Как снова поверить в любовь?

Вот я и вернулся в свою рутину, скучную и нудную. Раньше меня все устраивало, но после того, как я встретил Женю, у меня появился возможность сравнения той жизни и этой. Я ни на час не забываю о моей любимой дочке, но в моем сердце пополнение. Я не знаю, как назвать это чувство. Симпатия. Влечение. Опять не то. Любовь? Любовь... Любовь. Неужели ты снова заглянула ко мне? Не верится. Ведь я всегда считал, что Люба - та единственная. Я был уверен в том, что я однолюб. Сев на край дивана, я закинул голову назад и вслух произнес: "Люба, прости, твой муж влюбился в мужчину! Я надеюсь, ты еще наблюдаешь за нами с небес и примешь мой выбор. На самом деле, мое сердце говорит одно, а разум другое. Я запутался, Люба..." Катя была какая-то вялая, может, устала. Все-таки мы промотались до больницы и обратно, посидели там в шуме... У самого голова немного болит. Ах, у меня сердце бьется, как у испуганного зайца. О чем нам разговаривать? Как себя вести? Черт. Все таки стоит перестать об этом думать. Черт, мы опаздываем, время уже семь. Я быстро переоделся во что-то более приличное, взял Катьку на руки и направился к соседней двери. С каждым шагом сердце начинало биться все сильнее и, казалось, громче. И вот уже я стоял около его двери. Аккуратно поставил дочку на пол; она потерла глаза и я, взяв эту привычку у нее, повторил за ней. Проведя рукой по лицу, я почувствовал, что на лице у меня лес. Со вчерашнего дня я не брился, боюсь представить, как я сейчас выгляжу. Черт, сейчас совсем не время думать об этом. Я глубоко вдохнул, затем выдохнул, так же интенсивно, поскольку это хоть немного могло успокоить мои нервы. Затем я нажал на кнопку звонка. Дверь неожиданно передо мной распахнулась, как будто он ее караулил. - Проходите... - смущенно произнес Женя. Он снова шикарно выглядел: утонченная рубашка, почти полностью застегнутая, подчеркивала его тонкую шею, слегка прикрытую растрепанными волосами, штаны, походившие больше на джинсы, очень ему шли - они не облегали его и без того худые ноги ; на руке его поблескивали часы, прекрасно дополняющие этот прекрасный образ. Пройдя за ним, я почувствовал тонкий запах одеколона, который шлейфом проходил за ним. Я даже увеличил шаг, что уловить этот запах еще больше, вдохнуть его еще глубже и оставить в своем подсознании на столько, на сколько это было возможно. Идя сзади, я рассматривал его спину, взор мой спускался ниже и ниже, заканчивая икрами. Затем этот процесс я начинал заново, только в обратном порядке, останавливая взгляд на макушке. Видимо, почувствовав, что я его рассматриваю, Женя передернулся и нервно заправил светлую прядь волос за ухо. - Проходите в комнату, я уже начал накрывать на стол, но не успел до конца. У меня все скромненько, - бросил он нам и быстро удалился. - Стой, Жень... - оставив Катьку наедине со всякими сладостями на столе, я догнал Женю. - Не волнуйся, я сам справлюсь, - улыбнувшись, сказал он, даже не дав возможности предложить ту самую помощь. - Мне не трудно, правда, я помогу. - Хорошо. Диалоги наши были скудными и каждый из нас изредка бросал несвязанные и бессмысленные фразы другому. Лишь только усевшись за стол, наши беседы завязались вокруг моей дочери. Стрелка часов, висевших на стене напротив, двигалась ужасно медленно. Секунды, которые обычно сменяют друг друга со скоростью света, будто назло отказывались двигаться сейчас с такой же скоростью. Я чувствовал себя ужасно неудобно, постоянно ерзал на месте, нервно стучал вилкой по тарелке. В одну минуту я не выдержал и решил удалиться хотя бы в туалет. - Эм... Жень, а где у тебя туалет? - встал со своего места, спросил я. - Прямо около кухни белая дверь. - А, хорошо. Зайдя в ванную комнату, я обнаружил ослепительный порядок, аккуратно расставленные баночки со средствами личной гигиены. Напротив ванны висело зеркало, в котором я увидел свое растерянное лицо. Я веду себя по-идиотски. Я хочу услышать, что он скажет про тот день, что он на самом деле чувствует ко мне и Сереге. Когда же он объяснит мне что-нибудь наконец?! Выйдя с ванной, я увидел, что Катя спит на руках у Жени. Неужели я так долго был там? - Когда она уснула? - Только что... Я подсел к ней: она уже носом клевала, затем и уснула. - Ну, мы тогда домой пойдем... - Уже? Пускай поспит на моей кровати, ведь... ведь нам еще нужно поговорить. От этих слов мое сердце забилось с ужасной скоростью, то волнение, которое я испытал перед тем, как войти к нему в квартиру, возобновилось с утроенной силой. - Хорошо... - взяв дочку на руки, я уложил ее на кровать. Да, ту самую. Где мы так страстно обнимали друг друга. - Артем, я жду тебя кухне, - с этими словами он удалился. А я никак не мог перебороть волнение, перемещенное с возбуждением. Ведь просто сидя на этой кровати, я вспоминаю его губы, нежные прикосновения и это хрупкое, но сильное тело. Казалось, что я сейчас приду к нему с палаткой на джинсах. Чтобы этого избежать, я поспешно встал, поцеловал в лобик дочку и направился на кухню. Женя стоял ко мне спиной, облокотившись на столешницу кухонной тумбы. Я сел на стул около окна. От того, что я неожиданно вошел на кухню, Женя вздрогнул. Я из последних сил держал на своем лице выражение невозмутимости. - Артем, - повернувшись ко мне, позвал он меня, - прости. - За что? Что ты сделал? - маска невозмутимости постепенно съезжала с моего лица, обнажая мои настоящие чувства. - Ты, наверное, очень злишься на меня. Ведь когда мы с тобой... тогда... зашел Сережа. Ты, вероятно, понял, что он пришел не зря... - В смысле? Что значит твое "не зря"? - Понимаешь, после того как он уехал, я осознал, что чувствую к тебе. Я не мог сказать ему это по телефону... Он узнал все так. Прости. - Вот, значит, что... - ужасная ярость и злость возникла у меня на Серегу и в какой-то степени на Женю, - теперь у вас все наладилось? - достаточно надменно продолжил. - Артем, - он подошел ко мне и, наклонившись, прильнул к моим губам, - все не так, я тебя люблю. Сам себя не контролируя, я резко схватил его за волосы, небрежно наклоняя голову вниз. Мое лицо находилось невероятно близко к лицу Жени, с моих губ в порыве ревности и злости, срывались грубые и обидные слова: - Докажи! - Как? - в его удивленных глаза стояли слезы, - я ведь правда люблю именно ТЕБЯ! Его пронзительный взгляд смог меня убедить, я отпустил эту злость. На замену ей пришло возбуждение, заставляющее мой разум отключиться и действовать животным инстинктам. Я резко поднялся со стула и одним движением руки прижал его к стене и, еще раз заглянув в его глаза, коснулся губ, жадно терзая их. Я крепко прижимался к нему, чувствуя каждую частицу его тела. Мы отрывались от губ друг друга, только чтобы вдохнуть побольше воздуха. За одним жарким поцелуем следовал еще один, с каждым разом я все больше и больше углублял его. Но одних поцелуев мне было явно мало. Я скользнул рукой по его ширинке. Поспешно расстегнул молнию, потянул боксеры вниз.Его член был также возбужден как и мой. Моя рука плотно обхватила его плоть, двигаясь вверх-вниз, ориентировавшись на свои чувства, я делал так, как было бы приятно мне. Большим пальцем я массировал основание члена, остальные блуждали по всей длине. "Артем" - шептал он мне на ухо, бесконечное количество раз, извиваясь и немного мыча подо мной. - Артем, ты возьмешь меня сегодня? - он развернулся и, опираясь руками о стену, выставил вперед попу. - Сделай это, Артем... - Жень, это мой первый раз с мужчиной, прости, если будет больно. - Не будет... Женя снова развернулся ко мне лицом и опустился к ширинке моих джинсов. Лицо его было невероятно сексуально, волосы растрепаны, глаза блестели от возбуждения. Я поспешно стянул джинсы. Руки Жени крепко обхватили мой член. Он улыбнулся, приоткрыл рот и коснулся кончиком языка головки. Ощущения были восхитительные, с моих губ сорвался яркий стон. Женя провел губами по всей длине ствола, затем, наконец, мой член оказался у него во рту. Он делал это с безумно возбуждающим выражением лица, а движения его сопровождались эротичным причмокиванием. Внутри меня все закипело, я хотел быстрее слиться с ним воедино. Я отстранился от него и впился в его губы. - Женя, я безумно хочу тебя, - говорил я ему в вполголоса. - Артем, подожди, - он быстро направился в сторону нижних ящиков на кухне, обычно сделанных для всякого хлама. Он быстро вытащил презерватив из упаковки. Я было потянулся к нему, чтобы забрать его, но он подошел ко мне к и начал натягивать его на мою плоть. - Помоги мне немного... - он окончательно сбросил такую ненужную теперь одежду, облокотился на стену. Увидев его упругую попу, я грубо схватил ее, покрывая влажными поцелуями. В этом деле с мужчинами я не мастер, поэтому подготовил я Женю, наверное, плохо. Потом я попытался войти. С первого раза у меня не получилось, затем, приглушив в себе нетерпение, я попытался снова. Для Жени этот процесс был неприятным, по его голосу я понял, что я делаю больно, но я лишь мог снова и снова повторять ему нежные слова. Наконец, член скользнул в Женькину горячую глубину. Было восхитительно тесно и жарко. Мы занимались этим несколько раз, я обнимал его снова и снова. Я потерял счет времени и количеству наших объятий. - Артем... - М? - А что ты чувствуешь ко мне?