Продолжение.

Часть ооочень маленькая. Предыдущий бред удалил. Извините. Я из-за него спать не мог. Анна начала медленно просыпаться, а точнее приходить в сознание и увидела над собой, чуть приоткрыв глаза, острый кинжал с какой-то непонятной символикой, но одно она разглядела точно – на нем была пентаграмма. Мужчины были в черных костюмах, а точнее плащах. Один из них держал опасное оружие прямо над Кораблиной, а все остальные, опустив голову и взявшись за руки, стояли молча. Обстановка угнетала, ведь сейчас ее убьют и, что странно, обычно, говорят, жизнь пролетает перед глазами, видишь все свои поступки – глупые и не очень, героические и предательские, но Аня этого не видела. А может это не конец? Где же великий Фрейд, любитель вытаскивать ее из самой задницы? Вокруг горели черные свечи, освещающие уже наступившую темноту. Кораблина начала чувствовать, что лежит на холодной плите и, видимо, обнаженной. Это напрягло ее не в первую очередь, а, скорее, в последнюю, ведь сейчас нужно было думать о своей жизни, в миг удящей от одного удара кинжалом в сердце. Началось какое-то шептание со стороны Клименко, а затем подключились и другие, в конце концов, образовался какой-то противный шум из непонятных никому слов. Сердце Кораблиной сильно сжалось, когда бывший декан начал приподнимать нож, дабы с силой вонзить его ей в сердце, но…остановился. Что-то пошло не так, но Аня этого заметить не смогла. Она заметила лишь, что все дернулись и убрали от нее кинжал… Стало немного темнее, будто бы половина свечей в миг потухла и обстановка стала в миг угнетающей. Все снова зашептались, а Кораблина пыталась понять, что же, все-таки, происходит. У всех, абсолютно у всех почувствовалось то состояние, которое испытала Анна, когда к ее лицу приложили тряпку пропитанную хлороформом. Глаза начали постепенно закрываться, а ноги подкашиваться. К счастью, помещение было не большим, а скорее даже маленьким и заставить всех заснуть было проще простого. Кораблина заметила, как все, окружившие ее, начали падать, а в дверях появился какой-то силуэт, освещаемый сзади фонарем. Сначала могло показаться, что это сам Иисус решил спасти невинного подполковника, но это были всего лишь бессмысленные предположения, вызванные наркотическим средством. Человек приближался все быстрее и быстрее, и наконец, оказался рядом. Глаза женщины уже были напрочь закрыты – она спала, едва чувствуя, как ее укутывают в что-то мягкое, теплое, со знакомым запахом, а затем уносят прочь…