— Я скучал. — Я тоже.

Кто такая Эва Квиг Мун?       Девочка, которая боится пройти стойку регистрации или же уверенная в себе дама, сбегающая от тяжелых воспоминаний? Ни от одного, ни от другого варианта не легче. Эти вопросы мучают меня всю неделю, занявшую сборами на самолёт в Лондон.       Я ведь совсем недавно закончила университет и хотела устроиться на работу в Осло, чтобы не висеть на шее у мамы, а сейчас уже забираю свой билет в страну, в которую, скорее всего, переберусь навсегда. Таможню я прохожу всё с тем же грузом мыслей, как и у стойки регистрации, и осознаю, что теперь обратного пути нет.       В свои двадцать один я чётко понимала, что журналистика — моё всё. В школе это увлечение никак не проявляло себя. Я всего лишь раз написала за Сатре статью, и мне до такой степени это понравилось, что после третьего курса точно знала, куда пойду учиться. Моё решение удивило не только маму, но и всю нашу разношёрстную команду. Все думали, что это занятие Нуры, но, как оказалось, всё совсем не так.       С получения диплома прошло не больше месяца; моя любимая подруга отправила мне на почту бронь одинокого билета в одну сторону прямо в Англию и, что самое главное, на мою фамилию. Я долго отпиралась и протестовала, но блондинку это не сломило, и она смогла уговорить меня только тем, что Вильям устроит меня на работу в очень хороший журнал, где у меня будет карьерный рост. Я мечтала об этом, и она это прекрасно знала.       Честно говоря, мне очень трудно сейчас уверенно идти по трапу в самолёт, ведь я боюсь помешать счастью Нуры. У них с Вильямом уже как бы семейная жизнь, а я врываюсь в нее желаемым гостем Сатре и нежеланным для её парня. У нас с Магнуссоном было что-то типа взаимной ненависти. Нам приходилось делить двух самых дорогих людей. И на первом месте нашего деления, конечно же… Кристофер Шистад, а на втором — Нура Амалия Сатре, которая и по сей день не замечала, как мы с Вильямом относимся друг другу, не говоря уже и о Крисе. Он прекрасно знал, что и я, и челкастый паренёк очень ревнивы, поэтому мы не можем разделить его внимание на двоих. Мне нужно было больше, ему нужно было больше. Конечно, когда Шистад исчез из моей жизни, а Нура вернулась из Осло обратно к шатену, он просто ликовал. Те, кого мы делили, перешли на его сторону…хотя где был и сейчас находится Кристофер, я не знаю и знать как-то не хочу. Он бросил меня, а значит, мне не должно быть никакого дела до него. А вот Нура точно с ним целиком и полностью, а я так, лишь в скайпе. Кстати, Нура весь второй курс провела с Вильямом в Лондоне, а вот третий и экзамены эта безбашенная блондинка сдавала в Нисене. Я была безумно рада этому, ведь я провела с ней целый год и смогла насладиться обществом лучшей подруги.       Что уж говорить о остальных моих подругах, то… Сана уже улетела в Швецию, где устроилась на какую-то работу и прекрасно там живет своей жизнью. Пончик-Крис уехала в Берген учиться в университет. Вильде с Магнусом оправилась в путешествие по необычным островам. Сколько они уже там? Два месяца? Или четыре? Я уже со счёта сбилась, но они там точно долго.       О моей личной жизни всё предельно известно. Со второго курса я начала встречаться с выпустившимся из школы студентом — Кристофером Шистадом. Наши отношения были довольно долгие и, что самое главное, он не изменял мне и был очень романтичен. Иногда. После того, как я поступила в университет, он стал вести себя странно. Целовал пуще прежнего, как будто прощаясь. Обнимал, зарываясь волосы, как будто запоминал запах моих волос. Отнимал у меня мои же вещи. Да, это странно, но он забрал футболку и толстовку, в которых я чаще всего ходила, и унёс к себе домой. А через несколько дней он написал СМС-ку с текстом: «Прости, малышка, нам нужно расстаться. Я поеду устраивать свою жизнь». Эгоистично? Знаю. Но разве через чувства переступишь? Я была по уши влюблена в него. А сейчас в моей душе и сердце осталась лишь страсть, влечение и маленькая влюблённость. И всё-таки, несмотря на это всё, я не знаю, где он и не хочу знать.       Самолёт приземляется, а я включаю свой телефон, чтобы написать Нуре о том, что я прилетела. Маленькое сообщнице быстро доходит до неё, и я вижу почти мгновенный ответ:

Прости-и-и-и, меня задерживают в университете. Вильям встретит тебя и привезёт домой, а там и я приеду:) Люблю❤️ 15:32

      После прочтения столь «приятной» новости, я впала в немой ступор прямо в рукаве, который вёл в здание аэропорта. Если бы не плечо какого-то парня, я, наверное, так и не пошла дальше. Сильнее сжав ручку маленького чемоданчика, я прошла помещение, где выдавался багаж. Так как я решила, что все вещи брать не нужно, собрала лишь два больших чемодана. Там самое необходимое на первое время.       Я до сих пор не очень любила огромное внимание к своей персоне, поэтому, когда передо мной раздвинулись стеклянные двери, натянула капюшон и пошла в ту сторону, где не было толпы встречающих. Везти сразу три чемодана было невероятно трудно и тяжело, поэтому солнечные очки, которые я непонятно зачем напялила на глаза, когда получила багаж, лезли чуть ли не на конец носа из-за того, как я хмурилась. Поправлять я, конечно же, не собиралась. Первой моей задачей было скрыться от людей.       Я почти выполнила первую часть плана, как вдруг мой лоб встретился с грудью парня. Это я сумела определить по белым спортивным кроссовкам и чёрным джинсам. Машинально бросаю короткое «Извините» и, не поднимая взгляд, подхожу к месту, где скопление народу уменьшается. Чтобы позволить Магнуссону найти меня, снимаю очки и скидываю с головы капюшон, поправляя непослушные волосы.       Теперь я спокойно могу поднять свою голову и оглядеться. Толпа встречающих людей не уменьшалась, а это значит, что мне придётся писать Вильяму СМС, так как он просто не найдёт меня. Взгляд метнулся туда, где я столкнулась с кем-то, и я готова была скрыться среди всех этих людей и больше никогда не появляться.       Передо мной, собственно говоря, стоял сам Вильям Магнуссон. И мне правда стыдно, что я не узнала его, так как это одеколон знаю лучше, чем Шистада, из-за Нуры, которая обожает носить дома вещи этого парня… А жила весь третий курс она у меня. Он стоял и ухмылялся, наверняка смеясь над моей неуклюжестью в последнее время. Нура, я убью тебя за то, что ты подсунула мне его в водители. Убью. — Добро пожаловать в Лондон, Эва-а-а, — стремительно подходя ко мне, пролепетал он и улыбнулся. Да-да, улыбнулся, об ухмылке и речи не идёт. — Спасибо, Вильям. Пойдём? — отстранённо проговорила я и удивлённо уставилась на него, когда он отрицательно покачал головой. Мы не особо горели желанием говорить друг с другом, но я явно не понимала, что происходит и почему мы всё ещё стоим на этом месте, не идя к парковке. — И кого мы ждём? — Мун, я изначально приехал сюда не один, но этим людям нужно было зайти по делам в один из кабинетов управляющих. Они ушли, я встретил тебя. Подождём минут пять, они придут, и мы поедем домой к Нуре, — недовольно сказал он и забрал у меня из рук два самых больших чемодана. Я благодарно кивнула ему и достала из кармана телефон. На обоях до сих пор стоит фотография, которая была сделала Кристофером и которая очень нравилась ему. Зачем убирать то, что нравилось любимому человеку? Тем более, я сама привязалась к этой фотографии*. — Ты до сих пор не убрала эту фотографию, малышка? — мягкий тембр с соблазнительной хрипотцой раздался над моим ухом. Моё сердцебиение участилось, дыхание прервалось, а руки пальцы побелели от того, с какой сильной я сжала ручку маленького чемодана. Будто находясь в забвении, я подняла голову и вопросительно посмотрела на Вильяма. В его глазах было…счастье? Он радостно кивнул мне и улыбнулся. — Я не скучала, Кристофер, — мой голос словно сталь, пронзающая лёгкие. Я выше поднимаю голову и на пятках разворачиваюсь.       Вот он такой родной, с чуть проявившийся щетиной, которая придаёт ему ещё большее сексуальный вид, глубокими карими глазами и чересчур озадаченным лицом, видимо, после моих слов. Я не стала выплескивать все эмоции, которые только имею на данный момент, чтобы не показаться настолько слабой рядом с ним. Скорее всего, единственное, что он сейчас может разглядеть, — это пофигизм. Озадачен, значит, понял, что моя обида глубоко в душе. Каков молодец… — Ты скучала, Мун… Или, подожди, может ты продолжишь убеждать себя в том, что в тебе осталась лишь страсть и маленькая влюблённость? Я вижу тебя насквозь и ты очень скучала, девочка моя, — быстро и уверенно проговорил он. От прежней озадаченности не осталось и следа. Его любимый метод — нападение. Я прекрасно знаю это и знаю то, что он тот, кто лучше всех на этом свете умеет читать меня. Словно открытую книгу, которая ещё пишется и не будет закончена даже через несколько лет.       Уверенность Криса всегда завораживала меня. Он уверенно состоял в шайке Пенетраторов, хотя на него очень часто ругался отец, ведь это сильно портило его репутацию. Он уверенно дрался с Якудзами, даже не зная конца, он всё равно был уверен, что всё закончится хорошо. Он уверенно принимал некоторые решения в свои жизни, потому что никогда не умел колебаться. Он уверенно предложил стать его девушкой, потому что был уверен в чувствах. Он уверенно принимал участие во всех университетских потасовках, потому что знал, что Осло помнит его как опасного Пенетратора. Он был уверен всегда и во всем. Иногда это до трясучки в коленях пугало меня. Неужели человек будет настолько уверен, если ему человека надо будет убить? А ведь так и есть, он будет уверен. Однажды я даже подарила ему верёвочный браслет, на котором большими металлическими буквами было написала «Confident». Тогда он лишь рассмеялся, но надел и больше снимал…никогда. Лишь в одном он ошибался, мы не вместе, не навсегда.       Долгая пауза позволяет мне рассмотреть его, именно поэтому я отвожу взгляд на девушку, которая стоит чуть позади него. Брюнетка, хах, его типаж. Да, я прекрасно знала, что Шистад падок на тёмные волосы, карие глаза, длинные ноги и объемную грудь. Как он выбрал меня, девушку с светло рыжими волосами, каре-зелёными глазами, коротенькими ногами и средней грудью, не понятно вообще. Девушка спокойно смотрела на меня и на её лице даже виднелась доля доброты, счастья и радости, как и у Вильяма, когда я задавала ему немой вопрос. Что тут происходит вообще? — Эва, я — Оливия Шистад, для тебя просто Лив, и я двоюродная сестра этого оболтуса, — приятный голос заставил меня расслабиться, это не очередная пассия Криса. Я слабо улыбнулась ей и кивнула. Мне представляться, видимо, не нужно было, она и так знает. — Му-у-ун, ну, хватит, ты же скучала. Твоя реакция на одну лишь Лив говорит об этом. Это ревность, маленькая моя, поэтому иди сюда, обнимемся, — нежно проговорил Крис и раскрыл свои руки для объятий. Нет, я не поведусь. Нет. — Малыш, ты уехал устраивать свою жизнь, устраивай. Но только без моего участия, пожалуйста. Найди кареглазую брюнеточку с прекрасными формами и гуляй по Лондону, если ты вообще здесь живёшь. А я буду жить с Нурой и Вильямом, потом найду своё жильё, может быть, и парня, который обязательно не будет похожим на тебя, ничем. Не хочу привыкать к другим шуточкам и каталогам ухмылок. Всё, больше я не хочу затрагивать эту тему, и поэтому мы можем разъехаться по домам, — уверенно выпалила я и сладко улыбнулась, поворачиваясь к ошарашенному Магнуссонону. Когда он заметил, что глаза мои наполнились слезами, чуть кивнул головой, и мы последовали, как я поняла, к парковке.       Я чувствовала спиной, как меня прожигают взглядом. А от слов Оливии стало малость смешно: — Господи, да она ангел. Шистад, тебя заткнули. Как же она мне нравится.       Через минут так пять мы все оказались у машины. Вильям положил мои вещи в багажник, а я села на заднее сидение. Также ко мне присоединялась Лив, которая с каким-то восхищением смотрела на меня. Странная она.       Спокойная музыка раздавалась на всю машину, вводя нас в какой-то транс. Всё смотрели на дорогу или же разглядывали город. Я периодически отвечала на беспокойные СМС-ки Нуры о том, где мы пропали. Она недавно освободилась и уже была дома, а мы пока ещё в пути и, как сказал недавно шатен, будем у них уже через пять минут. Мне понравился Лондон, хоть сегодня и льёт дождь, он всё равно прекрасен.       Неожиданно для себя, ведь с Нурой мы уже попрощались, я получаю какое-то уведомление о сообщении. Опускаю свой взгляд на телефон и провожу пальцем по экрану, чтобы разблокировать его. Диалог с иконкой «Любимый Крис» открывается мгновенно. За эти годы я так и не поменяла его название в своём телефоне и это по правде говоря, странно. Сначала смотрю на переднее сидение, где сидит он, и мягко улыбаюсь, а потом читаю сообщение:

Прости меня, я идиот. Я не думал, что делал. Я люблю тебя, очень хочу, чтобы ты меня простила. 16:58

Я скучал. 16:58

Пальцы автоматически отправляют ответ, я расплываюсь в самой огромной улыбке:

Я тоже16:58

      Откидываю телефон на сидение и отстегиваю ремень безопасности, подаюсь чуть вперёд, мое тело оказывается впереди. Крис делает тоже самое в мою сторону. Я изучаю его глаза, пока он, смотря на губы, тихо дышит. Секунда, и я целую его со всей страстью, которую хотела отдать ему всё то время, пока мы не были вместе.       Воздуха больше нет, отрываюсь. Прикасаюсь своим лбом к его и улыбаюсь. Он лишь мягко ухмыляется и щурится. Вот он, мой Кристофер Шистад.