Цветение вишни

Стемнело. Комната казалась такой уютной, а Югём сидел и смотрел в темное окно, и, ожидая, что сейчас скрипнет дверь, и неторопливыми шагами войдет этот дурак. В окне были видны только верхушки кустов, и, кажется, природа спала. С момента ухода Бэма прошло два часа, он ведь должен был уже вернуться. Вроде бы ничего страшного, просто его сосед по комнате решил прогуляться перед сном. Так думал брюнет, но что-то заставляло его смотреть во мрак во дворе, не отрывая взгляда. А ведь у него никогда не было друзей. Настоящих. Может, он хотел бы общаться с Бэмом, и это так проявляется дружба и привязанность? И где-то там, около множества клумб, в темноте, блуждает мелкий. « Ох, брось, Югём» — говорил его внутренний голос. « Такому бруталу, как ты, не нужен никто. У тебя никогда никого не было, и тебе и сейчас не нужен никто ». Он не вытерпел и, вскочив, пустился вниз по лестнице, подходя к уже знакомой двери и нерешительно толкая её. Какая-то дверь отделяет теплую, освещенную лампой комнатку с кромешной тьмой. Отблески луны хоть как-то освещали тихую улицу, и он скользнул по тропинке, обходя клумбы. На куртку капнула капля откуда-то сверху, из небесной бездны. Затем ещё и ещё. Хорошо, что в кармане куртки был телефон и можно воспользоваться фонариком. Накидывая капюшон, он побежал в сторону леса. « Ну не настолько же он тупой, чтобы пойти в лес» — ворчал он себе под нос. « Значит, надо искать где-то здесь ». Он обошел здания общежития и наткнулся на старое летнее кафе. Большие зонтики намокли, а капли дождя отстукивали по ним барабанную дробь. — Я бы, как и обычный нормальный человек, пошёл туда, особенно в такой, блять, дождь, — его начали раздражать уже эти ночные походы. Побродив немного, он убедился в том, что его тут нет. Но чтобы уж наверняка, он закричал: — МЕЕЛКИЙ! Тишина. Только эхо растерялось в воздухе. — Насколько же нужно быть тугодумом, чтобы пойти ночью в ливень в лес! Как найду его — хорошенько поколошматю при встрече, — он поправил намокшую челку. Так и веяло сыростью, а тот уже до нитки промок. — М-да, с этим ребенком не соскучишься. Он побежал к самому тёмному месту на территории- лесу. Какое-то странное чувство заставило его остановится. А что, если вожатая увидет? -задумался брюнет.- Ну и хер с ним. Он посветил фонариком. В Далеке он увидел одинокую скамеечку, а на ней, кажется, лежит человеческий силуэт. Но он не мог понять, кто это. Дождь лил как из ведра, но листва деревьев немого сдерживала воду, хотя и так Югём весь промок. Он чувствовал шелест листьев, слышал собственные хлюпающие шаги и решил набрать темп. Подойдя к скамеечке, он увидел, что и правда на ней кто-то сидит. Луна еле освещала силуэт, и он решил воспользоваться мокрым от дождя телефоном. Он увидел Бэма. Он сидел, скрючившись в три погибели, в своей водолазке, волосы были вклокочены, с одежды лилась вода. Югём подошел ближе. — Зачем ты пришел? -еле слышно сказал Бэм хриплым голосом. Действительно, зачем? Кругом было темно и сыро, а он попёрся сюда, не зная зачем. Но чего-то ему нехватало. Там, в своей комнате, он думал о нем, и, кажется, хотел вернуть его. Он снял полупромокшую куртку и, не сказав ни слова, накинул её на трясущиеся плечи. — Что ты…- он не договорил. — Заткнись, мелкий! — он взвалил нелегкую и мокрую ношу на спину. Не долго думая, Бэм робко ухватился за плечи старшего, до сих пор он дрожал, но сейчас он прижимался к не менее мокрой спине, и положил голову на плечо, смотря по сторонам. Югём шёл быстрыми шагами, несмотря на Бэма, повиснувшего на нем, но иногда с его губ срывалось резкое: — Навалился, как медведь на свою жертву. Вот уже и дверь, но Югём и не думал снимать младшего. Войдя в комнату, он плюхнул Бэма на его кровать, а сам ушёл в ванну, не сказав ни слова. Ему было стыдно, но виду он не подавал. Бэм остался один в комнате, наедине со своими мыслями, и, быстро переодевшись, решил притвориться спящим. Он не хотел расспросов, не хотел показывать свою слабость. Выйдя из душа, Югём снова увидел всё ещё мокрую макушку, лежащюю на подушке. Он подошел ближе. — Спит, — подумал он. Сев на табуретку рядом с кроватью, он лишь прошептал: — прости, друг. Бэм почувствовал аккуратное касание к мокрым волосам и горячее дыхание в шею. Он закрыл глаза и услышал, как старший, быстро зашагав, направился к соседней кровати. Брюнет снова посмотрел на него. — Спи сладко.