Youth

Осенью растения умирают. Они постепенно теряют свою прекрасную зеленую окраску, становясь желтыми, оранжевыми, красными. Листья деревьев, отмирая, падают на землю, создавая красивый, хрустящий под ногами разноцветный ковер. Голубое небо скрывается за темными, серыми облаками, которые предвещают сильный дождь. Поднимается холодный ветер. Раздаются первые сигналы к началу бури — громовые раскаты. Затем яркие вспышки, а после крупные капли дождя беспощадно разбиваются о землю, деревья, стены Хогвартса. Ученики, смотря на небо, быстро бегут в здание, в надежде успеть до начала падения капель. Небо вновь озаряется яркими вспышками, и до слуха доносятся раскаты грома. Кто-то замер на месте, завороженно наблюдая за стихийным явлением, кто-то спешит скрыться в глубинах Хогвартса, чтобы перестать слышать эти пугающие звуки, а кто-то останавливается прямо на улице, в надежде почувствовать холодную влагу на своем лице и теле. В коридорах школы раздаются первые звуки падающих капель. Чтобы перекрыть звук грома, кто-то садится за зачарованное фортепиано. Загадочная, успокаивающая мелодия эхом раздается по всей школе. — Хобииии, — жалобно протянула рыжеволосая девушка, схватил парня за рукав теплой мантии. — Ну пожалуйста. — Нет, — ответил брюнет, продолжая свой путь. — Ну, почему? Почему? — она резко остановилась, отпустив парня и сжимая руки в кулаки. — Может потому, что на улице идет дождь? — парень резко оборачивается, устремляя взгляд на лицо девушки. Ее карие глаза смотрели прямо в его глаза цвета горячего шоколада. Парень тяжело вздохнул, поправляя челку одной рукой. — Помнишь, что произошло, когда мы пошли искать твоего Ирландского феникса в прошлый раз? — Но я же не виновата, что он появляется лишь в сильный дождь! — девушка сделала шаг навстречу парню, однако он сделал шаг назад. — Лили, представляешь, каково мне было в прошлый раз видеть, как ты болеешь и знать, что я ничем не могу тебе помочь? Поэтому нет, — сказал парень, развернулся и продолжил идти. — Ну, Хоби. Ну, пожалуйста. Я уже выздоровела, — вмиг догнала его девушка, взяв под локоть. — Как только дождь пройдет, так мы и пойдем, — строго ответил парень. Девушка отпустила парня и зло посмотрела на него. — Ну, и дурак! — крикнула Лили, развернулась и быстрым шагом удалилась от парня. Парень встал, поправляя свою прическу и смотря девушке в след. Коридор вдруг озарился белым светом. И небо будто содрогнулось. — Нечасто увидишь тебя злым, — раздался веселый голос слизеринца. — Чимин? — удивился брюнет неожиданному появлению парня. — Нечасто увидишь тебя одного. А Юнги где? — умело перевел тему Хосок. — Прислушайся, — коротко бросил брюнет. — Неужто он играет? Сто лет не слышал. — Пока еще не нашелся ученик, помимо него, кто смог бы сыграть на том инструменте, — в голосе парня слышалась усмешка. — Но, он же обещал больше никогда не приближаться к фортепиано. — Алисия боится грома, а его игра успокаивает ее. — Юнги? Ради девушки? Ничего себе, — брюнет повыше был крайне удивлен. — Тоже в шоке. Парни быстро дошли до столовой. Кивнув друг другу они разошлись. Один пошел к столу Слизерина, другой Пуффендуя. За столом Пуффендуя Хосок не мог найти свою девушку. Ее не было в Большом Зале. Озарение быстро настигло его. — Твою ж мать… — произнес брюнет перед тем, как сорваться с места и побежать в обратную сторону. Парень неожиданно замер возле окна. Пристально смотря на дорожку, парень увидел, как его девушка в непромокаемом плаще быстро бежала в сторону Запретного Леса. Холодные капли дождя сильно били девушку по лицу. Несмотря на то, что на Лили был плащ, лицо, кончики волос, шея и плечи уже были мокрыми. Ее волосы вмиг превратились из золотисто-рыжих в медные. В носу клокотало. Казалось, еще мгновение — и она чихнет, но раз за разом это щекочущее чувство резко прекращалось, чтобы в следующий раз появится вновь. Засохшие красные и желтые листья давно перестали хрустеть под ногами, смешавшись с образовавшейся грязью. Ноги девушки то и дело проскальзывали, но она пока не упала. Нога девушки вновь проскальзывает назад. Лили резко останавливается, вдыхает и вдруг сжимает руку, вместе с плащом, в районе сердца. Ее дыхание сбивается, становится тяжелым, прерывистым. Перед глазами все плывет. Девушка прислоняется к дереву и медленно опускается на землю. — Еще бы чуть-чуть… — хрипит она, прикрывая глаза. На глазах наворачиваются слезы от осознания собственной немощности. Бледные, слегка зеленоватые щеки покрыты ярко-красным румянцем. — Хо… — произносит она на вдохе. -…би… — заканчивает на выдохе. Веки потяжелели. Открыть глаза стало невозможно. Единственное, что осталось у рыжеволосой девушки — слух. Она слышит, как мерзко чавкает грязь под чьими-то ногами. Или это ей только кажется? Но теплота рук, принадлежащих любимому человеку, не может померещится. Приложив свои последние силы, девушка все же открывает глаза, чтобы убедиться в реальности происходящего. Перед ее глазами пелена из-за капель дождя, но даже так она с уверенностью может сказать, кого она видит перед собой. Глупая улыбка озаряет ее лицо. Губы шепчут безмолвное «Прости».

***

Парень провел у кровати девушки целый день. Ему предлагали сходить на занятия или в столовую, но он отказывался. Уйти куда-то, пока она лежит здесь без сознания? Оставить ее? Ни за что. Первым, кого она должна увидеть, когда очнется, должен быть он, ее парень. — Хосок, — тихо раздался женский голос со стороны входа. Парень обернулся, чтобы посмотреть, кто звал его. В маленькой щели была видна лишь часть женского лица. Хосок тупо уставился на девушку, совершенно не понимая, кто она и зачем пришла. В его голове было пусто. — Алисия? — вдруг вспомнил он девушку. — Что-то надо? — Иди сюда, — девушка тихонько поманила его рукой и скрылась за дверью. Парень посмотрел на девушку, что сейчас лежала в кровати, под одеялом. Перед тем, как встать со своего места, он убедился, что Лили все еще нормально дышит. — Что-то случилось? — тихо спросил парень, как только вышел из комнаты. Девушка замялась. Ей было непривычно слышать его грустный голос, а на лице не видеть улыбки. Но, все же пересилив себя, Алисия взяла с подоконника поднос с едой и вручила его Хосоку. — Поешь, — кинула она и убежала, чтобы парень не смог вернуть ей поднос. И действительно, брюнет хотел отказаться от еды, однако девушки уже не было видно. Бросив тяжелый, почти ненавистный взгляд на поднос, парень вернулся обратно через незакрытую до конца дверь. — Кто это был? — хрипло спросила Лили, как только Хосок оказался в комнате. Парень слабо улыбнулся, облегченно выдыхая. Девушка наконец-то очнулась. Эта мысль тут же заставила его улыбнуться, хотя и слабо. Парень приподнял поднос, как бы указывая на него и веселым голосом спросил: — Будешь кушать? От этих слов на глазах у девушки навернулись слезы. — Эй, ты чего? — его голос был полон нежности. — Прости… — словно маленький ребенок, девушка кулачком смахнула капельки слез со своего лица. Парень молча подсел к девушке, поставив поднос на тумбочку, и приобнял ее за плечи. — За что? — спросил он, попутно убирая ее руку. — За то, что я такая дура. Парень поцеловал внутреннюю сторону руки девушки. — Продолжай, — тихо скомандовал он. — За то, что я ушла одна. И вновь поцелуй. — За то, что я не послушалась тебя. Парень переплел пальцы и чуть потянул девушку на себя. Его мягкие, горячие губы коснулись ее, чуть солоноватых. — Я люблю тебя, — проговорила девушка, не отстраняясь. — Я знаю.

***

В этом году зима наступила неожиданно рано. Красный цвет сменился на белый. Ежедневные дожди прекратились, а на смену им пришел снегопад. Крупные хлопья снега украсили все вокруг, начиная с узеньких дорожек и заканчивая крышей учебного заведения. Сидя в библиотеке, рыжеволосая девушка отстраненно смотрела в окно. Очевидно, она думала о чем-то важном. В это самое время, парень, сидящий около нее, мило разговаривал с какой-то миловидной пуффендуйкой. Хосок попытался приглушить собственный смех ладонью, однако получилось это у него неважно. Парень заметил, что Лили уже некоторое время молча смотрит в окно, наблюдая за красивым природным явлением. В связи с этим парень распрощался с пуффендуйкой, прямо говоря ей о том, что они сейчас немного заняты. Девушка, все так же мило улыбаясь, уходит. — Хоби, думаю, нам нужно расстаться, — вдруг произносит Лили. Парень, что еще секунду назад быстро махал рукой пуффендуйке, моментально развернулся лицом к девушке. — Мне послышалось? — спросил он с натянутой, немного неловкой улыбкой. — Я думаю, нам нужно расстаться, — повторила девушка, чтобы убрать у парня всякие сомнения. Парень не сводит взгляда с девушки, но она словно не замечает этого и продолжает смотреть в окно. Он прикусывает нижнюю губы, чтобы вдруг не произнести того, чего не следовало бы обнародовать. — Я уйду первая, — все так же холодно произносит рыжеволосая и уходит, забрав свои учебники и сумку. Медленно проходя между столиков, где сидели ученики, Лили начало казаться, что каждый из них поворачивает свою голову в ее сторону и неодобряюще смотрит на нее. От этой мысли холодок пробежал по спине девушки. Она лишь сильнее сжала пальцы на учебниках и постаралась выйти как можно быстрее. — Ну, — раздается нетерпеливый голос другой девушки, как только Лили покидает помещение. — Джейн, — теперь голос девушки дрожит. — Ты все-таки сделала это? — зеленоглазая брюнетка аккуратно приобняла подругу. — Да, — девушка пыталась сдержать поток слез. — Ну-ну, пойдем, не плачь. Ты же сделала так, как будет лучше. — Да, — девушка шмыгнула носом. — Значит, ты должна быть сильной.

***

Выдался холодный зимний денек. Снег, как назло, перестал падать, позволяя декабрьскому морозу полностью захватить власть. Холодный ветер грубо бил по лицу и телу. Глупое яркое солнце слепило глаза. День, по правде говоря, выдался крайне мерзким. Маленькая фигурка рыжеволосой девушки, одетой в теплую золотую мантию, быстро передвигалась из теплицы в сторону главного здания Хогвартса. Рука в теплой Желтой варежке прикрывала глаза от ослепляющего света. Если же приложить чуть-чуть усилий и приглядится, то можно заметить в другой руке какой-то сверток, который она сильно прижимала к себе. Снег хрустел под ее черными сапожками. Этот звук нравился девушке, так что она специально делала шаг меньше. Счастливая улыбка играла на ее лице. Лили вдруг резко остановилась и убрала руку от лица. — Солнечные ванны полезны для молодой кожи, — тихо проговорила девушка, позволяя ярким лучикам солнца касаться ее лица. Этот свет не грел, но Лили почему-то становилось теплее. Неожиданно для девушки, нечто холодное коснулось ее лица, оставляя на том месте мокрый след. Рыжеволосая девушка чуть открыла глаза. Яркий свет слепил. Рука девушки вновь поднялась к глазам, принося хоть какое-то облегчение. Когда ее глаза привыкли к этому свету, то девушка продолжила свой путь. Высокий брюнет выходит из здания Хогвартса. На его лице играет приветливая улыбка. Рядом с парнем идет какая-то миловидная азиатка. Глупая улыбка играет на ее лице. Создается впечатление, что все, кроме самого Хосока, прекрасно понимают, что эта улыбка фальшивая. Девушка улыбается лишь для того, чтобы понравится парню. Азиатка не сводит своего взгляда с парня, буквально пожирая его. Когда Лили замечает эту парочку, ее рука крепко сжимается на свертке. Девушка не знает, имеет ли она право смотреть в сторону парня. Поймав себя на мысли, что она уже секунд как 10 тупо смотрит на него, не то что, не сводя взгляда, а даже не моргая, рыжеволосая быстро отворачивается. До ушей девушки доносится голос парня. Вот он говорит той девушке, что он вспомнил про одно дело. Говорит, что подойдет к ней чуточку попозже и просит ее не обижаться на него. «А пока прости», — последнее, что произносит парень. Далее до девушки доносится лишь хруст снега. Мысль о том, что он сейчас идет к ней, немного пугает Лили. Все это время было очень сложно держаться от парня на расстоянии. Помогли в столь невозможном деле и Новогодние каникулы. Лили быстро срывается с места, бежит по дорожке, но, затем, резко сворачивает влево. Пробежав несколько метров, перед девушкой возникает небольшой домик лесничего. Девушка забегает в хижину и без разрешения мистера Хейза прячется под огромным столом, скрытым за темной скатертью. Через минуту в хижине появляется и Хосок. — Мистер Хейз, сюда случайно Лили Милн не забегала? — на лице парня нет улыбки, лишь оттенки беспокойства. — Мисс Милн? Не видел, — произносит мистер Хейз своим глубоким голосом. Хосок смотрит на лесничего. Происходит безмолвное противостояние молодого юноши и уже состарившегося мужчины. Через пару секунд, Хосок кивает и выходит на улицу, не забыв извиниться. — Ушел? — тихо спрашивает Лили, не выходя из своего убежища. В ее голосе слышатся нотки подступающих слез. — Ушел, — так же тихо говорит мистер Хейз. — Спасибо, — девушка поднимает скатерть одной рукой и выходит из-под стола. Лили легко опускается на стул, что стоит рядом, а маленький сверток ложится на стол. Девушка прикрывает глаза руками в попытке скрыть льющиеся слезы, но лесничий уже замечает их. Он медленно подходит к девушке, пододвигает стул и присаживается рядом, кладя свою руку ей на плечи. Хрупкие плечи впервые вздрагивают, являясь неким началом. Хижина погружается в тишину, лишь изредка раздаются всхлипы. Девушка пытается сдерживать поток слез, однако у нее это не получается, когда она отнимает руки от лица и смотрит на заботливое лицо мистера Хейза. Хижина будто сотрясается от первого протяжного рыдания. Девушка больше не может сдерживать собственные эмоции. Ее руки вновь прикрывают заплаканное лицо, в попытке скрыть его от посторонних глаз. Большая мужская рука легко надавливает на девичьи плечи, прижима молодое тело к своему старческому. Всем подросткам нужно плечо, на котором они могу поплакать. — Я же люблю его, — говорила Лили между всхлипами. Мужчина гладил девушку по голове. — Но ему будет лучше без меня. Я знаю. На этом моменте девушка убрала руки от лица и сжала теплую кофту лесничего, сильнее прижимаясь и чуть вытирая свое лицо. — А тебе будет лучше без него? — раздался заботливый голос мужчины. — Нет, — ответила девушка, не думая ни секунды.

***

Весна — самое странное время года. Лишь от одного осознания, что зима отступает, а все живое начинает оживать, на душе становится теплее. Однако внешний вид природы нисколечко не привлекает и оставляет желать лучшего. Некогда белый снег смешивается с грязью, что заледенела с приходом зимы, так и не успев исчезнуть. Темно-серые или же коричневые остатки сугроба маленькими холмиками расположились по всей территории Хогвартса. На тропинках, помимо привычной грязи, начинают образовываться лужи — влаги становится настолько много, что земля не может впитать ее всю. Солнечный день становится длиннее. Ранние перелетные птицы уже успели обосноваться на деревьях, на которых еще не появились почки. Тихое пение птиц становится все громче, радуя некоторых и раздражая остальных. На улице заметно потеплело, ученики теперь могут позволить себе ходить без теплых варежек и шапок. — Джейн, — заговорила Лили. — Как же я обожаю весну. Девушка вдруг остановилась, прикрывая глаза и разводя руки в сторону, позволяя теплому апрельскому солнцу мягко касаться ее своими лучиками. — А мне не нравится. Грязь, слякоть… — брюнетка поморщила лицо, отчего на ее переносице появились маленькие морщинки. — Перелетные птицы прилетели обратно и сейчас так замечательно поют, — мягкая улыбка озарила ее лицо. Лили повернула голову в сторону подруги. — Я люблю весну, — ее голос звучал ласково и нежно. Но вдруг взгляд рыжеволосой наткнулся на далекую фигурку парня, рядом с которой волоклась та самая азиаточка. Лицо ее вмиг изменилось. Теперь такая редкая улыбка пропала с лица девушки, а лоб прорезала одна глубокая морщина. Джейн могла сказать, кого сейчас увидела Лили, даже не оборачиваясь. — Пойдем? — спросила брюнетка подругу, чтобы хоть как-то отвлечь ее от грустных мыслей. — Да, конечно, — девушка попыталась улыбнуться, но, по правде говоря, вышло у нее это не очень. — Кстати, как у тебя там на личном фронте? — Что? — Джейн была крайне удивлена этому вопросу. — Ты про что? — Ой, да что ты притворяешься. Ты же поняла, что я про Джунни говорю. Девушки продолжали отдалятся. Они держали путь к хижине лесничего, что стал для них обеих вторым убежищем.

***

Лили сидела в библиотеке и увлеченно читала роман, который совсем недавно ей посоветовал Намджун. — «Демиан»? — вдруг прозвучал знакомый мужской голос. Девушка чуть вздрогнула от этой неожиданности, но старалась не подавать виду. Она медленно опустила книгу на колени. Не произнося ни слова, девушка вопросительно подняла одну бровь. Но и парень не хотел начинать говорить первым. Он сел напротив девушки, внимательно глядя на нее. Лили подняла книгу и попыталась продолжить чтение, однако она не могла причитать и строчки. Мысленно выругавшись, девушка чуть наклонила книгу, чтобы проверить, ушел ли парень. И если она действительно надеялась на это, то ее спокойно можно назвать самым глупым учеником Хогвартса. Рыжеволосая запомнила страницу, на которой остановилась, сложила книгу и начала вставать. Парень встал вместе с ней. Девушка быстро убрала книгу в сумку и поспешила удалиться из помещения, наблюдая, как поступит парень в данной ситуации. Хосок, отставая от девушки на два шага, шел за ней. Когда Лили вышла из библиотеки в коридор, то она старалась сворачивать во всевозможные ответвления, совершенно не думая о том, где сейчас может оказаться. Хосоку наскучило просто идти за девушкой, поэтому, чтобы развлечь себя, он начал повторять все ее движения. Покачивание головы, рук, бедер… Его взгляд остановился на ее бедрах. Свободная клетчатая юбка охватывала талию девушки, а дальше был просто красиво сидящий кусок ткани. Однако эта юбка так хорошо сидела на девушке, что Хосок невольно задумался: когда же в последний раз он трогал ее ягодицы? На кончиках его пальцев появилось ощущение, будто сейчас их протыкали тысячами иголок. Сердцебиение вмиг ускорилось. — Ну сколько можно? — девушка вдруг разворачивается к нему лицом. Так неожиданно. Так не вовремя. Темный коридор, в котором находятся лишь они. Она как будто специально выбрала место и время для своего вопроса. — Почему? Зачем ты это делаешь? — спрашивает она. А парень видит лишь ее губы. Он не смел целовать ее. Сколько уже? 5? 6 месяцев? Девушка стояла в паре метров от парня, ожидая его ответа, которого так и не последовало. Он приподнимает руку, хватает девушку за запястье и притягивает ее к себе. Его нежные, мягкие губы касаются ее. Но поцелуй выходит несколько неаккуратным, агрессивным. Он слишком долго сдерживал себя. Лили пытается оттолкнуть парня, но под его напором все ее попытки сводятся на нет. Ее руки теряют силу и медленно опускаются вниз. Девушка чувствует, как по ее телу разливается тепло. Руки парня опускаются на талию Лили, а затем чуть ниже — к ее притягательным ягодицам. Девушка, в свою очередь, поднимает руки и закидывает их на плечи парня, изредка трогая его волосы. Ноги девушки подгибаются от всех этих нахлынувших чувств. Но крепкие руки парня подхватывают, поддерживают ее. Они медленно приближаются к стене, к которой Хосок прижимает девушку. Но вдруг он чувствует теплую влагу на своих щеках. Медленно оторвавшись от сладких губ, парень пытается разглядеть лицо Лили. — Что случилось? — раздается его нежный голос, а чуть шероховатый большой палец руки стирает капельки слез. — Зачем? — ее голос звучит ровно. — Так же было бы лучше для тебя. — Ты так считаешь? — спрашивает парень, не прекращая гладить девушку по щеке. Лили чуть кивнула. — А меня ты спросила? От этого вопроса девушка оторопела. — Ты, наверное, и не подумала, — раздался тихий смех парня. — Хоби, — впервые за долгое время парень услышал это милое сокращение своего имени, которое никто, кроме Лили, не смел произнести. — Давай посмотрим правде в глаза. Я никогда тебя не слушалась, постоянно была себе на уме, вечно капризничала, вела себя как ребенок. Я хочу, чтобы ты полюбил достойную, сгодится даже та азиатка, если только ты будешь счастлив с ней. — Ты правда так думаешь о себе? Каждый раз, когда начинался ливень, или шел снег, ты начинала задумчиво всматриваться в окно, мило надувая губки трубочкой. А порой ты замечала что-то в окне, и я видел, как ты сжимаешь кулаки и твои губы растягиваются в белую тонкую полосочку. Ты не представляешь, чего мне стоило перебороть себя и не поцеловать тебя. Но, соглашусь, ты действительно никогда меня не слушалась, однако для меня нет никого лучше тебя. И, между прочим, — парень приблизился к уху девушки, как будто собирался рассказать ей государственно-важный секрет. — У этой азиаточки фальшивая улыбка, у нее волосы не притягательно-алые, и у нее не такой же звонкий и детский смех, как у тебя. От этих слов на глазах у девушки вновь начали наворачиваться слезы, но парень предупреждающе поднял палец и тихо прошептал: — Моя девушка не должна плакать.