Sweet paradise

POV Юри Кацуки Я в какой- то комнате, совсем не помню, как оказался здесь, но это и не важно, ведь здесь со мной мой наркотик, моё наваждение, только мой Виктор Никифоров. Конец POV Юри Кацуки Виктор страстно и грубо целовал Юри, пособственически прижимая его податливое тело к себе. Нежно оглаживает бока своего партнёра, медленно растёгивает пуговицы на его рубашке, легко и небрежно касаясь его сосков. Смотря на своего любимого, подхватывает его на руки и подходит к огромной кровати, стоящей у окна. Кинув Кацуки на неё, начинает изучать его тело, оставляя на его обнаженном торсе засосы, которые не скоро сойдут и каждый раз будут смущать Юри. Медленно стягивает с него брюки вместе с нижним бельём, осматривает его хрупкое, такое желанное тело, и в его голубых глазах зажигается огонь страсти. -Если хочешь продолжения нужно как следует попросить,- сказал Виктор, бесстыдно облизываясь и еле сдерживая себя от того, чтобы не трахнуть своего подопечного прямо сейчас. - П..п..пожалуйста, продолжай,- одними губами прошептал краснеющий Юри. - Ооо даже не знаю, проси лучше. - Чёрт, трахни меня уже, я задолбался представлять это в своих мечтах,- выкрикивал молодой фигурист. Виктор подмял своего любовника под себя и грубо поцеловал. - Ай! Ты мне губу прокусил. - Боль- это часть удовольствия, мой сладенький,- проговорил Никифоров, с огромным желанием смотря на человека под собой. - Н...н...не смотри на меня так, лучше начни. - Это тельце моё, делаю всё, что хочу,- довольно произнёс русский, снимая с себя одежду. Он поднёс свои пальцы к губам своего любимого и велел ему облизать их, что тот беспрекословно выполнил, эротично орудуя языком. Нежно целуя Юри, ввёл в него один палец и начал двигать им в его пока ещё не растраханной попке, не увидя отрицательной реакции, вставил второй палец. Но тут же услышал болезненный стон. Виктор начал целовать своего Кацуки, стараясь отвлечь его от неприятных ощущений, одновременно с этим продолжая аккуратно его растягивать. Вскоре послышался стон удовольствия , и у Никифорова окончательно сорвало крышу. Быстро взяв с прикроватной тумбочки смазку, выдавил её на свою руку и размазал по всей длине своего члена. Поставил своего партнёра в коленно- локтевую позу и медленно начал входить в него. Войдя на половину, дал ему время привыкнуть к далеко немаленькому размеру. Через несколько минут русский начал медленные, плавные толчки, постоянно задевая комок нервов, и вырывая сладкие стоны из уст того, кого только вчера видел в своих снах. Виктор смотрел на такого желанного, милого, скромного, но в то же время страстного и сексуального, дорогого ему человека и понял, что он слишком сильно любит его, но из размышлений его вывел дрожащий голос. - Быстрей, пожалуйста, быстрей,- просил, нет умолял Кацуки. Ну и как такому чуду можно отказать? Никифоров увеличил темп, а его партнёр начал двигать бёдрами навстречу его движениям, и его громкие, сладкие стоны заполняли комнату. Юри протяжно застонал и кончил, выплёскивая белоснежную сперму на алое покрывало. Стенки его ануса непроизвольно сжались, и Виктор, сделав последние толчки кончил глубоко внутрь партнёра. ( Утро следующего дня) POV Юри Кацуки Чёрт! Как же болит голова, я что вчера выпил весь запас алкоголя в городе. Пытаюсь пошевелиться. Ай! Мой зад, мой милый зад, что я чёрт возьми вчера делал! Открываю глаза. Блять, где я? Осматриваюсь по сторонам, переворачиваюсь на другой бок, да я ведь не сказал, что лежу на кровати, и встречаясь взглядом с Виктором Никифоровым. Ну всё, доволен Кацуки, у тебя белочка, пить надо меньше. Виктор трясёт меня за плечо, он похоже реальный или я просто съехал с катушек. - Юри, успокойся, всё хорошо, знаешь я любил тебя давно,- Никифоров начал изливать душу, а я смотрел в его глаза и… начал смеяться. Я кажется ненормальный. Плачу и хохочу. Истерика. Зачем он это говорит? Любит. Ладно всё не могу, Сейчас умру со смеху. Больной ублюдок. Конец POV Юри Кацуки. Виктор обнял своего любимого, которого начало колотить от плача, и начал успокаивать легко гладя по голове и приговаривая на ушко: - Ну же, хватит, ты можешь мне не верить, но я болен тобой, иногда мне кажется, что без тебя я умру, ведь я дышу одним тобой. Люблю тебя, как говорят у нас в России:" С милым рай и в шалаше." Юри, не подумай, я не зову тебя жить в лес, просто понимаешь, я хочу сказать, что ты моё всё, ты мой, и там где есть ты, я буду счастлив даже в аду. Потому что ты мой персональный любимый ангел. Юри посмотрел в глаза Виктору и поцеловал его, Кацуки улыбался, он счастлив, нет, они счастливы. Они обрели себя. Они нашли свой рай в объятьях друг друга.