B and B

- Что вообще не так с этими людьми? – я стоял около окна и наблюдал за тем, как «извращенцы» в дорогих костюмах покидали это место. Кто-то был настолько навеселе, что еле-еле дошел до ворот. – Ха, жалкое зрелище. - А скоро и тебе предстоит «развлекать» этих самых извращенцев в дорогих костюмах! - Поменьше иронии и больше по делу говори, а то от одного твоего голоса меня уже блевать тянет. – не скрывая отвращения, я повернулся к Маршеллу и невольно заметил, что сейчас он выглядел куда «по-домашнему». Ну да, наверняка развлекался с одним из мальчиков этого заведения. - Я смотрю тут у кого-то зубки прорезаться начали, ну надо же, у кого бы это могло быть? - Ну, явно не у тебя… Маршалл был одним из тех, кто любит грубый секс. Нежничать с какой-то шлюшкой вроде меня он никогда не будет. Максимум, что он сделает при нашем первом разе – зальет побольше смазки и то я не уверен, что мне разработают дырку. А если на сухую... Уф, аж мурашки по коже... - Провоцируешь? Или же тебе так не терпится чтобы я вставил? – от его парфюма у меня защекотало в носу, и я невольно сморщился. – О, так я тебе настолько противен. – на его лице была усмешка, а глаза говорили, что он зол. Персонаж полный противоречий. - Ну что за детский сад? – я устало вздохнул, потирая лоб. – У тебя воображение разыгралось не на шутку. Ты устал, тебе надо отдохнуть. Я нервничал. Мне было как-то не по себе от его взгляда, а его запах … Мне понравился его парфюм, нет, не так. Я не испытывал отвращения, просто Маршалл застал меня врасплох. - Если ты думаешь, что таким способом сможешь сбежать сейчас... – Маршалл схватил меня за руку и притянул к себе и почти шепотом договорил. – Ты ошибаешься. По телу пошли мурашки, от макушки до самых пят. Это было приятно, даже очень. Я и не знал, что у меня настолько чувствительные уши. - Какая милая реакция. – он лишь усмехнулся, схватил за волосы и оттянул мою голову назад. Я застонал. Его действия… Их не всегда можно было предугадать. Конечно, я ожидал от него чего-то подобного, но не около окна. Хоть бы у кровати начал бы свои «прелюдия». Пугала больше то, что нас могли увидеть, а точнее меня. - Боишься… — это был не вопрос, а констатация факта. Я действительно боялся. – Весь дрожишь … - Маршалл провел рукой по спине и остановился на пояснице. – Пусть они смотрят, все равно кто-то может стать следующим. Это будет небольшой рекламой, демонстрацией тебя. - Отлично! Зато после этих самых старперов ты ко мне больше не прикоснёшься. – я усмехнулся. Забавно наблюдать за тем, как у Маршалла сжалась челюсть. Очертились скулы, делая его лицо грубее. Вот теперь гадай, как же он ко мне относится, с пренебрежением или же как-то по-особенному. Как же тяжело с людьми, которые не могут быть честными в первую очередь с самим собой. Именно из-за этого и появляется это недопонимание. Он больше ничего не сказал, нагнул и пристроился сзади. Руками мне пришлось упереться на окно. Чертов планировщик комнат, неужели додуматься до подоконника он не мог? С меня быстро стянули одежду, а я даже не сопротивлялся. Неужели мне точно так же, как и ему хотелось этого? Или же я просто понимал, что все равно мне некуда деваться … - Да, так намного лучше… - я молчал, старался не оглядывать на звуки расстёгивающегося ремня и уж тем более не смотрел в окно. – Вся твоя храбрость улетучилась, как только тебя нагнули? Какая жалость. Я почувствовал, как что-то холодное и липкое полилось на мою попу. Какой контраст ощущений, холодная смазка и горячие руки Маршалла. Он придерживал меня, чтобы я не упал, а второй рукой, точнее пальцами, ласкал сзади. Странные ощущения… - Надо тебя подготовить. Только сегодня я делаю это, потом ты будешь заниматься подготовкой сам, ну или же кричать от боли. Тут уже сам для себя решай. – я чувствовал его горячие пальцы внутри и не менее обжигающее дыхание на своей шее. С губ сорвался стон. - Нашел… - и снова эта усмешка. Кладоискатель чертов. Он вставил еще палец и начал массировал простату от чего я застонал. Мне нравилось это возбуждение, проходящее по всему телу. Щеки покрылись румянцем, становилось намного жарче. Маршал резко убрал руку. Я разочарованно выдохнул и хотел уже выпрямиться, как что-то намного больше пальцев вошло в меня. - Хах, ты так разочарованно вздыхал тут и думал, что мы закончили? Такой наивный. – он приподнял меня и вдавил в стекло. – Смотри, у нас уже появились зрители. Я посмотрел в окно, несколько человек, одни из последних, кто вышел из этого проклятого борделя, уставились на нас и с нескрываемым наслаждением смотрели, как «хозяин» вдалбливал в очередного мальчика. Они не стеснялись друг друга. Несколько достали свои члены и дрочили. А я думал их надолго не хватает. Сто процентов перед приездом сюда каждый закинулся виагрой. Остальные «зрители» просто наблюдали, как трахают невинного мальчика. Такой уж ли я невинный? Маршал был груб, хоть он и подготовил меня, я чувствовал боль. Боль вперемешку с наслаждением. - Я смотрю тебе нравится. – он дотронулся до моего влажного члена и сжал. Я застонал громче, было больно. Мне хотелось кончить, но Маршалл не позволял. Я пытался убрать его руку, но меня сильнее прижали к окну. Из глаз полились слезы. - Терпи, тебе не разрешали кончать. – ну да, он просто ждет что я начну просить, умолять: «позволь мне кончить!». Обойдется. Я не чувствовал своей попы, она словно пылал от шлепков, про то, что внутри все опухло и болело – вообще молчу. Мне хотелось уже поскорее закончить это и лечь в кровать. - Досчитай до десяти. Если ты не кончишь за это время, так уж и быть, следующей ночью я не выставлю тебя на торги. А если не сможешь – будь готов, что тебя отымеет какой-то старый извращенец в дорогом костюме от кутюр. – Маршалл прикусил мою мочку уха и с рыком оттянул. - Один … - рука на члене разомкнулась, и я начал отсечет. Спина болела, ноги еле-еле держали меня. Это изверг вцепился в мою попу так, что мне казалось только за счет этого я еще не упал. - Два… - своей опухшей дыркой я чувствовал, как пульсируют вены на его члене. - Три … - я боялся прикоснутся к себе, потому что понимал, что еще немного и я тут же кончу. Проигрывать мне нельзя. Я и так свою гордость засунул в жопу, чтобы помочь матери. - Четыре … - Сладкое соединение удара и поцелуя. Грубость и удар – и внимание, командный голос – и нежная ласка, смех – и рычание. Я понемногу начинал понимать, чем так нравится грубы секс. - Пять … - из глас не прекращали лить слезы. – Я больше не могу… - Ты можешь проиграть, но последствия тебе известны. – он провёл руками от моих сосков до низа живота, чуть ли не касаясь члена. – Считай дальше. - Шесть … - Знаешь, почему эти люди вообще приходят сюда? – он схватил мое лицо и заставил смотреть на старых дрочеров. – Они приходят сюда, чтобы реализовать все свои сексуальные желания. Они боятся, что общество их осудит, что из-за их фантазий они могут лишиться всего и самое интересное, что это именно так. - Семь… - Я создал это место, чтобы эти самые толстые, озабоченные «кошельки» удовлетворенные высыпли деньги мне. Они платят за анонимность и за удовольствие. Кто-то даже приводит своих жен, чтобы те принимали непосредственное участие в этих играх. - Восемь … - Всех, кто работает тут в роли шлюх, объединяет одно - отсутствие гордости, жажда денег и желание чтобы их «любили». - Девять… Я не понимал, зачем он мне это рассказывает, неужели решил выговориться? Или таким способом оправдаться? - Ты тут только потому, что – это моя прихоть. Слишком много моего внимания ты привлек к своей персоне. – он снова дотронулся до моего члена и приобнял. Спиной я чувствовал какое у него накаченное и рельефное тело. Холодный пот, горячее тело и тихий стон над ухом - Десять …