Карамель.

Выпуск уже отсняли, гость собирается уходить, а съёмочная группа спорит насчёт даты монтажа. Ведь всем лень, но подписчики их сожрут, если выпуск не выйдет вовремя. Так же камеры ещё не отключены, хотя запись уже не идёт. Образы снимать никто не собирался: во-первых, лень, а во-вторых, это их вторая кожа, хотят - ходят, хотят - нет. Съёмочная площадка пуста. Лишь в углу развёрнутое к стене кресло издаёт странные чавкающие звуки, похожие на поедание чего-то ужасно вкусного. Изредка можно увидеть чью-то руку, которая тянется к телефону, дабы посмотреть время, а после исчезает и звуки продолжаются. Игорь слышит, что Стас там явно что-то пожирает, поскольку он сам давно не притрагивался к еде, а желудок еле держался на съёмках, чтобы не издать звук умирающего кита. Подойдя ближе Лавров резко развернул Стаса и даже не глядя на еду сказал: - Поделись, а? - Только после этого он посмотрел на то, что вскоре должно удовлетворить его аппетит. Им оказался пакет доверху заполненный ирисками и карамельками, но фантики были только от карамелек. Видимо, ириски не в его вкусе. - Не-а. Они мои, - с хитрым выражением лица Стас спрятал за спину пакет, - Мне их подарили! - И кто же этот герой? - Со смешком в голосе, спросил Лавров, уводя взгляд в сторону команды. - Я недавно разгребал подарки с последнего концерта и там было полно еды. Все конфеты дома, а эта малая их часть, - слегка тряся мешок сказал Стас. Тот, пока рассказывал, и не заметил, как Игорь взял одну из его любимых карамелек. Возможно, если бы он взял ириску, то Стас бы и слово не сказал, но его любимых конфет и так мало, так Босс ещё и без спроса утаскивает. Видя, что тот уже поглотил его конфету, Стас сделал грустные глаза. После чего надул щёки и развернулся к стене. - Это моя хавка, пидор, - еле слышно говорит Конченков. - Оу, - протянул Игорь, - Ну прости. Хочешь верну? Пемп развернулся и с непониманием посмотрел на того. Он и слова сказать не успел, как его притянули и, закрыв ещё не снятой шубой, надавили на нужные точки, чтобы тот держал рот открытым. - Высунь свой ебаный язык, сука, - Босс сказал это настолько властно, что Конченков без раздумий сделал, то что тот приказал. Держа между зубов нужную конфету, тот сначала немного переплёл языки, после чего аккуратно положил конфету на язык. Далее облизнул нижнюю часть языка, дабы дать понять, что язык уже можно убирать. После чего отпустил челюсть. Оглянувшись, что их никто не видел, Игорь спокойно выдохнул. Стас, мягко говоря, охуел. Борода немного кололась, но с ней была некая уверенность того, что если её не было, то это был бы не Игорь, а любой другой. Внутри бушевал ураган чувств, причём среди них не было отвратных. Это было настолько охуительно, что Пемп ещё несколько секунд сидел, смотря куда-то в пустоту. После раздумий Стас встал на кресло на коленки и сам поцеловал Игоря. Реакция того не заставила ждать. Лавров краем глаза видел, что за ними наблюдает вся команда. Кто-то из них тихо хихикает, кто-то тыкает большие пальцы вверх, показывая что всё норм, только Фадеев как-то странно ухмыляется. Став сразу красным, как рак, Босс отвёл взгляд. По виду Стаса, тот наслаждался своим действием, Игорь не стал противоречить и приобняв Конченкова, чуть подался грудью вперёд. Они переплетали языки, иногда нежились, ведь это приносило такое удовольствие. Длился их поцелуй минуты три, но для них это было словно одно незаметное мгновение. Кисловатые вкусы клубники, апельсина, яблока и лимона переплавлялись в сладкий и вкусный сок, перетекающий в космос. Отстранившись, Стас обнял Игоря, положив голову на плечо, тихо шепнул: - Прости, моя карамелька, - Пемп тихо хихикает и зарывается носом в шубу, которая так сильно пахнет Боссом.

Стас любит Игоря. Пемп любит Босса. Обе жизни рады такому повороту в их отношениях.