Анестезия +36

Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
One Piece

Основные персонажи:
Рейли Сильверс (Темный король), Шакки
Пэйринг:
Сильверс Рейли/Шакки
Рейтинг:
PG-13
Жанры:
Романтика, Hurt/comfort, AU, ER (Established Relationship)
Предупреждения:
OOC
Размер:
Драббл, 2 страницы, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
я от любви к тебе умираю.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
По заявке с однострочников: Рейли/Шакки. Мафия-АУ. Зашивать пулевое ранение без анестезии. «Поцелуешь — и перестанет болеть».

Написано для команды WTF One Piece Non-mainstream 2017, бета Джей.
8 мая 2017, 13:07
Настоящая женщина может превратить в рай любую помойку. Конечно, настоящий мужчина не позволит ей там жить, но сам факт впечатлял. Стоило Шакки переступить порог дешёвого номера, как облезлые жёлтые обои и кислый запах грязного белья перестали быть важными. Что там, Рейли на мгновение забыл, ради чего они забирались в такую глухомань. С Шакки он забывал вообще обо всём. Но резкая боль в плече отрезвила и вернула с небес на землю.

— Садись.

Чиркнула зажигалка — Рейли зацепился за дрожащий огонёк в полумраке комнаты и сосредоточился на нём. Так проще. Так — не болят внутренности, словно желая вывалиться наружу. Задели, кажется, только плечо, но под чёрной рубашкой на животе расплывалось влажное пятно. Рейли сдавленно застонал и от неожиданности едва не выронил ткнувшуюся прямо в губы зажжённую сигарету. Дым ухнул в лёгкие, глаза защипало, и стало хорошо-хорошо, как в раю, если бы тот в самом деле существовал.

Шакки кинула короткий взгляд на его лицо,потёкшее и мягкое, точно пластилин, вздохнула и покачала головой. Так умела только она: по-кошачьи плавно повернуть шею и томно взглянуть из-под густых ресниц. Под обманчиво хрупким женским обликом скрывалась опасная сила, и порой Рейли думал, что в напарницы ему досталась богиня, ну, или дьяволица — не важно, чёрт возьми! Главное, что это восхитительное существо вытаскивало его с того света не первый раз, а за это не жалко молиться и приносить жертвы.

— Я испугалась. — Дыхание Шакки пахло горечью и морозом: сигарету она заела жвачкой с ментолом. — Не подставляйся под пули, когда меня нет рядом.

— Постараюсь.

Она не поверила, вздохнула снова и достала из миниатюрной дамской сумочки столько вещей, что у Рейли голова закружилась. Объяснение намного приятнее, чем обморок от потери крови.

Шторы были задёрнуты, нелепое бра в форме цветка над кроватью мягко светилось, бросая косые тени на стены.

— Давай возьмём отпуск? — предложил Рейли, пока Шакки штопала его, как порванное на лоскуты одеяло. Рейли давился дымом и говорил, говорил, говорил, лишь бы не потерять сознание или не закричать. Хорошей выпивки в этой дыре нет, а ничто кроме неё не притупит боль. Впрочем, шила Шакки очень бережно, её холодные пальцы, касаясь кожи, приносили временное облегчение. — Получим деньги и сбежим куда-нибудь, где тепло. Ты откроешь свой бар, а я буду торговать с местными или вообще продамся в рабство, чтобы не потерять форму. По-моему, замечательный план.

— По-моему, ты слишком много болтаешь, — проворчала Шакки, но глаза её стали тёмными и влажными, бездонно-глубокими, как море в шторм. — Кто же нас отпустит, милый?

— Тогда мы сбежим. Всегда мечтал обокрасть босса и сбежать с самой прекрасной женщиной в мире на край света.

— Знаешь, это лучший комплимент, который я слышала, — Шакки тепло улыбнулась и тут же прижала ладонь к его щеке, заметив неестественную бледность и участившийся пульс. — Эх, герой. Ты совсем плох.

— Это я от любви к тебе умираю.

Больно было — безумно. Но Рейли в нос толкался терпкий запах её духов и тела, от которого приятно немело внутри. Боль затихала, ворчала глухо и сворачивалась где-то в уголке прирученным зверем. Шакки точно была не человеком, если действовала на него как анестезия. Почти наркотик. Раз попробуешь — и никогда уже не слезешь.

— Очень больно, милый? — прохладные губы коснулись напряжённого лба, переносицы, собрали со щёк капельки пота, не слёз. От гладких волос стало щекотно и весело, хотелось поймать их и перебрать пальцами, как когда-то давно, в первую встречу.

Шакки обрезала волосы месяц назад. Сказала — не ходить же обоим как стареющие рок-звёзды.

— Если поцелуешь — перестанет болеть, — хитро улыбнулся Рейли, на что Шакки тихо рассмеялась и зажгла для него вторую сигарету.

— Вымогатель, — дым разделили на двоих, а когда Рейли закрыл глаза и решил капельку вздремнуть, Шакки вдруг добавила: — Если выкарабкаешься — уедем. Туда, где нас никто и никогда не найдёт. Обещаешь?

Сквозь тонкие шторы пробивался лунный свет, превращая Шакки не то в ангела-хранителя у постели умирающего, не то в дьяволицу, уговаривающую отдать душу за бесценок. Пусть. Ради своей женщины Рейли готов махнуть рукой на Рай и Ад разом, лишь бы быть с ней.

В таких делах торг неуместен.

— Клянусь.

Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.