Он меня заинтересовал

Два довольно-таки высоких парня стояли у окна, занавешенного шторами богатого оттенка бордо. Один из парней, что был в очках, едва хмурился, крепко сжимая пальцами небольшую папку с документами, а второй выражал полное спокойствие и даже, возможно, казался ветряным. - Понять не могу зачем ему вдруг понадобился этот парнишка. – все же разрушает тишину зеленоволосый, на что блондин лишь издает краткий смешок. - Очевидно, что для того же, для чего когда-то понадобился и я. Будет личной игрушкой Императора, пока не надоест ему. – от глаз Кисе не укрывается то, как Мидорима начинается хмурится еще больше. Что ж, Шинтаро никогда не понимал почему Акаши ведет себя так, как ведет, но ему не оставалось ничего, кроме как молчать. Хотя, молчал он вовсе не по тому факту, что был подчиненным красноволосого, а из-за того, что помнит Акаши ровно столько, сколько и себя. Они всегда были вместе. Они были поддержкой друг для друга, пока Акаши не стал заниматься подчинением людей. Хотя, даже тогда они не разошлись, дружба стала несколько слабее, хоть и не исчезла, а Мидорима стал правой рукой Акаши, но даже так, половину действий Императора он просто не мог объяснить. –А ты что, ревнуешь Мидорима-ччи? - протягивает блондин, да, вот уж у кого улыбка настоящего демона искусителя, он словно Инкуб в живом варианте, никак иначе… - Не сравнивай меня с собой, Кисе. –отрезает холодно зеленоволосый парень, серьезно смотря в глаза блондина. – Просто не понимаю, где толк от бесполезных лиц. Сомневаюсь, что он хоть на что-то способен… - Шинтаро вздыхает, пробегаясь глазами по тексту, что напечатан на бумагах. - Ты же сам говорил, что он из полиции, значит что-то, но может. – заявляет Рёта, а потом утыкает свой нос в документы, что принес Мидорима, отчего тот быстро их захлопывает, а блондин едва морщится от недовольства, хотя, впрочем, его недовольство мгновенно сменяется интересом. - Кто такой Казунари Такао, Шинтаро? Он симпатичный… - Кисе усмехается и качает головой. – Вот только «полицейский» в графе «работа», все портит. Не люблю полицию. – заявляет блондин, а Мидрима лишь фыркает, как только этот проныра за несколько секунд даже род деятельности смог прочесть? Хотя, ничего особенного, Кисе в банде тоже не только для красоты и общего настроя, если нужен агент, который обязан вытащить нужную информацию путем внедрения, то тут, уж можно заверить, Кисе Рёте равных не было. - Эта информация для Императора, Кисе, если он сочтет нужным тебе что-то рассказать, то будь уверен, он это сделает сам. – зеленоволосый поправляет очки, а Рёта лишь несколько обиженно хмыкает. - Не хочешь рассказывать о красавчике - не говори, не больно уж и хотелось, мистер «я всегда серьезен». – заявляет парень с сережкой, прежде чем главная дверь открывается. Оба парня оборачиваются и замечают, что Акаши Сейджуро, собственной персоной, стоит в дверях, а потом замечает Мидориму и начинает идти к нему, останавливаясь перед своей первой рукой и одаривая холодным взглядом Кисе, который, едва поклонившись, поспешил удалиться. - Ты вовремя, Шинтаро, как раз хотел позвать тебя. – губы Императора изгибаются в слабой, но улыбке, а потом гетерохромный замечает папку в руках парня и приподнимает бровь. – Оперативно. – делает вывод Акаши, но, на самом деле, другого от Мидоримы он и не ожидал. Шинтаро был очень умен и мог достать любую информацию, если она где-то зафиксирована, до сих пор никто не знает, как зеленоволосому удается проворачивать такие дела. - Ты же знаешь, что я не люблю тянуть с делами. – Акаши едва кивает и жестом приглашает парня войти в одну из комнат. Они оказываются в одном из залов для переговоров, где стоят массивные столы из красного дерева, точно такие же стулья, что оббиты красной дорогой тканью с замысловатыми узорами. Да, тут можно с уверенностью сказать, что Акаши явно любит этот яркий оттенок. Цвет крови и страсти. Перед Акаши ложится тонкая папка с документами и гетерохромный плавным движением берет ее себе, пролистывая на глаз и чуть хмурясь. - Не уж то всего два человека, если не считать его брата? – спрашивает Император и зеленоволосый кивает. - Да, единственными друзьями Аомине Дайки являются Кагами Тайга и Казунари Такао, оба являются сослуживцами Аомине, и все еще продолжают нести службу. – красноволосый чуть поджимает губы и вчитывается более внимательней в личную информацию. Что ж, занимательные ребята… - Боюсь, что тебе придётся последить за одним из них. – протягивает Акаши, поднимая взгляд на Мидориму и наблюдая недовольное выражение лица у друга. Император едва усмехается. – Думаю, что Дайки не самый простой человек, собственно, другого я от него и не ждал, мне следует знать все о точках давления, на которые я смогу надавить, если что-то в будущем пойдет не так. - Почему бы тебе не подключить в это Кисе? – зеленоволосый явно не в восторге от своего нового задания, чего уж там скрывать, общение с людьми- не его сильная сторона. - Кисе специализируется на внедрении, а тут мне просто нужны наблюдения, ты, в отличии от него, умеешь быть незаметным. Да и к тому же, Рёта с нами всего несколько лет, он освоился, но я не могу доверять ему так же сильно, как доверяю тебе, поэтому полагаюсь на тебя, Шинтаро. – гетерохромный говорит это с лёгкой улыбкой. Но его тон… Император умеет действовать на людей, хоть эти слова и прозвучали в какой-то степени даже мило, дружелюбно, но в них все равно чувствовалась сила, будто он лишь отдал очередной приказ. Именно поэтому у Мидоримы не остается ничего, кроме как взять листок, что протягивал Акаши. Зеленоволосый опускает взгляд на бумагу. - Такао. – произносит парень, а потом смотрит на оставшийся листок в руках Акаши. – А как же Кагами? – на эти слова Император лишь улыбается, своей улыбкой, что пускает по спине холодок. - Думаю, что у меня есть человек, который способен уследить за взрывным парнем. -Вот как? И кто же он? – зеленоволосый едва поднимает бровь, но Акаши лишь едва улыбается, ничего, конечно же, не отвечая.

***

Оставшись в одиночестве Акаши смотрел в окно каким-то пустым взглядом, который не выражал никакой эмоции и был просто каким-то рентгеном. Сейджуро Акаши был действительно весьма загадочной личностью, тем, кто мог заставить собой восхищаться и одновременно вызывать презрение. Он вовсе не был проклятым злодеем из детских сказок и не тем человеком, которым пугали маленьких детей. Он был просто принципиальным, уверенным в себе и одновременно жестоким настолько, что слава о нем уже давно обогнала его самого. Стремился ли он к этому? Нет, вовсе нет… Жалеет ли о своей темной репутации? Нет, она вполне его устраивает. Парень не отводит взгляд от пейзажа даже тогда, когда дверь в его покои открывается и в комнате оказывается светловолосый парень. -Рёта. – произносит Акаши, спустя минуту молчания и поворачивается, несколько улыбаясь одному из своих любовников, который мгновенно стрельнул глазками в сторону Императора и поклонился. - Акаши-сан. – произносит Кисе. - Можешь обращаться ко мне не так формально, ты этого заслужил весьма честной службой … И трудом. – красноволосый даже не скрывает свою несколько похотливую улыбку в сторону бывшей модели, который улыбается, точнее, даже сияет при этих словах. - Благодарю. – произносит модель. Да, ему весьма лестно, что Акаши, спустя два года все же впустил его в свой круг приближенных, тем более, учитывая то, что общение у них было… Весьма тесное. Да и заслужить благосклонность Императора было не слишком уж и просто. Дело было даже не в том, что он не доверял людям, скорее в том, что он держал вблизи лишь действительно стоящих этого и полезных. - Что ж… Я весьма соскучился по тебе, Рёта. – говорит красноволосый, медленно подходя к блондину и едва надавливая на его грудь, заставляя тем самым сесть на обшитый бархатом диван. – По конкретной части тебя. – добавляет красноволосый через секунду, похотливо улыбаясь и наклоняясь ближе, чуть заправляя белые волосы за ухо. Порой Акаши хотелось их просто обстричь, потому что они постоянно лезли в рот или щекотали лицо. - Я тоже скучал по тебе, Сейджуро… - говорит негромко Рёта, будто наконец начиная разбирать свои чувства от произнесения имени Акаши. – Если честно, то я думал, что сделал что-то не так в последний раз, ведь ты попросил меня не приходить, а эти слухи о Мурасакибаре… - Рёта чуть поджимает свои красивые губы, замолкая под взглядом гетерохромных глаз. Признаться, эти слухи и правда задели Кисе. Нет, он не думал ни о какой любви, он знал, что его Император просто не в состоянии любить, что ищет лишь плотские утехи и не более, но вместе с тем, с тех пор как Кисе впервые оказался в обороте банды, с тех пор как он впервые зашел в эту комнату и дотронулся до Акаши… С тех пор мысли о собственничестве не покидали его. Он не любил Акаши, в некоторых моментах он его просто ненавидел, но вот мысль о том, что Император может завести сюда все, что в принципе движется и никто не посмеет ему и слово сказать… Это до ужаса выводило Рёту. Но он молчал. Молчал, потому что из них двоих только у Сейджуро Акаши есть право голоса. Только красноволосый может приказать Рёте прийти к нему или же наоборот, забыть сюда дорогу. - Это не слухи, он весьма хорош в постели. – заявляет спокойно Акаши и Кисе едва поджимает губы, но молчит. Не имеет права что-либо сказать. – Но ты все же мой лучший экземпляр. – красноволосый даже с некой осторожностью проводит кончиками пальцев по щеке Рёты, не отрывая от него своих глаз, а потом резко надавливает на скулы. – Ты же мой, верно? Только мой… - красноволосый не позволит, чтобы его личная игрушка с кем-то еще проводила ночи и выкрикивала чужое имя. Он не позволит Кисе жить так, как тот жил до попадания сюда. Бывшая модель сам подписал себе рабство и договор на такую жизнь в тот момент, когда ответил «да» Акаши Сейджуро, нашедшего его в незавидном положении. - Только твой. – подтверждает модель, хотя, это скорее был риторический вопрос, ведь Сейджуро не потерпит ответа «нет». – Но… Тот парень. Тот, кого привели утром. – говорит негромко и с некой осторожностью блондин и взгляд Акаши в мгновение становится серьезным. –Он… - Он совершенно не имеет к тебе отношение, Рёта. – обрывает Акаши, а потом чуть прищуривается. – Пожалуй, я вернусь к началу. К тому, почему больше всего соскучился. – красноволосый вновь переключается, и рука его скользит вниз, задевая пуговицы рубашки, но не расстегивая их. Это лишнее. Он доходит до штанов и накрывает ладонью пах парня, на котором удобно расположился. Кисе едва прикусывает губу. Такая ситуация для них двоих не редкость. Никто не мог объяснить, как и почему Акаши Сейджуро делает такие, казалось бы, далеко не возвышающие, вещи. Ему просто это нравилось. Кисе ловит взгляд Акаши и сразу же понимает, что ему следовало бы устроиться поудобней, что собственно он и делает. Сам красноволосый оказывается сидящем на полу и расстегивающим ширинку своего подчиненного. Вот уже орган блондина оказался на свободе и Акаши несколько раз проводит по нему рукой, заставляя блондина задержать дыхание. Он так скучал по этим рукам, хотя, пожалуй, больше по губам. Так приятно наблюдать как рот, который совсем недавно раздавал холодным тоном приказы, обхватывают твой член и начинают двигаться. Акаши проводит кончиком языка по головке, смотря прямо в глаза Кисе, он не тот, кто будет стеснятся, он тот, кому нравится еще и наблюдать. Влажный след от языка одновременно холодит и заставляет гореть. Император вовсе не стремится делать процесс быстрее, ему нравится наблюдать как от простых движений языка, от основания до кончика плоти, та затвердевает. Когда только Кисе попал сюда, его жизнь вовсе не походила на рай, иногда ему даже думалось сбежать, ведь тогда он был для всех лишь игрушкой Императора, никто даже не думал, что бывшая модель надолго останется в личных покоях Сейджуро. Да, теперь он был настоящим якудза, у него была работа, но вот статус игрушки, причем любимой, он не утратил, да и сейчас это его вовсе не оскорбляло, даже льстило… Ведь он смог угодить самому Императору. Наконец Акаши заглатывает орган, начиная двигаться. Он пропускает член глубоко в глотку, вызывая у Кисе едва приглушенные стоны. В минете Акаши был просто мастер, кажется, что он овладел всеми техниками и приёмами, всем тем, чтобы заставить мозг даже самого спокойного и уравновешенного человека закипеть, а сердце выплясывать чечетку. - Не замедляйся. – произносит Рёта несколько хриплым голосом, когда Акаши в очередной раз замедляет темп, едва ли не выпуская орган изо рта. Что ж, он же любил играть со своей любимой игрушкой. Одним своим взглядом красноволосый дает понять, что даже сейчас, с членом во рту, игру ведет он, что Рёте просто надо заткнуться и получать удовольствие от божественного минета в исполнении величественных губ. И Рёта замолкает, точнее стонет, не сдерживаясь, ведь гетерохромный вновь заглатывает член до основания.

***

Комната, в которой очнулся синеволосый, вовсе не напоминала по своему внешнему виду тюрьму. Более того, Аомине был уверен, что никогда не был в подобных домах, так как такие изысканные вещи и интерьер могут позволить себе лишь люди их аристократических семей. Но гудевшая голова напомнила о себе. Напомнила Дайки о том, что он тут пленник и его силой притащили сюда, предварительно вырубив. Тот странный парень с разными глазами… Ох, черт, Аомине даже в голову не приходила цель его похищения. Если бы у него были деньги или богатые родственники, то все было бы куда проще объяснить, но он в трудной финансовой ситуации, а из родственников у него остался лишь старший брат, который сейчас сидит за решеткой… Совсем ничего не вяжется. Синеволосый поднимается на ноги, а потом до него только доходит, что одет он в явно чужую майку и джинсы, на нем совершенно чужая одежда, которая, как не странно, идеально подходила по размеру. -Что за черт… - произносит хрипло Дайки, прежде чем сделать пару уверенных шагов, доходя тем самым от кровати до двери, которая, конечно же, оказалась заперта на ключ. Дело плохо. Далее пошли окна, которые тоже были заперты на замок… Теперь эта комната не казалась такой уютной, скорее Аомине подумал, что она напоминает тюрьму класса «люкс». Бить окна? Рискованно, хотя, возможно, стоит того. Дайки оглядывается, хватая первую ткань, что попалась ему, а если точнее, покрывало. Аомине накручивает ткань на свою руку, все же порезаться в его планы не входило. Но удар он нанести так и не успевает, так-как его достигает совершенно неожиданный голос, который доносится со стороны двери. Сума сойти. И как Дайки не заметил, что она открылась? - Я бы не стал этого делать, дорогой дизайн, между прочим. – синеволосый едва хмурится, кидая этот свой хмурый взгляд на парнишку, что стоял в дверях. Это был не красноволосый… Голубые глаза, казалось, пробирали насквозь, хотя вот прическа имела что-то общее с тем парнем, разве что волосы были совершенно другого цвета. - У меня три вопроса. – говорит Дайки, все же не отходя от окна. – И я хочу знать на них ответы. – это скорее факт, а не просьба посвятить его во все то, что окружало бывшего полицейского в данный момент. - Прости, но не думаю, что смогу дать тебе ответы. Я не тот, с кем ты должен говорить, Аомине. –произносит незнакомец и Дайки едва поджимает губы. Этому парнишке тоже известно его имя. Как же далеко они копнули и главное: кто эти они? - А кто? Тот красноволосый? – хмыкает Дайки. – Или тот, кто вырубил меня? – хотя, тут Дайки отлично понимал, что парень, который ударил его-пешка, причем рядовая, по всей видимости. - Волне. Мне было приказано проводить тебя. Там ты сможешь узнать ответы на все те вопросы, что интересуют тебя. – похищенный еще несколько секунд смотрит на парня в дверях, обдумывая, стоит ли ему все же пойти или рискнуть, разбив окно и выпрыгнув из его? Но в таком случае, Дайки никогда не узнает причину своего похищения и имя того, кто это все устроил. А это значит, что с этого момента Аомине никогда не будет в безопасности. - Хорошо. – говорит Дайки задумчиво, прежде чем подойти к незнакомцу и последовать за ним. Да… Это здание, эти коридоры и богатый дизайн, действительно восхищали. Сколько же денег на это ушло? Если честно, то Аомине даже подумать об этом было страшно, уж слишком запредельная для него сумма красовалась в мыслях. Ну и зачем какому-то богатею он понадобился? Парень поджимает губы, понимая, что ответа он все равно не найдет, пока не услышит его от своего похитителя. Наконец они доходят до деревянной двери с резными узорами и голубоволосый стучится, прежде чем открыть дверь. Предпочтения и личная жизнь Императора не была секретом ни для кого, а уж для приближенных тем более, именно поэтому то, что Акаши отсасывал у блондина не стало для парня каким-то потрясением, повлекшим за собой глубокую психологическую травму. Этому, молодому на вид мальчишке, было по сути вообще все равно, хоть он бы и предпочел дождаться окончания сия процесса, вот только красноволосый приказал привести Дайки сразу же, как тот придет в себя. - Акаши. – произносит сдержанно парень, заставляя гетерохромного все же оторваться от Кисе и, судя по злому раздражённому выражению лица модели, в самый неподходящий момент. – Он здесь. – красноволосый едва кивает и его глаза, до этого блестящие лишь похотью, становятся более здравомыслящими. - Я приглашу вас. – говорит Сейджуро и голубоволосый, едва кивнув, закрывает дверь, смотря на Аомине, что стоял дальше по стенке и, на свое счастье, не стал наблюдателем столь интимного момента. - Придется подождать. – эта спокойная и не несущая в себе никакого зла фраза, выводит напряженного Дайки из себя. Мало того, что его вырубили и похитили, привезя черт знает куда, так еще и его похитителю видите ли не до него. Ну уж нет, он узнает сейчас все и именно сейчас. - Отойди. – произносит четко Аомине, несколько раздраженным тоном и грубо отодвигает парня в сторону, все же Дайки по физическим показателям был совсем не промах и куда больше, чем голубоволосый парнишка. - Нельзя, я же сказал. – его проводник хочет помешать открыть дверь, но слишком поздно, дверь открыта и Аомине становится свидетелем того, как уже знакомый красноволосый, который кстати так и не представился, делает минет… Другому парню. Однако гетерохромный опять вынужден оторваться от своего подчиненного, находившегося уже на грани разрядки, но так еще ее не переступившую ее. Аомине стоит с открытым ртом, не сводя своих глаз с парочки. Он был готов ко всему: к комнате пыток со всевозможными издевательствами, заседанию преступников, даже к встроенному в дом склепу! Но… Он не думал, что за дверью его ожидает такое зрелище. А вот Акаши выглядел более чем спокойно, он вполне предполагал, что его помощник так и не сможет сдержать взрывного и нагловатого Дайки, поэтому вторжение не стало для него неожиданностью. Аомине просто закрывает дверь, вернув себе способность вообще делать что-либо. Однако речь к нему возвращаться не спешила, оно и к лучшему, наверное. Перед глазами вновь стоят эти парни… Вот уж у кого действительно психологическая травма. -В следующий раз советую прислушаться, если я говорю ждать. – Аомине, как-то особо того не осознавая, кивает на слова своего проводника. Да… Пожалуй, надо подождать…