Temporaliter Untitled

Следующий день. Середина дня. Кухня.

— Доброе утро. — Услышал я от входящего в кухню отчима. — Здравствуй. — Сказал я по-русски и с некоторой грубостью в голосе. — Не выспался? — Иронично задал он вопрос и передо мной встала дилемма: ответить, как и принято мной, по-скотски или просто подыграть. Так, как времени на раздумья не было, я выбрал 2. — Да. Сильно заметно? — Поглядел я в его сторону. — Не представляешь насколько. — Вот, как... — Сделал вид, что задумался насчёт этого. — Ну, ничего не поделать.       Тут его мать не выдержала и тоже вмешалась в разговор. — Можно поделать! Прежде всего, вообще, ложиться спать, а не сидеть без сна по несколько дней... — Она хотела сказать что-то ещё, но резко остановилась. Видимо высказать это она импульсивно захотела. — Тут вы правы, но, если я буду ложиться спать каждый день, тогда не успею подготовиться к школе. — Сказал я тоном "цель оправдывает средства". — А допустить этого я сейчас никак не могу. — Дак, вот для чего ты здешний аналог Мнемогрола просил. — Ехидно подметил Джун. — ? — Реакция его матери. — Глупости. Действие препарата, что увеличивает продуктивность, меня не интересует. Как я тебе тогда и объяснял, мне интересен сугубо эффект блокирования эмоций. — Максимально серьёзно проговорил я. — Догадливый ублюдок. — В тоже время подумал я. — Видимо прежде, чем купить эту чернь, он узнал о её свойствах, ибо я не рассказывал ему о сих. Ну, кроме, разумеется "блокирования эмоций". Как же это глупо... — А по-моему тебе это не нужно. — Подметила мать Джуна. Я мог бы указать на то, что она очень проницательна, но... Я не хочу. — Может быть...

Минут 30 спустя. Телефонный разговор.

— Привет, ты сейчас дома? — Да... Это самый глупый вопрос, что ты могла задать, Эличка. — Ответил равнодушно я. — Можешь прийти к магазину в который мы ходили? — Поинтересовалась она после нескольких секунд молчания. — В котором мы ещё 2 дегенератов-соседей встретили? — Да. Он самый. — Зачем? — Я решила разнообразить твоё времяпрепровождение. А то ты вечно дома сидишь... — Что-то ты темнишь, Эличка, но да ладно. Хуже не будет. Через минут 15 буду.       Договорив эти слова я отключился и стал собираться. У меня не было какого-нибудь чувства тревоги, плохого предчувствия, ничего, что могло бы, по всем клише, намекать на то, что произойдёт что-то плохое. И из всех подобных чувств у меня появилось только одно и оно мне твердило: что-то должно случится.