Абонент доступен: оставьте сообщение

      Полгода. Примерно столько времени прошло с момента их последней встречи. Чуя успел довольно высоко продвинуться по служебной лестнице. Но в его планах не значилось втираться в доверие к начальству. Он просто выполнял свою работу. Холодно, чётко, непринуждённо. Обыденно. Ему это нравилось. Но Чуя даже представить не мог, насколько его присутствие облегчало ему жизнь каких-то полгода назад. Не то, чтобы была какая-то зависимость или приверженность... Одно только его существование казалось обычным делом, словно так и должно было быть всю жизнь. В команде работа всегда шла слаженно: они понимали друг друга с полувзгляда. И сейчас этого не хватало. Чуя до сих пор не привык к его уходу. На задании не хватало концентрации. Часто его новые напарники по-страшному тупили и не могли даже руку помощи вовремя протянуть. "А всё потому, что они все просто кучка эгоистичных отбросов, ищущих везде выгоду и похвалу. Крысы," – думал Чуя, разбрасываясь презрительными взглядами направо и налево. "Он хотя бы не был таким. Не искал лёгкой добычи." Накахара повзрослел. Было заметно и в походке, и в манере говорить, и в привычках – Чуя приобрёл невидимый глазу жёсткий панцирь, который был не в состоянии сбросить. Вся показательная жёсткость и так была частью характера, только теперь к ней добавилась попеременная раздражённость и излишняя грубость. Чуя был жесток. Если жестокость можно назвать мягкой степенью методов, которыми он оперировал один на один с противником. А он кромсал, стрелял и улыбался. Чуя ненавидел. Злоба поселилась в нём, когда его покинули, предали. Всегда учили, что мафия на первом месте. Потом уже чувства и вся остальная ересь. Но нет же! Он поступил совсем по-другому, и одному Богу известно, что натолкнуло его на это. Чуя считал его поступок глупым и необоснованным. Чуя стал считать их бывшие отношения глупыми и необоснованными. *** Кресло печально поскрипывало под весом хозяина. Не было настроения крутиться. Чуя лёг бы спать, но мешался гудящий рой мыслей по поводу новой проблемы. Голова теперь была занята более важными вещами. Все эти страдания и вздыхания о любви, ненависти, искуплении вины и её принятии... Чуе вскоре надоело каждый день истязать себя подобным, и он сдался, полностью отдавшись работе. Иногда пил. По выходным. То есть, ходил в бар и мучил бармена душераздирающими ругательствами и требованиями повторить. Этого было достаточно, чтобы по первости заглушить сознание, проигнорировать обливающееся кровью сердце и выдохнуть спокойно, хоть и дрожащим голосом. "Полгода назад... я бинтовал его, а он – меня." Чуя безумно скучал, хоть и старался это скрывать. По крайней мере, первые месяцы точно, пока не стал предпринимать попытки забыть. Телефон звонил редко, да и то по работе. Не хватало смелости ходить налево. Чуя, бедный Чуя. Несколько ночей подряд ему снилась одна и та же сцена. Когда он сказал: "Я ухожу из мафии. Я у-хо-жу." Это было больно. Как удар по лицу наотмашь. Знать, что этот человек всё ещё жив. Чуя надеялся, что его собьёт машина, или ему удастся-таки покончить с жизнью. Он не желал зла, просто хотел избавиться от давящего на душу осознания того, что ещё жив, и находится, может быть, в том же городе. Это было невыносимо. *** На фоне играла какая-то грустная мелодия, приглушённая всхлипываниями. Чуя недавно подхватил простуду, и теперь сидел в окружении бумажных салфеток, изредка прочищая носоглотку. Телефон бесполезным кирпичиком лежал рядом, на столе. Чуя не хотел признаваться себе в том, что до сих пор находит и перечитывает старую переписку по ночам. Он также до сих пор наливает вино в два бокала. Выпивает их, после начинает медленно курить. Медленно и самозабвенно, вспоминая бинты, стройную спину, чуть выпирающие позвонки, по которым было приятно проводить ладонью. Он вспоминает, каково это было – закидывать ноги на эту великолепную спину. Каково было запустить пятерню в волосы, перебирая и поглаживая, каково было сжимать пальцы на чужом горле и душить, душить, душить... Чуя теперь нисколько не краснеет и не вздрагивает, вспоминая, как было глубоко, быстро, хорошо. Одним словом, волшебно. Он был волшебным и элегантным. Всегда. "Элегантный, элегантный, элегантный... Чёрт бы его побрал!" Послышался глухой хлопок рукой по столу. Чуя упёрся лбом в холодное дерево, глотая слёзы. Бутылка была заранее откупорена, поэтому Накахара без промедлений схватил её и сделал два добротных глотка прямо из горла. Затем Чуя свободно опустил руки под стол, продолжая всё так же лежать головой на столе. – Ну и сволочь же ты, раз заставляешь вспоминать прошлое! – надрывный голос эхом разнёсся по комнате. Стемнело быстро. У Чуи в комнате горел только ночник, едва освещавший усталое лицо, скривившееся в гримасе ненависти. Парень внутренне сражался с порывом схватить бутылку и шарахнуть прямо об пол. – Грёбаных полгода прошло, а я все ещё... Всё ещё! Провались в ад, предатель! – Чуя уже не старался понизить голос или остановить рыдания. Болело в груди. В лёгких и гортани что-то сильно давило, будто хотело вырваться на свободу. Чуя сам не заметил, как уснул прямо на столе. Снова один, снова в своей квартире. Телефон всё так же мирно лежал рядом. *** Прошла ещё пара недель. Чуя решил окончательно похоронить воспоминания о Дазае. Хотел забыть все, чтобы никто не смог застать его врасплох, чтобы сердце ни разу не колыхнулось при упоминании его имени. Таков был план. Таковы были намерения. *** Накахара вернулся с задания практически полностью морально раздавленный. Мало того, что над ним вздумали шутить его собственные подчинённые, так ещё и враг оказался сильнее, чем он думал. И в таком помятом виде он добрался до дома, планируя оставшийся день ничего не делать. Только, может быть, прочитать несколько газет. И вот Чуя уже с чувством исполненного долга уселся в кресло, подогнув ноги, конечно, не услышав звонка. А телефон звонил. Довольно долго для начальства. Чуя прислушался, на секунду откладывая газету в сторону. Подумав, что боссу снова понадобилась его помощь, парень нехотя поднялся с кресла и пошёл на звук, забыв, где оставил телефон. Когда он всё же отыскал его, то замер с испуганным видом. На экране светилось "Суицидник-наркоман". Чуя озадаченно нахмурился, боясь подходить к визжащему телефону. Он просто не мог поверить в само наличие подобного звонка. Дазай ни разу не звонил за всё время отсутствия. А сейчас... "Эй! Да это, должно быть, розыгрыш! И кто это такой умный хакер?" Трубка настойчиво продолжала звенеть. Чуя ещё раз пригляделся к надписи, на всякий случай моргнув пару раз. Звонил действительно Дазай. Накахара фыркнул. "Сукин сын! Думает, я отвечу после такого промежутка! А, может, я телефон потерял! И что ты будешь делать?.." Гордость не давала Чуе протянуть руку и ответить. Он подумал, что таким образом предаст сам себя. Слово "предательство" теперь окрасилось для него в остерегающий цвет и обрело значение позора и изгнания. Наконец телефон перестал звонить. Воцарилась тишина. Чуя сглотнул, всё ещё не решаясь взять гаджет в руки. Он словно предвидел что-то неладное, и оказался прав, когда на телефон неожиданно пришло оповещение о сообщении. Ничего страшного не случится, если прочитаю, думал Чуя, пока его рука уже сама собой тянулась к трубке. Накахара открыл входящие сообщения и жадно принялся пробегать глазами текст. Напрасно, ведь его там было немного. От кого: Суицидник-наркоман "Нужна твоя помощь." Чуя возмутился до предела, прочитав сие и чуть не выронив телефон из рук. Ярость вскипела в крови, захотелось снова вышвырнуть гаджет из окна на берег, но парень воздержался, пытаясь прийти в себя. "Помощь?! Да что он о себе возомнил?!" Чуе не сильно хотелось писать ответ, но он чувствовал, что это просто необходимо сделать. Игнорировать Дазая было глупо, особенно когда его фраза казалась нелепой и возмутительной. Кому: Суицидник-наркоман "А больше тебе ничего не нужно?!" Накахара сел обратно в кресло вместе с телефоном, прижав колени к груди. Одно его обескураженно-возмущённое выражение лица могло испугать кого угодно. От кого: Суицидник-наркоман "Пожалуйста. Я не буду просить о невозможном." На мгновение Чуя задумался, что вдруг стряслось с Дазаем именно в этот день и именно в это время суток. "Если он опять застрял где-нибудь, пока пытался суициднуться, я не побегу его спасать. И вообще, мне же вроде как давно плевать на него!" Кому: Суицидник-наркоман "Валяй." От кого: Суицидник-наркоман "Позвони мне." Чуя в который раз фыркнул, выражая высшую степень возмущения. Кому: Суицидник-наркоман "Ты думаешь, после стольких месяцев я снова захочу услышать твой голос? Голос предателя?! Ты такая самонадеянная сволочь." Чую не волновало, что подумает Дазай. Его больше распирал интерес к его вопросу. Что за помощь понадобилась вдруг человеку, который успешно забыл о нём на полгода? Какие цели он преследует? От кого: Суицидник-наркоман "Хорошо. Тогда придётся общаться с помощью смс..." Кому: Суицидник-наркоман "Если ты думаешь, что я настроен с тобой общаться, то ты ошибаешься." От кого: Суицидник-наркоман "Чуя, я делаю это не ради себя. Ты мог бы очень хорошо помочь спасти одного паренька, которого держат в заключении незаконным путём. Если ты не поспешишь, шайка мафии будет выбивать из него информацию насильно." Чуя замер, ещё раз медленно перечитывая сообщение. "Он делает это для кого-то. Что за парень, из которого хотят добыть информацию? Куда он опять ввязался, этот идиот?!" На мгновение Чуе показалось, что сердце ухнуло куда-то вниз. Он не мог поверить, что у Дазая кто-то появился. Укол ревности последовал сразу после, и Накахара обиженно засопел, с силой сжимая телефон в ладони. Нужно было собраться с силами и достойно ответить, чтобы Дазай ничего не заподозрил. Никаких ноток ревности, ни капли сожаления, думал про себя Чуя, стараясь писать как можно холоднее и обыденнее. Кому: Суицидник-наркоман "Интересно, с какой стати мне помогать какому-то очередному заморышу, которого я даже не знаю? Жалость – не моя специализация, ты знаешь. И вообще, если так нужна помощь, почему не обратишься к тем, кто принял такого, как ты?" Чуя посмотрел на своё сообщение свысока, с гордостью и чувством собственного достоинства, как смотрел бы на Дазая во время разговора. На этот момент он выглядел более логичным, чем Дазай, хоть и был по-прежнему обескуражен его сообщениями. Телефон молчал чуть дольше положенного, и Чуя напрягся. От кого: Суицидник-наркоман "Я надеюсь на наши с тобой прежние... связи. Знаю, что не должен. Но послушай: позаботься о корабле мафии, перевозящем оружие и боеприпасы. На борту этого судна ваши люди держат ни в чём не повинного парня. Необходимо его освободить. Он важен для Агентства. Я очень надеюсь на тебя, Чуя, и не потому, что ты единственный, кому я мог бы доверять, а потому, что... я надеялся, что ничего ещё не кончено." Накахара поёрзал в кресле, с задумчивостью читая смс. Их отношения уже не держались ни на каких нитках, а потому парню было непонятно, откуда взялись эти неоправданные надежды. Но все слова указывали на искренность. Дазай не стал бы писать так много, если бы дело не было по-настоящему важным. "Значит, всё-таки это несносное Агентство... Вот же ублюдок." Чуе вдруг стало интересно, что за парня ему предстояло спасти. Он почему-то был уверен, что не сможет проигнорировать просьбу Дазая. Его слова цепляли взгляд, так сильно противящийся смотреть в прошлое, снова возвращаться туда. Читая последние слова, Чуя неожиданно для себя вздрогнул, почувствовав, как горят уши, а в уголках глаз накапливается влага. Кому: Суицидник-наркоман "До сих пор не понимаю, как ты мог обратиться ко мне, хренов эгоист... Ты ведь даже не знаешь, на что я теперь способен. Дазай, я могу повторить твою ошибку и стать предателем. Только теперь уже для тебя." От кого: Суицидник-наркоман "Я не совершал ошибки, хотя все подумали об обратном. Я не раскаиваюсь. Я поступил правильно, поступил так, следуя советам своего друга, которого теперь нет в живых. И тем не менее, предлагаю оставить выяснение личных отношений на десерт. Сначала исполни мою просьбу. Спаси парня по имени Накаджима Ацуши." Чуя вздохнул, поджав ноги под себя. Пальцы чуть дрожали, и телефон грозил выпасть из руки. Собравшись с духом, Накахара всё же пересилил себя, подумав мельком, что совершает непоправимое. То ли это он такой глупый и не учится на собственных ошибках, то ли Дазай обладает прекрасным даром убеждения. Чуя больше склонился ко второму, охраняя своё самолюбие, и принялся печатать сообщение. Кому: Суицидник-наркоман "Я не знаю, что ты такое, Дазай, но я попытаюсь. Спасу этого Ацуши, кем бы он не был. А когда мы всё же встретимся после моей победы, я покажу тебе, как хотел расправиться с тобой за твоё предательство, которое ты упорно отрицаешь. И не звони мне. Разрешаю только писать. Слышать не могу твой голос..." Пока он писал это, его сердце болезненно сжималось. Чуя всё ещё не мог поверить, что прямо сейчас, в эту самую секунду, он посвятил себя чужой миссии. Миссии Дазая. Просто так. Просто потому что он написал ему. Накахара настойчиво отбрасывал мысль о собственной продажности и уязвимости. От кого: Суицидник-наркоман "Я надеюсь на тебя, Чуя. А также жду встречи после твоей победы." Телефон перестал звенеть, оповещая о новых смс, и Чуя с громким воодушевлённым вздохом вскочил с кресла. Нужно было выполнять уговор. Чуя не знал никого, кого бы звали Ацуши, но если этот паренёк был так важен Дазаю... "Что ж, на его счастье сегодня у меня больше нет дел." Собираясь отправиться к порту, Чуя вдруг застыл на месте, обдумывая то, что вскоре собирается сделать. "Мафии ведь неспроста понадобился этот Ацуши. А это значит, что если я пойду его спасать, то в какой-то степени предам своих. Да не в какой-то степени, а точно. Неужели, он хочет настроить меня против мафии?.." Чуя находился на грани. Предательство он считал самой ничтожной низостью, на которую только был способен человек. И в то же время он припомнил, как Дазай ждёт их встречи. Вместе с этим вспомнились те самые связи, которые суицидник имел в виду. И спина, и шея, и плечи — всё всплыло в затуманенном сознании Чуи. И губы, нетерпеливо сминающие и облизывающие миллиметры кожи... И горячее дыхание в унисон, опаляющее шею и уши... И хищный взгляд, затянутый пеленой нежной страсти, во время которой хотелось открыться этому человеку ещё больше, отдаться и никогда ни о чём не жалеть... Чуя воодушевлённо вздохнул, рывком распахивая дверь и отправляясь к месту назначения, уже решив для себя всё. Чувства возвысились над разумом. Накахара давно уже проклял этот момент и себя заодно, пересекая границу, добираясь до порта. Мобильник он решил держать поближе на случай надобности. "Дазай, кажется, я отправлюсь в ад вместе с тобой. И, чёрт возьми, чувствую, что мне это понравится." *** Он приехал на место. Громадный корабль освещался всполохами огня. Чуя ошарашенно смотрел на мелькающие над водой взрывы. Он опоздал. На секунду ему показалось, что вокруг этой громадины кружит небольшой катер. В следующие пару мгновений Чуя заметил Акутагаву, взмывающего в воздух и сражающегося с каким-то странным оборотнеподобным человеком. "Этот и есть тот самый Ацуши, который только что впечатал Акутагаву в борт одним только кулаком?.. Погодите, это что, тигриная лапа?!" Чуя не понимал ровным счётом ничего из того, что происходит. Он огляделся по сторонам в поисках Дазая или каких-нибудь других людей, наблюдателей из мафии, но не нашёл никого. Пройдя вверх по улице, он всё же заметил одного из агентов Чёрных Ящериц и спросил у него, что тут произошло и где найти Дазая. Вместо ответа парень в чёрных очках лишь кивнул в сторону небольшого ангара. Такие располагались по периметру береговой линии. Чуя недоверчиво посмотрел в его сторону. Ему всё ещё казалось, что всё здесь происходящее – чей-то крупный розыгрыш. От одной подобной мысли у Чуи нервозно дёрнулся глаз. Парень не мог вынести осознания того, что над ним снова кто-то вздумал посмеяться. В ангаре было темно. Не найдя вокруг ничего необычного, Чуя решил перестраховаться и заглянуть в подвал. Спускаться по неаккуратным ступенькам вниз было затруднительно, но, спустившись, Чуя сразу же пожалел о сделанном, хотя и не хотел признавать, что всё было наоборот. Прямо перед ним стоял Дазай собственной персоной. Он был прикован наручниками к бетонной стене, но держался так, будто не замечал этого. Он улыбался, глядя Чуе прямо в душу. – Ну, привет. Я же говорил, что мы... Чуя не дал ему договорить, стремительно приблизившись и наотмашь дав сильную пощёчину. На мгновение на месте удара отобразился отпечаток ладони Чуи. Тот сбивчиво дышал, то ли от ярости, то ли от неожиданности такой встречи. – ...обязательно встретимся, – Дазай нашел в себе силы продолжить, слизывая собственную кровь с губы – он случайно прикусил её. Но даже после этого удара парень выглядел неподражаемо и дерзко. Чуя шумно выдохнул, встряхивая руку: – Чокнутый... Что ты здесь забыл? – он смотрел на него с негодованием, всё ещё не веря, что Дазай смог так глупо попасться в плен мафии. Вместо ответа Дазай опустил голову и хмыкнул, оскалившись. Его руки безвольно висели по обе стороны от головы, поддерживаемые наручниками. Бывший мафиози почти не изменился, как успел заметить Чуя: все такой же взъерошенный, наглый и невозмутимый. Свой прежний шарм он сохранил. Только внешность немного поддалась изменениям: исчезла пара бинтов, а плащ сменился с чёрного на бежевый. Сам Дазай выглядел потрёпанным, как будто информацию должны были добывать из него, а не из Ацуши. Чуя хоть и приложил свою руку, но пока ещё нисколько не пожалел об этом. – Я повторюсь: что ты тут делаешь? – Повис вот, как видишь. Твои дружки постарались во главе с Акутагавой, – Дазай сплюнул скопившуюся во рту кровь, глядя при этом на Чую изучающим взглядом, словно хотел запомнить его всего до последней мелочи. – А я-то надеялся, что этот безумный ребёнок повзрослеет за полгода... "Полгода... Если бы ты только знал, как паршиво я чувствовал себя всё это время, ты, эгоистичный сукин сын!.. Без тебя!" От упоминания прошедшего времени в сердце щемило. Так и тянуло высказать всё, что накопилось за столько дней и ночей, но Накахара нашёл в себе силы промолчать об этом. Пока. – Что им было нужно? – Ацуши, – Дазай вскинул голову, насколько позволяло его положение, и улыбнулся. – Мой новый напарник из Агентства. Чуе показалось, что его вот-вот разорвёт от ярости. "Да как он посмел говорить подобные вещи прямо мне в лицо!.." Он хотел было снова замахнуться для следующего удара, но подумал, что всё же не стоит избивать Дазая до полусмерти из-за какого-то мальчишки. Но разум возжелал мести, и Чуя вдруг улыбнулся уголком рта после недолгого молчания. – Ацуши... Что ж, думаю, они там неплохо справляются с Акутагавой, поэтому, – он наигранно повертел рукой в воздухе, разворачиваясь, – моя работа на этом закончена. – Но ты ничего не сделал, – возразил Дазай. – Беру пример с тебя, – парень повернул голову, добавляя голосу больше язвы. – Ты ведь тоже ничего не сделал за те полгода, помнишь? Осаму вздохнул, тихо посмеиваясь, и Чуя услышал, как звенят цепи. Ещё через секунду ему надоело слышать этот беззаботный смех, и он развернулся, подходя к заключённому почти вплотную. – Ты бросил меня, ты лишил меня доверия к тебе, ты... – Чуе не дали договорить. Осаму медленно и нежно повёл носом около уха, невзначай зарываясь им в волосы и вдыхая сильнее. Чуя невольно замолчал, почему-то не решаясь отстраниться, хотя имел на это полное право... А Дазай тем временем продолжал. Продолжал втягивать в себя струйки личного запаха своего Чуи, еле касаясь губами уха и щекоча ресницами щёку. Его колено незаметно раздвигало чужие ноги. – Ты же понимаешь, – гипнотически шептал Осаму, заставляя парня чувствовать на спине и плечах целый рой мурашек, – понимаешь, что я делал это не во вред. Я не хотел ранить тебя и, тем более, задевать твоё самолюбие. Подумай, вспомни, кем мы были. Они называли нас Дабл Блэком... А сейчас? Чуя вздрогнул и послушно приблизился к нему теснее, желая, чтобы этот момент длился вечно, хотя бы пока Дазай стоит здесь. Руки легли пленнику на плечи, приобнимая, перемещаясь на спину и сжимая чёртов бежевый плащ. – Ты больше не звонил и не писал мне, – Накахара стиснул зубы, стараясь не выдать дрожащий голос. – Ты забыл обо мне, а я... не смог, п-понимаешь?.. Зачем ты вообще позвонил мне тогда, зачем вернулся? Осаму согнул ногу в колене, заставив Чую с тихим стоном сильнее податься вперёд. – Так было нужно, – затем, немного подумав, добавил, улыбнувшись: – дорогой. – Я ненавижу тебя! – Накахара вспыхнул, вспоминая переписку из телефона, и тут же поднял голову, ошарашенно глядя на парня. Тот снисходительно улыбался, глядя на него плотоядным взглядом хищного зверя. Чуя не сразу осознал, что стоит перед ним с явной эрекцией, и возмутился ещё больше, когда Дазай надавил коленом на пах. – Так и будешь стоять и светить своим стояком? – наручники с негромким стуком упали на пол, цепи уныло звякнули о стену, а пленник как ни в чём не бывало потирал затёкшие запястья. Чуя почти не удивился: – Следовало ожидать этого от тебя... – Пф, я думал, мы знаем друг друга на сто процентов. По крайней мере, я, – Дазай слизал с губы оставшуюся кровь и снова улыбнулся, глядя на бывшего напарника. – Я ведь знал, что ты придёшь сюда, в любом случае, при любых обстоятельствах... Теперь уже Чуя подпирал стену, глядя на Дазая снизу вверх. Мысли путались из-за прилившей к паху крови, а запястья сводило сладкой судорогой, пока Осаму держал их, прижимая к шершавому бетону. Дазай наклонился, слизывая с чужой щеки случайную красную каплю. – Я также знаю, что тебе точно понравится, Чуя, – знакомый гортанный голос подействовал на него подобно афродизиаку, и парень плавился изнутри, чувствуя, как прохладные пальцы забираются под чёрный бархат перчаток, снимая их. Осаму позволил себе отпустить одну руку, чтобы неспешными движениями расстегнуть чужую ширинку и погладить едва ли не пульсирующий член через боксеры. Чуя бесстыдно краснел от его действий и соблазнительного голоса, перешедшего на шёпот. Что-что, а свою эротичность Дазай не растерял за последние полгода. Не успел Чуя подумать о своём положении, как в рот проникла пара пальцев, подушечками оглаживающих язык. Дазай был способен на многие извращения. Вспомнив их последний секс, Накахара простонал, запрокинув голову и впуская пальцы глубже. От несуразных мыслей голова пошла кругом, и он сам не заметил, как пальцы потянулись к пуговицам, начиная торопливо расстёгивать и проникать под покровы одежды, трогая желанное тело, однажды пропавшее на такой долгий срок. Рука вскоре медленно задвигалась на члене, заставляя Чую дрожать всем телом и подаваться вперёд, забыв о том, где они находятся. – П-пожалуйста... – неразборчиво пролепетал он, цепляясь за своего мучителя. – Пожалуйста, Дазай... Тот без лишних слов приспустил его брюки вместе с боксерами и подтянул вверх, поддерживая за ягодицы. Чуя не мог понять, когда он успел расстегнуть собственную ширинку, но это была одна из последних вещей, интересовавших его. – Я так долго был без тебя, но сейчас... – ему было тяжело дышать, – скажи, что нас ждёт? Зачем ты это делаешь? – Затем, что люблю тебя, идиот. И всегда любил, несмотря на то, что убежал от этого, как подбитый пёс, – прорычал Дазай, царапая ногтями нежную кожу. В то же мгновение Чуя впился в его по-прежнему окровавленные губы поцелуем, вновь и вновь прикусывая, но тут же слизывая свежую кровь. Почему-то сейчас хотелось верить ему и надеяться, что всё не напрасно, что всё ещё наберёт обороты. Дазай тоже верил, видя, с какой страстью отдаётся ему этот парень... ...Только стоящий на пороге подвала Акутагава не хотел верить в происходящее. Глаза были широко распахнуты, и зрачки безумно дёргались от одного к другому. Парень застыл в немом крике возмущения. – Г-господин Дазай?!.. – Осаму замер и медленно оглянулся на вскрик, придавая лицу спокойное выражение. – Да? Чего тебе? Не видишь, меня тут пытают! Акутагава посмотрел на него, как на идиота, с примесью некой неприязни и осуждения, но заметив за его спиной дико краснеющего Чую, удивился ещё больше. – Г-господин Накахара, вы... Что вы здесь делаете?! Чуя пытался собраться с мыслями, пока Дазай незаметно застёгивал его ширинку и тихо шептал, чтобы тот не выдал их. Вдруг, неожиданно для себя, он оттолкнул Дазая в сторону, ловко защёлкивая наручник на его запястье. – Этот вопрос я хотел бы задать тебе, Акутагава. Какого, позволь, дьявола ты упустил того тигра? Неужели, захотел скорой отставки? Или, может, лишних пуль на свою голову? – он пытался придать уверенности и беспечности своему голосу несмотря на то, что руки по-прежнему мелко тряслись из-за недавних действий Дазая. Акутагава ещё раз мельком взглянул на них, задержав двусмысленный взгляд на Дазае. Этот жест был непонятен Чуе, но он предпочёл грозно стоять и ждать, когда же он наконец уйдёт. Его желание исполнилось, когда Акутагава, с нескрываемым раздражением фыркнув, поднялся вверх и покинул злополучный ангар. – Может, всё-таки отпустишь меня? – поинтересовался Дазай спустя несколько минут молчания. Чуя злобно зыркнул на него и снял наручник, отбрасывая в сторону. Продолжать разговор, будто он был ему чем-то обязан, парню не хотелось. Чуя просто стоял, прикрыв глаза, и ждал, когда всё закончится. Когда он уйдёт. – Не обижайся на меня, – он почувствовал, как Дазай прижимается сзади, невесомо целуя в шею и обнимая. – Да, теперь мы на разных фронтах, но это не значит... – Ооо, нет, Дазай, теперь это много значит! Например то, что мы теперь ничем друг другу не обязаны. Поэтому... Осаму прервал его осуждающую речь мягким поцелуем, проникая языком глубже и добиваясь тишины. Чуя горестно всхлипнул и притянул его к себе за лацканы плаща, стараясь вобрать в себя больше Дазая, больше его запаха и самого его существа. Он понимал, что они ещё долго могут не пересечься. Поэтому оставалось лишь целовать, зарываясь пальцами в волосы, притягивая и вспоминая забытые черты лица. – Всё ещё рыдаешь, как девчонка, – усмехнулся Дазай, отстраняясь. – Но мне пора. Надеюсь, ты перестанешь вечно обижаться на меня... – он поправил плащ и направился в сторону лестницы. – Не дождёшься, – проворчал Чуя, натягивая шляпу на лоб. Осаму вдруг обернулся и посмотрел на него: – Чуя?.. – Чего тебе ещё? – Ты знааааешь, – насмешливая улыбка и искрящиеся смехом глаза заставили Чую сделать это. Переступив с ноги на ногу и приняв соответствующее выражение лица, Накахара вытянул вперёд руку с указательным пальцем и пропищал девчачьим голосом: – Пощады не жди! Пощады... не жди. Дазай коротко рассмеялся и, махнув Чуе на прощание рукой, исчезнул в проёме. Накахара коротко улыбнулся, нащупывая телефон в кармане брюк. *** Кому: Суицидник-наркоман "Эй... Ты один? Не занят?" От кого: Суицидник-наркоман "Даже если и нет, что ты сделаешь на этот раз?" Кому: Суицидник-наркоман "Как ты помнишь, мы не закончили..." От кого: Суицидник-наркоман "Хм... Думаю, ты прав. Стоит довести дело до конца." Чуя не мог знать, о чём сейчас думает его враг номер один, но одно он понимал точно: Дазай не будет медлить. Кому: Суицидник-наркоман "Тогда буду не против, если ты снова прижмёшь меня к стене~" От кого: Суицидник-наркоман "Значит, полагаю, ты будешь не против, если я снова стяну с тебя лишнюю одежду и подниму наверх, поддерживая твою восхитительную задницу..." Чуя прикрывает глаза и уже чувствует, как проезжается спиной по неровной поверхности бетонной стены. Переписка обещает быть насыщенной и жаркой. Кому: Суицидник-наркоман "Хотел бы я посмотреть на тебя сейчас. Контроль... его у тебя просто нет. Ну, давай же, доведи меня до предела! Я не буду тебя винить." От кого: Суицидник-наркоман "Мне никогда не нравились все эти бесполезные слои одежды на тебе... Не против, если причёску придётся немного подпортить? Потому что ты разбираешься в шампунях~ Ощущаю себя вампиром. Прости, но у тебя такая соблазнительная шея..." Чуя дотронулся до шеи, запрокинув голову назад, и попытался сымитировать его поцелуи, держа мобильник перед глазами. За время, прошедшее с их первой переписки, он перестал считать подобные сообщения чем-то постыдным, вместо лишних возмущений и шока отдаваясь сотовой сети. Кому: Суицидник-наркоман "Дазай... Ха... Ты, кажется, весь взмок от напряжения... Может, приступишь уже? Или мне поёрзать бёдрами для большей убедительности?.. ;)" От кого: Суицидник-наркоман "Кто уж действительно взмок, так это ты. Течёшь, словно какая-то сучка. Моя сучка~ Так не терпится ощутить мой член в себе? Или ты настолько храбрый, раз позволяешь себе дразнить меня? Что ж, тогда я, пожалуй, вставлю пару пальцев..." Чуя слепо повиновался его словам, распластавшись на своей кровати и бесстыдно разведя ноги в стороны. Два смазанных пальца протиснулись в отверстие не без труда, и Накахара всхлипнул, ещё раз касаясь шеи и проводя пальцами по груди. Визуализировать Дазая было на удивление просто. Кому: Суицидник-наркоман "Если ты дальше продолжишь меня так мучить, я кончу от одних только пальцев! Может, стоит сильнее обхватить тебя ногами, чтобы ты понял наконец, чего я хочу? Судя по твоему виду, этого ты хочешь не меньше~~" От кого: Суицидник-наркоман "Не учишься на старых ошибках, продолжая поддразнивать... Хорошо, Чуя, тогда хватит с тебя и пальцев. Думаю, рука составит мне компанию получше... ;) А тебе твоя?" Эти слова заставили Накахару едва ли не взвыть от несправедливости. Он даже специально убрал пальцы, чтобы ощущать ситуацию реально. Но и это не спасло его от жестокости Дазая. Кому: Суицидник-наркоман "Эй! Я не хотел говорить ничего такого! Не заставляй меня ползать на коленях, умоляя тебя о большем!.. Хотя... если ты такой извращенец... Что ж, Дазай, Я УМОЛЯЮ, ТРАХНИ МЕНЯ И КОНЧИ ВНУТРЬ, ЧТОБЫ Я УСПОКОИЛСЯ. Ну? Ты доволен? Я бы мог также просто вцепиться ногтями тебе в спину и расцарапать до крови, как в тот раз, помнишь? Но жду, когда ты сам заставишь меня сделать это.~~~" От кого: Суицидник-наркоман "О, да, я ждал этого. Наконец-то ты начал догадываться сам. Тогда я жду нечто большего, потираясь головкой о твой проход... Хмм? Ты же, вроде, этого хотел, да? Что-что? Прости, не расслышал..." Чуя дразняще провёл пальцами по кольцу мышц, как бы это сделал Дазай. Его слова всё же заставили парня покраснеть, и он уже пять минут утыкался в подушку, ненамеренно заливая её слюнями и приподнимая таз. Кому: Суицидник-наркоман "П-пожалуйста... ДАЗАЙ, ПОЖАЛУЙСТА, УМОЛЯЮ! Если ты не трахнешь меня сию же секунду, я трахну себя сам!" От кого: Суицидник-наркоман "Ого, вот это угроза. О_о Сомневаюсь, что ты сейчас не трахаешь себя... Но тем не менее... Уже чувствуешь, как я толкаюсь?~ Странно, но ты стал заметно уже с нашей последней встречи... Неужели ты настолько верен мне и терпелив? Если так, то... позволь мне... двигаться... хххаах... Ччщщёрт..." Чуя проник в себя сразу тремя пальцами, поменяв позу и встав на четвереньки. Телефон удобно лежал на подушке, в которую парень всё же уткнулся лбом, двигая пальцами и пытаясь достать до простаты. Приглушённые подушкой сладкие стоны разливались по спальне, Чуя тяжело дышал и трогал себя везде, где только можно, не выпуская из головы образ Дазая. Куда-то испарился весь стыд вместе с неуверенностью. Да, он был прав. Накахара желал лишь того, чтобы Дазай как следует его трахнул. Немного переведя дух и схватив дрожащими пальцами одной руки телефон, парень без промедлений набрал нужный номер. Чуя не менял позы, не хотел портить момент, когда они с Дазаем наконец воссоединяются, после стольких месяцев, после воздержания и своеобразного голода... Гудки. Бесконечные гудки, а затем Осаму всё же соизволил ответить. Но вместо привычного сарказма Чуя мог слышать только рваные вздохи и негромкие стоны. – Д-дазай?... – Надеюсь... тебе там хорошо... Если только ты не имитируешь. – Заткнись, – Чую сковала судорога, когда он всё же коснулся заветной точки. Ноги подкашивались, и стоять на четвереньках без опоры становилось тяжелее. – Просто... не останавливайся. Говори... со мной. – Что, назвать тебя моей сучкой и шлёпнуть по заднице? – Дазай коротко рассмеялся. – Или что-нибудь экстраординарное? Хах, интересно... насколько глубоко ты сейчас трахаешь себя... Чуя задрожал от экстаза, вжимая телефон в ухо и отрывисто дыша в динамик. Ему безумно нравился низкий и хриплый от сбившегося дыхания голос Осаму. – О, боже, продолжай!... Если замолчишь, приду к тебе в грёбаное Агентство и убью! И Дазай продолжил говорить в трубку разные пошлости, воображая себе, насколько ещё Чуя может быть извращёнее, чем сейчас. Накахара же, в свою очередь, ускорил темп руки до невозможного, задыхаясь в собственных стонах. – Я... Я скоро... – Да... Чуя прогнулся в спине, остановив руку, и кончил, протяжно выкрикнув имя Дазая на всю спальню. Дазай последовал за ним, откидываясь на подушку. Телефоны обоих нагрелись до предела и лежали возле своих хозяев, остывая вместе с ними. Первым очнулся Чуя: – Дазай? Ты там... живой? – Спасибо, что поинтересовался. Живой, на твоё счастье... – огорчённо констатировал Осаму. – Был бы ты здесь, мы бы обнялись?.. – Думаю, да. А потом мы бы долго целовались... – задумчиво протянул парень. – Да... Наверное... – Что ж... Дазай? – Спи спокойно, Чуя. Сегодня мы вместе, – через некоторое время в трубке послышалось мирное посапывание Осаму. "Он всегда засыпает после секса..." – подумал Чуя, глядя в потолок и всё ещё держа телефон в руке. Парень чувствовал приятное тепло, разливающееся по телу, чувствовал, как тоже постепенно засыпает... ...И, полежав в тишине ещё несколько минут, он нажал кнопку "отбой" и отключил телефон.