всех своих сил пытаясь следовать ритму песни, пока также пытается не упасть на задницу. Она вспотела, ей жарко, а руки, которые трогают ее мягкие и приветливые, поэтому Лорен не думает дважды, прежде чем бубнит, – Пойдем наверх, – напротив ее уха. Девушка кивает, и Лорен торжествующе ухмыляется, потому что она пьяная и возбужденная, и серьезно, самое время, чтобы жить. Так что, она пробирается сквозь толпу, крепко держа руку девушки, и пытается забыть пару карих глаз, которые она ловит, глядящими на нее, пока она поднимается по лестнице.

•

Глаза Камилы. Это все о чем может думать Лорен, пока позволяет этой незнакомке прикасаться к себе.

•

Позже, той же ночью, Лорен находит Камилу на кухне — погодите-ка, почему, черт возьми, ее сердце бьется так быстро? Камила наливает себе выпить, и как только появляется Лорен, она проливает немного алкоголя на стойку. Зеленоглазая нахально ухмыляется и чувствует пару губ на своей шее, пока глядит на то, как Камила перестает заниматься своими делами и с широко раскрытыми глазами смотрит на нее и девушку, которая целует Лорен. Так что Лорен толкает девчонку, с которой у нее только что был секс, к той же стойке, у которой стоит Камила, и целует ее глубже, не сводя свои яркие зеленые глаза с маленькой девушки, стоящей на другом конце комнаты. Щеки Камилы становятся ярко красными, и Лорен ухмыляется ей. А сейчас, Лорен просто ищет реакцию, ясно? Типа, быть может, Камила ухмыльнется ей в ответ, (прикусив нижнюю губу, потому что это было бы горячо и круто) или, возможно, Камила тихонечко скажет ей, что будет ждать ее на танцполе, или что-нибудь схожее с этим, но Лорен никогда не думала, что Камила уйдет, не сказав ни слова, с новым напитком в ее руках. (А еще Лорен никогда не думала, что будет чувствовать себя ужасно из-за того, что целовала кого-то другого на виду у Камилы.)

•

Неким образом на протяжении недели, Лорен думает о разочарованных теплых карих глазах, и она не может вынести этого.

•

Обычно, пятничные вечера точно такие же, как и субботние, но эта пятница не такая как другие: Лорен не выпила ни капли спиртного. И мягко говоря, Нормани удивлена. Лорен стоит у стены (как и обычно), просто качая своей головой под музыку, оглядываясь, пока неоновые огни танцуют во всей комнате, и избегая определенного дивана, где, как она знает, сидит определенная брюнетка. Нормани говорит что-то о том, что приехала девчонка, которая ей нравится, и Лорен просто угукает и улыбается, наблюдая, как ее лучшая подруга идет в сторону милой британки, с которой Нормани "вроде как встречается, но не очень". И вот, сейчас она одна, Лорен должна войти в свое "тусовочное настроение", но все ее намерения исчезают, когда она неохотно глядит на диван, которого так избегает, и видит знакомую брюнетку, целующуюся с девушкой. (Серьезно, что блять происходит, и почему, в этот раз, ее сердце колотиться так неприятно?) С девушкой, которая не Лорен, с девушкой, которую Лорен вроде хочет-ударить-прямо-в-лицо. Фырканье бежит в ее горло, и Лорен скрещивает свои руки, хмурясь и не сводя глаз с Камилы. Не то, чтобы она ожидала, что Камила будет пялиться на нее, как она делает всегда, вовсе нет. И не то чтобы она ревнует к девушке, верхом на которой сидит Камила, потому что, с чего бы Лорен ревновать, правда? Но Лорен ничего не может поделать с чувством грусти, потому, что сегодняшняя ночь должна быть как и все другие, и Камила должна смотреть на нее, как делает это всегда, и Камила не должна сидеть с закрытыми глазами, как будто она наслаждается поцелуем с кем то, кто не Лорен — воу. Просто, чтобы внести ясность, Лорен не ревнует. Или это то, что Лорен нравится говорить себе.

•

Лорен видит Камилу в университете, и она убедилась, что либо Камила игнорирует ее, либо она просто забыла о ее существовании. Это отстойно.

•

Следующей ночью Лорен оказывается в каком-то доме друга друга другого друга, и она выпивает. Она знает, что Камила где то поблизости (она уверена, что видела, как она пьет что-то с этой девчонкой Дайной), но Лорен избегает ее любыми способами, потому что она все еще немного зла на нее. Не то чтобы она когда-нибудь признает это, но Камила ранила ее гордость и эго, целуя кого-то другого и игнорируя ее. Она выпила не так уж и много, но ее мочевой пузырь вот-вот взорвется, поэтому, если Лорен в скором времени не найдет уборную, то вероятно пожалеет об этом. На втором этаже тишина, за исключением звуков секса, исходящих из одной из спален, (типично), и Лорен спотыкается дважды, прежде чем находит туалет. Лорен не стучится (потому что, она никогда этого не делает) и поспешно входит, расстегивая свои обтягивающие джинсы и подбегая к туалету. Вздох срывается с ее губ, пока она писает, и она закрывает свои глаза, и даже стонет с облегчением, когда завершает. – Эм, привет, – говорит голос и, твою же мать, Лорен знает, кому он принадлежит. – Что ты здесь делаешь? – высоким голосом спрашивает она, неловко приводя себя в порядок и пытаясь избегать зрительного контакта с девушкой. – Я мыла руки, а затем ты возникла из ниоткуда, – отвечает Камила, когда Лорен все же смотрит на нее, вытирая руки полотенцем и глядя на себя в зеркало. Она избегает взгляд Лорен, как иронично. Лорен прокашливается (она уверена, что краснеет) и в тишине моет свои руки, пока Камила начинает наносить блеск для губ. Она, вероятно, с кем-то целовалась. Проклятье, Лорен пялится на Камилу. Затем Камила глядит вверх и ловит Лорен, смотрящую на нее через отражение в зеркале, и сердце Лорен делает странную штуковину, пока ее живот сворачивается в узел. Но Камила тоже начинает пялиться на нее, и Лорен просто должна ухмыльнуться ей, потому что она – Лорен Хурэги и да, она оказывает такой эффект на людей. И знаете, если и есть такая вещь, которой Лорен гордится, так это тем, что она быстрая. То есть, действительно, блять, быстрая. Особое качество, которое приходит на помощь, когда Камила опирается на стойку, чтобы позволить ей пройти, и вместо этого, Лорен опускает свои руки на, так называемую, стойку и по обе стороны от бедер Камилы. Поначалу, кареглазая девушка выглядит удивленной, и она заметно сглатывает, когда Лорен делает шаг ближе. И затем еще один. Камила сжимает челюсти, когда их груди соприкасаются, и она задерживает дыхание, когда Лорен задевает своим носом ее. И уже тогда, когда Камила закрывает свои глаза, Лорен знает, что она полностью под ее контролем. Дыхание Камилы как призрак касается губ Лорен, и зеленоглазая почти стонет от мысли о поцелуе с ней, — губы Камилы действительно соблазнительные, понятно? Но Лорен никогда не признает это перед кем-либо (особенно перед Нормани), потому что ей будут бесконечно напоминать об этом — но губы Камилы едва задевают ее собственные, когда она чувствует руку на своей груди. И слушайте, обычно рука на ее груди, это что-то, что Лорен любит. Но она не особо любит, когда так называемая рука останавливает ее от того, чтобы зайти дальше, и останавливает ее от того, чтобы наконец-таки получить чертов "Камила-поцелуй". – Нет, – тихо хрипит Камила, не сводя глаз с Лорен. – Что значит "нет"? – усмехаясь спрашивает Лорен. Она Лорен, мать вашу, Хурэги, та же самая Лорен Хурэги, которой никто не говорит "нет". – Я не такая как все остальные, – мягко отвечает Камила, и прежде чем Лорен может моргнуть, она покидает уборную, оставляя Лорен одинокой и возбужденной.

•

– Видите ли, она "не такая как все остальные". Элли — олицетворенное солнышко, по словам Лорен — хихикает и весело прикрывает свой рот. – Почему ты все еще говоришь об этом? – спрашивает она, пока Лорен фыркает и хмуро смотрит на нее в ответ. Прошло две недели с инцидента в туалете, и Лорен все еще не пережила его. Элли и Нормани разделяют между собой взгляд, который Лорен не замечает (она слишком занята, будучи сердитой), и они ухмыляются друг другу, прежде чем Лорен отвечает. – Потому что! – громко восклицает она, хмурость на ее лице углубляется. – Никто, никогда раньше не говорил мне "нет", – вспоминает она, дерзко скрещивая руки на своей груди. – Это я та, кто говорит "нет", кем она вообще себя возомнила? – спрашивает она, немного слишком громко, слишком увлеченно. – И можно подумать мы не целовались две недели подряд, – для верности добавляет она. – Так что да, она, вообще-то, именно такая как и все остальные… – Лорен, прошло несколько недель, забудь об этом, – закатывает глаза Нормани, делает вид, что она устала от этой темы и начинает заплетать свои волосы. Но Нормани очень заинтересована в том, что должна сказать Лорен, потому что она наконец-то показывает какой-то интерес к Камиле. А Лорен, показывающая какой-то интерес к Камиле, – это ее мечта. – Ты видела ее с тех пор? – с интересом спрашивает Элли у Лорен, притворяясь, что глядит на что-то в своем журнале, который держит в руках. И Лорен чертовски любит Элли, потому что она всегда заинтересована в вещах, которые говорит Лорен. В отличие от Нормани. Элли всегда выводит Лорен на разговор и помогает разбираться с ее дерьмом. – Да, на другой вечеринке, где она просто целовалась с другой девчонкой, и я видела ее в университете, – продолжает Лорен, сидя рядом с Нормани на диване. – Она даже не взглянула на меня ни разу, – бормочет она, не подозревая, как разочарованно звучит. – Ну, твое эго пострадало, и что с того? – говорит ей Нормани, поворачиваясь, чтобы взглянуть на все-еще-нахмуренную-Лорен. – Ты ведь сама говорила себе, что она ничем не отличается от остальных, – напоминает она с подразнивающей улыбкой, едва заметной на ее губах. – Прекрати дуться, ведь тебе даже плевать на нее. Лорен фыркает, и затем она осознает, что она фыркнула, когда она не должна была фыркать, потому что фырканье значит, что ей на самом-то деле не все равно, так что да, Нормани права, и Лорен совершенно насрать на Камилу. – Ты права, – признает она с маленьким кивком, однако неизвестный рывок в ее сердце говорит ей, что она лжет всему миру (и самой себе). – Да и, наверное, она в тебе все равно даже не заинтересована, – добавляет Нормани, улыбаясь и мягко шлепая Лорен по ноге. – Хорошо, это уже как-то обидно, – серьезно отмечает Лорен, заставляя Элли хихикать. – Ты всего лишь хочешь потрогать Камилу за задницу, – просто и ясно издевается Нормани, начиная смеяться вместе с Элли, когда видит, как изменилось выражение лица Лорен. Хмурость на лице Лорен пропадает и заменяется прищуренным взглядом зеленых глаз и виноватой улыбкой. – Но разве можно меня винить?

•

Просто, чтобы уточнить, Лорен никогда и никому раньше не завидовала. Она наблюдает за вечеринкой, которая на данный момент разворачивается прямо перед ее зелеными глазами, и сырой вздох покидает ее губы. Нормани, вероятней всего, на танцполе, целуется с той британкой, с которой они "просто друзья", Элли на половину пьяная глупо танцует с этой Дайной (они что, каким-то образом знакомы?), а Лорен оставлена одна, скучающая и без друзей. Лорен выпила пару напитков и чувствует себя немного пьяной, когда смотрит туда, где находится Камила. Лорен испускает шумный вздох. Не то чтобы Лорен считает, но Камила целуется с этим уродливым парнем уже на протяжении примерно сорока минут, (сорок три минуты, если быть точным) и Лорен действительно завидует. Она завидует, потому что его ладони на том месте, где руки Лорен никогда не бывали. Она завидует, потому что он целует ту же пару губ, которую Лорен с удовольствием бы поцеловала снова, и она завидует, потому что Камила выглядит как одна из тех девушек, которые, прямо таки, действительно хороши в постели, и у него, вероятно, будет шанс проверить это. Последняя мысль разжигает что-то в груди Лорен, прежде чем она осознает это, она отбирает у кого-то из рук стакан и идет к дивану, где Камила и ее дружок все еще целуются (сорок семь минут, какого черта?) И все происходит как-то так: Лорен не виновата, что она спотыкается, так же, как и не виновата в том, что она случайно проливает выпивку на футболку и джинсы того парня, и она определенно не виновата, что Камила в тот же миг отстраняется от него, (наконец-таки) разрывая поцелуй. – О, Боже! – Чувиха, какого хера… – Мне так жаль, – неразборчиво говорит Лорен, наблюдая за тем, как он встает с дивана, и Камила следует его примеру. Лорен определенно не жаль. – Ты можешь быть осторожней в следующий раз? – срывается Камила на нее, когда парень направляется к ближайшей ванной комнате, после того, как кидает Лорен косой взгляд. Ладно, так, Камила умудряется быть милой, пока зла, да еще и горячей? То есть, Лорен не понимает этого. Это вообще возможно? Люди вообще способны на такое? – Подожди, Камз, – говорит Лорен, хватая Камилу за запястье, чтобы остановить ее. – Камила, – серьезно шипит кареглазая, выдергивая свою руку из хватки Лорен, и черт, это немного ранит. – Но "Камз" звучит милее, – ребячески говорит Лорен, неожиданно трезвея, когда Камила закатывает глаза, пока предательская улыбка приподнимает уголок ее губ. И Лорен действительно хочет поцеловать ее. Твою же мать, она и в правду хочет поцеловать ее снова. (Нет, серьезно, сердце, прекращай всю эту колотящуюся штуку.) – Ты закончила? – спрашивает Камила и оборачивает свои руки вокруг себя, по-максимуму избегая взгляда Лорен. – Нет, – говорит Лорен, подходя на шаг ближе, обрамляя лицо Камилы одной из своих ладоней, помещая вторую на поясницу Камилы, чтобы притянуть девушку к себе. И Лорен целует Камилу нежно и медленно. И Камила целует ее в ответ, также нежно, так же медленно. Поцелуй длиться лишь мгновенье, которое кажется вечностью, и Лорен хочет улыбнуться, потому что, черт, никто и понятия не имеет, как сильно она ждала этого, но улыбка, которая грозит приподнять ее губы, исчезает, когда Камила отстраняется, открывает глаза и глядит на нее. Глядит на нее, будто "глаза – зеркало души" и всякое такое дерьмо, которое заставляет Лорен чувствовать себя уязвимой. – Мне жаль, я должна идти, – шепчет кареглазая; дыхание все еще танцует на губах Лорен. И Лорен тоже жаль. Ей правда, правда жаль.

•

В следующий раз, Лорен находит Камилу на вечеринке, Камила одна, сидит на диване, как и всегда. Она ждет. Лорен тоже одна, прислоняется к стене, но она ничего не говорит и не делает. Она ждет. Камила тоже ничего не говорит и не делает. Лорен рано покидает вечеринку.

•••

Лето

Лорен уже на протяжении часа была на этой вечеринке в бассейне. К настоящему времени она увидела, как три разных человека упали в бассейн прямо в одежде, и это, наверное, самое интересное, что происходило здесь. Нормани в одном из уголков огромного двора, бесстыдно флиртует с той самой британкой, с которой она все еще "не встречается", а Элли единственная, кто сопровождает Лорен на этой "супер веселой" вечеринке в бассейне. – Привет, коротышка, – подходит нежный голос, заставляющий Элли хихикнуть и оглянуться на девушку, которая идет в их сторону. Девушка, которую Лорен принимает за Дайну (лучшую подругу Камилы), подходит к Элли и дарит ей теплые объятия, прежде чем она опускает взгляд на Лорен, которая сидит на одном из многочисленных лежаков вокруг бассейна. Если Дайна здесь, то и Камила должна быть здесь, верно? Лорен надеется на это. – Ты должно быть Лосер, – говорит Дайна с легкой улыбкой, предлагая ей руку, чтобы представиться. – Я Дайна Джейн. – Вообще-то, Лорен, – отвечает зеленоглазая, посылая ей недовольный взгляд, но все же пожимает руку Дайны, потому что эй, у Лорен есть манеры. – Ну, пусть будет Лосер, – смеется Дайна, радостно садясь на колени Элли. – Где Мани? – спрашивает она, оглядываясь по сторонам, но никому не удается ответить, потому что Дайна незамедлительно ловит Нормани, хихикающую над чем-то, что сказала ее подруга. – Почему я совершенно не удивлена? – смеется она, пока Элли борется с тем, чтобы удержать Дайну на коленях. – Ты знаешь эту британку? – спрашивает Лорен у девушки повыше, нахмурившись, пытаясь незаметно высмотреть кое-кого особенного. Элли борется с улыбкой, когда замечает, чем занята Лорен, и она решает поскорее выручить свою подругу, потому что, ну, Лорен отстойная, когда дело до такого. – Кого? Ванессу? Это моя девочка! – говорит Дайна — которая улыбается до ушей —, наблюдая, как англичанка берет руку Нормани и нежно целует обратную сторону ладони. – Вообще-то, я как бы горжусь их сведением, – добавляет она, глядя на Элли. – Да, Мани действительно счастлива с ней… – улыбаясь, останавливается Элли, не нуждаясь говорить что-то еще. – Ванесса тоже. Единственная проблема в том, что она болтает и болтает о Нормани, и в последнее время я подумываю просто заклеивать ей рот, чтобы заткнуть ее, – устало делится Дайна, но беззаботно закатывает глаза. Лорен находит себя смеющейся — то есть, прям искренно смеющейся — над этим, и она приходит к выводу, что Дайна ей нравится. Дайна кажется крутой, а Лорен нравятся крутые люди. Плюс, она, как бы, супер горячая. – Мани делает тоже самое. Это, в какой-то степени, отвратительно, – говорит со смешком Лорен, все еще выискивая знакомую брюнетку. – И не говори, – отвечает Дайна и делится улыбкой с Лорен. – Так, тогда она хороша для Мани? – заинтересованно спрашивает Лорен. А сейчас не поймите ее неправильно. Лорен счастлива, что Нормани нашла кого-то, но Лорен не будет доверять британке, пока она серьезно не поговорит с ней и не узнает ее истинные намерения. Нормани уже разбивали сердце раньше, и Лорен не хочет, чтобы она вновь проходила через что-то подобное. (Но честно сказать, Лорен не давала Ванессе шанс поговорить или даже просто сказать "привет", так что…) – Да, я думаю хороша, – просто отвечает Дайна, кивая головой. – Я тоже так считаю, – заверяет Элли, сжимая предплечье Лорен. Лорен кивает, доверяя Элли (и Дайне). – Хорошо, потому что я не хочу случайно сломать ей шею… – Ах… А у меня с этим проблема, – замечает Дайна с фальшивым вздохом. – Они обе мои подруги, поэтому мне бы не хотелось драться с кем-нибудь из них, когда они, наконец-то, решат дать имя своим отношениям, а потом расстанутся… – Вау, оптимистично. – Я имею в виду, я не такая как Мила, – продолжает Дайна, игнорируя комментарий Лорен. – Мила бы в два счета побила Мани… – она прерывается и хмурит брови. – Хотя, она бы точно проиграла. – Говоря о Миле, она придет, ДиДжей? – спрашивает Элли у Дайны, заставляя Лорен облегченно вздохнуть, потому что, верите или нет, но она набиралась храбрости, чтобы задать тот же вопрос. Видите? Вот почему Лорен любит Элли. Слава Богу, что Элли существует. Серьезно. – Не-а, она дома, делает свои "Камила-делишки", читает книгу или смотрит сопливый фильмец, – отвечает Дайна, беззаботно пожимая плечами. – Или может быть… – останавливается Дайна с нахмуренными бровями. Затем неожиданно удивленно вздыхает. – Нет! Может быть, эта сучка хотела, чтобы я свалила сюда, чтобы она могла заняться сексом! О, Боже мой! Пока Элли хохочет, а Дайна начинает перечислять весь список вещей, которые Камила могла бы делать, сердце Лорен вновь делает эту забавную штуковину. За исключением того, что в это раз это более болезненная штуковина, чем забавная. В ее груди чувствуется тяжесть. Ее сердце тяжелое, и оно как будто тонет, и Лорен не может ничего сделать, чтобы остановить это, и сейчас кровь закипает в ее венах, потому что она не может выносить мысль о Камиле с кем-то другим. Через час, Лорен покидает вечеринку. (Единственная причина, почему она изначально пошла на вечеринку в бассейне, была возможность увидеть Камилу в бикини, которая казалась определенно стоящей.)

•

Лорен не знает, почему она так много думает о Камиле в последнее время. Все стало только хуже, после поцелуя, который они разделили, и Лорен это не нравится. Ей совсем это не нравится.

•

– О, Божечки мой, ребята, она поцеловала меня! Лорен и Элли глядят на Нормани, разделяя между собой взгляд, сидя на диване, смотря телевизор, и начинают хохотать, будто Нормани только что сказала самую смешную вещь в мире. – Я серьезно! – нервничает Нормани, однако улыбка на ее лице все такая же яркая, как и когда она ворвалась в их квартиру. – Что значит "она поцеловала тебя"? – Мы знаем, Мани. – Ты говоришь о Нессе или о ком-то другом? – Мы видели, как ты целовалась с ней, примерно… миллион раз. – Да вы не понимаете, – наконец-то говорит Нормани, погружаясь на диван между Лорен и Элли. – Это был один из тех моментов, когда ты просто все осознаешь, понимаете? – говорит она с мечтательной улыбкой и яркими глазами. – Это было медленно и нежно, и боже, ребят, думаю, я влюбляюсь в нее, – заканчивает Нормани, поднимая взгляд на своих лучших подруг с такими же мечтательными глазами, как раньше. – Оу, Мани, – мило лепечет Элли, обнимая Нормани за талию, – Я так счастлива за тебя, любовь моя, – искренне говорит она, ласково целуя Нормани в висок, прежде чем отпрянуть и радостно посмотреть на нее. Лорен тянется к руке Нормани, нежно пожимая ее, после чего отпускает. – Надеюсь, она та единственная, потому что я не хочу бить ее по лицу, – говорит ей Лорен, очень так в своем стиле. Нормани и Элли смеются, и Лорен счастлива. Она прямо-таки супер счастлива за свою подругу. В конце концов, Нормани заслуживает только лучшего. – Мой ребеночек растет, – говорит Элли, изображая всхлип, – Когда же будет твоя очередь, Ло? – Вероятно, никогда, – с улыбкой отвечает Лорен, потягиваясь к маленькой руке Элли. – Мани находит любовь, Лорен целуется со всеми, кто ходит перед ней и имеет человеческие очертания, а я здесь, совсем одна. – Не волнуйся, бедняжка-Элли, ты всегда можешь поцеловаться со мной, – с ухмылкой предлагает Лорен. Нормани фыркает, а Элли искренне закатывает глаза. – Спасибо, Ло.

•

Позже, этой ночью, Лорен ловит себя на желании любви. То есть, она буквально загадывает желание на падающую звезду, чтобы влюбиться.

•

Несколькими неделями позже, Камила – все еще последний человек, которого целовала Лорен. И несколькими неделями позже, Камила – все еще единственный человек в мыслях Лорен.

•

– Мы уезжаем! Лорен выходит из комнаты с хмурым выражением лица и наблюдает, как Нормани и Элли выбираются из их общей квартиры с пляжными полотенцами на своих руках, с огромными шляпами на их головах и рюкзаками, перекинутыми за их плечи. – Ребята, куда вы идете? Нормани глубоко вздыхает (будто она не может поверить, что Лорен спрашивает об этом) и идет назад, пока не стоит перед своей лучшей подругой. – Мы говорили тебе прошлой ночью, – шипит Нормани, закрывая глаза и потирая переносицу. – Я не— – Мы едем к Ванессе, в ее домик на пляже, на выходные, – любезно напоминает Элли, даря ей маленькую улыбку. – Она приглашала и тебя, но ты сказала, что не заинтересована. Мы пробудем там до завтра, и мы оставили тебе остатки еды в холодильнике. – Точно, – кивает Лорен, потому что она помнит, как Элли говорила ей об этом. Микроавтобус подъезжает к их жилому комплексу, и Лорен выглядывает на улицу и видит вроде-как-девушку Нормани на водительском кресле и два других человека, которых она не может узнать с такого расстояния, сидящих на заднем сидении. – А вот и они, – сообщает Нормани для Элли, после того, как ее телефон жужжит, оповещая о входящем сообщении, потягивая руку маленькой девушки, чтобы уйти. – А кто еще едет? – заинтересованно спрашивает Лорен, оборачиваясь и находя рядом только Элли. – Мила и Дайна. Ох. – Я хочу поехать. – Лорен… – Просто дайте мне пять минут, – говорит Лорен, но она уже уходит в свою комнату. – Поторопись! – кричит ей Элли через десять минут.

•

– Йоу, Лосер! Лорен беззаботно закатывает глаза и закрывает дверь микроавтобуса, находя на себе две пары карих глаз. – Девчонка, мы и не знали, что ты поедешь, – говорит ей Дайна ударяясь кулаком с Лорен, когда зеленоглазая подходит к ней. – Это было спонтанное решение, – лжет Лорен, пожимая плечами. – Подожди, я ведь могу поехать, верно? – спрашивает она, почему-то чувствуя застенчивость под очевидным пристальным взглядом Камилы. – Конечно, можешь, – любезно отвечает Дайна, и когда она поворачивается, чтобы найти пустое место, она разделяет взгляд с Нормани и Элли. Глаза Лорен останавливаются на Камиле, и после того, как она замечает два чехла для гитары рядом с ней, она решает сесть одна на заднее сидение, так же оставляя Камилу сидеть в одиночестве в среднем ряду, а Дайну и Элли делить передние места, пока Нормани (очевидно) занимает место второго пилота. – Готовы? – спрашивает Ванесса своим чертовски обаятельным британским акцентом, глядя на них с водительского кресла, с легкой улыбкой на губах. Остальные девушки (кроме Лорен) кричат и воодушевленно ликуют, прежде чем отъехать.

•

– Долго еще? – в миллионный раз спрашивает Дайна, заставляя Лорен тихо хихикать, когда Камила тоже в миллионный раз стонет ей в ответ.

•

– Нет, серьезно, долго еще? – Заткнись же ты блять, Дайна, – говорит ей Камила, удивляя Лорен и заставляя ее сдерживать улыбку. Для Лорен, нет ничего горячее, чем милая девушка, которая матерится. В конечном итоге, (к облегчению Камилы) Дайна засыпает.

•

– Мы на месте, – слышит Лорен, и она медленно открывает свои глаза, видя только Элли и Нормани, выпрыгивающих из автобуса. Она снова закрывает свои зеленые глаза и слушает мягкий звук волн, разбивающихся о берег. Вдыхает, позволяя сильному аромату соленой воды заполнить свой рассудок, она улыбается, потому что Лорен практически уверенна, что принадлежит океану, и она чувствует себя счастливейшим человеком во всем мире. – Лорен. Вновь подняв веки, Лорен находит пару теплых карих глаз, смотрящих на нее так же, как и месяцы назад на вечеринках. И дыхание Лорен перехватывает, потому что вау, красиво. Камила прямо очень, очень, очень, очень красивая. – Пойдем, они сейчас займут лучшие комнаты, – шепчет девушка пониже с призраком улыбки на ее губах, и вау, Лорен определенно облажалась.

•

– Камила, подожди, – говорит Лорен, держа гитарный чехол в одной руке и свой рюкзак в другой. – Между нами все в норме? Камила пожимает плечами. – Эм… Ты уверенна, что Дайна будет в порядке одна в машине? Лорен всего лишь пытается завязать разговор. – Она крепко спит, Лорен. – Да, но… – Забудь об этом, Лор. И Лорен следует ее совету.

•

– Я так голодна, – говорит им Камила, несчастно наблюдая за тем, как Нормани и Ванесса готовят их еду на гриле. – Ты говоришь об этом примерно… десятый раз, – подсчитывает Элли, радостно нарезая салат. – Ты просто не понимаешь насколько я голодна, – говорит Камила, опуская свой подбородок на стол и заставляя Элли хихикать, пока Лорен пытается побороть улыбку. Лорен приходится сдерживать много улыбок, когда Камила находится рядом. Ей интересно, почему. – Эй, ты, мудила! – выкрикивает Дайна из ниоткуда, направляясь к Камиле, чтобы отомстить.

•

– Лосер, иди сюда и помоги мне! – требует Дайна, борясь с тем, чтобы удержать Камилу прижатой к полу. Лорен обдумывает должна ли она пойти и помочь Дайне или же ей следует пойти и помочь Камиле. В конце концов, Лорен вместе с Камилой были теми, кто оставил Дайну спать в машине. Однако, в конечном итоге, Лорен помогает Дайне, потому что эй, Дайна сильная, а Лорен нет.

•

– Это и правда очень вкусно, – стонет Лорен, с куском горячего мяса, который находится у нее во рту. – Предательница, – бормочет Камила с другого конца стола, посылая Лорен смертоносный взгляд, пока сама дрожит на своем месте. – Прости, Камз, – говорит Лорен, протягиваясь, чтобы мягко похлопать Камилу по руке. – Черт, ты очень холодная, – удивленно говорит зеленоглазая, чувствуя холодное прикосновение Камилы под своими теплыми кончиками пальцев. Поэтому Лорен извиняется и идет в комнату, в которой будет спать, открывает свою сумку и находит милую толстовку для Камилы, потому что, возможно, только возможно, выбрасывать Камилу в океан в качестве мести не было хорошей идеей. По возвращению назад, Камила все еще выглядит немного несчастной, так что Лорен безмолвно предлагает кареглазой свою толстовку, прежде чем уйти назад на свое место напротив. (Лорен пытается остановить румянец на своих щеках, слыша, как все за столом посмеиваются над ней. И все же, улыбка Камилы стоила того.)

•

После обеда, все они идут на пляж, и Лорен должна признать, что наблюдать за Камилой, убегающей от Дайны в одном бикини, - это прямо таки лучшая вещь, которая когда-либо с ней случалась. Прямо-таки во всей ее чертовой жизни.

•

– И когда ты попросишь ее стать твоей девушкой? – На закате. Лорен удивлена. Она удивлена, потому что Ванесса звучит невозмутимо, будто она ожидала, что этот разговор рано или поздно случится. А еще Ванесса дала верный ответ. Нормани любит всякое так— – Мани любит всякое такое дерьмо, знаешь? Пусть даже она никогда в этом не признается, – делится Ванесса с нежным смешком, срывающимся с ее губ. (И Лорен снова удивлена, потому что она думала, что была в какой-то степени пугающей. Оказывается, что это не так.) – У тебя есть чувства к ней? – задает вопрос Лорен, приземляясь рядом с британкой, которая настраивает одну из гитар, которые они с Камилой привезли на пляж. С полу улыбкой на губах, Ванесса принимает стакан, который ей предлагает Лорен, и кивает головой, смотря на девушку. – Да, – отвечает она, неожиданно выглядя смущенной. – Она, эм, она действительно очень нравится мне, – для большей уверенности добавляет она, возясь с гитарными струнами. – Как бы, очень-очень… – И каковы именно твои намерения к ней? – спрашивает Лорен и отпивает напиток, глядя на океан и чаек, счастливо летающих в небе. – Я просто хочу, чтобы она была счастлива, – отвечает Ванесса, пожимая плечами, будто это единственная важная для нее вещь на данный момент. – Ты вообще видела ее улыбку? Потому, что она просто вау, – говорит она следом, светло-карие глаза восторгаются и блестят. – О, Бог ты мой, – закатывает глаза Лорен с предательской улыбкой на ее губах. – Ладно, я не хочу продолжать этот разговор, но да, ты официально принята, – говорит она, вставая, после чего жалеет, что вообще спустилась на крыльцо. – Но! – внезапно говорит она, оборачиваясь для кое-чего еще, – …это не значит, что я не захочу разбить тебе нос, в случае если тебе удастся разбить моей лучшей подруге сердце, – добавляет она, настолько пугающе, насколько только может. Кто-то же должен делать всю грязную работу, верно? – Тоже самое касается и тебя, – бормочет Ванесса, посылая Лорен улыбку. – Что? – в замешательстве спрашивает Лорен, и затем она понимает, о ком говорит Ванесса, и слегка краснеет. – Это все? – спрашивает англичанка, отворачиваясь прежде, чем Лорен смогла увидеть, как улыбка на ее губах пропадает. – Я думала, ты будешь типа полнейшей засранкой из-за всего этого, – с издевкой комментирует Ванесса и хорошо, быть может, она не такая уж плохая, как Лорен думала. Лорен хихикает и вновь садится вниз, позволяя своим ногам свисать с крыльца, пока она смотрит в океан. – А ты можешь, научить меня какому-нибудь британскому сленгу? – с надеждой спрашивает она, слегка подталкивая локтем девушку в ребра, когда Ванесса начинает настраивать другую гитару. Оказывается, что Ванесса тоже довольно крутая.

•

– Кто-нибудь видит, что они говорят? – спрашивает Дайна, кося и прикрывая свои глаза от солнца, пока наблюдает из далека, как Нормани и Ванесса сидят на песке после долгой прогулки по пляжу. – Они, вероятно, просто узнают друг друга получше, ДиДжей, – говорит ей Элли, опираясь на перила крыльца и выпуская объемный вздох. – Неа, Несса нервничала. Я знаю свою девчонку. – Она спросит у Мани, хочет ли она быть ее девушкой, – говорит им Лорен, сидя на одном из шезлонгов. – Да это чушь собачья, – отвечает Дайна, оборачиваясь, чтобы кинуть Лорен грозный взгляд. Но затем они все слышат, как Нормани визжит громкое "да!", и они все видят, как она запрыгивает на Ванессу и целует ее. Дайна раздраженно фыркает. Кажется то, что сказала Лорен было правдой. – Хорошо, пятьдесят очков Слизерину, – говорит Дайна Лорен и подмигивает, прежде чем они с Элли начинают восторженно прыгать в кругу из-за новой парочки и начинают выкрикивать им всякие слова. – Но мой факультет – Пуффендуй, – стонет Лорен, закатывая глаза и снова садясь на шезлонг. Камила смеется близко к Лорен, и сердце Лорен щекочет в ее груди. – Мой тоже Пуффендуй. (Лорен никогда не сможет забыть эту улыбку, которую дарит ей Камила после этих слов.)

•

Камила играет на гитаре. Камила поет. В сочетании две эти вещи сводят Лорен с ума. (Особенно, когда щеки Камилы сгорели на солнце, и ее лицо освещалось лишь костром, луной и звездами.)

•

– Не можешь уснуть? – спрашивает кто-то, и Лорен оборачивается, находя сонную Камилу, идущую в ее сторону. – Мне просто нравится здесь. Эти последние часы, Лорен была в раздумьях. Она думала и пыталась выяснить, что же значит этот трепет в ее сердце, каждый раз, когда она глядит на Камилу. Она задавалась вопросом, чувствует ли что-нибудь подобное Ванесса каждый раз, когда Нормани улыбается ей, она задавалась вопросом, чувствует ли что-нибудь подобное Нормани, каждый раз, когда Ванесса целует ее. Если это так, то Лорен в полной заднице. – Спасибо, за то, что позволила мне поносить твою толстовку, – говорит Камила, достигая Лорен и останавливаясь рядом с ней. Лорен поворачивает голову и опускает взгляд на девушку, замечая свою толстовку, и она улыбается, потому что она выглядит слишком уж мило на Камиле. – Можешь оставить ее, – любезно предлагает она. По какой-то причине, Лорен действительно нравится видеть Камилу в своей одежде. – Она выглядит мило на тебе, – хихикая, делает комплимент она, отворачиваясь обратно, чтобы посмотреть на полную луну над ними. – Спасибо, – застенчиво отвечает Камила, заправляя прядь волос за свое ухо, поднимая взгляд на Лорен. – Ты красивая, – следом выпаливает она, в свойственной себе манере. И вот именно тогда сердце Лорен вновь совершает эту забавную штуковину. За исключением того, что в этот раз ее сердце не тонет и ему не тяжело. В этот раз, ее сердце дико колотится между ее легкими. – Мне нравятся твои глаза, – говорит Камила, едва громче шепота, приближаясь ближе к Лорен с каждой проходящей секундой. – Мне нравится твоя улыбка, – отвечает Лорен, разворачиваясь, чтобы встретиться лицом к лицу с Камилой, на губах которой привычная застенчивая улыбка. – А мне нравится, когда ты поешь, – говорит ей Камила, наблюдая за тем, как краснеют щеки Лорен прямо перед ее глазами. – Ну, мне нравятся твои шутки, – хихикает Лорен, пока Камила делает шаг ближе к ней, улыбается на месте и согревает свои руки вокруг ее шеи. – Мне нравится то, какие чувства ты вызываешь во мне, – шепчет Камила, когда Лорен мягко прижимает ее к перилам крыльца и помещает свои руки на талию Камилы. – А мне нравится то, как ты целуешь меня, – так же тихо говорит Лорен, закрывая глаза, когда дыхание Камилы касается ее губ. Камила целует ее — мягко медленно и нежно — и так же чудесно как описывала Нормани, и на мгновение, есть только Лорен, Камила и луна.

•

– Несса, иди сюда, – спешно шепчет Дайна, отодвигаясь в сторону, чтобы дать немного места британской девушке. – Что? – спрашивает у нее Ванесса, выглядывая из окна так же, как и Дайна. – Девчонка, ты просто подожди, – говорит Дайна, и прямо таки, будто по безмолвному приказу Камила целует Лорен, в миллионный раз за эту ночь. Или Лорен целует Камилу; Дайна не совсем уверенна. – Не может, блять, быть! – Ты должна мне тридцать баксов… – Черт подери.

•

– Напомни-ка мне еще разок, почему мы пьем? – Потому что у нас пляжная вечеринка, – отвечает Лорен, включая стерео систему. – Давай разбудим их, – воодушевленно говорит она, запрыгивая на Дайну, которая спит на диване. – У нас вечеринка! – сообщает Лорен, после того, как Дайна скидывает ее с себя. – Ладно, девчонка, – легко соглашается полинезийка и помогает Лорен разбудить остальных девушек. К концу ночи, Дайна и Элли вырубились рядом друг с другом, Ванесса и Нормани пропали неизвестно куда, а Камила сидит верхом на Лорен, они обе полупьяные, и они целуются на одном из диванов.

•

Меньше, чем за два дня, Лорен удается увидеть множество разных сторон Камилы. Ей удается увидеть голодную Камилу, сердитую Камилу (одна из любимых для Лорен, потому что очаровательно), смешную Камилу, краснеющую Камилу, застенчивую Камилу, флиртующую Камилу (также одна из ее любимых), пьяную Камилу и господи-боже-зачем-же-я-пила-прошлой-ночью Камилу. Но ее любимая, любимая, любимая, любимая, это сонная Камила. Как бы, на данный момент. Преимущественно потому, что сонная Камила тянется к ее руке, чтобы лениво переплести их пальцы, когда они вместе сидят в машине на обратном пути домой, и сонная Камила теплая и приятная, пахнет соленой водой и волнами, и сонная Камила придает ощущения дома.

•

Камила уезжает на остаток лета, чтобы провести немного времени со своей семьей. У Лорен остается много времени подумать.

•••

Осень

Скорость – это качество для Лорен, но также, быть быстрой является ее недостатком. Она знает как быстро проебывать вещи.

•

Она тебе нравится, – говорит Нормани пару недель спустя, смотря на улыбающуюся Лорен со своего места за обеденным столом. – О ком ты говоришь? – спрашивает Лорен, отрывая взгляд от своего телефона (она пишет Камиле), чтобы посмотреть на Нормани, которая безмолвно наблюдает за ней. – О Миле, – уточняет Нормани, хотя она уверенна, что Лорен знала, о ком она говорила. – О ком же еще? – Ну, не знаю Мани, вокруг много девушек, это мог быть кто угодно, – пожимает плечами Лорен, откусывая свою еду и безразлично глядя на Нормани. Нормани закатывает глаза и слегка фыркает. – Почему ты просто не признаешь это? – интересуется Нормани, приподнимая свою густую бровь на свою лучшую подругу. – Да и меня бы это не удивило, – У тебя появляется этот "Камила-взгляд", каждый раз, когда ты смотришь на нее, – сообщает темнокожая девушка, заставляя Лорен нахмурить свои брови. – Нет у меня никакого "Камила-взгляда", – низким голосом протестует она, опуская глаза на свою еду. Честно говоря, Лорен понятия не имеет, почему пытается доказать, что Нормани неправа. – Лорен, поверь, нет ничего плохого, если она нравится тебе… – Она не нравится мне, Мани, ясно? Забудь, блять, об этом, – шипит Лорен, одаривая Нормани свирепым взглядом. На удивление, Нормани молча кивает и подергивает свою нижнюю губу. Если Нормани не поняла это, Лорен покажет ей.

•

В следующий раз, когда Лорен идет на вечеринку, она избегает Камилу. Она избегает Камилу против воли своего сердца, говорящего ей идти и выцеловывать эти надутые губы с ее лица. Лорен избегает Камилу, даже когда ее разум кричит ей, что она пожалеет об этом, и она избегает Камилу несмотря на то, что она скучает по ее улыбке и нежным прикосновениям.

•

– Лорен, – говорит Камила, стоя напротив Лорен, когда зеленоглазая начинает идти к кому-то, кто завладел ее вниманием. – О, привет, – неловко отвечает Лорен, смотря куда угодно, но не на Камилу, пока та стоит перед ней. И неожиданно потолок и впрямь очень интересный. Проблема в том, что Камила смотрит на нее в упор, не говоря ни слова, и Лорен хочется заплакать, потому что она не может взглянуть на нее в ответ. Если Лорен посмотрит на Камилу, ее сердце раздробится на миллионы кусочков. Она не может взглянуть на Камилу, потому что Камила, вероятнее всего, смотрит на нее грустными щенячьими глазками, а Лорен питает к ним слабость, и она не может быть слабой. Не сейчас. Она пытается стоять на своем. Она пытается показать Нормани, что Камила совершенно ничего не значит для нее. Но важнее всего то, что Лорен пытается сказать себе, что Камила неважна для нее. Камила не может быть важна для нее. – Ну, так ты собираешься говорить или так и будешь продолжать пялиться на меня, пока я не умру? – интересуется Лорен, приподнимая бровь, но все еще избегает глаз Камилы. – Но, что насчет— что насчет нас, Лор? – спрашивает Камила, оборачивая свои пальцы вокруг запястья Лорен. И черт, ее прикосновение такое нежное и мягкое, что слезы начинают наполнять глаза Лорен, потому что Камила просто так хороша для нее. А она нет. Лорен не хороша для Камилы. – Нет никаких "нас", – сухо усмехается Лорен, бросая взгляд на руки Камилы, которые все еще прикасаются к ее неожиданно горячей коже. И вау, Лорен не следовало смотреть на Камилу, потому что сейчас она уверенна, что разбила свое собственное сердце с помощью этих слов и взгляда на нее. Она разбила сердце себе и даже Камиле, потому что все это написано у нее на лице. – Но как же— – Нет, – перебивает Лорен, но все чего она хочет сделать - это поглотить Камилу в объятия и никогда не отпускать. Все чего она хочет - это стереть разочарованное выражение с лица Камилы. – Ты просто была рядом, вот и все. Нет никаких "нас", Камила. И если взгляда, который Камила подарила ей ранее было не достаточно, то взгляда, который у нее сейчас — стеклянные глаза и дрожащие губы — более чем достаточно, чтобы заставить Лорен ненавидеть себя за то, что делает это. Камила медленно кивает и отпускает запястье Лорен, заставляя Лорен моментально скучать по ее прикосновению. – Вот я глупая, – задыхается Камила и оборачивается, чтобы покинуть вечеринку и оставить Лорен с разрушенным сердцем.

•

Камила, наверное, никогда не поймет, почему Лорен сделала то, что сделала, а у Лорен, наверное, никогда не будет шанса объясниться. Она просто надеется, что однажды, Камила выяснит это. Ей нужно, чтобы Камила выяснила это.

•

В итоге Лорен оказывается полностью пьяной, и нет никого, кто бы обнял ее этой ночью.

•

Две недели спустя, Лорен все еще ходит на каждую вечеринку; ее приглашают, она все еще напивается и все еще думает о карих глазах под звездным небом.

•

– Лорен, что ты блять творишь? – шипит Нормани, крепко удерживая запястье Лорен и отталкивая ее от девушки, которая держит Лорен за руку. Честно говоря, эта девушка настолько пьяна, что она даже не возражает (и даже хихикает), когда падает на лестнице. – Что? – бубнит Лорен, затуманенные глаза пытаются найти лицо Нормани среди неоновых огней, танцующих в помещение. – Куда это ты, черт возьми, собралась? – снова спрашивает Нормани, чувствуя невероятную усталость из-за всей этой ситуации. Такое происходит на протяжении уже нескольких недель, и Нормани надоело. Буквально, настолько надоело, что она действительно близка к тому, чтобы ударить Лорен по лицу и вбить в нее какие-нибудь чувства. – Я нахожу себе перепихон, – хихикает Лорен, выдергивая свою руку от Нормани с такой силой, о которой она и знать не знала. – Отъебись от меня, – говорит она следом, жалко взбираясь по лестнице. Камила все видит.

•

В конечном итоге Камила прекращает ходить на вечеринки, и Лорен винит себя за это.

•

Поцелуи – это одна из любимейших вещей для Лорен. И вовсе не имеет значения, как они происходят — медленно, нежно, отчаянно или грубо —, пока она хорошо проводит время. Но верьте или нет, Лорен выяснила, что есть важная разница между тем, чтобы целовать кого-то ради веселья и целовать кого-то с чувствами. Возьмем, например Камилу. Когда Лорен впервые увидела Камилу, она подумала, что та была милой. Прямо таки, чертовски милой, если говорить уж совсем честно. Она помнит, что видела, как Камила смеялась вместе с Дайной, и Лорен действительно понравилось то, как выглядели ее глаза, когда она рассказывала Дайне (вероятней всего плохую) шутку. Лорен понравилось то, как Камила морщила носик, когда Дайна говорила что-то веселое в ответ, и ей действительно понравилось то, как Камила застенчиво заправила прядь своих волос за ухо, заметив, что Лорен пялится на нее. И затем, Лорен пошла (она даже не представилась перед ней) и пригласила ее потанцевать (или же лучше сказать, затащила ее на танцпол), спросила имя Камилы (ей нужно было наградить именем это безумно красивое лицо) и в конце концов начала целовать ее. Ради веселья. (Ну, еще и потому, что Камила охуительно красивая.) И ладно, возможно, в конечном итоге, этой ночью Лорен желала большего, но предположительно, это должно было быть чем-то на один раз, ясно? Дело просто в том, что Камила целовала Лорен, будто бы она и вправду заботилась о том, что чувствовала Лорен в тот момент. А Лорен не привыкла, что люди заботятся. (Или быть может, Камила просто быстро выяснила, как Лорен предпочитает целоваться.) Когда Лорен видит Камилу на вечеринке во второй раз, у нее нет времени подумать, потому что ее тело говорит само за себя, когда она идет и прижимает Камилу к стене, чтобы отчаянно поцеловать ее. А сейчас, целовать кого-то ради веселья и целовать кого-то с чувствами и правда отличается. А еще отличается то, что происходило с Лорен между первой и второй ночью, которой она целовала Камилу. Благодаря этому, Лорен знает, какая именно разница между этими двумя видами поцелуев. Второй ночью, когда Лорен целовала Камилу, она впервые почувствовала что-то, отдаленно похожее на "сердце бьется чаще", и было это примерно так: – Лорен, – шепчет Камила (видите? У нее нет необходимости представляться), пока руки Лорен движутся вниз по ее спине. – Прекрати, – со смешком добавляет она уже в пятый раз за эту ночь, забирая руки Лорен, чтобы оттолкнуть ее и заставить остановиться. – Ну же, детка, – вновь пытается Лорен, прижимая Камилу к той же стене, на которую они опирались весь вечер. – Дай мне потрогать твою задницу, – умоляет она и оставляет жадный поцелуй на шее Камилы. Девушка дрожит, и Лорен ухмыляется. Лорен чувствует, как горло Камилы вибрирует напротив ее языка, и боже, Камила действительно знает, как воздействовать на нее, потому что, в скором времени, Лорен чувствует, как ее центр пульсирует. – Нет, – говорит Камила, как следует оборачивая руки Лорен вокруг своей талии. – И почему же нет? – высоким голосом спрашивает Лорен, хмуря свои брови и глядя на Камилу как четырехлетний-плаксивый-ребенок. – Пожалуйста, всего разок, – надувшись просит она, решительно удерживая Камилу в своих руках, глядя вниз на нее. И вот тогда-то Лорен чувствует это. Она чувствует странный трепет ее сердца, о котором так много говорят люди. Она впервые чувствует его, когда Камила помещает свою ладонь на ее щеку и глядит на нее мягкими горящими глазами. – Нет, – противится Камила и притягивает Лорен ближе, чтобы оставить нежный поцелуй на ее губах. – Всего разок, – повторяет Лорен напротив губ Камилы, если вдруг первого раза было недостаточно, она чувствует свое дикое сердцебиение в своей груди, когда пробует на вкус смех Камилы на своих губах. В последний раз, когда Лорен целовала кого-то, это не было также увлекательно, как было целовать Камилу той ночью. В общем, подводя итог, целовать кого-то ради веселья и целовать кого-то с чувствами – это совершенно по-другому. И нет никакого смысла сравнивать оба варианта. Ну, и на данный момент, Камила единственный пример, который может привести Лорен. Как-никак, она никогда не чувствовала что-то подобное к кому-нибудь раньше.

•

Кто-то прикасается к Лорен во всех нужных местах, и все о чем она может думать, это о том, что руки Камилы делают всю работу. Кто-то целует ее, и все что представляет Лорен – это губы Камилы напротив своих собственных. Те губы мягкие, но не такие мягкие как у Камилы, и твою же мать, Лорен нужна Камила. – Подожди, – незамедлительно говорит она, отстраняясь от пьяной девушки, которая находится вместе с ней в ванной. – Нет, подожди, – добавляет Лорен, когда девчонка начинает целовать ее снова. – Что стряслось? – спрашивает девушка, открывая свои затуманенные голубые глаза, чтобы посмотреть, как Лорен надевает свое нижнее белье и джинсы обратно. – Я не могу, я пр—, – задыхается Лорен, утирая нос, пока ищет свою футболку. – Я просто не могу, извини, – извиняется она, забывая о футболке, когда находит свою куртку. Она торопливо уходит и пытается не думать о карих глазах, которые всюду мерещатся ей, пока она возвращается домой.

•

Первая слеза падает с глаз Лорен, как только она ступает на порог комнаты Элли. Внутри темно, но Лорен знает, куда нужно идти, чтобы найти ее лучшую подругу. – Ло? – звучит сонный голос Элли из-под одеяла, и Лорен всхлипывает, мягко вытирая слезу, которая стекает по ее щеке. – Я облажалась, Элли, – плачет Лорен, сворачиваясь клубочком на кровати Элли, когда чувствует, как девушка поменьше обнимает ее за плечи. – Я, блять, такая тупая… – Что случилось? – беспокойно спрашивает Элли, пробегая своими маленькими пальцами по волосам Лорен и прижимая ее ближе, пока голова Лорен не опускается на ее грудь. – Я не могу перестать думать о ней, Элли, – тихим шепотом говорит Лорен, чувствуя горячие слезы, наполняющие ее грустные зеленые глаза. – Я думаю, у меня есть к ней чувства… – закрывая глаза признается Лорен, позволяя слезам свободно стекать по щекам. Глубоко внутри, Лорен знает, что Элли поймет, о ком она говорит. – Я знаю, милая, – отвечает ей девушка поменьше, ее голос звучит так же грустно, как Лорен чувствует себя. – Все наладится, слышишь? Поверь мне, Ло… – Я облажалась, – повторяет Лорен, будто бы она в отчаянии, и это больше напоминает то, что ее мир рушится. Мир Лорен разваливается на части. И Лорен плачет. Она плачет, как будто уже не наступит завтра, выпуская грубые душераздирающие всхлипы, пока Элли держит ее в своих руках, чувствуя себя бесполезной.

•

Лорен перестает ходить на вечеринки.

•

Проходит две недели, прежде чем Лорен снова видит Камилу. Она в одиночестве наслаждается осенним солнцем, сидя на траве, прислонившись к дереву, с книгой на своих коленях. А затем, Лорен слышит смех Камилы, и ее сердце делает эту забавную штуковину, оно спотыкается в ее груди и начинает стучать об ее ребра. Камила — вместе с Дайной, Нормани и Ванессой — останавливается и садится на одну из скамеек лицом к лицу с Лорен (пусть она и не знает, что та сидит напротив нее). Если бы не тот факт, что Нормани является ее единственным источником информации о Камиле, Лорен была бы зла на нее, из-за того, что она тусуется с меньшей девушкой. Камила и Лорен случайно встречаются взглядами на пару секунд, и Лорен тяжело сглатывает, когда улыбка Камилы пропадает, едва только она видит ее глаза. Она внутренне спорит над тем, чтобы подойти и сказать "привет", но после того, как Лорен замечает свирепый взгляд Дайны издалека, она решает не подходить.

•

– Все же я была права, не так ли? – спрашивает у нее Нормани позже тем же днем, когда они смотрят телевизор. – О шом? – спрашивает Лорен с полным ртом попкорна. – О том, что Камила другая, и она отличается от остальных, – уточняет Нормани, внимательно смотря на Лорен. Лорен опускает свои глаза, занимая немного времени перед ответом. Она поднимает взгляд на Нормани, в ее глазах нет ничего кроме искренности, и медленно кивает. – Ты была права с самого начала. Нормани дарит Лорен сочувствующую улыбку и сжимает ее руку, прежде чем полностью повернуться к ней лицом. – Почему бы тебе не поговорить с ней? Лорен фыркает, будто бы слышит самую смешную вещь во всем мире. – Ага, верно. Я даже смотреть на нее не могу, без чувства, что она меня ненавидит… – Ох, подруга, она ненавидит тебя. – Вау, спасибо, Мани. Я, действительно, ценю твою честность. – Ну же, – смеется Нормани, слегка подталкивая Лорен локтем. – Что ужасного может случиться?

•

Через пару дней, Лорен находит Камилу в библиотеке, и все о чем она может думать, так это о том, что этим утром, Камила выглядит особенно мило. Настолько мило, что Лорен бы подарила ей тысячу поцелуев, если бы могла. Лорен быстро заканчивает заниматься (на самом деле не заканчивает) и ждет, пока Камила найдет себе стол, после чего подходит к ней и присаживается напротив. – Привет, – говорит Лорен, зеленые глаза уязвимые, но выжидающие. – Чего ты хочешь? Ай. – Мы можем поговорить? – спрашивает Лорен у Камилы, не отводя от нее глаз, пока сама Камила избегает ее взгляда. – Нет. – Камз… – Нет, – твердо отвечает Камила, повышая свой голос и поднимая глаза на Лорен. – Прости меня, – говорит ей Лорен, вытягивая ладонь, чтобы коснуться Камилы, но простой контакт заставляет маленькую девушку выдернуть свою руку из хватки Лорен. Будто бы прикосновения Лорен обжигают, и не в хорошем смысле. – Камз… – Ты невыносима, – бормочет Камила, так тихо, как только может, собирая вещи, чтобы уйти. – Камила, прошу, – вновь умоляет Лорен, со слезами на глазах наблюдая за тем, как Камила встает со своего места. – Что? – шипит Камила сквозь стиснутые зубы, оборачиваясь в последний раз. – Камз, я… Я испытываю к тебе чувства. – Я… Я думаю, что влюблена в тебя. – Что, ты? – шепчет Камила, сглатывая ком в горле и безнадежно глядя на Лорен. Но Лорен прикусывает нижнюю губу, опускает глаза, будучи не способной встретить глаза Камилы, и слегка мотает головой. – Прощай, Лорен.

•

Лорен всегда казалось, что Камила такая же, как и все остальные. Так, если Камила такая же, как и любая другая девушка, почему же Лорен чувствует, как ее сердце разбивается?

•

– Эй, Лорен! Лорен стонет и закатывает глаза. Она решает просто продолжать идти, пусть даже она знает, что Нормани сделает ей выговор за игнорирование Ванессы. – Лорен! – снова произносит британка, приближаясь к зеленоглазой девушке. Лорен устало оборачивается. Честно говоря, у нее нет на это времени. Оказывается, что оборачиваться - это плохая идея. Как только Лорен встречается лицом с Ванессой, она чувствует боль на своем рту и челюсти. Довольно-таки много боли, и она почти уверена, что режет свою нижнюю губу о собственные зубы, благодаря сильному удару, который она только что получила в свое чертово лицо. Лорен незамедлительно чувствует металлический привкус крови на своем языке, и через мгновение, она открывает глаза, обнаруживая рядом Ванессу, которая держит воротник ее куртки, притягивая ее ближе. Лорен почти уверена, что кто-то кричит на них (она на 96% уверенна, что это Нормани кричит Ванессе отпустить ее), но зрение Лорен неожиданно размытое, и она практически не может видеть, что именно происходит вокруг них. – Я говорила тебе "то же самое касается и тебя", помнишь? – угрожающе шипит Ванесса, приподнимая Лорен на секунду, прежде чем отпустить ее. – Повзрослей же, блять, Лорен! Лорен падает, прислоняясь к стене, и она едва помнит, как оказалась в своей квартире.

•

– Не верится, что Несса сделала это, – говорит Элли, сидящая на журнальном столике, пока наблюдает, как Нормани обрабатывает порез на губе Лорен. – Я знаю… – Мать твою, Мани, больно же блять, – шипит Лорен, когда Нормани оказывает слишком сильное давление на ее все еще кровоточащую губу. – Лорен, – ругается Элли и разочаровано мотает головой. – Не дергайся, идиотка, – говорит ей Нормани и устало закатывает глаза на поведение зеленоглазой девушки. – Ах, поверить не могу, что ты не рассталась с ней, – отвечает Лорен, с прищуром глядя на Нормани. – Мне, как бы, очень обидно, – добавляет она, видя, как Нормани прикусывает свою нижнюю губу, чтобы побороть улыбку. – О, Боже, – зеленоглазая отстраняется, с недоверием смотря на Нормани. – Что? – спрашивает у нее Нормани, едва встречая ее взгляд. – Тебе ведь понравилось это, не так ли? – интересуется Лорен, приподнимая бровь на свою лучшую подругу. Нормани только беззаботно закатывает глаза и, как ни странно, улыбается. – Она ведь выглядела такой горячей, когда ударила тебя; что я еще, по-твоему, должна сказать? – признается темнокожая девушка, пожимая одним плечом. – Она казалась типа реально крутой… – О, Бог ты мой, – говорит Элли, прикрывая свои глаза ладонью, пока пытается сдержать хихиканья. – Я даже думаю, что меня это завело… – Нормани! – Лорен ударяет ее, и ударяет ее, и ударяет ее, пока Нормани виновато смеется. – Господи, что же ты за лучшая подруга такая! Я надеюсь, ты воздашь ей то, что она заслуживает… – О, уж поверь мне. Я действительно собираюсь дать ей то, что она заслуживает, – отвечает Нормани с намекающей улыбкой. – Боже, ты отвратительна, – раздраженно фыркает Лорен и скрещивает руки на груди. – Ну, а вообще, если хочешь знать мое мнение, то ты это заслужила, – говорит Нормани брюнетке и так же говорит Лорен опустить голову ей на колени, чтобы снова начать обрабатывать ее раненую губу. – Мила рассказала нам о том, что случилось в библиотеке… – темнокожая девушка мягко прерывается. – Да, нечем гордиться, – со вздохом замечает Лорен, бросая взгляд на свои руки. Ну, да, возможно, она все-таки заслужила удар по лицу.

•

– Так, ты не собираешься извиняться? – слышит Лорен, как говорит Нормани из гостиной. – Нет! – отвечает Ванесса, и только по одному звуку ее голоса, Лорен знает, что они, вероятно, говорили об этом миллион раз за последние три дня. – Я уже сказала тебе, что я не собираюсь извиняться, потому что я не сожалею, – просто говорит британка, заставляя Лорен закатить глаза в своей спальне. – Детка, она моя лучшая подруга… – Ну, поверь мне, об этом я как раз-таки сожалею. – Ванесса. – Послушай, любимая, я признаю, что мне не следовало действовать столь агрессивно, хорошо? Но если хочешь знать мое мнение, то мне и правда не жаль за то, что я ударила Лорен, понятно? – мягко говорит Ванесса Нормани. – Я бы сделала это снова и снова, и я бы все еще не пожалела об этом. – Но она моя лучшая подруга, Ван… – Я знаю об этом, Мани. Слушай, если это так важно для тебя, я скажу, что мне жаль, но я все еще дам ей понять с помощью моего супер тонкого сарказма, что это не так, – отвечает Ванесса, и Лорен усмехается. Очень похоже на Ванессу. – Камила и Дайна - первые друзья, которых я завела здесь, Мани, и я не могу просто смотреть, когда одна из них рыдает из-за какого-то мудилы, который их не заслуживает… Ладно, это причиняет больше боли, чем сам удар. – Господи, почему все просто не может быть снова так же, как на тех выходных на пляже? – вопрошает Нормани, звуча повержено, и Лорен представляет, как она оборачивает руки вокруг талии своей девушки и прижимается лицом в изгиб шеи Ванессы. Позже, той же ночью, Лорен находит себя, задающей тот же самый вопрос.

•

Если бы Лорен могла перематывать время, она бы вернулась назад, в ту ночь, когда Нормани впервые говорила с ней о Камиле. Таким образом, она могла бы сделать все правильно.

•

Лорен не видела этого раньше, но сейчас для нее совершенно ясно, что Камила с самого начала была для нее другой. Этой особенно спокойной ночью, ее разум странствует, и она думает о Камиле — как и обычно — и о том, как она впервые увидела ее на вечеринке и узнала о ее существовании. Она думает о том, как удивленно смотрела на нее Камила, когда она подошла к ней, и о том, как Лорен оторвала ее от Дайны, чтобы прошептать, –Пойдем, потанцуем, – ей на ухо. Камила не сказала ни слова, она просто доверилась Лорен и последовала за ней. – Как тебя зовут? – Лорен помнит, как спросила ее об этом с ухмылкой на губах, как только они достигли танцпола, и когда кареглазая ответила ей, Лорен знала, что никогда не сможет забыть имя Камилы; особенно потому что, это не какое-то обычное имя, а еще потому что, по какой-то причине, Лорен чувствовала неожиданную нужду в том, чтобы знать, как звали эту девушку. Лорен думает о том, как Камила обняла ее за шею, и о том, как Лорен, сию же секунду, нашла талию Камилы, будто бы ее руки были на своем месте. Лорен думает о первой попытке, которую она предприняла, чтобы поцеловать Камилу, и она с маленькой улыбкой, играющей на ее губах, вспоминает то, как Камила отпряла от нее, игриво улыбаясь, позволяя Лорен только лишь на мгновение задеть губы друг друга. Затем, Лорен наклоняется ближе, чтобы поцеловать ее, но Камила продолжает отстраняться с все той же игривой улыбкой, и в скором времени, Лорен обнаруживает, что сама следует за губами Камилы своими собственными и ухмыляется в процессе, и боже, это было почти волшебно, пусть даже в тот момент она и не подозревала об этом. – Ну же, – Лорен помнит, как заскулила, останавливаясь посреди танцпола, чтобы встретить своими зелеными карие глаза Камилы. Она много скулит, когда хочет что-нибудь, и Лорен со смешком вспоминает, что она действительно хотела поцеловать Камилу той ночью. – Может, ты должна заслужить это, – ответила Камила на ухо Лорен, заставляя ее прикрыть свои глаза, из-за того, как хрипло звучал ее голос. Лорен помнит, что тогда становилась все более взволнованной, потому что Камила, буквально, испытывала ее, и нет ничего, что любит Лорен больше, чем хорошее испытание. А затем, Лорен дразнила Камилу, пока девушка не могла больше этого выносить — что было кстати очень сексуально. Лорен помнит, как задевала губы Камилы своими собственными, когда Камила захватила ее нижнюю губу, слегка посасывая ее, заставив Лорен закрыть глаза от ощущения. Поначалу это был маленький поцелуй, да, и Лорен была слегка пьяна, когда он произошёл, но Лорен клянется, что ощутила на вкус небеса, и пока она не может припомнить, чтобы целовала губы мягче, чем у Камилы. Через несколько мгновений, Камила наклонила свою голову в сторону, медленно проходя языком по нижней губе Лорен, и Лорен уверена, что застонала, когда встретила язык Камилы своим, но благодаря громкой музыке, под которую они танцевали, Камила этого не услышала. И если в большинстве случаев, Лорен обычно контролировала ситуацию, но с Камилой она забыла об этом, потому что она впервые не была у руля. Этой ночью, она позволяла Камиле целовать себя, как того хотела сама девушка, и вскоре Лорен осознала, что наслаждалась маленькими и нежными поцелуями, которые Камила дарила ей. Она наслаждалась медленными поцелуями, во время которых, казалось, что Камила пыталась запечатлеть вкус ее губ. Лорен наслаждалась и отчаянными поцелуями, во время которых, казалось, что Камила не могла насытиться ей. Она наслаждалась страстными поцелуями так же, как и нежными. Она даже наслаждалась поцелуями, которые едва можно было назвать таковыми, потому что они так сильно улыбались, что в конце концов просто сталкивались зубами. Она вспоминает с грустной улыбкой то, как Камила провела кончиками своих пальцев по татуированной коже на задней части ее шеи, прежде чем притянула ее ближе, чтобы углубить поцелуй, и Лорен с дрожью вспоминает то, как Камила прикусила ее нижнюю губу, после особенно длинного нужного поцелуя. Лорен помнит маленькие застенчивые улыбки; нежные прикосновения, которые Камила дарила ей на протяжении всей этой ночи, и огни танцующие в глазах Камилы, появляющиеся каждый раз, когда она отстранялась, чтобы вздохнуть немного воздуха. А что Лорен помнит больше всего, так это все моменты, когда Камила прижимала свои ладони к щекам Лорен, чтобы слегка чмокнуть ее между более длинными поцелуями. Камила целовала Лорен, будто Лорен была важна, и Лорен никогда не забудет это чувство. Лорен должна была знать, что Камила была другой. Она должна была знать это, потому что сейчас уже слишком поздно.

•

– Хей, – Ванесса стучит в дверь Лорен через пару дней, выглядя так, как будто вовсе не хочет быть здесь, пока держит кружку в своих руках и избегает взгляда Лорен. – Я знаю, что тебе не жаль, – говорит ей Лорен, печатая что-то в своем ноутбуке, не отводя глаз от экрана. – Но я ценю твои усилия. Серьезно, Ван, – продолжает Лорен, даря Ванессе неловкую улыбку (потому что ее губа все еще опухшая и слегка поврежденная). Вообще-то, Лорен вовсе не зла на девушку Нормани. Последние месяцы она и правда вела себя как мудила, поэтому Лорен приходит к заключению, что, в конце концов, все же заслужила этот удар. – Могу я войти? – спрашивает Ванесса, потирая заднюю часть своей шеи. – Конечно, – говорит Лорен, закрывая ноутбук и оставляя его на прикроватной тумбочке. – Мани многое значит для тебя, не так ли? Я имею в виду, если ты готова даже отодвинуть свою гордость в сторону… – говорит Лорен Ванессе, наблюдая, как та идет в ее сторону. – Держи, – перебивает Ванесса, давая Лорен чашку чая и садясь на край кровати. – Слушай, ты права, мне не жаль, – признает Ванесса, пока Лорен замечает ее слегка посиневшие костяшки. – Но Мани была не единственной, кто попросил меня извиниться, – сознается англичанка, после того, как Лорен делает глоток, – Вообще-то, поэтому я здесь. – Так ты собираешься извиниться? – дразнит Лорен с игривой улыбкой, когда снова подносит чашку к губам. – Да, Лорен, мне так жаль, прям вау, я спать не могу без твоего прощения, – начинает Ванесса, и Лорен испускает громкий смешок от монотонности ее голоса. – Хорошо, думаю я поняла это, – хихикает Лорен и с ухмылкой ловит Нормани, шпионящую за ними за дверью. – Друзья? – с надеждой говорит зеленоглазая, предлагая Ванессе руку. Лорен знает, что и для Нормани это будет многое значить. – Друзья, – радостно принимает Ванесса, пожимая руку Лорен. – Но просто чтоб ты знала, я еще раз ударю тебя, если ты сделаешь это снова. – Что ты имеешь в виду? – спрашивает Лорен, наклонив свою голову, однако ее сердце уже набирает обороты в ее груди, от одной только возможности, что… – Камила. Она была— ну, она действительно беспокоится о тебе. Лорен вскакивает на своей постели. Она буквально, блять, взволнованно прыгает, заставляя Ванессу смеяться над ней. Ладно, в общем, когда она счастлива, она прыгает, в этом же нет ничего постыдного, верно? – Она правда переживает? И затем от следующих слов ее сердце обнадеженно бьется: – Очевидно, что она все еще заботится о тебе, Лорен.

•••

Зима

Субботняя ночь. И она такая же, как и все остальные субботние вечера, за исключением того факта, что Лорен находится в своей кровати, смотря "Оранжевый – хит сезона" на Нетфликс, с чашкой горячего шоколада в своих руках. Здесь нет огней, которые танцуют на лицах людей, нет громкой музыки, топящей все ее ощущения, и нет никого, с кем можно было бы потанцевать. Однако Лорен это устраивает. Но, что Лорен не устраивает, так это громкие звуки, исходящие из гостиной, и суматоха вокруг. – Какого черта… – шепчет она про себя, волоча ноги в гостиную, чтобы увидеть, что происходит, и почему все говорят так громко. – Но я хочу посмотреть Судн— Эй, Лосер. Лорен остановилась и удивленно посмотрела на Дайну. Конечно же, Дайна причина всех звуков. – Привет, Дайна, – хрипит Лорен и обследует комнату на наличие определенной брюнетки. – Что происходит? – заинтересованно спрашивает она, наблюдая, как ее соседки начинают освобождать место в гостиной, чтобы всем вместе посмотреть фильм. Ну, или, по крайней мере, Лорен думает, что они делают именно это. – У нас вечер кино, – с улыбкой сообщает Дайна, уже сидя на середине дивана, прямо перед телевизором. – Хочешь присоединиться? – Конечно… – прерывается Лорен и идет на кухню, чтобы взять что-нибудь поесть. – Привет, Лорен, там еще есть горячий шоколад, если хочешь, – говорит ей Ванесса, испытывая сложности, пока выходит из кухни с руками набитыми едой. – Хорошо, спасибо, – смеется Лорен и, зевая, входит на кухню. Она зевает только на половину, когда видит Камилу, делающую себе сэндвич. – Я знаю, что ты, как и всегда, пялишься на мою задницу… – останавливается Камила, заставляя Лорен почти подавится собственной слюной. – Что? – Вот дерьмо, ты не Дайна, – говорит Камила, незамедлительно оборачиваясь, после того, как слышит голос Лорен. Кончики ушей Лорен краснеют, пока щеки Камилы покрываются румянцем, – И ты всегда с ней так разговариваешь или… – Лорен прерывается, делая два шага в сторону девушки пониже. Может ли сердце Лорен биться еще быстрее? Она так не думает. – Да, – смущенно смеется Камила, прямо в тот момент, когда Лорен приближается к ней. И затем глаза Камилы начинают спускаться вниз по лицу Лорен — от ее глаз к ее носу, от ее носа к ее губам —, и Лорен клянется, что вот-вот упадет в обморок от всех эмоций, которые сейчас испытывает. – Губа болит? – тихо спрашивает Камила, неосознанно протягивая руку, чтобы прикоснуться к поврежденной коже Лорен. – Ты можешь поцеловать меня, чтобы все исправить, – отвечает Лорен, не особо раздумывая над ответом. Глаза Лорен комично расширяются, когда она осознает, что только что сказала, а Камила смотрит на нее с предательской улыбкой, приподнимающей ее губы. Камила прячет свое лицо и заправляет прядь своих волос за ухо, чтобы избежать взгляда Лорен. Затем, Лорен осознает, что они много избегают друг друга, но у жизни всегда есть способ, чтобы снова свести их вместе. Интересно. – Камз, – зовет ее Лорен, стоя прямо перед Камилой. – Мне, действительно, очень жаль, – искренне говорит она, неотрывно глядя в эти глаза, которые так притягивают ее. Камила кивает и выдерживает взгляд Лорен еще пару секунд, прежде прокашливается и оборачивается. – Эй, – снова зовет ее Лорен и мягко помещает свои руки на талию Камилы, прижимаясь к спине девушки. Девушка пониже делает вдох и задерживает дыхание, когда Лорен задевает своими губами ее ухо. Она ждет; ждет, что Лорен заговорит, но все, чего хочет Лорен – это целовать ее шею. Камила медленно оборачивается, облизывая губы, и глядит вверх на Лорен своими огромными карими глазами полными надежды. – Могу я спросить кое-что? Лорен просто кивает и время замирает. – Что ты собиралась сказать мне в тот день, в библиотеке? Лорен моргает, улыбается, и ее сердцебиение ускоряется, прежде чем она отвечает. Она еще никогда раньше не была так уверенна в чем-либо. – Я влюблена в тебя, Камз.

•

Пять слов. Просто пять слов, и мир Лорен меняется.

•

Всю ночь, Лорен беспорядочно хихикает, и она думает, что Камила, улыбающаяся ей так, будто она не хочет улыбаться, является этому причиной. (А еще, Камила, с огромным желанием сидящая рядом с ней, является этому причиной.)

•

– Хорошо, мы идем спать, – говорит Нормани, выключая телевизор после того, как закончился третий фильм. Ванесса ребячески скулит, когда Нормани тянет ее вверх, и Нормани держит обе руки британки, прежде чем начинает идти в сторону своей спальни со своей сонной девушкой, идущей за ней следом. – Никаких шалостей, ребят, проявите уважение, – кричит им Дайна, после того, как они пропали из их поля зрения. – Пойдем, коротышка, сегодня мы с тобой делим постель, – сообщает полинезийка Элли, помогая ей встать с дивана. – Никаких шалостей, чудики, проявите уважение, – дразнит Лорен Дайну со своего места на диване, которое она весь этот вечер делила с Камилой. – Спокойной ночи, ребята, – желает им Элли и машет Камиле — которая наполовину спит — и Лорен. – Спокойной. – Ты идешь спать? – спрашивает Камила низким и хриплым голосом, поворачиваясь лицом к Лорен, но все еще с закрытыми глазами. – Я могу составить тебе компанию, пока ты не уснешь, – говорит Лорен, пытаясь игнорировать желание погладить лицо Камилы. Или поцеловать ее. Или прижать ее в своих руках. – Спасибо, – просто отвечает Камила, опуская свою голову на колени Лорен.

•

Лорен просыпается посреди ночи. Ее пальцы все еще наполовину зарыты в шелковистые волосы Камилы, и она хочет вновь заснуть, но ее спина убивает ее, поэтому она опускает взгляд на Камилу и вздыхает. Она действительно хочет пойти в свою спальню, но также она не хочет будить Камилу; особенно когда Камила выглядит так, будто наслаждается жизнью во сне. Она пытается уйти так, чтобы Камилы не почувствовала, но как только Лорен передвигается, Камила просыпается и смотрит на нее только одним открытым глазом. – Извини, но я иду в кровать, – шепотом говорит ей Лорен и ждет, пока Камила поднимет свою голову с ее коленей, чтобы встать. Лорен тяжело падает на свою постель, но проходит лишь несколько мгновений, прежде чем второе тело присоединяется к ней и падает рядом. – Ты идиотка, ты в курсе? – бормочет Камилы, пока ее руки находят волосы Лорен. Сама Лорен — со своими закрытыми зелеными глазами и простой улыбкой, рисующейся на ее губах — просто согласно гудит. В конце концов, она идиотка. – И я ненавидела тебя, Лорен, – добавляет Камила, нежно поглаживая кожу головы Лорен кончиками своих пальцев. – Я, и правда, чертовски ненавидела тебя. – Я знаю, – говорит Лорен и слепо тянется к талии Камилы, чтобы притянуть ее ближе и зарыться своим лицом в изгиб ее шеи. – Я тоже себя ненавидела, – признается она, едва задевая своими губами мягкую кожу Камилы. Затем Лорен отстраняется, открывает глаза, чтобы взглянуть на Камилу и боже, она действительно любит наблюдать за Камилой под лунным светом. В этом есть что-то такое, что Лорен любит, но она не может точно определить что именно. У нее есть чувство, что она никогда не узнает. Они больше не обмениваются ни словом, но Лорен почти уверенна, что Камила целует ее в уголок губ, прежде чем она засыпает.

•

Всю неделю Лорен была счастлива, и это имеет прямое отношение к Камиле, которая машет и улыбается ей, каждый раз, когда они видят друг друга в университете.

•

– Нет, нет, нет, нет, нет— блять, – тихо ругается Лорен, наблюдая, как несколько книг, которые она несла в руках, падают на пол. – Твою же мать, – ворчит она, ища стол поблизости, чтобы оставить там остальные книги, которые находятся в ее руках. – Нужна помощь? И голоса Камилы достаточно, чтобы до усрачки напугать Лорен и заставить оставшиеся книжки тоже упасть на землю. – Привет! – говорит Лорен, и ее сердце бьется так сильно, как только может. – В чем дело? – спрашивает она с нервным хихиканьем, прорывающимся сквозь ее губы. – Я просто хотела напугать тебя, – извиняется Камила, хоть и смеется, пока делает это. – Ты и правда до смерти напугала меня, спасибо, – сознается Лорен сквозь нервные смешки, пока касается руки Камилы и пытается не шуметь, так как они находятся в библиотеке. – Я ожидала более сильную реакцию, – признает Камила, ухмылка на своем месте, пока она глядит вверх на Лорен своими сияющими глазами. – Мы… – Лорен прерывается, не в состоянии стереть самую-блять-большую-улыбку-в-мире со своего лица. – Мы в библиотеке… – снова останавливается она, надеясь, что Камила поняла намек. – И? – спрашивает Камила, едва приподнимая бровь. – Я все еще могу пугать тебя, когда захочу, – бесстыдно говорит она и оборачивается, покидая нервно хихикающую Лорен, и чувствуя себя очень, очень, очень влюбленной.

•

– Идем со мной на свидание. Камила глядит на Лорен большими карими глазами и с улыбкой, незамедлительно появившейся на ее губах. – Что? – Погоди, это вышло слишком агрессивно, да? – переживая, спрашивает Лорен и держит маленькую красную розу перед собой. – Камз, пойдешь со мной на свидание? – с надеждой спрашивает она, пытаясь скрывать свое лицо за красной розочкой. – Да. – Да? – Да, – отвечает Камила, вставая со своего места, чтобы быть прямо перед Лорен. – Пойдем на свидание, – она кивает, принимая розу, которую Лорен предлагает ей, и дарит Лорен маленький поцелуй в щеку.

•

Они решают не говорить никому о своем свидании.

•

– Поверить не могу, что мы едим мороженое, – бормочет Лорен, принимая рожок мороженого из рук Камилы. – Ты сказала, мы можем сделать все, что я захочу, – пожимает плечами Камила, дразняще облизывая свое шоколадное мороженое. Возможно, есть мороженое в середине зимы не так плохо, как кажется. Или, по крайней мере, из-за Камилы это не кажется таким плохим. – Эй, Лорен, – говорит Камилы после нескольких моментов тишины, показывая Лорен свою ладонь, пока они идут через парк. – Ты знаешь, что это? – игриво интересуется она, с ухмылкой поглядывая на Лорен. – Эм, рука? – неуверенно отвечает Лорен. – Ага, и ты должна держать ее, – говорит Камила, мягко толкая ее локтем под ребра. Щеки Лорен краснеют, и она миленько хихикает, прежде чем берет Камилу за руку и переплетает их пальцы.

•

– Сколько свиданий мне нужно подождать, чтобы потрогать твою задницу? – Пять. – Ну, это слишком много, Камз. – Ладно, тогда четыре. – Но, Камз… – Хорошо, на третьем. – Камзи… – Не наглей, Лорен. – Ладно.

•

– У тебя есть какие-нибудь правила для первого свидания? – заинтересованно спрашивает Лорен, подходя к дверям квартиры Камилы. – Какие например? – интересуется кареглазая, хоть на ее губах и улыбка, которую Лорен не удается увидеть. – Ну, типа никаких поцелуев на первом свидании… – О, да, – Камила кивает, возясь со своими ключами и останавливаясь прямо напротив двери. – Никаких поцелуев, никакого секса, – говорит она, с безуспешной попыткой подражать британскому акценту. – Никаких прикосновений… – Ой, да ладно тебе, – смеется Лорен, опираясь плечом о стену, чтобы посмотреть на Камилу, пока кареглазая девушка прислоняется к двери. – Ну, то есть первые два я еще понимаю, но я уверенна, что здесь было много прикосновений на этом свидании, – говорит ей Лорен, шепча последнее слово. – Правда? Потому, что ты едва держала меня за руку сегодня, – издевается Камила, сверкая Лорен кокетливой улыбкой. – Все потому, я понятия не имею, что люди делают на свиданиях, – признается Лорен, опуская взгляд вниз, чтобы скрыть легкий румянец на своих щеках. – И я не хотела ставить тебя в неудобное положение, понимаешь? – пожимает плечами она, едва приподнимая свои глаза, чтобы встретить взгляд Камилы. Но Камила в упор смотрит на нее, как если бы в глазах Лорен были галактики, и Лорен начинает нервничать. Камила в упор смотрит на нее, и Лорен чувствует, как собственное сердце колотится в груди. Камила в упор смотрит на нее, и Лорен полностью уверенна, что именно такие ощущения приносит влюбленность. – Ну, то есть, я, эм… – Лорен прерывается, делая шаг ближе к девушке. – Я уверенна, что это ты обняла меня на автобусной остановке. – Мне было холодно! – смеется Камила, мягко шлепая Лорен по плечу. – Мне нужно было, чтобы ты согрела меня, – объясняет она, медленно приближаясь к своей паре. – А что насчет тех сотен раз, когда ты поглаживала мою руку, пока мы ждали наше мороженое? – спрашивает у нее Лорен, понижая тон голоса и опуская свои ладони на талию Камилы, чтобы притянуть ее так близко, как только можно. – Я боялась, что ты неожиданно упадешь, – шутит Камила, оборачивая свои руки вокруг Лорен, пока ее дыхание не коснулось губ зеленоглазой. – О, Боже, ты такая дурочка, – хихикает Лорен и нежно целует Камилу в кончик ее носа, прежде чем отстраняется. – Так, сколько свиданий мне нужно подождать, чтобы поцеловать тебя? Камила вздыхает и зарывается лицом в изгиб шеи Лорен, мягко целуя ее нужную кожу. – Может быть, в следующий раз, если тебе достаточно повезет, – хихикая, отвечает она, пока Лорен игриво рычит. – Я ухожу, – открывая дверь, говорит Дайна, давая Лорен и Камиле достаточно времени, чтобы отстраниться друг от друга и не попасться. – Я позвоню тебе, когда буду там, хорошо, Мани? – спрашивает она, наконец-то, замечая двух других девушек. – Привет, Дайна, – приветствует ее Лорен, ведя себя настолько круто, насколько может, хотя она и уверенна, что краснеет. – Что ты здесь делаешь? – вместо ответа спрашивает полинезийка с прищуренными глазами, кладя трубку. – Я просто провожала Камз домой, – пожимает плечами Лорен, глядя на свои ногти, избегая карих глаз Дайны. – Почему? – Потому, что мы случайно наткнулись друг на друга. – Почему? – Потому, что уже поздно. – Почему? – Дайна, – шипит Камила сквозь стиснутые зубы и хмурит брови. – Тебе разве не поздно идти гулять? – Не поздно, если я иду на вечеринку, – фыркает Дайна, оставляя дверь квартиры наполовину открытой. – Хотите со мной? – Нет, спасибо. – Не-а, думаю, я откажусь. – Уверенна? Потому, что я планирую напоить Элли, чтобы увидеть, сколько людей она поцелует, – раскрывает Дайна, дьявольски улыбаясь Лорен. – Ох, – заинтересованно гудит Лорен. – Расскажешь мне потом об этом, – подмигивает она, после чего Дайна вскидывает свои волосы и уходит от них.

•

Камила приглашает Лорен зайти. Лорен говорит да.

•

– Могу я спросить кое-что? – Конечно. – Что случилось с тобой после тех выходных? Лорен поднимает взгляд на Камилу — Камила сидит на своей кровати, пока Лорен лежит, опустив свою голову на колени Камилы — и глубоко выдыхает. Ей не нужно, чтобы Камилы уточняла, какие именно выходные она упоминает. Лорен знает. – Хочешь правду? – Всегда. – Я боялась, – признает Лорен, бросая взгляд на одну руку, которую Камила располагает на ее животе. – Я бесчисленное количество раз видела, как Нормани и Элли приходилось залечивать свои сердца, после того, как кто-то разбивает их, и последний раз, когда это случилось с Мани, я пообещала себе никогда не позволять кому-нибудь разбить мое, – сознается она, принимая руку Камилы, чтобы начать возиться с ее пальцами. – А затем появилась ты и перевернула мой мир с ног на голову, – говорит Лорен с полуулыбкой на губах. – Это хорошо? – спрашивает Камила, пробегая своими пальцами по шелковистым волосам Лорен. – Тогда мне так не казалось, – низко отмечает зеленоглазая. – Но сейчас да, – говорит Лорен, поднимая глаза, чтобы встретиться с взглядом Камилы. – Ты - лучшая вещь, которая произошла со мной за очень долгое время, Камз. Камила краснеет и прикусывает свою нижнюю губу, заправляя прядь волос за ухо — знак, который показывает Лорен, как сильно она взволнована. – Все, что я чувствовала на этих выходных — и даже раньше — было новым для меня, и я не могла узнать себя, понимаешь? – продолжает Лорен, закрывая глаза, пока Камила по-прежнему проводит своими пальцами сквозь ее волосы. – Потом, я начала замечать определенные вещи, и я начала раздумывать, чувствовала ли Ванесса, как ее сердце тарабанит в ее груди, когда она глядела на Нормани так же, как я ощущала свое сердцебиение, каждый раз, когда я смотрела на тебя... Затем, я обнаружила, что думаю о тебе, прямо таки, всегда думаю о тебе, и я осознала, что ты была единственной, кто мог бы разбить мне сердце, знаешь? Я начала так сильно к тебе привязываться, что мне нужно было прекратить чувствовать это. Мне нужно было прекратить видеть тебя, потому что я не могла— я просто… я просто не хотела, чтобы ты разбила мое сердце… – Лорен… – Камила прерывается, с грустным взглядом наблюдая, как Лорен все еще борется, чтобы позволить словам сорваться с ее губ. – Я бы никогда не смогла разбить твое сердце, детка. – Я знаю, – Лорен улыбается со слезящимися глазами, глядя на Камилу и поднимая ладонь вверх, чтобы погладить ее щеки. – Теперь я это знаю, – заверяет она, чувствуя губы Камилы на месте между своими бровями.

•

– Мне пора идти домой, становится поздно, – вздыхает Лорен, вставая с кровати. – Хорошо, – отвечает Камила, но звучит так, будто не хочет, чтобы Лорен уходила. – Спасибо тебе за сегодняшний вечер, – говорит она, следуя позади Лорен, пока зеленоглазая идет по коридору. – Можем ли мы повторить это в другой раз? – Ты снова зовешь меня на свидание? – интересуется Камила, приподнимая бровь, скрещивая свои руки на груди с игривой улыбкой, танцующей на ее губах. – Возможно, – с ухмылкой отвечает Лорен, застегивая свою кожаную куртку. – Хочешь снова пойти со мной на свидание? – с надеждой спрашивает она, держа руки Камилы в своих. – Конечно. – Круто. – Здорово. – Потрясающе, – хихикает Лорен, притягивая Камилу ближе, пока она не обняла ее. – Мне нужно идти, – говорит она через мгновение, наконец, отстранившись. – Спокойной ночи, Лор. – Спокойной ночи, любовь, – говорит Лорен, и прежде чем Камила закрывает дверь, она чмокает Камилу в губы, и чувствует, трепет в своей груди, когда слышит, как Камила смеется за закрытой дверью.

•

Камила наконец-то целует Лорен на третьем свидании, а самое лучшее в этом то, что Лорен даже не приходится просить ее об этом. Камила дарит Лорен чмок, будто бы это самая нормальная вещь в мире, и будто бы они делают это уже на протяжении многих лет, и проходит только секунда, прежде чем ее глаза комично расширяются, и она осознает, что только что сделала. Лорен мило смеется над выражением Камилы, и Камила беззаботно закатывает глаза, пока она хихикает. Затем, Камила хватает ее лицо и мягко целует Лорен, прежде чем углубляет поцелуй, проводя языком по нижней губе Лорен. Поцелуй не длится настолько долго, но когда Камила отстраняется, ее ласковые глаза устремлены в зеленые и ее щеки слегка покрасневшие. (Лорен клянется, что чувствует, будто все это время находится в раю.) – Ты поцеловала меня, – мягко дразнит Лорен, обрамляя лицо Камилы своими руками, чтобы подарить ей еще один маленький поцелуй. – Ты поцеловала меня, ты поцеловала меня… – Лорен, прекрати, – застенчиво смеется Камила, но не жалуется, когда Лорен целует ее снова, и снова, и снова. – Но ты поцеловала меня, – радостно улыбается Лорен и вновь позволяет Камиле обнять себя. Она очарована Камилой. – Заткнись, – смеется Камила и, пока Лорен пробует ее смех на вкус, она чувствует, как будто влюбляется снова.

•

– Ты не думаешь, что здесь слишком много еды? – спрашивает Нормани у Ванессы, глядя внутрь арендованного микроавтобуса, когда они собираются уезжать. – Я думаю, что здесь не достаточно еды, – ворчливо отвечает Дайна, глядя на бесчисленные сумки с едой, которые занимают заднее сидение микроавтобуса. – А еще, я всех вас ненавижу, – бормочет она, посылая Ванессе и Нормани смертельный взгляд, пока залезает в машину и садится напротив Лорен и Камилы. – Видишь? Дайна и Камила много едят, – со смешком говорит Ванесса своей девушке и целует Нормани в щеку, прежде чем закрыть дверь. – Ладно, поехали. – Знаешь, Дайна, я не вытерплю твою ворчливую задницу всю дорогу, поэтому настоятельно рекомендую тебе последовать совету Элли и идти спать, – говорит Нормани, залезая на пассажирское сидение, бросая взгляд на Элли, которая мирно спит на одном из сидений. – Ладно, дайте одеяло, – командует Дайна, глядя назад, на Лорен и Камилу. Девушка поменьше только фыркает и дает Дайне то, что она хочет. – И Нала, – говорит она, заставляя Лорен нахмурить брови. – Нет, – просто отвечает Лорен, крепче сжимая плюшевую игрушку. Все таки это Камила выиграла Нала для нее на карнавале, на который они ходили на свое третье свидание. Черта с два Лорен отдаст Нала Дайне. – Ты отстойная, – бросает ей в ответ Дайна и снова отворачивается, чтобы лечь на сидение и, наконец-таки, получить свой драгоценный сон. В конце концов, сейчас шесть утра. – Ты взволнована? – шепотом спрашивает Лорен, поворачиваясь лицом, чтобы взглянуть на Камилу с маленькой улыбкой на ее губах. – Да! – Камила хлопает в ладони, воодушевленно подпрыгивая на своем месте. – Я хочу построить снеговика, – шепчет она, как будто это огромный и важный секрет. Лорен и Камила сидят на одном и том же сидении, но все еще далеко друг от друга. Они были на нескольких свиданиях, и все между ними начало становиться более серьезным, но они так ничего и не рассказали своим друзьям. Если Лорен будет предельно честна, то она вроде как устала скрывать свою симпатию к Камиле. Она хочет держать ее за руку, целовать ее, где только захочет и просто быть с ней. Но также, прятаться от их друзей в каком-то смысле действительно весело для них, и это делает вещи интереснее. – Готовы? – спрашивает Ванесса с водительского сидения, и Лорен чувствует, будто она вновь вернулась к их путешествию на пляж. За исключением того, что в этот раз они едут в горы (скорее к подножьям гор), и сейчас она полностью уверенна в своих чувствах к кареглазой девушке, сидящей рядом. Лорен и Камила кричат и воодушевленно ликуют, прежде чем отъехать, и Лорен обещает себе, с этого момента просто следовать своему сердцу.

•

Большую часть пути зеленоглазая бодрствует. Камила ложится и помещает свою голову на колени Лорен почти сразу же после того, как они отъезжают, а Лорен, Нормани и Ванесса – единственные, кто не спят. Ванесса драматично поет Нормани любовные песни, и темнокожая девушка беспорядочно хихикает, смеясь до слез в глазах и боли в животе. После особенно драматичной песни, во время которой Лорен приходится притворяться спящей, признание слетает с губ Нормани. – Я люблю тебя. Ванесса пару секунд глядит на нее с широко раскрытыми глазами, и после этого она незамедлительно съезжает на обочину. – Я люблю тебя, – повторяет Нормани и прижимает свою ладонь к щеке Ванессы, чтобы нежно поцеловать. – Потрясающе, – смеется британка напротив губ Нормани. – Я тоже люблю тебя, принцесса.

•

В итоге Нормани засыпает, и Лорен единственная, кто не спит, помимо Ванессы (в противном случае это было бы проблемой, так как она водитель). Они особо не говорят, но время от времени они вместе поют песни группы Mumford&Sons, которые мягко играют на фоне, и Лорен развлекается, делая столько фотографий, сколько может. Она уверенна, что половина ее хранилища в телефоне уже занято. Камила просыпается через пару часов и первое, что она делает – прикасается к лицу Лорен кончиками своих пальцев, словно она убеждается, что Лорен настоящая и находится здесь, обнимая ее. – Доброе утро, – шепчет Лорен, глядя вниз и беря руку Камилы, мягко целуя ее костяшки. – С добрым утром, солнце, – сонно хрипит Камила и дарит Лорен широченную улыбку, которой Лорен не может сопротивляться. Поэтому Лорен осматривается вокруг, чтобы удостовериться, что никто не смотрит (пусть даже буквально половина девушек спят) и наклоняется, целуя Камилу в губы и не замечая, что светло карие глаза наблюдают за ними через зеркало заднего вида.

•

– Так вот каков рай? – выдыхает Камила, как только ее ноги снова касаются земли. Лорен следует за ней, и низкое "вау" срывается с ее губ, пока она глядит на пейзаж, и Камила переплетает их пальцы вместе. Ладно, в общем, они держатся за руки прямо перед девчонками, но здесь же нет ничего такого, верно? Ну, как бы, Лорен множество раз видела, как Дайна и Нормани держатся за руки, так что она окончательно должна прекратить сходить с ума, верно? Вздох облегчения срывается с губ Лорен, когда она видит, как ее подруги проходят мимо них, даже не бросив взгляда, (честно говоря, озеро и заснеженные подножья гор прямо таки дух захватывают), поэтому Лорен сразу же перестает переживать, что их поймают. Да и к тому же, она ведь не делает ничего плохого. И отвечая на предыдущий вопрос, Лорен уверенна, что быть с Камилой – это рай.

•

Здесь пять деревянных домиков вокруг огромного костра, в нескольких шагах от озера. Очевидно, Нормани и Ванесса делят один на двоих; Дайна и Элли решают быть "соседками" на неделю, а Лорен и Камила, в конце концов, оказываются в паре. Как удобно. (– Я не буду спать там одна. – Я тоже! Что если посреди ночи заявится медведь? – Мила, – усмехается Дайна. – Полагаю, тебе придется делить домик с Лосером… – Вероятно, и кровать тоже, – с ухмылкой добавляет Ванесса. После этого, Камила и Лорен ничего не говорят; они просто берут свои сумки и в тишине идут к одному из домиков.)

•

У Лорен не было секса уже несколько недель. Подождите-ка, скорее месяцев. И ей очень тяжело поддерживать рекорд, когда Камила стягивает свою одежду у нее на глазах в первую же ночь, в которую они делят домик. (Вообще-то, это не так уж и серьезно, но гормоны Лорен все равно больше, больше и больше сходят с ума.)

•

Не то, чтобы Лорен постоянно думает о сексе. Она знает, что ее тело жаждет этого, но ей и так было хорошо. Пока не случилась эта поездочка. Третий день, они все немного выпившие, когда Ванесса предлагает игру "лизни и угадай"; что при нормальных обстоятельствах могло бы быть довольно невинным, но при данных обстоятельствах это не так. Они должны лизнуть и угадать, да, но с тел друг друга. Пока Дайне пришлось лизать горчицу с подмышки Элли (что супер отвратительно), а Элли должна была слизывать ванильное мороженное с шеи Ванессы (она сразу же отгадала). Нормани пришлось слизывать кетчуп на ключицах Дайны (что закончилось беспорядочным смехом), а Ванесса должна была слизнуть растаявший темный шоколад с пупка Нормани. И знаете, Лорен никогда не увлекалась порно (кроме моментов, когда ей было необходимо самостоятельно снять напряжение, и ей нужна была некоторая помощь), но наблюдать за тем, как Ванесса чувственно слизывает растаявший шоколад с тела Нормани, было похоже на бесплатное живое порно, и Лорен заметила, что ее тело реагирует на это. (Хорошо только то, что, по крайней мере, Лорен знает, что она не одна заведена на данный момент, потому что лицо Нормани говорит все за себя.) Неожиданно, бесплатное и живое типа-порно становится очень неудобным, когда приходит очередь Лорен, и кто-то (она уверенна, что это была Дайна) заставляет Камилу лечь на одну из кроватей, пока Элли закрывает зеленые глаза Лорен футболкой Дайны (девчонка в одном только лифчике, как же здорово). – Снимай рубашку, Мила, – повелевает Нормани, пока Камила ворчит. – Почему здесь? – скулит Камила через мгновение, и Лорен нервно хихикает, пока Элли направляет ее прямо напротив Камилы. – Прекрати жаловаться, тебе понравится, – просто отвечает Ванесса, отступая назад. В общем, Лорен начинает проводить своими губами по телу Камилы — по ее лицу (Лорен выделяет немного времени, дразняще задевая своими губами губы Камилы), шеи и ключицам — и чувствует, что кареглазая девушка, время от времени, извивается под ее прикосновениями. – Где же оно? – Просто, ах, продолжай спускаться вниз… – выдыхает Камила, и это не должно заводить Лорен, но так и происходит, и неожиданно, она снова чувствует свое сердцебиение между своими ногами. Лорен проводит губами по прикрытой груди Камилы (дыхание кареглазой становится тяжелее), спускается ниже, проводя ими по ее прессу и, наконец, достигает пояса нижнего белья Камилы, где Лорен чувствует карамельный сироп на коже Камилы. – Нашла, – низко хрипит она, и Лорен слышит, как Камила испускает тихий стон, когда она прижимает свой язык прямо к коже девушки. Если уж она должна делать это, она тоже может хорошо провести время, верно? Поэтому Лорен хватает бедра Камилы и начинает целовать ее так чувственно и медленно, как только может, пытаясь слизать остатки карамели с тела Камилы своими губами и языком. Дыхание Камилы рваное, и Лорен наслаждается каждой секундой этого. Особенно, зеленоглаза действительно наслаждается, когда Камила зарывает свои пальцы ей в волосы, чтобы притянуть ее горячие губы ближе к своей коже, и Лорен уверенна, что после этого, ей больше никогда не понадобится порно. После того, как Лорен заканчивает, Камила должна слизывать взбитые сливки с подбородка и губ Лорен (идея Дайны. И кстати, Лорен очень, блять, любит Дайну), и под конец, Лорен горячо целуется с полуголой Камилой, которая седлает ее вот уже десять минут.

•

Кое-что действительно интересное происходит между ними между четвертым и пятым днем. Они вокруг костра, жарят зефир, когда Ванесса и Камила пропадают, чтобы сходить за своими гитарами и всякими штучками, в которых Лорен не очень понимает, но их нет уже некоторое время, и Нормани скулит, потому что она замерзла (Лорен уверенна, что она не замерзла, потому что девчонка буквально напротив костра) и ей нужна ее девушка, как можно быстрее, чтобы согреть ее. – Ладно, большая плакса, я схожу за ними, – фыркает Лорен, кусая запеченную зефирку, которую только что приготовила. Она достигает одного из домиков и замедляет свой шаг, когда слышит голос Ванессы через приоткрытую дверь. – Ты бы согласилась, если бы она попросила тебя? – заинтересованно спрашивает британка. – Стать ее девушкой? – интересуется Камила в ответ, и там много разных звуков, которые топят согласное гудение Ванессы. – А к чему ты спрашиваешь? – Ты меня не проведешь. Я видела, как вы целовались по дороге сюда. – Что? – Ага. Ну, знаешь, есть такая штука, называется зеркало заднего вида, где ты, вообще-то, можешь видеть все, что происходит позади, пока ты за рулем, так что… Лорен слегка краснеет и представляет, как Камила делает то же самое, когда англичанка весело смеется. – На другой день вы тоже целовались, и это даже не было частью игры, – слегка хихикает Ванесса. – Думаешь, девчонки знают? – Если нет, то я уверенна, что они догадываются. – Серьезно? – Вы, ребята, не такие уж и ловкие, как думаете. – Нет, неправда! – Да ладно тебе, у тебя появляется этот "Лорен-взгляд" каждый раз, когда ты рядом с ней! – Заткнись. – Это даже довольно-таки отвратительно… – Ну, а у тебя этот "Мани-взгляд" каждый раз, когда ты с ней, вот, – пытается сопротивляться Камилы. – Да, но, может быть, это потому, что я люблю ее… Камила громко стонет, а Лорен сдерживает улыбку. – Так, ты бы согласилась, если бы она попросила тебя стать ее девушкой? – Я еще не знаю, готова ли Лорен сделать этот шаг. Лорен тяжело сглатывает. – Но я не об этом спрашивала. – Ну, а сама-то ты как думаешь, что бы я ответила? – очевидным тоном говорит Камила, а затем смеется, пока открывает дверь домика с гитарой в руке, и Ванесса с улыбкой следует за ней. – Эй, что так долго? – нервно спрашивает Лорен и держит Камилу за руку весь короткий путь к костру. И пока Камила отвечает, Лорен размышляет, значил ли этот очевидный тон во время разговора с Ванессой, именно то, о чем она думает.

•

– Ребята, мы собирается исследовать округу, – говорит Лорен, стучась в дверь домика Элли и Дайны. Элли и Дайна равнодушно смотрят на нее, и Лорен понимает намек. Нормани просто говорит "нет", прежде чем закрывает дверь перед лицом Лорен. – Полагаю, будем только мы с тобой, – говорит она Камиле, предлагая ей свою ладонь. – Мне нравится, как это звучит, – отвечает Камила и дарит Лорен сдержанную улыбку, переплетая их пальцы, прежде чем начать свой путь.

•

Они на полпути обратно к домикам, когда начинает идти снег. И Камила становится такой взволнованной, что начинает танцевать вокруг Лорен. Прямо таки, буквально. – Лорен! – радостно кричит Камила несколькими минутами позже, запрыгивая на девушку и обнимая своими ногами талию Лорен, а ее руки обернуты вокруг шеи зеленоглазой девушки. – Это снегопад, – шепчет она, глядя на Лорен, игриво задевая ее нос своим и заставляя шапочку на своей голове (шапочку Лорен) упасть на глаза. – Ты станешь моей девушкой? – спрашивает Лорен, смотря на Камилу нежным взглядом и с маленькой улыбкой на губах, борясь с шапкой Камилы, в попытке поправить ее, чтобы увидеть ее карие глаза. И эй, тут снегопад, и Лорен замерзает, но Камилы, шепчущей "да" напротив ее губ, более чем достаточно, чтобы согреть ее.

•

– Эй, ребята, Лорен моя девушка! И я ее девушка! И мы девушки! – радостно объявляет Камила, как только они снова добираются до домиков. – То есть, просто чтоб вы знали, – добавляет она, сжимая ладонь Лорен и понижая свой голос до смущенного шепота. Лорен нежно хихикает. – Правда? – визжит Нормани, поднимаясь на ноги и оббегая костер, чтобы обнять обеих, пока Элли делает тоже самое. Но больше всех воодушевлена Ванесса, которая с издевкой скачет вокруг Дайны (девушка буквально надулась), крича: "Ты должна мне пятьдесят баксов, ты должна мне пятьдесят баксов, ты должна мне пятьдесят баксов…".

•

Лорен выпаливает это первая. Остается один день до отъезда и возвращения к их нормальным жизням, когда Лорен глядит на Камилу этой ночью и говорит, – Я люблю тебя. Камила, которая наблюдает за отражением луны в озере, поворачивает голову, и улыбка, которая на ее губах достигает ее глаз, и боже, Лорен, правда, чертовски любит ее, поэтому она говорит это снова и снова, пока эти три слова навечно не отпечатались в ее сердце.

•

– Лорен, – скулит Камила, пока Лорен путешествует жадными поцелуями вниз по ее шее. Она выпускает хриплый пронзительный стон, когда Лорен не останавливается на ее шее и продолжает спускаться ниже, к ложбинке ее грудей. А затем, Лорен целует Камилу в правильном месте, и Камила выдыхает имя Лорен со стонами, пока зарывается пальцами в ее волосы, прижимая Лорен ближе к своему центру, и это попросту великолепно. (А еще, Лорен выпадает шанс, прикоснуться к заднице Камилы, и знаете, вот, как бы на данный момент, это самый божественный опыт, который у нее когда-либо был.)

•

Пока занятия сексом проходили для Лорен в спешке, она узнает, что занятия любовью не такие. Если заниматься сексом – значит быстро снимать напряжение или же, это значит то, что она может хорошо провести время, дразняще трахаясь с кем-то и (иногда) ничего не давая им; заниматься любовью – это полностью противоположено. Потому, что Лорен хочет дать Камиле все, что только может предложить и даже больше. Лорен бы подарила Камиле луну на серебряном блюдечке, если бы могла. Пока заниматься сексом, по мнению Лорен в каком-то смысле эгоистично, заниматься любовью бескорыстно. Точно так же, секс зачастую грубый и без эмоциональный, но занятия любовью, с другой стороны, нежные, и эмоции просто захлестывают Лорен. Когда наступает ее очередь, Лорен осознает, что чувствует себя настолько же любимой, насколько она любит Камилу, и Камила показывает ей, с помощью своих поцелуев и мягких прикосновений, как много Лорен значит для нее. Лорен чувствует это в своем сердце, и она определенно ощущает, как ее душа переплетается с Камилой, пока девушка чувственно целует и занимается с ней любовью. Оказывается, что заниматься любовью – это очень даже чувственно. Кто бы мог подумать, правда? Заниматься любовью – это действительно другое, нежели заниматься сексом. И опять же, Камила все делает другим для Лорен.

•

Лорен, Нормани и Элли прибывают на вечеринку немного поздно, и как только они ступают на порог, им передают выпивку. Лорен держит путь туда, где, как она знает, находится Камила, и сразу же подходя к дивану, она предлагает Камиле свою ладонь. – Пойдем, потанцуем, – шепчет Лорен и тянет Камилу вверх, прежде чем начинает вести ее на танцпол. – Лор? – говорит Камила, глядя выше и обнимая своими руками шею Лорен с нежной улыбкой, приподнимающей ее губы. – Да, любимая? – приглушенно отвечает Лорен, горячее дыхание щекочет губы Камилы, пока она находит талию своей девушки и прижимает ее ближе к себе. – Я тоже тебя люблю.

•••