Зачарованные. Свет и тьма

      Мави смотрела на свою начальницу и на мгновение забыла о том, что та всего лишь человек. Сейчас Адель была неотличима от демонов, это сквозило во всем, во взгляде, словах, эмоциях. Адель явила свою темную сторону, которая день ото дня становилась все четче, тогда как светлая угасала. Мави подумала, что Адель ни к кому не испытывает такого уважения как к Барбасу. Ни к кому, кроме него. Возможно, на других у Адель просто не оставалось чувств.       «Или другие ее не вдохновляют, - размышляла демоница. - Почему Адель должна ко всем так относиться? Если она выбрала путь тьмы, если она решила стать злой ведьмой, значит, у нее были на то причины. Адель наверняка не от хорошей жизни обратилась к черной магии».       А Адель все рассматривала свою заживающую руку и у нее все так же кружилась голова. Ее лихорадило. Отчаяние витало в воздухе, а перед ее внутренним взором мелькали лица убитых добрых ведьм. Уже не самоуверенных, уже не непобедимых и не святых. Их сила дала сбой и не помогла им, а ангелы-хранители замешкались и опоздали спасти своих подопечных. Теперь эти добрые ведьмы растеряли всю свою красоту.       «Это умирают последние остатки моей человечности, - весело думала Адель. - Душа устала сопротивляться и перерождается. Нельзя спасти того, кто наслаждается собственной гибелью».       Гарпии шипели, к ним присоединились фурии. Андрас порывался исчезнуть, но оставался на месте и тоже смотрел на Адель.       - Если бы вы убили ее тогда, - процедил демон ненависти, - ничего бы этого не было.       - Мы пытались, - зароптали фурии. - На нее не действует наша магия.       - Почему? - не унимался Андрас. - С чего вы это взяли? Нужно было чуть интенсивнее на нее давить и она сломалась бы.       Мави стало обидно за свою начальницу и неприятно слушать такие слова в ее адрес. Она шла по пути Бритни и влюблялась в Адель, это было так глупо.       «Я ей не нужна, - думала Мави и отчаивалась. - По большому счету, ей никто не нужен, кроме него. Если бы я не предложила ей сотрудничество, в один прекрасный день она бы меня уничтожила и на этом бы все и закончилось. Как глупо».       - Не сломалась бы, - вдруг сказала Адель фуриям. - Я люблю слушать крики. Почему это должно меня подавлять? Где логика?       - Действительно, - хмыкнул Барбас и перенесся вместе с Адель в ее квартиру.       Андрас так и остался стоять посреди улицы в окружении гарпий и фурий. Демоны из группировки Адель тоже переместились к своему лидеру.       - Положите Билли сюда, - распорядилась Адель, - и можете быть свободны. Если понадобитесь, я вас призову.       Все, кроме Адриана, кивнули и исчезли.       «Можете быть свободны... - подумала Адель. - Никто из вас не понимает значения этого слова. Вас-то не запирали на 1300 лет».       Ее тоже никто не запирал, но Адель уже давно не отделала свои эмоции от эмоций почетного гостя. И воспоминаний тоже не отделяла. Если оскорбляли его, Адель воспринимала эти слова как личное оскорбление. Все добрые ведьмы и ангелы были ее врагами, потому что они были его врагами.       - Адриан, ты какой-то странный сегодня, - сказала Адель, наблюдая за тем, как темный хранитель остается равнодушным к своим ранам и смотрит на нее пустыми глазами.       - Я рад твоим успехам, - монотонно проговорил Адриан. - Я помогу тебе в охоте на добрых ведьм.       - Что это с тобой? - опять развеселилась Адель и задала риторический вопрос. - Наверное, даже демонам нужен отдых, иначе они сходят с ума на работе.       Билли, лежащая на диване в гостиной, застонала, но не пришла в себя.       - Надо дать ей лекарство, - вздохнула Адель. - И мне оно тоже не помешает. Превращаться в гарпию не в моих планах.       Пока Адель ходила за лекарством, демон страха думал о том, стоит ли начинать утаивать что-то от союзницы.       «Есть ли еще та грань, после пересечения которой Адель может отвернуться от меня? - неожиданно для себя начал переживать Барбас. - Что может шокировать и ужаснуть ее настолько, что она очнется от иллюзии привлекательности тьмы и обретет трезвомыслие? И что хуже: сказать ей правду или лгать? Нужно ли ей лгать?».       - И что мне теперь с тобой делать? - сказала Адель, обрабатывая лекарством раны Билли. - Куда мне тебя девать? Ты не можешь остаться здесь навечно, это исключено. Как же быть?       Ожоги Билли исцелялись, девушка перестала стонать от боли и просто заснула. Адель вылила оставшееся зелье из флакона себе на руку.       - Это такое же лекарство, только не для демонов, а для людей, - пояснила Адель своему почетному гостю. - Все-таки оно мне пригодилось.       Пришла очередь другого зелья. Адель приподняла голову Билли и аккуратно влила ей его в рот. Потом осушила второй флакон.       - Теперь порядок, - удовлетворенно сказала злая ведьма. - Я не стану гарпией, а Билли фурией. Все обошлось.       Адриан продолжал оставаться безучастным к происходящему, демон страха тоже молчал.       - Что-то не так? - не выдержала Адель. - Что случилось с вами обоими?       «Стоит ли ей лгать?».       - Он под моим контролем, - как всегда невинно сказал Барбас. - Он хотел поступить как Феликс, уничтожить меня и спасти тебя. Я не допустил появления еще одного раскаявшегося темного хранителя в доме Зачарованных. И наша охота на добрых ведьм увенчалась успехом.       И опять в глазах Адель промелькнуло удивление-разочарование. И опять Адель было немного неприятно от того, что ее гость решает и делает что-то у нее за спиной. От того, что он перестал быть жертвой и стал палачом и манипулятором, каким и был тысячелетиями. И опять душа Адель и ее человечность напоминали о себе.       «Зря я ей все рассказал».       - А я и не знала, что вы так умеете, - улыбнулась Адель и голос ее человечности умолк. - Погодите, вы же не думали что я вас возненавижу за это? - обратилась Адель к своему гостю.       - А разве нет? - горько усмехнулся Барбас.       - Нет, - помотала головой злая ведьма. - Так легко вы от меня не избавитесь. Я знала, на что шла.       - Нет, не знала, - не согласился демон страха. - Наивная маленькая девочка. В кого бы ты не превратилась, кем бы ни стала, для меня ты навсегда останешься такой.