Глаза цвета Неба: Мой рай.

Когда Кларк снова приходит в себя – кажется, такие пробуждения после длительной потери сознания становятся уже довольно привычными! – то видит прямо возле себя никого иного, как Маркуса Кейна. Друг матери, бывший Канцлер Ковчега… - Кларк! – тот бросается к девушке и сжимает ее руку своей рукой, - слава богу, ты наконец пришла в себя! Не волнуйся, ты в полной безопасности и под защитой! Она медленным взглядом обводит помещение и видит, что здесь довольно красиво и уютно. - Где мы? – голос звучит хрипло и тихо, но довольно твердо. - Полис. Под защитой Хеды с абсолютным перемирием и сотрудничеством. Твоя мама скоро приедет сюда, вместе с Уэллсом и друзьями. Мы так волновались, Кларк!.. Сначала, когда ты ушла, затем, когда узнали о твоей пропаже и охоте на ВанХеду! Это просто чудо, что ты жива! Чудо. Она довольно твердо и уверенно принимает вертикальное положение, даже не чувствуя тошноты, а затем задает самые главные вопросы: - Как я здесь оказалась? Я была у Азгеды, меня схватили и потом было неясно… Кейн некоторое время молчит, а затем отвечает довольно мрачным голосом: - Это действительно чудо, что ты сейчас здесь, жива и относительно здорова. Ужасно, что ты попала именно к Азгеде, они кровожадные и жестокие люди, мы все это знаем. Король решил выдать тебя своему давнему противнику, видимо, в надежде что тот тебя убьет и гнев Луны падет на Речной Клан, а от Азгеды будут отведены все подозрения… - Что? Конечно, как только Кларк пришла в себя, то отгоняла из сознания именно эту мысль, казалось, что пока слова не произнесены, то это не правда или что-то еще может измениться. Но стоит научиться принимать правду – ясное дело, Беллами испугался и решил избавится от опасной пленницы, не убив собственноручно, а тайком свалить вину на другой Клан, чтобы отвести подозрения. Сейчас смутно вспоминаются именно Октавия и Эхо, которые оглушили ее, затем связали и куда-то унесли. Октавия – самое доверенное лицо Беллами и всегда действует с полного согласия своего брата. Он принял решение, и оно было абсолютно предсказуемым. Внезапно впервые за долгое время Кларк захотелось разреветься. Нестерпимо хотелось зарыдать, как маленькой и обиженной девчонке, колотя руками по кровати и проклиная все вокруг. После Маунт-Уэзер плакать не хотелось, была лишь какая-то пустота внутри, но сейчас осознание последнего факта наконец-то разрушило Кларк. Добило. Глупая дура. Поверила, что Беллами хороший? Что Азгеда не такие кровожадные монстры и среди них встречаются хорошие люди? Поверила, что она для него особенная? Но ведь он спас ее, заботился, они разговаривали и… Что это было? Зачем? Для чего? Сам ее убивать Беллами не стал, хотя бы что-то… Трус. - Что за Речной Клан?.. – остались силы еще на последние вопросы, но затем ей точно нужно было побыть одной… - Тебя везли прямо к ним, но люди Ани давно окружили все въезды в Азгеду и удалось тебя спасти. Если бы не это, то Авиан – их лидер – точно убил бы тебя, решив забрать силу ВанХеды. Мама скоро будет здесь. Отдохни, сейчас попрошу тебе принести что-нибудь поесть, - с этими словами Маркус поднимается и выходит за дверь, а Кларк думает, что сейчас ей действительно плевать на все в этом мире. Почему все это произошло? Почему несмотря на всю правду, она уже скучает по Беллами? Он ведь… Ему плевать на нее, это было просто все ничем, их общение, разговоры, его помощь, и то, что она часто ловила его взгляд на себе, когда что-то делала. Почему Кларк придумала себе глупую сказку, которая якобы сбывалась? Почему она так привязалась к человеку, который даже никогда и не был ее? Эмоции и чувства – такая опасная вещь, что никогда не стоит им поддаваться. Кларк – все-таки глупая и эмоциональная девчонка, которая все портит в своей жизни, совершает ошибки, а затем страдает. А вот ВанХеда – сильная и безжалостная, она намного умнее, она лучше, сильнее и может по-настоящему делать что-то важное для себя и своего народа. Только вот уже ужасно не хватает и Мэйв, и их теплой лечебнице, а также ожидания, что лидер Азгеды придет скоро для того, чтобы забрать мазь для своей руки. А у нее больше нет дома. На этой огромной планете Кларк абсолютно везде чувствует себя чужой. -------------------------------------------------------------- Уэллс, мама, Финн, Монти и Джаспер буквально заставляют ее задыхаться сейчас от объятий, смеха, разговоров и увещеваний, что теперь все точно будет хорошо. Они рады, но Кларк тяжело, она просто не может так много и так интенсивно общаться со всеми, после того как так сильно привыкла к одиночеству и покою. К тому же внутри поселилась тупая и ноющая боль, которая не дает искренне улыбаться и говорить, будто бы все в порядке. Все не в порядке. Наконец-то все разбредаются по своим делам, и Кларк буквально силой заставляет мать пойти к Кейну, потому что очевидно, что эти двое довольно сильно влюблены друг в друга. И только Уэллс остается здесь, когда захлопывает дверь за Монти и Джаспером, отправившимися осматривать столицу Землян. - Мне кажется, ты очень не в порядке, - искренне говорит друг, и Кларк наконец-то ревет, как маленькая девочка. Парень только грустно вздыхает, а потом долго обнимает светловолосую девушку, выслушивая ее торопливый и сбивчивый рассказ. - Ты любишь его, Кларк? – только и может спросить после завершения этой исповеди. Вопрос ошарашивает, а затем просто пугает. Кларк никогда не задумывалась над своими эмоциями или чувствами к Беллами именно в таком ключе. Да, они были может быть близки, но… Любовь. Это слишком сильно и опасно. Это неправильно и пугает ее. Нельзя! Потому что если она вдруг любит его, то это станет просто невыносимо. Беллами предал ее… Хотя, предательство здесь не при чем хотя бы потому, что первоначально ей никто и ничего не обещал. И мужчина в итоге поступил именно так, как велит долг и положение, для защиты своего Клана и интересов. Какой-то бред. - Конечно, нет, - отвечает она и сама в это верит, - просто… не знаю. Думала, он не такой, думала, Азгеда не такая и они неплохие, более человечные и настоящие. Но это было ошибкой… - Вот и хорошо. Сейчас все позади, Кларк, ты в безопасности со своим народом. У нас прочное перемирие и Луна с удовольствием примет нас в свою новую Коалицию. Войны больше не будет, мы вернемся домой, а за ВанХедой не будет больше охоты. На словах все это звучало так ровно и гладко, только вот в душе было по-настоящему больно. Ночь она не спит, хотя мать устроилась рядом, категорически отказавшись отходить от дочери в темное время суток. Приходится выдавливать из себя немного искренние улыбки, по большей части молчать о всех невзгодах, которые пришлось пережить за почти четыре месяца отсутствия в Аркадии. Эбби пока еще слишком наивна в отношении жизни на Земле, даже Горцы не смогли надломить ее веру и надежду на действительно хорошее будущее. Кларк думает, что сейчас они с матерью поменялись местами. Затем лежит и думает, думает, думает… Ей одиноко и тоскливо. Постоянно такое чувство, словно она находится не на своем месте, словно это все вокруг – чужое, словно она заехала в гости, но пора возвращаться домой. А где дом?.. Прямо на следующий день проходит церемония принятия СкайКру в Коалицию и присвоение им звание Тринадцатого Клана. Для начала Кларк знакомится с Луной – новой главой Полиса. Это сильная девушка, в ней странно и гармонично сочетаются две вещи – доброта и стальной характер. - Я не хочу больше войны, Кларк из Небесных Людей, - спокойно рассказывает та, - наш народ так много пережил на этой земле после Священного Огня… Но победа над Горным народом заставила по-настоящему задуматься о том, что в мире было достаточно крови, боли и страданий. Нужна новая эпоха, эпоха перемен, эпоха спокойствия для того, чтобы мы все смогли посмотреть в будущее и оно нам понравилось. Слова звучат так хорошо, только вот на деле некоторые послы недовольны таким резко возросшим влиянием СкайКру, но кто сможет их винить? Сама ВанХеда приняла предложение о мире и сотрудничестве, вес Луны как политической фигуры резко возрос, а значит, пока все будет относительно стабильно. Да, не идеально, но стабильно. Главной Небесного Клана назначен Джаха. Маркус пожелал вернутся в Аркадию вместе с Эбби, ничего удивительного в этом не было. Кларк расхаживает по площади, немного придя в себя и задумываясь о том, кто и когда построил этот высокий небоскреб, переживший так много лет, войн и так далее. Мысли возвращаются к Ледяной Нации, но когда она решает спросить о том, где можно увидеть их посла, то получает неожиданный ответ: - Его нет. Азгеда отозвала своего посла еще когда было нарушено перемирие у Маунт-Уэзер. С тех пор официально Беллами якобы поддерживает нейтралитет, но на деле мы постоянно ожидаем нападения. Азгеда всегда доставляла нам слишком много проблем, ничего не меняется. И затем Кларк предлагает свою кандидатуру на должность посла от Небесного народа. -------------------------------------------------- Беллами хмуро слушает последние новости из Полиса, Роан все-таки его лучший шпион. Кларк в Полисе. Она жива. Эти два дня он провел в беспокойстве и тревоге именно за нее. Это бесило, раздражало, это было странно и неправильно, но он ничего не мог с этим поделать. С того момента, как ее жизнь была в опасности, он думал и думал… Люди, которые увезли ее по приказу Октавии и Эхо были найдены убитыми еще на территории их народа. Теоретически это могло означать объявление войны, но в целом, он решил чуть повременить и это было правильным и мудрым решением. Следующее, что Беллами узнал – это то, что Кларк в Полисе. Она жива, и вот это было очень и очень странно. Все мертвы, и только великая ВанХеда жива? Почему? Это наводило на размышления о том, что все было подстроено, и Кларк на самом деле была хорошей шпионкой, засланной для того, чтобы выведать планы ледяной Нации. Затем ее тайно вывезли, в похищении обвинили именно Азгеду, а потом… ВанХеда еще и осталась в Полисе, прочно обосновалась возле Луны и стала послом от СкайКру. Это был удар под дых и провал. Беллами вспоминал ее слова, так правдиво звучавшие и хотел прибить самого себя за то, что доверился ей. Она лгала о том, что ненавидит быть ВанХедой, что она устала и напугана, что не хочет участвовать во всей этой политике, и что ей просто нравилось жить здесь, где девушка могла быть просто Кларк. Его шикарно обвели вокруг пальца эти красивые голубые глаза, милая улыбка и смех. Светловолосая сучка почему-то странно действовала на него, откуда такое влияние на человека, никогда в жизни никому не уступавшему и не подчиняющемуся? Теперь якобы бедная и невинная девушка заседает в Полисе, добилась значительной власти, и они вместе с Луной довольно быстро организовали союз, где не было только Ледяной Нации. Такой посыл был абсолютно понятен – надвигается война или нападение. Ох, его сестра была не права только в одном – что решила ее отдать Авиану, а не убить самой. Потому что несмотря ни на что, Беллами точно знал, что убить ее самому у него точно не хватит духу. - Готовьтесь к войне, - отдает он приказ. Вечером, придя в свою комнату, Король Азгеды внезапно чувствует себя безумно одиноким. Впервые в своей жизни такое чувство тоски и усталости не позволяют вообще думать о чем-то другом. Октавии нет. Он скучает по сестре, но не отменяет приказа, так как это продемонстрировало бы слабость. Да и той будет полезен такой урок – никто и никогда не должен идти против воли Короля, даже его собственная семья. Может быть через несколько месяцев он разрешит ей вернуться. Глаза против воли устремляются к кровати, и Беллами ненавидит то чувство ужасной тоски, которое снова пронзает все внутренности. Потому что внезапно вспоминает о том, как спас Кларк от того ублюдочного охранника, принес сюда и оставил в тепле, давая ей спать и приходить в себя. Кларк улыбалась и так неловко начинала разговаривать, тогда еще боясь его. Было ли все это по-настоящему? По-настоящему хотелось поцеловать ее, а затем окончательно сделать своей. Они же почти поцеловались там, когда она в первый раз лечила его больную руку, и он видел эти глаза… От мысли о поцелуе внутри все сжалось так сладко и счастливо, как никогда еще в жизни. Поцеловать, обнять, затем просто любить именно здесь, в его комнате, в самом надежном в мире месте… Беллами опять зло рычит, потом бьет кулаком по столу. Хватит сожалений, должен же и он был когда-то обжечься на таком, поверить другому человеку, приоткрыть свою душу, а в ответ получить жестокие удары. Кларк хорошо им воспользовалась, повертела в своих интересах, а затем настроила против его народа всех остальных. Войны не миновать, и он черт подери, разнесет этот Полис просто на мелкие кусочки. А затем и Хеда, и ВанХеда точно узнают, каков Король Азгеды бывает в настоящем гневе.   -------------------------------------------------- Спустя месяц Кларк только что по-настоящему поняла, что такое война. Идя среди кучи трупов, снова будто бы вернувшись на Маунт-Уэзер, перешагивая через лужи крови вместе с Луной, снова стало страшно. То самое ужасное чувство беспокойства, тревоги, усталости и бесконечного страха вернулось, а также дурацкой обреченности и ощущения того, что все теперь снова будет плохо. А ведь это только первая битва. В течение того месяца, который прошел с того момента, как Кларк каким-то чудом вернулась от Азгеды, напряжение очень сильно возрастало. Как могли, она и Луна старались гасить и предотвращать конфликты, но Азгеда довольно открыто собирала войско для, разумеется, военного похода. Дошли определенные слухи о том, что в первую очередь его недовольство направлено на ВанХеду и СкайКру. Кларк была в бешенстве, проклиная тот день, когда пошла на тот торговый пост для того, чтобы обменять мясо той самой долбанной пантеры. Подумать только, тогда бы ее жизнь пошла совсем по иному пути, она бы не попала в плен к Ледяной Нации, и возможно, вот этого намечающегося сильного кровопролития не было бы. - И это была только первая стычка, - печально говорит Луна, глядя на погибших воинов с обеих сторон – и Азгеды, и Коалиции, - это даже еще и не начало войны. - Чего Беллами вообще хочет добиться? Этот вопрос она задавала себе на протяжении всего прошлого месяца. Сначала он отказался присылать своего посла в Полис, а затем стало ясно, что войны не миновать. Причем особой ненавистью он пылал именно к ВанХеде, и Кларк поначалу это раздражало, а потом стало бесить. Что она ему сделала? Это он сам, великий Король поступил как последний мудак и попытался избавится от нее, тайком выслав к врагу. Побоялся убить собственноручно? Подлый трус! Испугался, что подозрение падет именно на него? А теперь понял, что совершил ошибку и больше не боится выступать так нагло и открыто? Она в ярости и абсолютно не собирается прятаться, несмотря на уговоры и предложения. Одновременно ей больно, что можно так сильно ошибаться в другом человеке. Он ведь казался таким искренним, когда немного заботился о ней и так осторожно и немного странно наблюдал со стороны!.. И даже Мэйв вот говорила, что Король впервые так по-особенному относится к кому бы то ни было, мол, этот факт был странным и необъяснимым. По ней Кларк тоже скучает, хотя ни одна живая душа об этом не знает. О том, что ВанХеда снова не чувствует себя нормальным и живым человеком, а чувствует просто пустоту и одиночество. К тому же здесь опять все так сильно напоминает о прошлом, котором бы так хотелось забыть. Земляне видят в ней фигуру, окутанную ореолом тайны и силы, а это абсолютно не нравится и вызывает лишь грусть и отвращение. Никто не относится к ней, как к простому человеку, все видят лишь политическую фигуру и власть. Сложно быть лидером. Чего хочет Беллами теперь от нее и от Коалиции? Почему не избавился сразу, когда узнал кто она такая и пока была для этого прекрасная возможность? Тяжело. Осмотреть небольшое поле с телами и отдавать приказы их похоронить. Внезапно они видят одного из помощников Луны, который быстро бежит со стороны пологого склона. Остановившись, тот быстро что-то шепотом докладывает Луне, та оборачивается и немного беспокойно говорит: - Беллами из Азгеды прибыл сюда. Он хочет переговоров, Кларк. Какого черта этот человек опять задумал? Может быть, кто-то думал, что она испугается и решит сбежать, спрятаться в Полисе и не встречаться с теперь ее как бы врагом? Но этого никогда не будет. Она – Кларк Гриффин и всегда умела смотреть в лицо даже самой неприятной опасности. -------------------------------------------------------- Когда их глаза снова встречаются, у нее опять возникает просто сокрушительное ощущение дежа-вю и кажется, будто бы это событие – самое главное в ее жизни. Они все выбрали для переговоров нейтральную территорию, около реки, которая уносит огромные массы воды в сторону океана. Морской ветер треплет светлые волосы, когда она спешивается и вместе с Луной неторопливо двигается вперед, в сторону стоящих неподалеку воинов. Еще даже не было видно лиц, но Кларк точно знала, где он стоит. Дурацкое абсолютно несчастное состояние вернулось, хотелось свернуться в комочек и заплакать, делать что-то безрассудное и глупое. Например, заорать этому мерзавцу прямо в лицо «Не доволен, что я жива? Пожелания моей смерти обернулись для тебя неприятностями?». Он, как всегда, выглядит внушительно и грозно. Ни один мускул не дрогнул на суровом и застывшем лице, когда они приблизились на приличное расстояние и могли хорошо видеть друг друга. Против своей воли она впивается взглядом в его лицо, ища хоть малейший намек или признак сострадания, надежды и чего-то хорошего. Но от взгляда ледяных карих глаз, который словно бы пронзает внутренности насквозь, любая надежда мгновенно умирает. Глупая Кларк. - Хеда. ВанХеда, - голос наполнен презрением и чуточкой безразличия. - Чем обязаны такой честью? – Луна говорит, а Кларк знает, что лучше ей молчать, иначе девушка сорвется. Сорвется, закричит, выставит себя слабой и очень уязвимой. - Решил предложить Вам сдаться, пока еще есть возможность, чтобы избежать кровопролития, - немного надменным и скучающим тоном произносит Беллами. Какая наглость. Самоуверенный мудак. - Слишком преждевременные заявления для умного лидера, - Луна непоколебимо и стойко держит удар, - зачем тебе эта война? - Потому что Азгеда – великий Клан, и мы должны управлять всеми, - говорит он словно бы заученную мантру. Его глаза больше никогда не возвращаются к Кларк, и та точно понимает, что теперь это конец. Мужчина потерян для нее окончательно и бесповоротно. Хотя… Он и не был никогда ее, что за бред? Но все равно слабая надежда в душе шептала – ну а вдруг? Вдруг все изменится? - Я говорю «нет», - голос Луны звучит безмятежно, - мы не хотим кровопролития и войн, но не мы начали все это, а ты, Король Азгеды. Пусть победит сильнейший в этой битве, но жаль, что ваш народ решил пойти тем же путем, что и при твоей матери… Кларк боится даже вздохнуть, потому что от пяти человек, являющихся в данный момент их противниками, сейчас волнами исходят сила, ненависть, а также уверенность в своей победе. Впервые ВанХеда задумалась о поражении, которое стало так близко и так пугающе перспективно. На кону слишком много жизней, и да, лагерь СкайКру не здесь, но после взятия Полиса Азгеда отправятся дальше, чтобы уже наверняка укрепить власть над завоеванными территориями. - Наше войско будет у Полиса завтра, - абсолютно безмятежным голосом заканчивает свою речь Беллами, - возьмем город штурмом, и всякий, кто будет сопротивляться, умрет в битве. - Чего ты хочешь? Кларк не выдерживает и нарушает данное себе же обещание несколько минут назад. Обещание игнорировать, обещание молчать и выглядеть сильной, обещание окончательно возненавидеть мужчину, стоявшего напротив и открыто угрожающего убить их всех. К чести того, он смотрел прямо в глаза, не отводя пристального взгляда. Что-то мелькает там, в их глубине, но все-таки кажется, что Кларк все это придумала, и ничего нет, только желание одного лидера выиграть войну и запугать несогласных силой. Это Земля, здесь жестокий и довольно беспощадный мир, а она так и не может привыкнуть к реальному положению вещей, надеясь на лучшее. - Я хочу забрать то, что принадлежит мне, - ответ звучит ясно и твердо, - забрать то, чего достоин я и мой народ. - И кто же решает, чего достоин твой народ? Кто решает, что Азгеда – лучше всех и должна править миром? - Ты хоть и ВанХеда, но так и не усвоила урок? Побеждает сильнейший, - тон раздражающе-поучительный, а также чуточку насмешливый, - и как видишь, даже твоей силы оказалось недостаточно для победы. - Самоуверенный тиран с нарцисскими замашками, - это последнее, что она скажет этому ублюдку в ее жизни. Не в силах больше слушать этот злобный бред, Кларк круто разворачивается и быстро уходит в противоположную сторону вдоль течения реки. Ярость застилает глаза и руки самовольно сжимаются в кулаки, хочется орать от злости, а потом залепить пощечину этому самодовольному ублюдку. Остаток разговора затем пересказала Луна. Этим вечером только тревога охватывает столицу Землян. Даже здесь, на высоте в несколько десятков этажей отчетливо чувствуется и слышится та мрачность и тягость положения. Город окружен Армией Коалиции, но никто не чувствует себя защищенным. Кларк нетерпеливо расхаживает по тронному залу, когда Луна вместе с Аней входят в комнату, на лицах у обеих – мрачное выражение. - Кларк, ты можешь отправляться домой, - мягко говорит Луна, - присутствие посла не обязательно при таких битвах. - Мой народ уже предупрежден, однако я останусь здесь, - светловолосая девушка упрямо сжимает губы и опять идет на балкон, с тревогой глядя куда-то вдаль. Аня не задерживается надолго и быстро выходит, а Луна оказывается рядом. - Из меня вышел плохой лидер, - грусть скользит в голосе той, кто всегда так отчаянно выступала за мир, - несколько месяцев на посту, и наступила война, в которой мы имеем огромный шанс на поражение. Это провал. - Ты отличный лидер, - искренне возражает Кларк, - посмотри вокруг! – она машет рукой в сторону города, городской стены и расположившейся за той армии Коалиции, - разве плохой лидер смог бы объединить весь этот народ? Заставить поднять знамена и призвать умереть, если нужно, за правое дело? Люди слушают тебя, Луна, удалось достучаться до многих и показать, что насилие не всегда обязательно. Все дело в чертовом Беллами и его тупых тиранских замашках! – последняя фраза опять звучит так яростно и эмоционально, что не может не привлечь внимание стоящей рядом собеседницы. - Вы с Беллами слишком эмоционально реагируете друг на друга, - звучит осторожный аргумент, - скажи, Кларк, у меня есть повод для беспокойства? Тайны никогда не доводят до чего-то хорошего. - Нет. Просто я зла из-за непроходимой глупости людей. Почему нельзя просто жить мирно, наслаждаться каждой прожитой секундой и не ожидать погибнуть в бою каждый день? Глупо прожить так жизнь и умереть молодым в бою. Они еще некоторое время тихо переговариваются, а затем Луна уходит к войску. Кларк остается одна, с абсолютно разбитыми надеждами и мыслями. Сегодня очень красивый закат. Чистое небо и золотисто-теплое солнце освещает все вокруг, заливая таким красивым светом. Если бы не шумные и бурные приготовления внизу, приготовления к кровопролитной бойне, то это мог бы быть такой потрясающий вечер! Светлый и теплый день, уютный вечер, когда хотелось бы просто быть рядом с дорогими людьми… Ага, конечно. Учитывая тот факт, что после своего возвращения от Азгеды Кларк ни разу не была в Аркадии. С самыми близкими удалось встретиться и поговорить в Полисе, а идти туда, в лагерь Небесного народа… Ей не хотелось. Это было некрасиво и пугающе, но не хотелось возвращаться туда, где воспоминания опять накроют с головой. В Полисе тоже не особо уютно, но теперь Кларк считает, что на этой планете уже нет для нее места, где можно было бы жить и находиться с радостью, верить в лучшее и просто… чувствовать себя дома. Она никому не нужна просто как человек, все бегают вокруг нее, как возле важного политического лидера и важной персоны, и нельзя их обвинять в этом. Кларк не хотела этой власти и ответственности, не выбирала и не просила такой судьбы, но так все сложилось… Ночь проходит беспокойно и ужасно долго. Кларк не спала, ожидая нападения каждую минуту и постоянно прислушиваясь к малейшему шороху. Мало кто остался ночевать в башне, большая часть послов, лидеров и прочего народа ушла к своим, предпочитая быть с собственным Кланом. А еще Кларк поняла одну вещь – им нравилось все это, приготовление к великой битве, обсуждение стратегий, чувство тревожности и ожидания чего-то великого. Сто лет эти люди жили именно в таких условиях и с такими традициями, и, наверное, понадобится еще сто лет, чтобы Земляне стали миролюбивы. Опять общий враг, сначала Горцы, теперь – Азгеда. Мысли возвращаются к Беллами. Зачем это ему? Почему он говорил такие вещи? Неужели лидеров так воспитывают, что те с молоком матери впитывают такие идеи и преданно проносят их через свою жизнь? Неужели у них только одна программа и единственный план, и никто никогда не хотел поступить иначе? У Мэйв будет так много работы, будет множество раненых и страдающих… Потом до нее доходит странная ирония судьбы: она помогала лекарке приготавливать всякие лекарства, которые завтра и в последующие дни спасут жизнь именно воинам Азгеды, то есть противникам!.. На рассвете все началось. Она как раз провалилась в беспокойную дрему, когда нарастающий гул вырвал из такого сладкого и желанного забытья. Сердце падает в пятки, когда она выскакивает на балкон и видит, что сражение началось. Это ужасно. Почему никто не может прекратить бойню?! И внезапно Кларк сорвалась. Перед глазами вдруг встало все, от чего так хотелось убежать: боль, страх, страдания, ожидание смерти. Триста убитых воинов у Челнока, нападения Землян, пытки Горцев, смерти и боль в Тондиси, и наконец-то, умершие дети Маунт-Уэзер… Шум, кровь и все воспоминания обрушились комом, оглушили, заставили просто закричать и зажать руками уши, пытаясь справиться с болью, гневом, яростью и испугом. Бежать было некуда, если Армия дойдет до башни, то битва будет проиграна. Кларк разворачивается и бежит, хотя обещала Луне, что останется здесь до самого конца. Бежит, куда глаза глядят от этого кровавого месива, бежит от самой себя и от того, что принесла в ее жизнь ужасная планета Земля.