I just want you to know who I am

Беззвучный вопль так и не слетел с уст Мерлина, когда он со всех ног, не видя перед собой ничего и никого, кроме Артура, падающего на колени, бросился к раненому королю. Это чертово пророчество не могло, оно просто не имело права сбыться! "Всё, что угодно, только не это, нет, нет, пожалуйста, Артур не может, не имеет права," - лихорадочно стучало в голове у мага, пока он преодолевал несколько десятков метров, отделявших его от Артура. Секунды казались вечностью, на мгновение Мерлин даже подумал, что кто-то проклял время, или его, или ему вообще не суждено успеть до... до чего, он думать не хочет и не может. А потом волшебника озаряет - это просто дурной сон, один из многих, посещавших его с той поры, как ему пришло видение в пещере. Но кровь Артура, горячая и густая, обагрившая его руки в тот момент, когда он всё-таки подхватывает падающего друга, до ужаса реалистична. У Мерлина перехватывает дыхание, но он не может тратить драгоценное время на то, чтобы успокоиться. Подняв рыцаря, он вовсе не ощущает его тяжести, словно и нет на нем никаких доспехов. Единственное, что имеет значение - ужасная рана, нанесенная растворившимся в гуще сражения Мордредом, которая упорно не желает затягиваться несмотря на все заклинания, которые Мерлин тихо шепчет на ходу. Невыразимо бережно Мерлин доносит раненого в близлежащий подлесок на безопасное расстояние от поля боя, опускает на землю, усыпанную сосновыми иголками, и только тогда на него в полной мере обрушивается осознание произошедшего. Ни черта это не сон, а... нечто ужасное, чему он не может подобрать определения, и в чем виноват исключительно он. Зная всё, отвернуться от короля даже на четверть минуты, даже для того, чтобы помочь Гавейну, которого окружило сразу пять противников... О, если бы Эмриса спросили, на что он готов ради своего короля, он бы не думал ни секунды. Нет ничего, чем бы он не пожертвовал ради спасения Артура, и это причиняет особенную боль. And I'd give up forever to touch you Cause I know that you feel me somehow You're the closest to heaven that I'll ever be And I don't want to go home right now И маг в очередной раз поднимает руки над бездвижным телом Пендрагона, в то время, как его самого сотрясает неуемная мелкая дрожь. Магический поток тепла идет от одного к другому, никак не принося результата, но внезапно веки Артура вздрагивают. Этого малейшего движения хватает, чтобы Мерлин дернулся, как громом поражённый, и его рука коснулась живота раненого, вызывая у того болезненный стон. -Артур! Артур! - Мерлин отчаянно щупает горящий лоб короля и пытается сосчитать пульс по трепетно бьющейся тонкой артерии на гораздо более бледной, чем обычно, коже. - Пожалуйста, услышь меня, что тебе стоит выполнить мою просьбу хоть один раз... - В голосе волшебника смешались неприкрытая горечь и беспомощность, граничащая с безысходностью. -Пожалуйста... - тоскливо шепчет колдун, опуская голову и слушая прерывистое дыхание Артура, находящегося на грани жизни и смерти , - Хоть раз, - не удержавшись, выдыхает в сухие приоткрытые губы. And all I can taste is this moment And all I can breathe is your life Cause sooner or later it's over I just don't want to miss you tonight Мерлин не может остановиться, судорожно целуя Артура в припухшие веки, в щеки, горящие нездоровым румянцем, и снова в губы, быстро, словно урывая последние мгновения счастья. -Мхее... хеее... - король сильно вздрогнул и страшно закашлялся, а Эмрис со смешанными чувствами, среди которых всё же преобладал ужас, зачарованно проследил, как из уголка губ Артура вытекла тонкая струйка крови. Паника охватила всё существо Мерлина, на секунду он застыл, как каменное изваяние, лихорадочно соображая. Такого не должно быть от раны, даже такой страшной, только если она не... конечно, меч Мордреда был заколдован, как он мог не подумать об этом в первую очередь! Юноша тихо застонал, обхватывая голову руками. Чертов идиот, Артур всегда был абсолютно прав на его счет... Но сейчас не время для самобичевания, если ещё возможно всё исправить. Не медля более, он как можно более осторожно освободил Артура из доспехов, поднял кольчугу вместе с туникой до груди и, низко склонившись, стал изучать рану, которая опасно почернела по краям. Сконцентрировавшись, Мерлин призвал из ближайшего родника шар воды, одновременно отрывая от подола своей рубахи полосы ткани. Затем он пропустил тряпки через водяную сферу, смочив их, и положил одну из них Артуру на лоб, пытаясь облегчить его жар, а вторую взял в руки и склонился над королем. Сбитый и хриплый ритм дыхания раненого нарушился сперва от нежного прикосновения тонких ледяных пальцев Мерлина, потом от ощущения холодной влажности на животе, и возобновился снова. And I don't want the world to see me Cause I don't think that they'd understand When everything's made to be broken I just want you to know who I am Осторожно обтерев сперва кожу вокруг раны, смывая запекшуюся кровь и грязь, а потом вымыв собственные руки, Мерлин тяжело вздохнул. Ни одно из испробованных им заклинаний не помогло, и он уже почти отчаялся улучшить ситуацию, когда вспомнил про заветный флакон, который дал ему Гаюс. Зелье не могло исцелить Артура, но, вероятно, остановило бы распространение отравляющего действия магии по телу. Волшебник торопливо открутил крышку флакона, извлеченного из поясного мешочка, и вылил целительную субстанцию себе на ладонь. Бережно, боясь разбередить рану, самыми кончиками пальцев он нанес лекарство вокруг раны на её почерневшие края. До крови закусив губу, Эмрис старался не обращать внимания на то, как под его руками король заметался в горячечном бреду. Но это был вовсе не конец. Артур приоткрыл глаза и слабо приподнял голову. Мерлин, не веря своему счастью, потянулся вперед и обхватил ладонями такое родное, призрачно-бледное лицо с потемневшими ввалившимися глазами. Мгновение они молча смотрели друг на друга, и лёгкая улыбка тронула губы мага. -Артур... - обессиленно прошептал он, - Ты услышал, услышал, вправду... Казалось, достаточно просто смотреть в эти глаза, любимые, живые глаза, упиваться этим ощущением, теплом кожи и пульсированием артерии под пальцами, но он снова не смог сдержать эмоции, и прижал короля к себе, просто чтобы ощутить, что он действительно здесь, оживший, будто вырвавшийся из небытия, к нему, Мерлину. -Мерлин, - тихо выдохнул Артур, щекоча дыханием его ухо, и снова, но переменившимся голосом, - Мерлин! По неведомой причине тело обмякло у волшебника в руках. And you can't fight the tears that ain't coming Or the moment of truth in your lies When everything feels like the movies Yeah you bleed just to know you're alive Выпустив Артура из объятий, Мерлин хватал ртом воздух как рыба, выброшенная на берег, и понимал, что просто не может дышать. Минута счастья обернулась страшнейшим кошмаром. В этот раз не было ни горячки, ни метаний, ни... биения сердца. Впервые в жизни Мерлину показалось, что из него просто вынули душу и что умер он сам. Самообладание окончательно покинуло его. -Артур-грифон-тебя-задери-Пендрагон! Ты не можешь так со мной поступить, слышишь?! Никакого права не имеешь! - исступленно хрипел маг, схватив короля за грудки и прижавшись лбом к его лбу, не обращая внимания на горячие слезы, уже срывающиеся с подбородка - Не можешь избавиться от меня так просто! Никогда ты обо мне не подумаешь, чертов эгоист... Мерлин совсем отчаянно прижался к Артуру, словно надеясь передать ему таким образом свою жизнь. -Эмрис, - неожиданно зазвучал в голове вкрадчивый голос, - Эмрис, ты же знаешь, что делать, просто боишься себе в этом признаться. Закон магического равновесия, верно? Даже тебе его не преступить, Эмрис... И тут он понимает. Всё верно. В списке того, чем он готов пожертвовать ради спасения Пендрагона, нет исключения даже для его собственной жизни. В первую очередь - для его жизни. Как говорил Дракон, без него Артуру не суждено править Альбионом. Так вот, выходит, какова его роль - какая горькая ирония жизни. Маг кладёт обе руки на грудь Артуру, который выглядит так, словно всего лишь глубоко спит, лишь лицо искажено страхом. Ладони Мерлина холодеют от страха, зрачки чуть расширяются, а радужка вспыхивает золотом, когда он начинает колдовать. And I don't want the world to see me Cause I don't think that they'd understand When everything's made to be broken I just want you to know who I am -Прости меня, - грустно произносит Мерлин, чувствуя, как стремительно покидают его силы, потоком энергии переходя в тело Артура, - прости, если сможешь, за магию, прости... Перед тем, как его глаза застилает тьма и он падает на кажущуюся теперь такой мягкой землю, он замечает, что король делает вдох. Мерлин выдыхает. I just want you to know...